Мой любимый враг

***

      Большое количество людей в гостиной старост начинало немного раздражать Драко. Он привык, что обычно тут только они с Грейнджер. Сегодня слишком людно. Все были возбуждённые, громкие и назойливые.       Блейз и Тео прикладывали к груди Драко галстуки, выбирая, какой лучше будет смотреться. Нотт нацепил ему на шею зелёный, что было вполне ожидаемо, и начал завязывать.       - Мерлин, да не нужен мне галстук. – с раздражением сказал Малфой и оттолкнул руку друга, скинув попутно с себя лишний предмет одежды.       - А я думаю, что нужен. – сказала Гермиона, появившаяся на лестнице, ведущей в спальни.       Тишина, наступившая в этот момент, была красноречивее любых слов.       Друзья смотрели на Гермиону с изумлением. В этой девушке было прекрасно всё от макушки до носов её туфелек.       Элегантное платье, которое выглядело совершенно маггловским и при этом жутко дорогим, доходило до колен. Платье гриффиндорского красного цвета. Специально для Люциуса, как подумал Драко. Жемчужные сережки и с такими же жемчужинами подвеска, добавляли её образу изящества. А волосы, лежащие на плечах идеальными блестящими волнами, выглядели просто великолепно. Часть прядей была убрана назад, и эта прическа напоминала Драко о матери – она любила так убирать волосы.       Гермиона грациозно спустилась по ступенькам, подошла к парням и отдала свое черное пальто Блейзу. В тишине, которая так и не отступила, её каблуки стучали громко и звонко.       Она встала перед Драко, забрала у Тео галстук и взмахнула палочкой. Он стал такого же цвета, как её платье. Идеальное сочетание. Гермиона ловкими движениями завязала узел, поправила воротник черной рубашки и сделала небольшой шаг назад.       - Мне кажется, выглядит прекрасно. – сказала она сдержанным прохладным голосом. - Хотя, красный явно не твой цвет.       Всё, что делала Гермиона, напоминало ему мать. Как она держала спину прямо, как говорила, как двигалась. Сейчас, если бы он не знал, кто перед ним, то решил бы, что она какая-то аристократка с соответствующим воспитанием.       - Миссис Малфой, вы выглядите прекрасно! – наконец, сказал Гарри, усмехнувшись, и тишина лопнула, как мыльный пузырь.       Гермиона в секунду расслабилась и улыбнулась. Это была её настоящая улыбка.       - Ты выглядишь идеально. – Драко подошел ближе и обнял её за талию.       - Нравится? – спросила Грейнджер, подняв на него взгляд.       - Честно? – он улыбнулся. – Красиво, но это не ты. Хотя, не могу не признать, что в этой твоей аристократичной холодности что-то есть. Это всё довольно сексуально.       Она подняла брови и хмыкнула.       - Вот поэтому на тебя всегда и вешались девицы. – съязвила Гермиона. – Потому что в этом что-то есть.       Он усмехнулся.       - Так, ладно, нам уже пора. – Драко глянул на часы. – Народ, вы же не будете караулить нас тут?       - Ещё чего. – безразлично сказала Пэнси, которая сидела на диване, закинув ноги Поттеру на колени. – Будем, конечно же.       По нескольким согласно кивающим головам, Драко понял, что они не уйдут.       - Отлично. – прокомментировал блондин. – Тогда, мы пошли. Понятия не имею, сколько мы там пробудем.       - У вас тут уютно, а мы никуда не торопимся.- Невилл, расположившийся вместе с Луной на любимом подоконнике Гермионы, пожал плечами и посмотрел в окно.       Блейз помог Гермионе надеть пальто и сунул руки в карманы, широко улыбнувшись.       - Знаешь, Гермиона, если бы я был Люциусом, то упал бы в обморок от одного твоего вида. – Забини ещё раз восторженно осмотрел девушку.       - Сомневаюсь, что он такой впечатлительный. – она изящным движением поправила волосы.       - Удачи, ребята. – сказал Гарри, который оставил Пэнси в компании Астории и подошел к подруге. – Если что, Гермиона, просто бей ему в нос. У тебя отличный удар.       Блейз, Тео и Драко расхохотались, потому что каждый очень явно представил как изящная и грациозная Гермиона впечатывает кулак в нос Люциуса.       - Хорошо, Гарри, я запомню этот совет. – она улыбнулась. – Драко, пошли уже.       Он кивнул, и они вдвоем направились к выходу из гостиной. Стук её каблуков разносился по каменным коридорам замка, когда они шли к кабинету МакГонагалл.       - Скажи мне, Грейнджер, цвет этого платья не случайное совпадение? – он глянул, на идущую рядом девушку.       - Нет, конечно. Как и цвет твоего галстука.       - Я столько раз предупреждал тебя, что Люциус может быть опасен, но ты всё равно решила его хорошенько позлить? Очень умно. – он переживал и, кажется, его голос выдавал это.       Гермиона сжала его руку посильнее.       - Всё будет хорошо, успокойся. Если что, у меня отличный удар. – она улыбнулась в ответ на его встревоженный взгляд.       - Он не обидит тебя. Я не позволю. – сказал Драко серьезным тоном.       - Обидит меня? Ну, пусть попробует. – спокойно ответила Гермиона.       Драко снова оглядел её. Она выглядит такой сильной и сосредоточенной, что он даже немного завидует. Сколько же в ней характера, смелости и этого гриффиндорского безрассудства.

***

      Коридор Азкабана, по которому они идут следом за охранником, холодный и тёмный. Драко ещё хорошо помнил этот запах и ощущение безнадёжности. Хоть дементоры больше не охраняют тюрьму, атмосфера здесь всё равно угнетающая.       Он инстинктивно сжал руку Гермионы, будто это могло её защитить.       Перед дверью камеры Драко посмотрел на Грейнджер, и ему снова показалось, что держится она куда лучше, чем он.       - Мы можем уйти в любой момент. – сказал он, глядя в карие глаза, полные решимости.       - Я знаю. Успокойся, Драко. Я могу за себя постоять. – она невесомо провела пальчиками по его щеке. – Я встречала людей и похуже твоего отца.       Он кивнул, говорить что-то не имело смысла. То-ли она действительно не боялась его отца, то-ли делала вид, чтобы успокоить его. За время общения с ней он чётко понял, что если Грейнджер что-то решила, то остановить её не сможет даже сам Дьявол. Поэтому, сейчас он сдался.       Дверь открылась, и Драко впервые вошёл в камеру отца. Она была такой же, как и та, в которой сидел он сам когда-то. Серые стены, подобие кровати в углу. Стол и три стула вокруг него. Люциус сидел на стуле лицом к двери, напротив – два пустых для гостей.       Драко остановился примерно на середине между столом и дверью. Он давно не видел отца. Люциус выглядел не слишком хорошо. Худой, обросший щетиной, с сероватым болезненным цветом лица, но всё такой же высокомерный взгляд. Он будто сидел на троне, а не в камере Азкабана.       Драко замер. Его переполняла ненависть и злость.       Гермионе тут было не место. Совсем. Чем он думал, когда согласился на это. Драко хотел увести её сейчас же. От этого человека, от его взгляда. Так далеко, как только это возможно. Но она, видимо, не считала это хорошей идеей.       - Драко, милый, невежливо вот так стоять и молчать. – он слышал в её голосе насмешку. – Поздоровайся с отцом.       Она вышла из-за его спины и прошла к столу. Люциус смерил её удивленным взглядом. Это была всего секунда. Драко не понял от чего удивление – от её вида или от того, что это вообще она.       - Добрый день, мистер Малфой. У вас тут уютно. – она расстегнула пуговицы пальто, обнажая свое красное платье, которое выглядело инородным в окружавшей их серости. Люциус молчал, глядя на неё с презрением.       - А мне говорили, что у вас безупречное воспитание. – Гермиона смерила его скучающим взглядом и подошла к стулу. – Я полагаю, что смысла спрашивать могу ли я присесть нет.       