Семья

Невермор был до нельзя мрачным местом, скрытый в лесу, созданный в виде готического замка и пугающей атмосферой. Однако даже здесь бывали светлые дни, которые выставляли это место превосходным, да донельзя красивым и ярким. Например как сейчас, в полдень субботы, которая сулила всем вокруг лишь хорошее настроение и удачу. После всех событий, которые водоворотом закружились вокруг главных героев, прошло чуть больше двух недель. Приключения, что подарил им всем приезд единственной дочери Аддамс, запомняться изгоем на долгий долгий срок. Отчего директориса ввела неожиданные выходные, позволив своим ученикам выбраться за пределы школы, дабы развеется. Конечно без советов местного психиатра не обошлось, но кто будет уточнять детали, верно? Солнце, что неожиданно навестило Невермор в последние дни импровизированных выходных, явно мечтало пробраться в самые темные углы их школы. По крайней мере так считала Йоко, поправляя свои очки и сербая кровью, ожидая, пожалуй, чуда. Уэнсдей, которая сидела за печатной машинкой, решившая потратить эти выходные с пользой и довести свой роман до красивого эпилога, казалось не особо волновалось о наличии солнца в её мрачном мире. По крайней мере внешне. Энид же, что носилась из одного угла в другой на своей половине комнаты, вообще не замечала раздражение подруги. Девушка что-то упорно искала уже на протяжении десяти минут, но безуспешно отчего нервно бормотала под нос. Она и Йоко договорились пойти в город, дабы проветриться, размять кости и в целом побыть обычными, прежде чем вновь начнется их обучения. Конечно же Синклер пыталась затащить в их компанию Аддамс, но та уверенно, а что ещё более поразительно: мягко отказалась, сославшись на свой роман. Йоко заметила, что с прошедших событий взаимоотношения соседок изменилось, причем достаточно сильно, отчего юный вампирский мозг слишком много думал и следил против своей воли. И если Энид называет их лучшими друзьями, а Уэнсдей не плохими союзниками, то сама Йоко видимо видет слишком глубоко или же наоборот то, что ей самой хочется. — Энид, что ты ищешь? Голос Аддамс заставляет вздрогнуть всех присутствующих, даже Вещь, что приспокойно находился на кровати вышеупомянутой девушки, обмазавшись любимыми кремами и просматривал журнал. Уэнсдей со скрипом отодвигает стул, не забыв бросить холодный взгляд на Йоко, что все это время топталась у двери, залипая в телефон с трубочкой во рту и встаёт с места. Скрестив руки на груди, она подходит к линии, которую сама же сделала, тормозя в шаге от того, чтобы переступить. На лице все так же отсутствуют эмоции, а взгляд холодный будто айсберг, но Энид слишком часто наблюдает за своей соседкой и видит каждое изменение в эмоциях. В данном случае Аддамс раздражена, отчего блондинка невольно напрягается, пряча руки за спину и раскачивается на ногах взад вперёд. — Ам… Я не могу найти снуд… — Неловко начинает та, наблюдая за тем как черные глаза закатываются и это один из верных признаков того, что Уэнсдей сейчас кого-нибудь убьет. Ну или оскорбит. — Прежде чем ты начнёшь лекцию о том, что не видишь проблемы и прочее, скажу, что он действительно мне нужен! В этот раз уже вампирша закатывает глаза, благо под темными очками это остаётся не заметным. Отрываясь от своего смартфона, Йоко наконец подаёт голос: — Зачем? На улице и так неплохая погода. — Кровосос на удивление озвучивает умные мысли, Энид. Блондинка недовольно фыркает, а после разворачивается к девушкам спиной, продолжает штурмотавать свой чемодан на кровати, давая понять, что разговор окончен. Аддамс чуть наклоняется в бок, дабы увидеть Вещь и хмуро наблюдает за ним, пока обрубок не обращает на неё внимание. Пятясь назад, перебирая пальцами, тот понял, что от него хотят и медленно сполз по кровати. Йоко до сих пор не понимает, что это такое, как оно живёт и все прочие аспекты, но вопросов не задаёт. — Зачем он тебе? — Вновь подаёт голос Аддамс, неуверенно переступая через линию и подходя ближе к своей соседке. Взгляд черных глаз метался по другой