Из пропасти в мир

Лизе уже давно кажется, что жизнь слишком жестока к ней. Или же судьба? Кто там решает, что за испытание человека ждёт на этот раз, через которое он должен пройти, не обратившись к петле, а если точнее не завернувшись в ней? Она тоже не знает ответ на этот вопрос. Девушка сидит на диване в какой-то неизвестном ей доме, вокруг играет громкая музыка, подсветка выжигает глаза, а бокалы с выпивкой вызывает лютое отвращение, как и сигаретный дым, которым, казалось, воняет каждый человек в этой квартире. Зачем она вообще сюда пришла? Ах, да, её сюда притащила подруга, а собственная девушка твёрдо поддакивала. А что Лиза? Лиза согласилась у неё выбора не было. Девушки ушли танцевать, сама она осталась сидеть на диванчике, отказавшись от этой не очень заманчивой идеи, а теперь девушек, как след простыл. Андрющенко встаёт с насиженного места, проходя по квартире. Их нет ни на кухне, ни в ванной комнате, остаётся только комната хозяина квартиры «Наверное покурить вышли», — думает она, попутно идя, а после дверь в комнату открывает, уже собирается в тишине посидеть, раз девочек не нашла, но видимо занято. Она подругу видит со своей девушкой, они явно очень увлечены друг другом. Мишель сидит на коленях Кристины, страстно целуя. Брюнетка смотрит на это всё, а на лице ни одной эмоции. Просто всё равно. Будто она не удивлена этому. Девушка на пятках разворачивается и беззвучно выходит из комнаты, так и оставшись незамеченной, идя в сторону кухни, в которой, вроде, никого не было. Там тишина, нет никого. Значит не ошиблась. Брюнетка окно открывает и на подоконник локтями опирается, воздух в лёгкие вдыхает. Кто-то резко рядом на подоконник запрыгивает. Лиза голову поворачивает и блондинку рядом видит. Внешность её необычная: пирсинг на губе и крыле носа, небольшие тонели в ушах, шрамы на бровях, одна рука у неё забита полностью татуировками, а на других тату разбросаны местами. Она улыбается во все зубы, волосы её на плечи спадают, поэтому та спешит их собрать в хвост. — Чего одна сидишь грустная такая? — спрашивает девушка, голову к плечу наклоняя. — Не люблю такие места, — говорит Лиза, голову вновь на неё повернув. — На них ты узнаешь то, о чём знать бы ты не хотел. — Может, это и к лучшему. Ты должна была рано или поздно узнать об этом. Верно? — отвечает незнакомка, будто сама прознала это в какой-то момент. Испытала на своей шкуре, так сказать. — Я давно знала, может, просто не хотела принимать, поэтому дальше закрывала глаза и врала себе. — Тогда давно было пора признаться в этом, хотя бы себе, — говорит блондинка и сигарету достаёт, закуривая. — Будешь? — спрашивает она. — Нет, не курю, спасибо, — отвечает Андрющенко, девушка в окно высовывается, чтобы некурящую девушку не отравлять запахом. Лиза на подоконник залезает и ноги вытягивает, блондинка руки поднимает, чтобы ей удобнее это сделать было. — Как тебе хоть звать? — интересуется она, а после в глаза смотрит. — Лиза, — кратко говорит Андрющенко, смотря на профиль незнакомки. — Я Кира, — тоже представляется Медведева. — Ты, Лизок, не зацикливайся на хуйне этой. Главное, не думай об этом, хуже себе делаешь, я не знаю, что у тебя произошло, — не успевает договорить блондинка, как её перебивают. — Мне девушка с подругой моей лучшей изменила, — тихо произносит она, не знает зачем рассказывает об этом девушке, но ведь незнакомым людям, рассказать легче, чем себе. — Бля, когда? — единственное, что произносит Кира, поворачивая голову на новую знакомую, что теперь та может разглядеть цвет темных глаз. — Сейчас. В комнате, — пожимает плечами Андрющенко, ей паршиво. Выть хочется, в какой-то мере. Кира ей руку на колено кладёт. — Не гаси себя из-за