Шёпот, робкое дыханье...

Шёпот, робкое дыханье,

Трели соловья,

Серебро и колыханье

Сонного ручья...

Ночь. Слышится мерное журчанье небольшой реки, с другого берега раздаётся голос пернатой певицы. Трава приятно щекочет кожу лежащих на ней. Лололошка робко улыбается, повернув голову к Люциусу, постоянно отводит взгляд, ведь смотреть в глаза он стесняется. Поминутно слышатся вздохи: мироходец хочет что-то сказать, открывает рот, но вновь не решается. — Я люблю тебя, — тихо произнёс Люциус, и на его лице засияла нежная улыбка. — Я тебя тоже, — ещё бесшумнее ответил Ло, и в ночной тишине зазвенел его смех.

Свет ночной, ночные тени,

Тени без конца,

Ряд волшебных изменений

Милого лица...

При лунном свете мало что можно различить, но эмоции друг друга влюблённым угадать легко. Смущение, но словно детская радость. Лололошка садится, притягивает к себе ноги и смотрит на речку. Его лицо выражает ту безмятежность, на которую мироходец способен только наедине с полубогом. Люц садится тоже, оставляя цилиндр в объятиях молодых травинок. Лололошка смотрит на растрёпанные волосы своего любимого и опять смеётся. С лица Люциуса не сходит нежная улыбка, на которую, как он раньше думал, он не способен.

В дымных тучках пурпур розы,

Отблеск янтаря,

И лобзания, и слёзы,

И заря, заря!..

Ночное свидание продлилось настолько долго, что наступила заря. Люциус тянется к Лололошке и трепетно касается его губ своими. Ло кладёт ладонь на шею Люцу и закрывает глаза. Хочется, чтобы эта ночь не кончалась и не приходилось снова ждать времени свидания, ждать, когда же они смогут отдохнуть от дневных забот и насладиться несколькими часами покоя, проведёнными вместе. Полубог сидит у реки уже в одиночестве, слёзы обжигают его щёки. То же самое время, то же самое место, но Лололошки нет. Уже давно нет. Возможно, он проводит эту ночь с кем-то другим в другом мире точно так же, как проводил с Люциусом в этом. Друзья пытаются помочь полубогу, советуют забыть Лололошку и жить дальше, ведь он не вернётся, но Люциус не может забыть, не хочет забыть. Не хочет отпустить. И вот уже какую ночь он возвращается сюда, вспоминает их с мироходцем ночные свидания и льёт слёзы о времени, когда он был счастлив.