Шепот у твоего уха

Стучит, хотя может просто завалиться, и он примет её, как делал это каждый раз, без предупреждений, или ранней договоренности. Не слышит ничего за дверью, либо его там нет, либо её уши заложило от волнения. Чего ей стоит просто открыть дверь? Возможно, не хочет никого другого там случайно встретить, на нём, или же возле. «Соберись, ты сама пришла сюда» почему-то в последнее время, по-особенному трудно подниматься на этот этаж, и останавливаться у этой двери. Стучит ещё раз, возможно, вежливость настолько перестала быть ему знакомой, что он решил что это просто кто-то ошибся. Тихо. Не в этот раз. Кацухидэ спускается, надеясь выцепить его где-то на пляже, в пьяном угаре, или же выпить, и подобно ему пуститься в развлечения. Да только она его там не найдет, Нираги всё также сидел в кресле в своём номере, игнорируя её стуки. Глупое сердце просило открыть, и впустить её, не только в комнату, но разум игнорировал все просьбы. Один человек рушил все его идеалы, весь образ, что он построил, вторгался в его голову и выкидывал все его принципы нахуй. Он думал её быстро умотает любое удовольствие, будь оно в избытке, но лишь сам начал наслаждаться процессом. В руках стакан, наполненный почти до краев, но даже этого количества не хватит, чтобы затушить внутри хоть что-то. Опустошенный стакан летит в стену, в след за ним остальные вещи со стола. Это не агрессия, это восприятие реальности.

***

за три недели до этого Кацухидэ на своей второй игре увидела растерянного парня, который стоя на балконе, пытался найти выход с лабиринта этажей. Но паника которая охватывала его, блокировала все его мысли. «Да блять» он повторял наверное раз двадцать. Он не слышал шум позади себя, не обратил внимание на неё, когда она облокотившись об перила — закурила. Ничего. В голове была суматоха и дыра с размеров в планету. Голос с динамика оповещал о том, что до конца игры оставалось 15 минут, и кажется, это его только больше затормозило. Выбраться из здания, где все коридоры ведут в никуда, было легче, нежели собрать всё в одно целое. В тот вечер был первый день пребывания Сугуро в Пограничье. После выхода из здания, он просидел на ступеньках ещё добрые двадцать минут, не осознавая что всё это время сзади него стояла та самая девушка. — Если тебе некуда идти, я могу предложить остаться у себя, могу предложить тебе нагретую воду, алкоголь и еды. Думаю, этого достаточно будет, чтобы немного прийти в себя. — Не боишься приглашать к себе кого попало? — Нираги не терял уверенности в интонации, словно это был не тот паникующий молодой человек, пару минут ранее.- Веди. Квартира явно была необжитая, и казалось, девушка просто привела парня в чужой дом. С мебели полный минимум, никаких элементов декора, даже коврик отсутствовал перед дверью. Две чашки стояли на столе, куда успешно уже был влит алкоголь. Первую не чокаясь они осушили сразу же. — Кацухидэ Куротсучи. — Девушка протянула руку, в знак приветствия. — Нираги Суруро. Ты обещала нагретую воду. — Пожав в ответ руку, парень откинулся на стульчике, словно у себя дома. Девушка встала с места, и пошла в ванную. Видно, что была тут не первый день, поскольку в квартире она собрала с маркетов всё только самое необходимое. Поставила нагревать воду на переносные плиты, и вернулась на кухню. Парень уже успел разлить следующую партию, в ожидании девушки. Но та лишь взяв что-то с полки ушла обратно. — Я в одиночку пить не собираюсь. Взяв немного воды с кастрюль, девушка налила в две тарелки, и засыпала содержимое пакетов, лапша быстрого приготовления, не ужин в ресторане, но для пропитания сойдет безошибочно. Вернувшись на кухню уже едой, она поставила перед ним палочки. Тот явно не ожидал, что девушка так будет распинаться перед человеком, чьё имя она узнала всего пару минут назад. — Что ж, теперь, можно и пить. — Второй стакан пуст, и на фоне происходящего уже пару дней, тело уже начинает реагировать на такое количество алкоголя. — Ты сегодня тут первый день? — Не знаю что за тут, но да. Ты? — Дней пять, наверное, первые два дня я в панике проебала где-то. Пришлось за минуту адаптироваться к правилам этого мира и запастись алкоголем. Иначе я не могу не думать о том, скольких мне пришлось убить на первой игре, ради своей жизни. — Я со смертями раньше лишь в новостях сталкивался, и всего хотел видеть события со стороны виновника. А когда сегодня столкнул парня с этажа, мне как-то, не знаю, полегчало. Девушка наливает уже больше, наконец-то она пьет не в гордом одиночестве, и кто-то разделяет трапезу с ней. Пусть это и будет этот будущий психопат. — Тут интересно убивать людей лишь в играх, иначе они тебе даже помочь могут, как вот, я тебе. — Ты мне ещё не полностью помогла. — Нираги поднимает рюмку, и кивает ей в сторону своей чашки. Чёрт знает как они оказались в ванной вместе, и почему она позволяла ему так грубо обвивать её шею, но скидывать его руки она не собиралась. Это было первый раз, когда она отдала своё тело и разум на подчинение Нираги Сугуро. На утро парня в квартире не оказалось, и единственное доказательство его существования были отметины на теле и две чашки на столе.