этого. Раз она так поступила, значит говно, а не человек. Не ссы, прорвёмся, — пытается приободрить девушка, слегка приподнимая уголки губ. — Солнце моё, ты чего здесь? — спрашивает Кристина. Вид её был растрепан, если бы Лиза не видела, списала бы это на то, что та успела с кем-то продраться или упала. Захарова в щеку поцеловать хочет, а Андрющенко голову ведёт, ей противно, она больше не хочет, чтобы девушка её касалась. Кира руку убрала с колена, на девушку смотрит, в глазах её отвращение с омерзением смешивается. — Ты чего? — Я не хочу, настроения нет, — отмахивается Лиза, ей кажется, что её сейчас прямо здесь вывернет от всей ситуации и омерзения к себе за то, что оправдывала. — Как хочешь, — говорит Крис, а потом всё-таки успевает губами по щеке мазнуть и уходит. Лиза резко вскавает к раковине бежит. Ей тошно и противно, она лицо умывает, в рот воды набирает. Девушка бледной выглядит, кажется, что она сейчас в обморок упадёт, так что Кира её резко к себе притягивает, окно закрывает и на подоконник садит. — Лизок, не раскисаем, — пытается отшутиться Кира, но выходит плохо в голосе волнение проскакивает. Блондинка стаканчик на столе находит, а он грязным оказывается, она свой моет под водой от алкоголя и воды наливает. — Держи, — протягивает Медведева, а Андрющенко пить не хочет. — Пей, говорю, ты тут ебнешься без сознания, тебе это надо? — брюнетка отрицательно кивает. — Ну, вот, пей тогда, я вымыла стакан, — девушка его почти одним глотком осушает. — Спасибо, Кира, — сдавленно отвечает она, к стеклу лбом прижимаясь, жарко. Медведева, будто чувствует это, окно приоткрывает. Девушка лишь кивает, улыбаясь. — Как ты вообще тут оказалась, не похоже, что любишь такие места. — Да, я собственно сюда приехала только из-за них, — говорит брюнетка, Лиза уверена, что больше не увидит Киру, тогда почему бы и нет. — А ты я вижу к таким местам привыкла. — Верно, — кивает Кира, — Что ещё можешь обо мне сказать? — переводит тему Кира, пытаясь заставить забыть об настоящем и погрузиться в разговор. Медведева видит, как ты стушевалась, явно знает, что сказать. — Говори, я не из обидчивых, да и бить не буду, а кусаюсь не сильно, — отшучивается девушка, а Лиза уголки губ в улыбке приподнимает. — Ну, — выжидающе произносит она. — Ты зависима, — не громко, но уверенно озвучивает Андрющенко, блондинка усмехается и головой отрицательно качает. — Больше нет, — отвечает она. — Бросила. — У тебя есть большая сила духа, раз ты смогла. Жалеешь? — спрашивает Лиза. — Что бросила? Ни разу. Что начала? Да, наверное, тоже. Думаю, если бы не была в нескольких шагах от неизлечимой зависимости, я бы и не задумалась о том, что жизнь не такое уж и дерьмо. Что смысл прожить её достойно наверное, хуй его знает, — пожимает плечами Кира. — Ты вообще ни о чём не жалеешь? — Конечно, жалею, — с придыханием говорит Кира и взгляд отводит, ей тяжело об этом говорить, но ведь и Лизе было нелегко рассказывать. — Жалею, что я человека морально убила. Честно, жалею. Знаю, что не достойна ни прощения, ни оправдания. — Что значит убила? — спрашивает брюнетка. — Я в то время ещё зависима была, да эмоционально нестабильна, в отношения вступила, бог знает зачем. Двойные стандарты, мне можно всё, тебе нельзя ничего. Так и встречались. А потом человек от меня с вещами сбежал, да я и не виню, я чудовищем была, — произносит Кира, голову в верх поднимает, чтобы слезам волю не дать. — И это, блять, — она судорожно вздыхает, в горле ком проглотить пытаясь. — Никак не изменить, я боюсь, что если я встречусь с ней, то просто сделаю человеку вновь больно, напомнив о прошлом, — всё-таки слеза скатывается по щеке, на подоконник падает, разбиваясь брызгами, Кира смахивает