Проснись

После возвращения из бара обратно в гостиницу, Чимин ещё раз перетряхнул немногочисленные карманы, пытаясь найти телефон. Словно такой массивный кусок из металла и стекла можно не заметить. Вторым местом для поиска стала гримёрная комната в театре. Туда он отправился после обеда, вкус которого даже не почувствовал. Местная еда разительно отличалась от той, которую он привык употреблять дома. Находясь в состоянии стресса, Чимин проглотил всё, даже не задумываясь о том, что именно попало к нему в желудок. Снова пешком преодолев расстояние от временного места жительства до работы, направился прямиком за кулисы. Танцор помнил, что видел там телефон, когда спешно собирался покинуть здание после очередной «дружеской» беседы с Томасом. Может быть, вызвав такси до того злосчастного бара, он забыл мобильный на столе? Возможно. Обыскав всю комнату сверху донизу и с горечью убедившись, что телефона здесь тоже нет, Чимин побрёл домой. Если завтра Ноа не предложит что-нибудь, придётся купить новый. Как восстановить контакты? Наизусть он знал только номер менеджера. Пожалуй, именно с него стоит начать. Насколько будет уместным попросить его поехать в больницу и найди Чон Чонгука, чтобы тот продиктовал свой номер заново? Глупая идея. Мучаясь от тяжёлых мыслей, парень долго ворочался и едва смог заснуть. Новый день встретил дождём и пасмурной погодой. Под стать настроению. Встреча с другом планировалась на пять часов. Чем занять себя до этого времени, совершенно не представлял. В какой-то момент он осознал, что бесцельно сидит в номере, пялится в одну точку и даже не шевелится. Чимин кое-как пережил день, проведя его в мытарствах. Он добрался до места раньше, чем нужно, но оказалось, что его уже ждали. — Здравствуй, Чимин. — Сияя немного виноватой улыбкой, произнёс Ноа, а затем полез в карман и достал мобильный. — Совсем забыл, что положил к себе, когда забирал тебя вчера из бара. Пак неверяще переводил взгляд с парня на свой гаджет и обратно. Глаза тут же начало предательски щипать. В порыве эмоций он шагнул навстречу и обнял. — Спасибо. Ты не представляешь, как я испугался. Думал, что уже не смогу его найти. — Он лежал на барной стойке, поэтому я на автомате, видимо, сунул к себе в карман. А вчера ты так быстро ушёл, что у меня не было ни единого шанса об этом вспомнить. Прости. Чимин смутился, вспоминая их короткий диалог на кухне, закончившийся его побегом. — Ты тоже прости меня. Я плохо себя чувствовал, поэтому ушёл. Никто из них не стал акцентировать внимание на том, что именно послужило причиной. Убедившись, что Хосок не звонил, значит каких-либо изменений в состоянии Юнги, увы, не произошло, Чимин печально выдохнул. Было несколько пропущенных от Чонгука. Ему отправил сообщение, пояснив, что случилось, и пообещал сегодня вечером обязательно связаться. Они разместились за столиком в одном из местных ресторанчиков, куда часто ходили в бытность студентами, всегда занимая одни и те же места. Возникло неловкое молчание, которое хотелось нарушить, только непонятно, как это сделать. Причина такого поведения заключалась не в длительном перерыве, в течение которого они не виделись и даже не созванивались, а в том, как закончился их последний разговор перед отлётом. Вчерашняя реплика Ноа однозначно дала понять Чимину, что всё осталось по-прежнему. И сейчас, глядя в небесно-голубые глаза, он вновь видел в них неприкрытое обожание, а ещё тоску. Пак не хотел окончательно испортить отношения, даже несмотря на то, что Ноа отнюдь не дружба от него нужна, поэтому согласился на встречу. А ещё потому что в данный момент он являлся единственным другом, живущим в этом городе. Эгоистично ли так поступать? Однозначно. — Прекрасно выглядишь. Тебе очень идёт натуральный цвет волос. — Сказал Браун. Его рука дёрнулась, видимо, желая прикоснуться, но он быстро убрал её под стол. Жест, конечно же, заметили. — Спасибо. Я рад, что послушал твой совет. — Мягко улыбнувшись, ответил Чимин.

***

Услышав, что Пак в очередной раз собирается подкрашивать слегка отросшие корни, он не выдержал и спросил: — Ты хочешь остаться лысым? — С чего такие мысли? — Танцор обернулся на него, не понимая вопроса. Ноа сделал шаг ближе, нависая над старшим другом, и поднял ладонь, зарываясь ею в светлые локоны, от которых так приятно пахло. — Хватит портить свои волосы. Уверен, что натуральный цвет пойдёт тебе гораздо больше. Пак отступил назад, так как они стояли слишком близко, а глаза напротив горели слишком ярко, и произнёс: — Я подумаю над твоим предложением. Поразмыслив несколько дней, Чимин действительно пришёл к выводу, что хотел бы попробовать. Фанатам такое решение может понравиться. Стилисты экспериментировали над причёской, с учётом отросшей длины, пока он думал, а затем отправили в салон, где его покрасили в естественный цвет. Куча положительных отзывов вновь и вновь вызывала благодарную улыбку на лице танцора. — Спасибо за хороший совет. Ты оказался прав. Брюнетом меня, кажется, любят даже больше, чем блондином. — Сказал он другу. — Ты нравишься мне любым. Двусмысленная фраза заставила напрячься. — Ноа, я… — Только не лысым. Уж прости. — Парень широко улыбнулся, сведя всё к шутке, которая таковой не являлась. Оба это понимали.