Она села на стул с такой невероятной грациозностью, будто делала это каждый день, сложила руки на груди и посмотрела на мужчину напротив.       Она не отводила взгляд от его серых глаз. Удивительно, но ей не было страшно. Идя сюда, она думала, что взгляд Малфоя-старшего и его присутствие напугают её, но страха не было. Что-то внутри там под ребрами заставляло её быть твердой, хладнокровной и не поддаваться ни на какие его провокации.       - Драко, может, ты уже присядешь? – она сказала это, не отводя взгляд от глаз напротив, которые сверлили её в попытке сломать.       - Конечно. – наконец сказал он, и подошел к столу. – Здравствуй, отец.       Слово «отец» прозвучало из его уст холодно и грубо. Он вообще не хотел так называть его. Драко сел напротив, расстегнув мантию.       Люциус обратил внимание на галстук, и Драко видел, как у него зашевелились желваки.       - Здравствуй, Драко. Рад, что ты пришёл. – он демонстративно не поздоровался с Гермионой, а она не собиралась оставлять это без внимания. Драко вообще казалось, что она поставила себе цель вывести Люциуса из себя.       - Чтобы вы знали, ваше игнорирование моей персоны не очень меня заботит. – она с поддельным интересом рассматривала свой идеальный маникюр на левой руке и говорила спокойным прохладным тоном. – Если так вы хотели уколоть меня, то у вас не вышло. Придётся придумать что-то поинтереснее.       Она вновь подняла на него взгляд и усмехнулась. Сейчас она переиграла его. Люциус смотрел на её руку. Точнее, на кольцо на её безымянном пальце.       - Что это? – спросил он ледяным тоном.       Гермиона посмотрела на него, как на идиота, затем перевела взгляд на Драко, а потом на кольцо.       - Вы о моей руке? – с издёвкой спросила Гермиона и улыбнулась. – Или о моём кольце?       Она сделала акцент на слове «моём», и Люциус это заметил. Драко почти улыбнулся, увидев, как перекосило лицо отца, когда его озарило понимание.       - Что ты сделал, идиот? – Люциус повернулся к сыну.       - Давай обойдемся без оскорблений. – со злостью сказал Драко и почувствовал, как рука Гермиона легла ему на бедро, чуть сжав его. – Ты ведь сам сказал, что мне пора жениться. Как я мог не прислушаться к совету отца?       - Ты не женишься на ней! – голос Люциуса прокатился по камере. Драко поднял брови.       - Женюсь, конечно. Я же обещал, а Малфои не нарушают обещаний.       - Я лишу тебя наследства! - отец был в гневе.       - Как пожелаешь, отец. - Драко давно было плевать на деньги. - Уверен, я сумею заработать себе на жизнь самостоятельно.       Люциус сжимал и разжимал кулаки. Его угрозы раньше пугали Драко, но не сейчас. Люциуса это явно бесило. Если они хотели его разозлить, то у них получалось.       - Ты позоришь фамилию Малфой. – прошипел он сквозь зубы.       К удивлению Люциуса, да и Драко тоже, Гермиона рассмеялась. Этим холодным, полным высокомерия смехом. Совсем не грейнджеровским.       Она снова сложила руки на груди, закинула ногу на ногу и откинулась на спинку стула. Даже видя её лишь в профиль, Драко заметил этот взгляд. Тот, которым она смерила его на поле для квиддича. Она смотрела этим убийственным взглядом на Люциуса, и Драко хватило всего мгновение посмотреть на отца, чтобы понять, что он тоже это видел. Он, как и сам Драко, видел её схожесть с Нарциссой.              Гермиона слегка наклонила голову, разглядывая реакцию собеседника.       - Знаете, Люциус.. – она остановилась и улыбнулась. – Я ведь могу звать вас Люциус? Мы же почти семья.       