гневно влажную дорожку с щеки. — Но ведь, ты осознаёшь свою ошибку, ты признаёшь, что поступала хуёвое, это уже что-то, — говорит Лиза и запястье легонько сжимает в попытке поддержать. — Я была в абьюзивных отношениях, только была я жертвой. Нет-нет, не с девушкой, у меня молодой человек был, — быстро поправляется Андрющенко, когда замечает шокированный взгляд. — Я была зависима от него, от его чувств, отношений и его общества в целом. Я проработала это с психологом, но скажу так, что в абьюзивных отношениях ненормальный не только абьюзер, но иногда и жертва. — Нет, почему, — хочет что-то сказать не согласная Кира, но её перебивают. — Я не уходила от человека самостоятельно. Он меня бросил. И я ещё спустя время верила, что он вернётся и мы снова будем вместе, — произносит брюнетка, а в глазах Медведевой наблюдает испуг и шок. — Не только насильник зависим жертвой, это работает и наоборот, — договаривает Лиза, а Кира переварить пытается. Она не задумывалась об этом. — Выйдет оборвать одну, но выросло бы новая зависимость, — с уверенностью говорит Андрюшенько. — Каждый от чего-то зависим, — кивает Кира, задумываясь, она достаёт ещё одну сигарету. — Ты не против? — Нет-нет, — заверяет брюнетка. — Я сама выбрала сидеть тут, так что даже не спрашивай, — махает рукой Лиза. Кира закуривает, а на кухню тело еле живое заходит, что приходиться сигарету в руках зажать. — Блять, Ви. Пиздуй домой уже, ты не соображаешь и на ногах еле стоишь, — говорит Медведева к девушке подходит, та бормочет что-то невнятное. Блондинка в телефоне Рони пишет, чтобы она Вилку забрала, та мгновенно отвечает, что через пятнадцать минут будет. — Так, сейчас за тобой Рони приедет, так что успокойся и выпей воды. Лиза сидит на смирно, она вдыхает ядовитый воздух, но почему то отравлять им лёгкие теперь невероятно хочется, поэтому она жадно глотает кислород с противным дымом. Брюнетка не особо слушает разговор девушек, она в своих мыслях утопает. Что делать дальше? Сколько времени она закрывает глаза на это? Сколько продолжается наглая ложь? Кристина омерзительна ей? Так же сильно, как любима ей же. Но ведь продолжать так жить она не может? Возвращает в мысли её Кира, что на подоконник запрыгивает, поэтому Андрющенко ноги подгибает. — Прекрати в дерьме копаться, — произносит Медведева. — Расскажи что-нибудь хорошее, не вечно же самокопания себе устраивать. — Лиза улыбается слабо, в воспоминаниях своих копается, а Кира сигарету выкидывает, та летит вниз. — Я помню, когда мелкая была яблоки на даче у какого-то дедушки выпросила, знаешь, щенячьи глазки состроила, хотя дома хорошие яблоки лежали. Меня тогда заставили все яблоки съесть, я сидела, ревела и ела эти яблоки, с этих пор, я не люблю их, — рассказывает Лиза, а после взгляд на Киру переводит. — Ты тоже расскажи, что я тут одна болтаю. — Вот эта история, — улыбается Медведева, она задумывается. — Рассказать? Ну, до зависимости я спортом занималась. Сейчас хочется обратно в него вернуться, думаю, что займусь этим в скором времени. Зал найду, — говорит Кира, а потом в глаза напротив смотрит, она невзначай смотрит на смартфон в руках девушки. — Слушай, а дай свой номер телефона, — произносит она и мобильник свой достаёт. Она названный номер вбивает, а после телефон убирает, контакт подписав. Девушки болтают до самого утра, смеются, вспоминают глупые и смешные ситуации из детства. Лиза смеётся громко и искреннее, а Кира улыбается, ей нравится улыбающиеся девушку видеть. Брюнетка под утро уходить собирается, Медведева куртку надевает и вместе с ней выходит, в такси её сажает, ручкой на прощание машет, а Лиза вторит ей, из окна машины ладонь высовывает, Кира улыбается, провожая её взглядом.