части комнаты, где было сосредоточено все самое яркой и сладкое по мнению Уэнсдей. Однако на первый взгляд вещи, которую ищет Энид, действительно негде не видно, отчего Аддамс хмурится сильнее. В последние время блондинка таскала этот разноцветный, пестрый и до нельзя раздражающий шарф почти везде, отчего Аддамс порой хотелось вырвать себе глаза. Если форма Синклер ещё была приемлемой для черных глаз, то гребанный радужный снуд сводил её сума из за чего, в большинстве случаев, Уэнсдей банально даже не смотрела на девушку. Но Синклер это явно не особо волновало, она продолжала тоскать эту безвкусную вещь, сияя улыбкой словно чертов солнечный луч. — Он мне ну… — Энид резко замолкает, неестественно выпрямившись, поворачивая голову в сторону кучи хлама в самом углу. Клыки лезут против воли, как и когти которые цепляются за колготки оборотня. Йоко, что также уловила какой-то шум оказывается рядом с Уэнсдей почти в момент, одинаково напряжённо смотря в сторону хлама. События, которые ещё толком не устаканились в юных головах, заставила каждого ученика быть на страже собственной жизни. А также, конечно, жизни других. Вопрос, который вампирша хотела задать застрял где-то в горле, стоило слуху уловить шебуршание, а следом чих, который заставил всю троицу вздрогнуть. Энид тут же отходит от кровати, приближаясь к Уэнсдей, да заводя ту за собственную спину, что самое удивительное - ей это позволяют. — Вещь? — Голос Аддамс спокойный, будто происходящие её не особо беспокоит. — Думаешь рука чихать умеет? — С сомнением спрашивает Йоко, косо глянув на девушку рядом с собой. Рука о которой все эти секунды шла речь, стуча пальцами выполз из-под кровати Аддамс. Забравшись на плечо своей хозяйки, тот что-то простучал, отчего та хмыкает себе под нос. Тем временем шум повторялся, а вещи, которые были свалины в углу неожиданно начинают шевелиться. Блондинка выставляет ногу немного вперёд, поднимая руки так, чтобы разноцветные когти были видны. Аддамс вытаскивает неизвестно откуда нож, перехватывая рукоять так, чтобы можно было сражаться. А Йоко опускает бутылку с кровью на пол, внимательно следя за кучей, которая всё больше и больше шумела. Казалось, даже обрубок руки, мирно сидящий на плече Аддамс напрягается, готовясь вот вот прыгнуть на незваного гостя. Напряжение выросло, стоило из куче показаться руке обрамленной белой рубашкой, отчего троица напряглась ещё больше (хотя казалось бы куда больше то.) Несколько мгновений те провели в одном положении, внимательно следя за происходящим и готовясь к нападению. Казалось, весь мир замер в ожидании, когда на свет покажется очередная угроза жизни. — Да чтоб тебя! — Раздается голос из кучи вещей, до боли напоминающий голос оборотня, отчего та удивлённо оборачивается на своих друзей. Шум становится громче, а через ещё секунду на свет выкатывается тело и встаёт. Отряхивая одежду, девушка продолжает материться, абсолютно не замечая присутствующих, пока наконец обращает внимание на обувь в паре шагов от себя. Дальше все происходит как в замедленной съёмки: девушка, которая вынырнула из куче не нужных вещей замерает. Голубые глаза медленно поднимаются на троицу, что выглядила так, будто собирается убивать, расширяясь с каждой секундой все больше. Ладонь почти не заметно начинает шарить по талии, ища предмет, который должен был помочь ей. Йоко, Энид и даже Уэнсдей буквально роняют челюсть на пол, а у последний казалось был вообще инфаркт одновременно. Три пары глаз удивлённо смотрили на девушку, которая была копией Аддамс, однако почему-то в белой рубашке и в тон ей брюками, цветастая кофта без рукавов сильно константировал с черными волосами, да костюмом. Голубые глаза, казалось могли проникнуть в душу и вывернуть её на изнанку, только сейчас в них плескалось едва заметный шок. Казалось, если бы кто-то прислушался, то мог бы расслышать как проводки в головах студентов замыкает, а следом раздаётся взрыв внутри черепной коробки. — Твою мать! С чувством выдает это нечто, выпрямившись во все рост, который