Драко едва сдерживал смех, потому что выражение лица Малфоя-старшего было совершенно бесценно в этот момент. Ему всегда нравилось, что Гермиона может ответить колкостью на колкость и сейчас она била Люциуса по самым больным местам. И казалось, что ей это доставляет удовольствие. Драко, вдруг, пришла в голову мысль, что она мстит ему за каждое прочитанное ею письмо. Она хотела уколоть Люциуса, чтобы наказать за его отношение к сыну.       Гермиона не ждала ответа, а просто продолжила говорить дальше.       - Знаете, вы постоянно говорите о величии фамилии Малфой, но я хочу расстроить вас, Люциус, никакого величия больше нет. – она положила руку на плечо Драко. – Прости, что говорю это, милый, но это правда.       Гермиона убрала руку с плеча блондина и снова посмотрела на его отца, сложив руки на коленях.       - Видите ли, Драко не сможет опозорить вашу фамилию сильнее, чем это уже сделали вы. Вы хоть осознаете, что втоптали в грязь многовековую историю своей семьи, ради того, чтобы ползать в ногах у сумасшедшего полукровки? – Гермиона говорила с таким презрением, которого Драко никогда раньше на её лице не видел. – Ваша семья имела всё – статус, деньги, власть. Но вы променяли это на то, чтобы пресмыкаться перед Тёмным Лордом. И не обманывайте себя, Люциус, вы не были ему соратником или союзником, вы были прислугой. Как и все Пожиратели. Расходным материалом. Он превратил вас в своих домовиков. Вот такое наследие вы оставили своей семье. Вы могли бы править этим чёртовым миром, управлять правительством и жить, как король, а вы выбрали это.       На секунду она замолчала, наслаждаясь, кажется, тем, как взбешён был её собеседник.       - И самое смешное, что в нем не было ни черта особенного. Да, он был наследником Слизерина, но это всё. Его мать была почти сквибом, дед и дядька по линии матери – психопатами, которые кичились кровной связью со Слизерином, живя при этом в каком-то сарае на окраине маггловской деревушки. – Драко видел в глазах отца, помимо злости, еще и удивление, потому что истории Волдеморта он не знал, как и сам Драко. – Его мамаша влюбилась в красивого маггла, опоила его амортенцией и вышла за него замуж. А когда решила, что он тоже любит её, перестала поить его зельем. Идиотка. Он сбежал, а она родила сына в маггловском приюте, где он и остался жить после её смерти. Среди магглов, которые издевались над странным мальчиком. Его желание истребить магглов было лишь местью. Чистота крови его не волновала, вы должны были понять это, учитывая то, с каким постоянством он убивал чистокровных, которые подводили его. Чудесная история. Правда? В нём не было ничего, кроме злости, ненависти и жажды власти. А в вас было. Но вы, уж простите за выражение, просрали всё уважение и величие вашей семьи.       - Да как ты… - начал Люциус.       - Помолчите, я не закончила. – холодно бросила Гермиона, чуть повысив голос, и Драко, в который раз, с восхищением посмотрел на неё. – А самое забавное, что этот брак, ударит по моей репутации больше, чем по вашей. Мне придется долго объяснять, как так вышло, что Героиня войны связалась с семьёй Пожирателей, которые активно поддерживали Темного Лорда. Но с другой стороны, для вас тоже есть плюсы, ведь все обожают меня и, в конце концов, примут мою новую семью, даже если её фамилия Малфой. Поделюсь с вами своим величием, раз вы так его любите, мне не жалко.       Драко не знал, готовила ли она эту речь или это просто лилось из неё само, но выглядел и звучал весь её монолог впечатляюще. Нет, Драко не обижался на её слова, потому что всё было правдой, и ещё он прекрасно понимал, что она говорит это, чтобы задеть отца.       - Ты, мерзкая.. – начал Люциус и она снова его перебила, от чего Драко хотелось хохотать. Никто так не разговаривал с Люциусом Малфоем.       - Грязнокровка? – она улыбнулась. – Да ладно, Люциус, это уже даже не оригинально. Вы же сидите тут без дела целыми днями, придумали бы что-то новенькое.       - Вы не боитесь, мисс Грейнджер, что моя фантазия приведет меня к идеям, которые вам не понравятся? – в этот раз она позволила ему говорить. – Даже без моего величия я могу найти кого-то, кто, например, нечаянно добавит пару капель яда в ваш тыквенный сок?       - Отец! – Драко зло посмотрел на него и сжал кулаки.       А Гермиона улыбалась так, будто ей только что не угрожали смертью.       - Боюсь ли я? – Гермиона прямо в этот момент четко осознала, что не боится. – Нет. Совсем не боюсь. Вы для этого слишком трусливы. Да, вы – трус. Следовать за Темным лордом вас заставили не его убеждения, а страх. Вы были слишком трусливы, чтобы пойти против него, слишком трусливы, чтобы защитить от него свою семью. И вы останетесь трусом, потому что даже не можете признать, что были не правы. И вы слишком трусливы, чтобы попросить прощения у сына за то, во что вы превратили его жизнь и поэтому вы так стараетесь заставить его поверить, что он сам во всём виноват. Нет, я не боюсь вас. Я вас презираю. Вы противны мне. В вас нет ничего, кроме высокомерия и спеси, которые против меня совершенно бесполезны.       Казалось, что он хотел ответить ей, но не знал, что отвечать.       - Ты не хочешь возразить своей невесте, Драко? Мне кажется, что она немного заговорилась. – прошипел Люциус, посмотрев на сына.       Драко улыбнулся. Ему казалось странным, что говорит только Гермиона, а сам он молчит. Но он осознавал, что она не даст ему вставить и слово. Она подготовилась к этому разговору. Ему даже нравилось то, как она вела себя.       - Зачем? Она пока не сказала ничего, с чем я был бы не согласен. – Драко пожал плечами и откинулся на спинку стула. – Ты же сам хотел поговорить с моей невестой, пожалуйста, не смею мешать.       Люциус кипел от гнева, это было заметно. Его ноздри раздувались, а зубы скрипели.       - Мне кажется, что мы уже достаточно поговорили. – спокойно сказала Гермиона, посмотрев на часы на своей руке. – Думаю, нам пора.       Люциус не желал оставлять за ней последнее слово.       - Ты мерзкая грязнокровая шлюха! Не знаю, как мой сын терпит тебя, но я не стану этого.. – он не договорил, потому что кулак Драко впечатался в его челюсть и он чуть не упал со стула, схватившись за лицо.       - Не смей так с ней разговаривать. – прорычал Драко, тяжело дыша. - Мы не обязаны тут быть и тем более выслушивать твои оскорбления. Она вообще не должна с тобой разговаривать, ты даже взгляда её не заслуживаешь. И, если хоть волос упадёт с её головы, клянусь, я придушу тебя своими же руками. И мне будет плевать, если меня за это посадят в Азкабан. По крайней мере, я буду знать, что моя семья в безопасности.       Гермиона взяла его под руку и гневно посмотрела в сторону Люциуса.       - Она тебе не семья! - с усмешкой сказал Малфой-старший.       - Ошибаешься. - Драко трясло от злости. - Ей даже не нужно выходить за меня, чтобы я считал её своей семьёй. Есть узы, которые гораздо сильнее кровных. Хотя, откуда тебе это знать, даже если кровные для тебя ни черта не значат.       - Не разговаривай так со своим отцом, щенок!       - Как удобно, наверное, вспоминать, что у тебя есть сын, когда это выгодно. - Драко поднялся на ноги и навис над Люциусом, опершись руками на стол. - Я ненавижу тебя, Люциус, и называть тебя отцом не доставляет мне никакого удовольствия, поверь.       - Драко, успокойся. – спокойно сказала Грейнджер, держа его за руку и пытаясь снова усадить на стул.       Он сел на место. Злость разливалась по венам и жгла его изнутри. Хотел бы он уметь быть таким спокойным, как Гермиона. Но он не мог. Особенно, когда дело касалось её.       