Бесстрашный

      — Вставай-вставай, так и жизнь проспишь.       Очнулся внезапно, моментально ощутив все последствия похмелья. Голова проживала будто отдельно от тела, хоть бы не убежала и в самом деле.       — Что-то ты реально перебрал, — повторил тот же голос. — Не пойми неправильно, у меня к тебе сугубо профессиональный интерес, поэтому и пекусь о твоём здоровье.       И кто такой умный, посоветовавший так бурно отметить день рождение? Так это же я, чёрт возьми.       — Э-это какой такой?       — Признаюсь, Артём, — шепнул мне на ухо мужчина в плаще. — Я хочу убить тебя.       Я моргал десятками раз, и глазомер потихоньку начинал возвращаться. Кроме плаща увидел какую-то анимешную маску. Не помню записи на сходку психов-косплееров.       — Вот это актёрская игра!       Человек посмотрел на меня пристально.       — Водой бы холодной тебя облить, но за неё платить нужно. Денег даже на таблетки не хватает, так что извини, обойдёшься без душа.       Чувство юмора при нём.       — А, эта маска? Мне по нраву узорчики в клеточку, так что не суди строго. Повторяю: не косплеер я.       Кто же тогда? Вопрос важный.       — Ну вот опять. Убийца я, киллер семь-семь-семь, только в ирэел. Раз с формальностями мы разобрались, хочется уточнить: вам комфортно?       — Чего-чего?       — Ты же должен умереть с улыбкой на лице, Тёма!       Что вообще происходит?       — Эта улыбка поможет моей альма-матер. Для тебя уже всё тщетно. Но не для меня.       Хорошие слова. В них присутствует крупица серьёзности, колосья, очищенные от «мусорной воды», и смысл, боги, о какой смысл! Даже младенец бы уяснил его, это истинное искусство.       — Кайф поймал? Ненормальный какой-то ты, Артёмка.       Кто бы говорил? А так, меня больше не интересовали детали. Я знал лишь одну вещь — сейчас меня убьют, но кто убийца? Это был даже не детектив, ведь расследование закончилось, так и не начавшись.       — Сам такой.       Сейчас бы похвастаться перед родственниками, что я так смел. Но факты были немного не на моей стороне.       — Это не этично, прекрати.       — Так почему ты, чудик, ограничиваешься разговорами, не переходя к действию? Или что-то нужно?       — Что-то ты быстро принял своё положение. Выйду на улицу пока, подумай ещё.       Холодно ему будет… Понятное дело, в разгаре самое ритуальное время года — зима. Мои поиски, несомненно, будут провальными. Они отчаялись. Я тоже.       — Зачем?       — Так у нас настоящий «аск» организовался? Помучить тебя хочу, Тёмочка.       Ответ гения мысли!       Признаюсь, что бы я там не думал, иронизировал, не хочу уходить так рано. Не желаю и чуточку сойти с ума. Более того, в тайне уже целый час мечтаю купить табакерку, хоть никогда ничего крепче вафельной палочки не затягивал.       Знал и тех, кто этим злоупотреблял. Но, друзья, любая цель в такой ситуации хороша?       — Ладно, приступаю к процедуре. Не очень приятной.       — Что тебя толкнуло на этот порочный путь?       Ну, я пытался применить реверсивную психологию.       — Не мешай, а? Крутим-крутим барабан, пытку будем выбирать!       Ты даже рифму не придумал? Маньяк дал этим понять, что компания с близкими людьми не так уж плоха. Школьные товарищи ещё куда не шли, я даже знал, что у них на уме. Правда, память о всех этих событиях ограничивается одним альбомом.       Фотографией, где все мы, работяги, крепко обнялись за кружкой «тёмного».       — Ещё рано для флэшбека. Ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту, поиграем в чехарду!       Мужчина, посмеиваясь, достал клинок.       — Где покупал? Может, положишь туда, откуда взял?       — Я не знаю, почему ты не кричишь, — описал он ситуацию столь неординарными словами. — Сейчас критическая для тебя ситуация. Реши вот загадку: «Двадцать голубоглазых фриков очутились на необитаемом острове. У них есть…»       Я не поддерживал многозадачности, к его сожалению, поэтому просто упал в обморок. Хитрый приём, чёрт возьми.

***

      Видение? Как удобно! Значит, я ещё жив?       — Ох, давно не виделись! Как сам? — отрадно чеканили светлые умы под тёмными и не очень напитками. — Вы не представляете, что произошло за эти пять лет!       О, недавнее воспоминание.       Истории друзей были смешными. Смеялась тогда даже официантка, уломавшая всех нас на солидные чаевые. Платил, естественно не я, но не мешал девушке получать тринадцатую зарплату.       Что только не сделаешь, когда немножко пьян, не так ли?       Женщина была весёлой, но такой недоступной. Хотелось схватить её молодую и неокрепшую руку, пожать, и снова схватить. А дальше гиковские статьи прерывались, оставляя нас со странным послевкусием разочарования.       Все мы страдали одной болезнью. Нам не везло в личной жизни.       Мы пили, смеялись, играли в покер, мафию, вспоминали похождения юнги-коротышки, пытавшегося донести до учительницы английского свои чувства. У неё, правда, уже свой морячок имелся.       — Забавный был малый, — поддакнул «Серый».       Кличка возникла вовсе не от харизматичности, а потому что дружок-волчок пребывал в позиции выбора «светлого» и «тёмного» в «красном и белом» большую часть своей жизни.       — Жаль, что так и остался тряпкой.       Нервные смешки последовали у всех.       — А сам то?       — Сильный, независимый и активный.       — У него хотя бы кто-то есть, — протянул какой-то неяркий одноклассник, показывая профиль девушки на «оранжевом» сайте. — Богатая и обеспеченная дама с эксклюзивным контентом.       Я же всегда думал, что это далеко не показатель.