казался выше даже Ксавье. Девушки, которые до этого кажется попали под влияние горгоны, неожиданно вскрикнули, отбегая от существа на несколько метров, сбив не в чем не повинный стул. С грохотом завалившись на пол у стола Уэнсдей, те попытались ещё немного отползти, пока не наткнулись на приграду. Первой от шока приходит в себя Аддамс, выглядывая из-за плеча Энид, которая закрывала её своим телом, тыкая пальцем в девушку заговорила. — Ты кто? Пожалуй этот день явно можно отметить в календаре красным цветом, да отмечать каждый год. Ведь, впервые за долгое время, Йоко слышит как дорожит голос самой холодной студентки их школы. Странная девушка прекращает тщетные попытки что-то найти, вздыхает скрещивая руки на груди, который демонстрирует паразительное сходство с Аддамс. — Я не уверена, что твоё юное сердце выдержит такую новость. — Деловито начинает та, делая несколько шагов вперёд и останавливается, замечая как шугаются её подростки. — Поэтому давай оставим эти вопросы на потом. Лет так на десять. — Ты пахнешь как я. — Неожиданно для всех абсолютно спокойно говорит Энид. — Но не совсем. Блондинка медленно поднимается с места, пряча когти и подходит к незванной гости ближе. С шумом втянув воздух, принюхавшись, Синклер хмуриться, чем заставляет гостью сделать шаг назад. — Эм... Да тебе кажется...— Незнакомка неожиданно теряет всю свою уверенность, явно нервничает от такого запала блондинки и поднимая руки вверх, та стала медленно отходить к окну, оглядываясь через плечо. — Мне не кажется. Ты оборотень. Откуда ты взялась? — Энид продолжает наступать, пока гостья отходит к окну и что-то мямлет. Блондинка готова вот вот прыгнуть на девушку, дабы сдержать её от побега, однако этого не требуется. Незнакомка неожиданно дёргается, выпрямившись будто гитарная струна, зрачки расширяются, а после глаза закатываются. Тело с грохотом падает на деревянный пол, поднимая не мало шума, будто шкаф упавший с десяти метров. Йоко удивлённо моргает, сжимая статуэтку в руках, переводя взгляд с тела на Синклер и обратно. — Я же её не убила? — Очень надеюсь что нет. Аддамс подходит ближе, забирая предмет из рук вампира и вздыхает. Её голос вновь преобритает холодность, а глаза не выдают никаких эмоций, кроме абсолютного спокойствие. — Ты уверена, что она пахнет как ты? Две пары глаз внимательно следят за оборотнем, что пялиться на девушку у её ног. Тряхнув головой, прогоняя какое то навождение, Синклер поднимает взгляд на подруг и кивает. Она промолчала насчёт того, что запах исходящий от незнакомки схожий не только с ней. Ведь она могла ошибаться в этом, верно? Как никак её силы только только пробудились в полной мере, отчего юный оборотень мог облажаться. — Нужно её связать и обыскать. Вещь. Аддамс как всегда спокойна, опускаясь на колени и переворачивает тяжёлую тушу лицом к ним. Черные глаза незаметно пробигаются по лицу незнакомки, замечая в ней черты себя и ещё одного человека, однако мозг почему-то блокирует воспоминания, не давая той возможность составить картинку в целом. Вытащив из карманов все, что возможно было найти, Уэнсдей отходит к столу, пока Энид и Йоко усаживают гостью на стул, а Вещь подаёт им верёвку из личного запаса Аддамс. — Мне кажется или... — Йоко дёргается, когда горячие ладони Синклер затыкают рот вампира, игнорируя наличие клыков. — Тебе кажется. — Нервно шипит Энид, косо глянув на свою соседку, что сосредоточено разглядывала предметы разложенные по столу. Вампир медленно кивает, стараясь убрать руки подруги со своего рта и хмурится, когда та пригрозив когтями, едва ли не пыгая подходит к Уэнсдей. Танака сверлить взглядом парочку около нескольких секунд, а после переводит на Вещь. Жест, который делает обрубок даёт понять вампиру, что он тоже ничего не понимает и та лишь вздыхает. Кажется их приключения только начинаются, а спокойная жизнь Йоко навсегда покинет, махнув на прощание белым платком. Хотя с другой стороны она была этому рада, все таки не каждый день вечное существо может почувствовать себя по истине живым.