Люциус сплюнул кровавые слюни и посмотрел на сына. Он улыбнулся ядовитой улыбкой.       - Я буду называть её так, как посчитаю нужным. - хрипло проговорил Малфой-старший.       - Конечно, а я не против. Называйте меня как хотите. – Гермиона смотрела на него с презрением. – Вы не скажете мне ничего, чего я бы уже не слышала. Дело в том, что мне наплевать. Я давно научилась не обращать внимания на любые оскорбления. Так что, если вам так хочется, то милости прошу. Только подумайте, что это ничего не изменит. Это не изменит того, что я выйду в эту дверь через несколько минут. На свободу.       Она переплела свои пальцы с пальцами Драко, потому что он продолжал сжимать кулаки и тяжело дышать. Она хотела его успокоить.       - Я вернусь в школу, сдам экзамены, найду хорошую работу. Потом выйду замуж за вашего сына и рожу ему детей. Пятерых, так мы решили? – Гермиона повернулась к Драко и он,улыбнувшись, кивнул. – Пятерых детей. Я буду жить в вашем огромном доме. Он мрачноват, конечно, но всё можно поменять. Уверена, Нарцисса будет рада мне помочь. И мы проживем долгую счастливую жизнь. И как бы вы меня не оскорбили, всё так и будет. Как и то, что вы останетесь один в этой камере до конца своих дней. Вместе со своим высокомерием, ненавистью и злостью.       Она демонстративно поднялась на ноги и застегнула пуговицы на пальто.       - Всего доброго, Люциус. – сказала она холодно и взяла Драко под руку, когда он встал рядом.       Они были уже у двери, когда Люциус, наконец, подал голос.       -Так и будешь прятаться за юбку своей грязнокровки до конца дней? Ты - жалкий мальчишка. - Люциус сидел на стуле, сложив руки на груди и улыбался кровавой улыбкой.       Драко дернулся, но Гермиона его удержала.       - Драко, не надо. - она серьёзно посмотрела на него и покачала головой. - Идём.       - Ты ничего не стоишь без фамилии Малфой. Я дал её тебе и ты должен уважать меня. Если я лишу тебя наследства, ты будешь никем. Ты же не думаешь, что с твоим прошлым тебя возьмут работать в Аврорат? - он хрипло рассмеялся им в спины.       Драко и Гермиона стояли глядя на дверь камеры и было сложно понять, кто из них сильнее зол. Драко ощущал как она сжимает его руку до боли, слышал её дыхание.       - Ты идиот, если думаешь, что сможешь чего-то добиться сам. Ты дурак, Драко, и ты… - он не договорил.       - Заткните свой рот, Люциус. - голос Гермионы прозвучал, так, будто был усилен заклинанием, хоть он и понимал, что это невозможно.       Она медленно обернулась и шагнула вперёд. Драко схватил её за руку, но она с такой лёгкостью выдернула её, будто он и не держал вовсе.       Гермиона подошла к столу, поставила на него руки и подалась вперёд. Драко видел, как Люциус чуть отпрянул назад. Он даже представлять не хотел, каким взглядом на его отца сейчас смотрит Гермиона. Он подошёл ближе, на всякий случай. Останавливать Грейнджер, что бы она там ни собиралась делать, сейчас было бесполезно.       - Вы - жалкий кусок дерьма. - Люциус открыл рот, но она звонко ударила ладонью по столу и он вздрогнул. - Не смейте меня перебивать. Вы не имеете никакого права так разговаривать с Драко. Всё, чего вы добились в жизни самостоятельно - эта камера и ненависть сына. Вы не имеете права даже пытаться учить его жизни. Вы его отец и должны были защищать его, а вы швырнули его во всё это дерьмо и смотрели, как он тонет. А теперь хотите уважения?       Драко сделал ещё шаг к Гермионе и взглянул на Люциуса. Тот смотрел на неё так, будто видел её впервые.       - Как вы выносите себя? Вы жалки, Люциус. - она сморщила нос, будто учуяла рядом какую-то мерзость. - Вы должны были гордиться тем, что Драко хватило ума и достоинства не стать таким же дерьмом, как вы. И, чтобы вы знали, он вполне сумеет добиться всего, чего пожелает. Слава Мерлину, мозгов у него побольше, чем у папаши. И он будет работать в Аврорате, если захочет. А если его не возьмут, я сделаю всё, чтобы это изменить. Я стану Министром магии, если потребуется, и лично возьму его в штат. И вот ещё что...       