***

за две недели до этого Её притащили на пляж после совместной игры с Анн. Ругалась матом, была крайне недовольна тем, что кто-то связал её руки, но иначе боевики не могли заставить её перестать размахивать руками. Нираги не стал вмешиваться и помогать, когда увидел её на стульчике перед Шляпником, лишь думал о том, что обязан сегодня с ней выпить. — Ты просто свалил, а сейчас подсаживаешься ко мне, словно мы старые друзья. — В руках коктейль, видимо не первый. Глаза девушки блестели уже достаточно ярко, чтобы ему захотелось потушить этот огонь внутри неё. — Я не искал союзников, или тем более любовь. Если бы мне пришлось пристрелить тебя в одной из игр, я был бы опечален. — Но тут ты остался, и дай угадаю, если тебе нужно будет кем-то пожертвовать из этих людей, ты определенно это сделаешь. — Верно. Второй раз она доверилась ему так легко, что Нираги даже подумывал потерять интерес к её персоне, но она была слишком хороша, чтобы из-за такой мелочи отказываться.

***

за неделю до этого Иногда, она поднималась к нему в номер, когда знала что он вернулся с игры. Ей нравилось как он снимает напряжение, используя её тело, нравилось когда он был зол, особо любила дни, когда он был расстроен. Нираги всегда был разным, она давала ему всё, что нужно было, для своего удовольствия, а он брал столько, сколько ему хотелось. Никто не называл это союзом, или чем то более глубоким, это была взаимовыгода совершенно несвязанных между собой людей. Но когда она увидела другую девушку, выходящую с его номера, внутри, где-то под ребрами, сильно закололо. Она не хотела осознавать, и тем более называть это привязанностью, и уж упаси любовью. Но думать что с ним был кто-то ещё, она не хотела, хоть это и было очевидно. С номера вслед вышел он, и лишь кивнув ей в знак приветствия, скрылся за поворотом. Нираги не хотел придавать этому значения, но привел в номер другу именно по той причине, что хотел чтобы она увидела другую. Парень, который раньше таскался с разными, внезапно остановился на одной. Нужно было это прекращать, даже если это и значило, что она больше к нему не зайдёт.