***

— Расскажи, как твои дела? Как Сеул? — Браун отложил меню, внимательно смотря на старого друга. Напоминание о доме мгновенно стёрло улыбку с лица. Чимин опустил глаза, собираясь с мыслями и давя внезапную боль в сердце. — Я хочу прогуляться. Составишь мне компанию? — Спросил танцор. — С удовольствием. Ноги сами понесли их по знакомому маршруту, они даже не сговаривались, куда именно движутся. Ноа рассказал о том, что недавно купил большую квартиру, где вчера был Чимин, и в настоящий момент ни с кем не встречается. На информацию об отсутствии в жизни друга второй половинки, Пак ничего не ответил, лишь покивал головой, понимая для чего это сказано. — А как у тебя дела с Юнги? — Вопрос был задан просто из вежливости. Чимин остановился посреди тротуара, почти до крови закусив губу. — Он попал в аварию из-за меня и теперь находится в коме. Парень ошарашенно смотрел, не зная, что сказать. — Потом я довёл себя до нервного истощения и угодил в ту же больницу. Представляешь? — Печальная улыбка на секунду появилась и исчезла. — Хотя бы так мы могли беспрепятственно видеться. А затем мне предложили небольшую роль в Метрополитен-опера, и я оказался здесь. Не думая ни секунды, Ноа шагнул ближе и крепко обнял, игнорируя косые взгляды прохожих, затем тихо прошептал: — Мне очень жаль это слышать. Чимин не выдержал и заплакал. Он и так слишком долго сдерживался, не позволяя себе окончательно впасть в уныние. Тёплые руки, что с нежностью гладили по спине, и этот голос, полный искреннего сожаления, задели что-то внутри, не позволив оттолкнуть. Когда он немного успокоился, накатило смущение. Убрав чужие руки, Пак взглянул на него и попытался улыбнуться, но не вышло. — Извини, не хотел всё это на тебя вываливать. — Могу я чем-нибудь помочь? — Ты вернул мой телефон. Ещё раз спасибо. Не знаю, что бы я делал без него. При мысли о том, что не смог вчера «поговорить» с Юнги, танцор ощутил почти физическую боль. Уснуть он смог только благодаря тому, что организм не до конца перестроился из-за смены часовых поясов. Они продолжили идти, не говоря ни слова. На этот раз Чимин нарушил молчание. — Чем ты сейчас занимаешься? — С недавних пор управляю театром, о котором ты упомянул. Пак снова резко остановился, не веря своим ушам. — Серьёзно? Как же получилось, что мы ещё ни разу с тобой не пересеклись? — В совете происходило улаживание последних нюансов, связанных с моим назначением, поэтому я не появлялся там некоторое время. — Затем парень со счастливой улыбкой взглянул на друга и сказал. — Я очень рад, что ты всё-таки откликнулся на моё предложение, хоть и отверг главную роль. Отец говорит, что актёр, утверждённый вместо тебя, недостаточно талантлив и сильно уступает в мастерстве. — Мистер Браун является твоим отцом? — Пак немало удивился. — Да. С момента появления в театре, он не устаёт тебя хвалить. — Мне тоже нравится с ним работать. — Честно признался танцор. Менеджер действительно пытался его уговорить заняться этим проектом гораздо раньше, но Чимин отказался. Когда случилась авария, и Юнги попал в больницу, запрос поступил вновь, но на другую роль, на которую он в конечном счёте и согласился. Они погуляли ещё какое-то время, вспоминая прошлое. Ноа так много смешил, как делал это раньше, что к концу встречи немного болели щёки. Он настоял на том, чтобы проводить до гостиницы. Отказаться не получилось. Вернувшись домой в хорошем настроении, Чимин спохватился, глядя на время. — Привет, Чонгук. Прости за вчерашнее. — В трубке слышалась возня. — Не торопись, иначе сломаешь вторую ногу. — Ну спасибо. — Ворчал Чон под смех Чимина, вставая на костыли. Добравшись до нужной палаты, он приложил к уху телефон, сообщив об этом другу. Чимин ещё раз извинился, но теперь перед Юнги, за то, что не смог вчера позвонить, затем пообещал выписать и выучить наизусть все необходимые номера, чтобы не потерять связь, если подобная история повторится. Тишина на том конце провода практически оглушала. — Я люблю тебя. Но этого оказалось недостаточно, чтобы спасти наши отношения. Вина за случившееся полностью лежит на мне. Надеюсь, однажды я смогу ещё раз заслужить твоё прощение. — Он тяжело выдохнул. — Спокойной ночи.