К ужасу Драко, она оттолкнулась от стола, подошла к Люциусу сзади и положила руки ему на плечи. Она наклонилась к его уху и говорила тихо и вкрадчиво.       - Он здесь больше не появится, поверьте, я об этом позабочусь. И не прочтёт больше ни одного вашего письма, пока в них есть хоть одно оскорбление. Я сожгу каждое из них. - Люциус попытался пошевелиться, но она чуть сильнее надавила на его плечи и он замер. - Я не закончила. Вы отвратительны мне, Люциус. Я очень надеюсь, что вы проживёте долгую жизнь. В этой камере. Надеюсь, что вы не потеряете рассудок и будете в своем уме. И сдохнете в одиночестве, понимая, что ваша семья прекрасно живёт и без вас. Вот теперь, я закончила.       Она выпрямилась, хлопнула Люциуса по плечам и подошла к Драко. Она взяла его за руку и быстро зашагала к двери.       - И лучше бы вам промолчать, Люциус. - не поворачиваясь сказала она.       Охранник вёл их по коридору к камину, чтобы переместиться в Хогвартс. Гермиона шла чуть впереди, отбивая ритм каблуками. Драко видел, что она напряжена. Он в который раз пожалел, что согласился прийти сюда с ней.       Но он не мог перестать думать как же она была хороша. То, как она говорила с Люциусом не могло не восхищать. Кажется, с ним так никто не говорил раньше.

***

      Они вышли из кабинета МакГонагалл и зашагали по коридору. Драко держал Гермиону за руку. Они прошли совсем немного, как вдруг она остановилась.       - Подожди. - сказала Гермиона и Драко остановился рядом с ней.       Она смотрела прямо перед собой, и, в какой-то момент, сделала судорожный вдох и закрыла глаза. Он видел, как по её щекам потекли слезы.       В этот момент он понял, о чем Поттер говорил ему на Астрономической башне. Она могла казаться бесконечно сильной и непробиваемой, но, на самом деле, она просто девушка. Хрупкая и чувствительная. Он понял, что она держалась изо всех сил, всё время с тех пор, как вышла из своей спальни в башне старост. И сейчас, наконец, могла снова стать слабой.       -Иди сюда. - сказал он и притянул её к себе, заключая в объятия. - Это была плохая идея.       Он гладил её волосы, целовал в макушку и крепче прижимал к себе. Он хотел, чтобы она чувствовала себя в безопасности.       - Мне жаль. Мы не должны были туда ходить. Прости. - его шёпот разносился по пустому коридору. - Всё, что он говорил о тебе, было ужасно.       Она немного отстранилась и подняла на него взгляд.       - Драко, мне плевать, что он говорил обо мне. Меня беспокоит то, что он говорил тебе. Это отвратительно.       - О, Мерлин, да мне плевать на это. Я давно привык к такому его отношению. - он улыбнулся и вытер дорожки слез с её щёк.       - Я сейчас поняла, что ты знаешь каково это. - она смотрела в его глаза с нежностью и теплом. - Понимаешь, каково иметь родителя и не иметь его одновременно.       - Да, пожалуй. Вот только твои родители делают это не по собственной воле, в отличие от моего. - он горько улыбнулся. - Уверен, что твои бы так никогда не поступили.       Гермиона смотрела на него пару секунд, а затем притянула его к себе за шею и нежно поцеловала. Она вложила в этот поцелуй всю любовь и всю теплоту. Она так хотела, чтобы он знал, что больше никогда не будет один. Что у него есть она.       - Драко, я люблю тебя. - её шепот обжег губы и он улыбнулся.       -И я люблю тебя. Спасибо, что так яростно защищала меня.       - Кто-то же должен.       Драко хмыкнул, обнял её и поцеловал в макушку.       - Пойдем в башню, моя защитница.       