      ***

Несколько позже

      Седые волосы колыхались. Они принадлежали мне. Смерть была близка. Видимо, он действительно не косплеер. Но почему-то мне не было тревожно на душе и вспомнился кто-то, комично на меня похожий.       — Я же как Канеки Кен, — нашёл резко я аналогию. — Может, не только на любителя? Жаль, что без личной Тоуки.       Мужчина цокнул языком.       — Вот зачем ты так, Артёмка, а? — отложил он своё оружие убийства.       Зачем он это сделал? Чудик.       — У тебя же есть я. Сейчас был бы уже в раю, а теперь… Нужно потратить больше времени, эстетику соблюдать нужно. Мне не понравился этот тайтл, кстати, но Тоука милашка.       У нас совпали вкусы? Тоука действительно хороший вариант для Канеки.       — Чем ты меня накачал? Почему я реагирую так неестественно?       — Ты «чистый», просто испытал действие цензуры на себе, братец кролик. Ничего, я же как-то привык.       — Жесть.       Мужчина засмеялся самым заразительным смехом, который я слышал.       — Да и в какое время интересное мы живём. Захотел стать «власть имущим над тварями дрожащими», только со справочкой из больницы — и никто не против твоей индивидуальности. Система убивает людей. Ты вряд ли осознаешь смысл вышеперечисленного, её жертва. Я записываю наш разговор и процесс, ты не против?       — Моё мнение имеет значение?       — Формально да.       Он пригубил стопочку чего-то, оставив меня наедине с собой. Артём, что делать будем?       — Если так подумать, всё это моё хобби, — ответил он. — А так я обычный самозанятый гражданин. Повар из меня неплохой.       Мужчина развёл руками.       — Интересна моя история становления шизиком?       — О да!       — Ты должен был прореагировать иначе. Ла-а-а-дно… Моя первая жертва была больна, друг, очень больна, — процедил отчего-то недовольный маньяк, будто прочитавший мои мысли. — Тогда кризис постучал в дверь, и люди выживали, как могли. Домашних животных бросали, а я их и к себе, хе-хе. Санитарами леса не рождаются, становятся. И хоть ты не лес, мне хочется тебя изрубить до основания, последней веточки, Артёмка.       Обнаружена проблема с ориентацией?       — Но ты такой скучный, что даже не знаю…       Вскоре он невзлюбил разговоры настолько сильно, что земля мне стала пухом.       Но и убийца не стоял на месте.       — Лучше куплю себе дакимакуру. Небеса, я на ещё один шаг ближе, чтобы отдать вам долг.

***

      Белый потолок слепил глаза. Пришлось перевернуться на бок. Не помогло.       — Эм, где это я? — задал я вполне очевидный вопрос. — Если в раю, то придумайте тучи.       Сон отогнало в миг.       — Прости… Прости… — смущаясь, чуть ли не пропела девушка. Возмутившийся по поводу гендера читатель, ожидавший увидеть толстячка-добрячка, не записывай автора в сексисты. Дело в исключительной фантазии парня.       — Т… Такие высокие требования я пока ещё не могу потянуть.       На меня смотрела моя одноклассница. Первая любовь, жаль, что с ней не получилось. Может, предсмертный второй раунд организовался? Я не против!       — Ой! — виновато вскрикнула она. — Здесь место не для рукоблудства. Это божий дом!       Дом, как дом. Почему она решила сообщить о подобном?       — Читаешь мысли, но твоя фантазия оставляет желать лучшего. Какой благоразумный парень так будет делать? Я же не зверь, а ранимая личность.       Девушка, сильно покраснев, отвернулась.       — П…Прости меня.       — Да ладно уж, не держу зла, эти типичные извращенки-богини, как им не сопереживать?       Возможно, я не первый, попавший сюда. А какие тут тарифы проживания?       — Мда, Артёмка, видимо, не купить тебе табакерки.       — Тут курить запрещёно.       Она явно не понимала за эстетику.       — В таком случае, ну-ну… — пожав плечами, выдал я ей всё, что хотел. — Давай мне карт бланш, на том и закончим.       Подмигнуть стоило для приличия, но бывшие гули таким не занимаются. Я выбрал хороший пример для подражания. Даже после смерти не предаю свои идеалы.       Она моргнула пару раз, не понимая, с кем связалась. Настоящий гуль среди нас я, не пытайся играть от контратаки.       — В общем, Артём-сан, ты умер.       Ожидаемый итог игр с пыточными устройствами. Если так подумать, опустить все шутки-прибаутки, особого сожаления эта новость не доставила.       — Это трудно осознать, но…?       — Правда-правда, поверил я, в твоих словах я не сомневаюсь.       И немного невзначай:       — Как относишься с приветственному забиву на кольтах?       Она зачем-то наколдовала зеркальце.        — Артём-кун, я наконец-то поняла, кого ты из себя представляешь!        — Только посмей в цирк трудоустроить, — на опережение действовал я. — Я личность!        — Не волнуйся. Я переправлю тебя в тот мир, который в тебе нуждается!       Но божество не учло одного. Продолжения не будет, ведь Артём-кун просто устроил себе настоящий курорт.       — Мне и тут неплохо.