***

за день до этого На Пляже много что начало меняться, и Нираги терял связь с реальностью, становясь всё более одним целым со своей винтовкой. С каждым днем в номере появлялось всё больше бутылок, а с бара увести красоткам было его тяжелее. Кацухидэ наблюдала за ним с шезлонга, как тот вливает в себя третью рюмку, и смеется с собственных мыслей. Кто бы к нему не подходил, он ставит руку на соседний стульчик, давая собеседнице знать, что сегодня он проводит свою ночь в одиночестве. Так почему же тогда направляясь к нему, она была уверенна, что ей он позволит сесть. Так и было. Хотя она не уверенна, взглянул ли он хоть немного в её сторону. — Я ждал тебя. — Для чего? — Ты перестала заходить, и мне стало интересно почему. — Нираги не был злым, на его лице была улыбка, которая постоянно сопровождала его вместе с безумием. — У тебя оказывается плотный график, не получилось вписаться в него. — Она просит тоже что и у него. Теперь когда у обоих стакан в руках, всё начинает напоминать их привычные вечера. — Это звуки ревности или стульчик скрипит так неприятно? — Тебе показалось, ты и сам мог бы заходить, прекрасно знаешь, где мой номер. — Справедливо. «Уходи» стучало в её голове, остатки трезвости пытались её образумить, но на эти мысли она лишь закурилась, позволяя алкоголю только больше ударить в голову. Нираги смотрел на неё, словно пытался и сам отогнать её с этого стульчика, ведь раз она тут, сам он в номер не поднимется. Чёртовая Куротсучи со своими разговорами. В первый день впустив демона в свой дом, она не смогла отогнать его и с утопии. Но ноги уже несут к ступенькам, и он, для уверенности что она сейчас не уйдет и не раствориться, держит её за руку. Ведёт как на убой, в свою клетку. — Я сама решила за тобой идти, не оглядывайся так часто. — Кацухидэ видела его пристальный взгляд, ощущала каждый тик в его пальцах, и искренне не понимала, почему он просто не прогнал её, взяв с собой другую. В комнате хаос, и кажется, Нираги очень хорошо уже в нём ориентируется. Руки не касаются её так грубо, как обычно, и он, кажется слишком долго задерживает взгляд на ней, после каждого поцелуя. Почти каждая их совместная ночь была в пьяном состоянии, но сегодня он казался крайне уязвимым. «Чёрт» провожала каждое его движение, словно под ним фарфор, а не девушка, которую он каждый раз до этого не жалея держал в своих руках до посинения кожи. — Ты можешь остаться до утра. — Нираги решил нарушить правила, наблюдая за тем как она начинает одеваться. — Это неправильно, Сугуро. — Пожалуйста.

***

Отголоски ночи провожают её целый день, она ушла ещё до того, как он проснулся, просыпаться вместе это будет уже слишком. Её и так разрывает на части, и она хочет с ним поговорить, даже если его ответом будет смех. На баре было пусто, и никто из опрошенных даже за целый день его не видели. Значит, он отчетливо слышал её стуки. От этого становится лишь хуже. Прокурив на крыше почти весь остаток дня, девушка всё же решила закончить всё в этот вечер, выпив для храбрости, она вернулась туда же. И снова стучит. Нираги это лишь позабавило, никто никогда такое не делал, ведь нет дела до того, беспокоят ли его. Никому не было дела до его номера, кроме людей которых он сам сюда водил. Встав с дивана, он пошел открывать двери. В его глазах — ничего. То ли из него ещё не вышел алкоголь, то ли он был пьян уже, она так и не поняла. Ему словно действительно не было дела до того, кто перед ним, и зачем она пришла. Отошел от двери, рукой приглашая в свои покои. Будто она тут впервые. — Насколько ты в состоянии говорить со мной сейчас? — Уселась на кровать, наблюдая за тем как он устало садится в кресло, закидывая голову назад. — Я совершенно не хочу с тобой говорить. — Зачем тогда впустил? Нираги пробивает на смешок. Он и сам не знает. — Ты же не глупая. — Видимо глупая. Тяжелый вздох, она хочет вытянуть с него слова, которые он никогда бы не хотел озвучивать. — О чём ты хочешь поговорить? Разве всё не очевидно. Ты заставляешь меня чувствовать, и возможно, это не такая большая проблема, если ты этим не будешь пользоваться, но мы живем в мире, где ты можешь умереть в любую секунду, так не легче ли мне пристрелить одного из нас прямо сейчас, чтобы пережить это сейчас, а не когда это будет ещё тяжелее? Я хотел тут развлечься, жить в своё удовольствие, и я живу, но второй пункт больше не происходит, без твоего участия. Понимаешь? И как бы я не хотел тебя игнорировать или заменить, не получается. Мы поговорили? — Да. — Теперь будь добра, я иду спать, я превысил свой лимит в эти два дня, занеси сюда свои вещи, и сделай так, чтобы наутро я проснулся с тобой в этой кровати.