Продолжение эксперимента

— Ты чё, ремень расстёгиваешь? Рука Лиф, сжимающая пряжку, дрогнула. Несколько секунд длилось молчание, подростки напряжённо смотрели друг другу в глаза. — Я делаю это в качестве эксперимента! — Именно! — Ди уверенно кивнул. — Мы же не дилетанты какие-то... — Как же ты прав! Всё ради науки! Девушка смело продолжила начатое, но кого они хотели обмануть? Сердце билось в бешеном ритме, и Лиф молилась, чтобы Ди этого не услышал. Ремень поддался легко, быстро и плавно он выскользнул из шлёвок. Наступила очередь пуговицы и ширинки. Тихо сглотнув, Лиф потянула язычок вниз. Парень неожиданно издал короткий стон. Взгляд девушки метнулся к его лицу: Ди стремительно краснел, прикрывая рот рукой, глаза круглились от испуга и ошарашенности. И тут Лиф вдруг пробил азарт, она улыбнулась. Замкнутый, вечно крутой, сейчас Ди предстал перед ней настоящим: робким, застенчивым, неумелым и неопытным. Игриво скалясь, она потянулась к самому его лицу, медленно убрала руку ото рта. — Что такое? — осмелев, Лиф коснулась его белья, чуть надавила. — Тебе приятно? Ди сжался, густо покраснел до самых кончиков ушей. Потом, всё ещё красный, вздёрнул голову, с вызовом глянул девушке в глаза. Точно собрав последние остатки своего образа "крутого парня", он храбрился изо всех сил. — Это просто эксперимент! Верно? Улыбка Лиф стала шире. Ди бесконечно умилял её. Радовало, что и он смущался не меньше, но сама Лиф скрывала эмоции куда лучше. Разжигаясь, она решила идти до конца. Лиф пододвинулась ещё ближе, к самому его носу. Нахмуренное лицо Ди резко приняло напуганное и беспомощное выражение. — Разумеется. Всё только ради науки. — она провела пальцем по его подбородку. Сердце Ди стучало очень громко, дыхание стало прерывистым, горячим, щёки пылали, а плотно сжатые губы слегка подрагивали. — И что же мы будем делать? Лиф веселилась, скрывая стеснение. А вот парень, похоже, боролся со своими внутренними рамками, собственными страхами и оковами. Они молча смотрели друг на друга, словно говорили без слов, словно искали во взгляде напротив что-то, что так хотели увидеть или понять. Наконец Ди закрыл глаза и, шумно вздохнув, положил голову Лиф на плечо. — Сдаюсь. — эта игра в друзей, игра в сокрытие чувств длилась до смешного долго, — Делай всё, что захочешь. Я не могу тебе сопротивляться. Полушёпот Ди звучал так искренне, так откровенно. Дыхание всё ещё было горячим, а сердце отстукивало быстрые, дивные мелодии, но голос его был спокоен. Лиф оставалось лишь с трепетным замиранием слушать его признание. — Ты... Ты будто сводишь меня с ума. Ди к этому времени сидел только в одном белье и футболке, без стеснения он подтянул колено к груди и исподлобья глянул на Лиф, желая увидеть её реакцию. В жизни всё и всегда шло по плану, как часы, так предсказуемо, так почему же... Почему же эта девушка так влияла на него? Страх, незнание, неуверенность, отчаяние и... трепет, совмещённый с бесконечной радостью от одного лишь её взгляда, одного слова или улыбки. Никто и никогда не будоражил в нём таких чувств. Лиф, приоткрыв от удивления рот, смотрела прямо в глаза Ди, такие голубые, словно чистое небо, и блестящие даже при слабом свете. Казалось, они видели её душу насквозь. Лиф больше не улыбалась и едва дышала, словно не веря сказанному. Перехватив инициативу, Ди осторожно положил руку на её щёку, со всей нежностью коснулся уха, волос. Сопротивления не последовало. Наконец румянец тронул и её лицо. Взгляд Ди был сосредоточенным, серьёзным, но при том мягким и тёплым. Он потянулся к её губам. Но остановился в миллиметре, когда Лиф коротко ахнула. — Не хочешь? — шепнул парень, внимательно смотря на неё из под ресниц. Изучая, пытаясь понять. Ещё одна секунда сомнения, но вот и Лиф, сдавшись, опустила веки и мягко подалась навстречу. Осторожность поцелуя, словно знакомство, нерешительность, словно просьба о разрешении, и нежность, передающая всю искренность без каких-либо слов, медленно перерастали в жгучую страсть, яркий, чувственный огонь. Маски были сброшены, души обнажены, как обнажены были и все желания, мысли и эмоции. Они горячо ласкали друг друга, прижимаясь ближе, гладили и много, много целовались. Трепетно, глубоко. В какой-то момент Ди отстранился, чтобы перевести дух. Он тяжело дышал, голова кружилась, тело горело, с ног до головы. С одним из первых выдохов он произнёс, держа Лиф за плечи: — Я люблю тебя. — Что? — девушка, тоже старающаяся отдышаться, не сразу осознала услышанное. — Я люблю тебя, Лиф. Сильно. Она смотрела как он дышит, красный и покрый от пота, такой настоящий и всё такой же прекрасный в её глазах. — А ты? Что ты чувствуешь? Видимо, она долго молчала, потому что Ди задал вопрос сам, теперь глядя прямо на неё. — Я, ну... Раньше не проводила ни с кем экспериментов. Парень неожиданно хохотнул. — Так значит я особенный? — ... Особенный. Лиф кивнула, отвечая на его улыбку. Оба они искренне смеялись, прижимаясь лбами друг к другу. Маски друзей были сброшены. Однажды и навеки. И не было в тот день людей счастливее двух подростков, наконец признавшихся в своей любви.