Степень близости

Тео нечасто задавался вопросами о сути великой любви. Всё детство он наблюдал, как его родной отец сдувал пылинки с его родной матери, а позже, когда она была тяжело проклята по вине отца — дал ей умереть, даже не попытавшись спасти, в погоне за мерзкими идеалами больного полукровки без носа. Разве так поступают люди, которые любят? Значит, в один момент тебя переполняет это чувство, а в следующий, стоит появиться чему - то или кому - то важнее - любовь пропадает? Была ли она изначально, если человек так легко смог от неё отказаться? В подростковом возрасте парень почувствовал пристальное внимание к своей персоне со стороны женского пола, это добавило ему уверенности в себе и в семнадцать он лишился девственности в пыльной подсобке для мётел с Милисентой Булстроуд, что до сих пор служило поводом для шуток среди его близких друзей. После своего первого раза Теодор осознал, почему люди придают такое большое значение некоторым вещам: сексу, деньгам, влиятельности. Но к любви с тех пор он ни разу не возвращался, компенсируя её отсутствие в своей жизни случайными перепихами и пагубными для здоровья привычками. Он бы и счастлив был полюбить, но ни одна девушка не вызывала в нём это захватывающее чувство. Возможно, наблюдая за Малфоем и Грейнджер, чьи отношения были не самыми простыми, но чувства казались глубокими и настоящими, Нотт немножечко завидовал, но ни разу не озвучивал это вслух. Такой же эффект производили счастливые и светящиеся Поттеры, которые носились вместе со времён школьной доски. Стоило ли винить Тео за незнание? Скорее всего, нет. Человек, чьё сердце ни разу не выскакивало из груди от переизбытка ощущений просто - напросто не способен был понять, каково это. В ту ночь он проводил её до номера в отеле, обменявшись с девушкой телефонными контактами. По старой привычке хотел предложить продолжить ночь внутри, наслаждаясь сладким телом. Картинки в голове сложились против его воли: здесь он целует её шею, оставляя красные отметины на коже. Здесь ловкими отработанными движениями снимает с неё нижнее бельё, зарываясь между ног девушки. Здесь ритмично имеет её возле стены прямо в коридоре, не доходя до кровати. Но Тео отмёл эти мысли, словно надоедливого пикси и на прощание лишь задержался поцелуем на её щеке, вихрем выскользнув из здания и добравшись до ближайшей точки аппарации. Ему было над чем подумать. — Хочу знать твоё мнение о Тео и Тиане. Не смогу заснуть, пока не поговорим об этом. — тихонько произнесла Гермиона, укладываясь в кровать и ожидая своего парня. — Это не наше дело, Грейнджер. Понимаю, ты пытаешься предотвратить что - то неприятное, но, для справки: я ни разу в жизни не слышал, чтобы Тео так отзывался о какой - либо девушке. — Драко по - хозяйски устроил руку на её плоском животе, ложась рядом и стал выводить причудливые узоры пальцами. — К тому же, судя по всем твоим рассказам - у этой девчонки буйный нрав, она сможет постоять за себя, если кто - то попытается её обидеть. Ты же близка с ней уже столько лет, думаю, хуку справа вы научились вместе еще в детстве,— улыбнувшись, парень навис над Гермионой и приблизился к любимому лицу, на котором сейчас отражался калейдоскоп эмоций. — Что ж, твои слова нисколечки не успокоили меня, Малфой, но я не посмею больше лезть в личное. Если понадобится, легко смогу освежить в памяти этот удар и применить его к этому индюку. — посмеиваясь ответила девушка, увлекая своего возлюбленного в поцелуй. Тиана сонно распахнула большие глаза, когда прозвенел надоедливый будильник. В идеале ранний подъём нужен был для того, чтоб привести себя в порядок после ужасного похмелья. Сегодня она договорилась заглянуть с Джинни и Гермионой на выставку современного искусства в британский музей. Девушка была совсем не против пополнения в компании: Джинни понравилась ей сразу же. Прямолинейная, открытая, любящая своих близких. День должен пройти прекрасно. Кое - как выбравшись из кровати и включив негромкую музыку, Тиана поплелась на кухню, вытаскивая бутылку минеральной воды из холодильника. Девушка опёрлась бёдрами о небольшой кухонный островок и мысли её унеслись к Теодору. Бабник, флиртует на каждом шагу с кем попало, кажется, такое описание его личности она получила вчера от девочек? Тогда почему она так сильно хотела довериться ему и открыть душу? Мысль о возможных отношениях с этим человеком и зарождающейся симпатии вызвала страх и тревогу и девушку унесло воспоминаниями на три года назад. Себастиан являл собой мужское совершенство: от великолепной итальянской внешности до отточенных манер и расширенного кругозора. С ним она чувствовала себя как за каменной стеной, но счастье продлилось не слишком долго: после семи месяцев отношений девушка уловила затухание в глазах любимого. Он уже не с такой заинтересованностью обсуждал с ней книги, не так пылко целовал её на ночь, не обращал должного внимания на успехи в её работе, перестал делиться насущными проблемами. Первым красным флажком стала переписка с неизвестной девушкой, обнаруженная в его телефоне ранним утром. Доведя