Гермиона улыбнулась и кивнула. Они сделали несколько шагов, и она снова его остановила.       - Я просто так говорю, на всякий случай. Если у нас когда-то будут дети и ты станешь таким отцом - я убью тебя. - она серьёзно смотрела на него.       Драко рассмеялся.       - Грейнджер, я буду самым лучшим отцом всем нашим пятерым детям. - Гермиона закатила глаза. - У меня есть прекрасный пример, каким отцом не надо быть. Обещаю, таким я не буду.       - Хорошо. Идём, а то толпа разнесёт нашу гостиную.       В коридорах было тихо, и их шаги отдавались эхом от стен.       - Гермиона, скажи честно, ты подготовилась к разговору с Люциусом? Просто твои речи были великолепны. - этот вопрос крутился у него на языке ещё с первых минут в камере.       - Конечно. Ну, точнее, я представила, что он может мне сказать и заранее обдумала ответы. - она усмехнулась. - он оказался поразительно предсказуем. Правда, последнюю свою речь я не репетировала. Это была чистая злость.       - Ты бы видела себя со стороны. Это было очень по-слизерински.       - Меня окружают слизеринцы, должна же я была хоть что-то от вас перенять. - в её голосе звучала насмешка.       - Ну, конечно. Я думаю, что это в тебе и так было всегда. Просто потому, что сегодня ты была больше слизеринкой, чем большинство знакомых мне представителей этого факультета.       - Может ты и прав. - она пожала плечами.       Он притянул её к себе и чмокнул в висок.       - Он может лишить тебя наследства, как и сказал? - спросила Гермиона, переплетая их пальцы.       - Может попытаться. Но не забывай, есть ещё Нарцисса. Поверь, она иногда бывает очень твёрдой с ним. Хотя, мне плевать на наследство. Наличие денег не спасло Люциуса от Азкабана и целой кучи глупых ошибок в жизни. - он усмехнулся. - Для того, чтобы быть счастливым у меня всё есть и без его денег.       Гермиону удивляло то, как хорошо он держался, учитывая обстоятельства. Она бы, наверное, умерла на месте, если бы отец говорил ей такое. Как у Люциуса вообще в голове возникали такие мысли?       Она не понимала Малфоя-старшего, и он злил её. Она готова была защищать от него Драко любыми способами. Но как могло случиться, что эта защита ему вообще понадобилась?!       Гермиона вспоминала первые курсы Хогвартса и то, как Драко пытался во всём подражать отцу. Он всегда добивался его внимания. Хотя, твой ребёнок должен заслуживать внимание одним лишь фактом своего рождения. Но только не для Люциуса Малфоя.       - Я никогда не был для него достаточно хорош. Я к этому привык. - Драко выдернул её из размышлений.       Она удивлённо хлопала глазами. Драко улыбнулся.       - Ты очень громко думаешь, Грейнджер. Да и о чем ещё ты можешь думать, увидев то, что увидела. - он вздохнул. - Что бы я ни делал, я никогда не был достаточно хорош, не был достаточно умен. Ему всегда чего-то не хватало. Он не мог любить меня за один факт моего существования, как Нарцисса. И я всё время старался ему угодить, чтобы он гордился мной. Сейчас понимаю, как это было глупо.       - Ты был ребёнком. Нормально, что тебе хотелось любви отца. Хотелось, чтобы он гордился тобой. - она крепче сжала его руку. - Жаль, что он не верит в тебя. Но я верю. И твоя мама тоже верит, я знаю.       - Вашей веры в меня более, чем достаточно. Я давно не рассчитываю на что-то большее от Люциуса, чем презрение. - он говорил так уверенно, но Гермиона отлично видела, что ему больно.       - Однажды, возможно, он одумается. Одиночество в четырёх стенах иногда творит с людьми удивительные вещи. - Драко слегка улыбнулся её словам и кивнул.       Они подошли к портрету, охраняющему вход в их башню.       -Ну, готова к допросу с пристрастием?       -С тобой я готова к чему угодно.