***

С той вечеринки проходит две недели. Две недели лжи Кристине в лицо, что она ничего не знает. Две недели, где каждый день её грызли мысли о том, что, блять, делать дальше? Две неделе сообщений от Киры, каких-то глупых картинок, с которых Лиза приподнимала уголки губ. Две недели для принятия окончательного решения. Она пишет последнее сообщение Захаровой, своей «подруге» и Кире. Елизавета рыдает, судорожно утирая свои же слёзы. Брюнетка хочет и не хочет этого одновременно. Последний вздох, последний выдох. Она ступает вперёд, пути назад нет. Она стоит у подъезда своего дома. Буквально через время сюда примчится Кристина, но Лиза не глупая. Час пик. Пробки, что ехать она будет минимум час. Через час ноги её здесь не будет. Она отдала ключи хозяйке ещё днём, та пожелала хорошей дороги и ушла, оставляя ей квартиру до вечера, чтобы та вещи свои собрала. Она на вокзале ждёт, до посадки ещё время есть немного. Брюнетка в последний раз на экран телефона смотрит. Невероятное количество сообщений от Кристины, Мишель и Киры. Брюнетка диалог открывает с Медведевой, игнорируя остальные, и последнее, что она пишет: «думаю, так будет лучше для всех, кстати, у тебя классные татухи ;)». Лиза симку из телефона вытаскивает и под чехол телефона кладёт, может, когда-нибудь она вставит и прочтёт, что ей писали, но точно не сейчас, точно не скоро. Объявляется посадка. Лиза встаёт с места, хватая чемодан за ручку, она шагает в сторону поезда. Здравствуй, новая жизнь? Так ведь говорят? Она последний раз оглядывается, но будто ничего не видит вокруг, кроме того места, где сидела несколько минут назад. Лиза оборачивается глядя на проводницу, что смотрит по сторонам. Андрющенко вздыхает, не прислушиваясь к окружающей среде, она делает заветные шаги к поезду, делать их тяжко, будто ноги приросли к асфальту. Лиза пугается, когда её резко разворачивают за плечо, а после в объятия тянут, она бы непременно оттолкнула этого человека, но тонкий аромат одеколона, где можно уловить запах апельсина и корицы, смешанный с табачный дымом просто не даёт этого сделать. — Дурная, — на выдохе говорит девушка, тяжело дыша, а Андрющенко не слышит нравоучения, она вдыхает аромат блондинки, прикрывая глаза. Брюнетка рада увидеть Киру сейчас. Они не были лучшими подругами или очень близкими людьми, но Медведева, и правда, слишком ярко зашла в её жизнь, оставляя за собой шлейф сигаретного дыма, который заставлял воротить нос, но в то же время вдыхать полной грудью, чтобы уловить присутствие девушки. — Зачем ты приехала? — вопрос звучит слабо, неохотно, будто она не желает её видеть. Лиза просто боится. Боится передумать в последний момент, когда она в шаге от своего будущего. — Не рада меня видеть? — Я не передумаю, Кира, я не сдам билет, — отрицательно кивает Андрющенко, в глазах Медведевой ни капли разочарования. — И не заставляю. Я тоже поеду, — звучит уверенный голос, только сейчас она замечает рюкзак за спиной Киры. — Я купила места в купе. Поедешь со мной? — спрашивает блондинка, смотря с надеждой в глазах. Она похожа на кота из Шрека или Лиза кажется? Брюнетка тяжело вздыхает, опуская глаза. — Да, я поеду с тобой, — кивает она, глядя в глаза Медведевой.