себя до состояния психоза Тиана не могла и дальше жить с этим человеком и претворяться, что наслаждается этим. Переписка состояла из обнажённых фотографий какой-то блондинки и восторженных откликов её Себа. В тот момент, закрывшись на кухне, сидя на холодном кафеле девушка дала волю слезам и истерике. Она больше всего боялась, что подозрения, развившиеся больной фантазией об измене оправдаются. И сообщение о том, как парню не терпится встретиться вновь с неизвестной Каролиной только подтвердило происходящее. Она собрала его вещи через два месяца постоянных скандалов. Прощала его, надеясь, что он исправится и прежние чувства вспыхнут с новой силой. Тысячу раз принимала его заново, когда он на коленях вымаливал её прощение. Но всё было ложью и повторялось как по плохо написанному сценарию. Психотерапевт разбирала по кусочкам этот случай, поднимая проблемы из самого раннего детства девушки, вороша её душу. Тиана на протяжении года принимала антидепрессанты и транквилизаторы, параллельно лечила больное сердце, пыталась заново наладить питание и избежать анорексии. Пристрастилась к алкоголю, мешая его с препаратами. Её рвало каждый день на почве расшатанной психики. Не общалась ни с одним человеком в этот ужасный период, не пускала мать на порог своей квартиры и отказывалась заниматься вещами, которые всегда приносили ей радость. Уволилась с работы, забросила себя и замкнулась. Полностью. Она часто размышляла, насколько глубоко позволила себе утонуть в другом человеке, сколько раз глотала обиды и поощряла очевидные манипуляции. Как зависима она стала от этого мужчины. Как часто засыпала над полностью мокрой от слёз подушке, подумывая о суициде. Это казалось легко: лишить себя страданий, унестись в другой мир, где не было этой боли, которая крошила её сердце день за днём. Но ей не хватило смелости, стоило представить лица мамы и отца, узнавших страшные новости, лица всех её друзей, лицо Гермионы. Пропив курс, прописанный специалистом, она сама того не замечая, стала потихоньку отталкиваться от дна. Ощущалось это странно, но не могло не радовать. Не было никакого чудесного случая, заставившего её прийти в себя, на это потребовалось время и много сил. Заново наладить в карьеру и выйти в люди. Рассказать и поделиться чем - то с близкими. Избавиться от навязчивых идей и образов в туманном разуме. Вернуть себя к жизни. К жизни, а не к существованию. Она не перестала верить в любовь, но стала открещиваться от любых знаков внимания в свою сторону. Она была уверена, что любовь существует. По - крайней мере, она знала как ОНА может любить. Просто ей не повезло. Когда - нибудь, возможно, появится некий Дарси или Хитклифф, который будет каждый день бросать ей вызов, горячо любить и ценить её душевную составляющую. Когда - нибудь. Возможно. Съёжившись от воспоминаний, девушка попыталась очистить голову и пошла в душ. Впереди ждал замечательный день с прекрасными людьми, омрачать его ужасами прошлого не имело никакого смысла. В самом разгаре разговора про художников - импрессианистов современности, сидя в небольшом кафе с Джинни и Гермионой, телефон Тианы оповестил её о новом сообщении. Открыв переписку, она мягко улыбнулась и фокус внимания сместился на кудрявого брюнета по другую сторону экрана. «Веселишься?» «В целом да. Попиваю мятный чай, борюсь с головной болью и другими последствиями похмелья. В следующий раз напомни мне, что в мире существуют другие жидкости, помимо игристого.» «Я нахожусь в таком же состоянии, сейчас ничто не заставит меня подняться с кровати.» «Разве что уж больно хорошенькая итальянка, которая сегодня, к сожалению, предпочла компанию подруг мне.» Тиана рассмеялась над сообщением и, подняв голову к двум сидящим рядом девушкам, объяснилась. — Это Теодор. Просто обсуждаем мелочи. — Выглядишь так, будто занимаешься секстингом*, а не просто миленькой переписочкой. — заметила Гермиона, улыбаясь уголками губ. — Малфой однозначно разнообразил твою жизнь своим появлением, Грейнджер, — смеясь отметила Поттер, поднимая чашку с чаем будто произносит тост, — За яркую и насыщенную сексуальную жизнь, девочки! Смех заполнил небольшое кафе и трое девушек, чокаясь чашками, продолжили тему. — Я никогда не была ханжой, Джин, ты ведь в курсе. Я всегда за здоровые и интересные эксперименты. — Поощряю, подруга! Мы так молоды. Нужно самим создавать воспоминания и однажды, лет так в семьдесят предаваться им с улыбкой на лице. Тиана хотела добавить, что полностью поддерживает идеологию, но вновь отвлеклась на новое сообщение. «Во сколько ты обычно ложишься спать? Сегодня ночью я хотел бы выкрасть тебя из твоего отеля на ночной променад» — Кажется, Теодор зовёт меня на свидание. — Что ж, все предупреждения были раннее озвучены, всё зависящее от нас, как от подруг мы с Грейнджер сделали, но и превращать Нотта в чудовище мы не собираемся, — кивнула рыжая и продолжила, — Не вижу поводов отказываться, если ты действительно заинтересована. «Я совсем не против, Теодор ;)» Ответ пришёл незамедлительно. «Будь готова к полуночи. Увидимся, крошка ;)»