Эти странные существа - люди.

Он бы никогда не мог даже подумать о том, что кто-то еще способен все это видеть. Не только видеть: понимать, чувствовать, опасаться. Он никогда не думал о том, каково приходится им, обычным смертным, видеть весь этот кошмар, бороться с ним. Ему всегда казалось, что люди слишком слабы, и не смогут принять все, что вокруг них, в правильном свете. Но появилось одно исключение — зашуганная маленькая девочка лет четырнадцати на вид. Когда она кинулась ему на шею, дрожа от нахлынувших на нее слез, он не сразу понял, как отреагировать — слишком был удивлен. Она являлась обычным человеком, но ее душа могла беспрепятственно бродить по Лимбо. Это оказалось удивительно и неожиданно. Но девочка не могла знать, что творится на его душе. Все, что она поняла — она здесь не одна; незнакомый парнишка, который, наконец, осмелился ее обнять, не причинит ей вреда, а может помочь и защитить. Впервые в жизни она доверилась другому человеку.

* * *

— Что ты делаешь? — спросила она, следя за его движениями. — То, что поможет тебе контролировать свои способности, — лаконично ответил он, не поднимая головы. Его взгляд внимательно следил за темными линиями цветочных узоров, которые он выводил на девичьих руках. — Какие еще способности? — усмехнулась девушка. — Я ведь не настолько сильна, как ты. — Иногда тебе удается проникать в Лимбо в астральной форме. Иногда — но не так часто, как это требуется. — Я не могу сделать этого сама, ты же знаешь. — Поэтому я и стараюсь ускорить прогресс твоего обучения. Твои способности могли бы пригодиться в шпионаже для Ордена. — Знаю, — вздохнула она и закусила губу. Несмотря на то, что между ними установились доверительные отношения, она часто чувствовала вину перед своим так называемым наставником. Смешно даже — он выглядел старше нее всего на пару лет, но был чертовски умным и сдержанным человеком. Впрочем, понятие «человек» ему подходило мало: он старался держаться в стороне от людей, всем своим видом показывая, что он — другой. Что он выше всех человеческих понятий. Но при этом он обладал харизмой, позволившей ему собрать целую группу, готовую бороться за свою свободу. Его руки, продолжавшие наносить татуировки, остановились. — Что у тебя с лицом? — спросил он. — Тебе больно? — Нет. Просто… задумалась. Больше он ничего не сказал — вернулся к работе. Но мысли о поведении девушки затмили собой разработку планов о сборе данных с очередного филиала банка "Сильвер Сакс". Она с готовностью согласилась помочь в борьбе с демонами — после того, как он помог ей расправиться с одним из них, являвшимся ее отчимом. Несмотря на тяжелую жизнь, девушка оказалась выносливой и сообразительной — она усердно училась оккультизму и основам демонологии, чтобы помогать главе Ордена искать слабые места у демонов. Она не умела сражаться с мечом в руках — ее оружием являлись знания. Этого было вполне для нее достаточно. Но иногда он чувствовал, что она слишком скрытна. Слишком подозрительна со всеми — даже с ним. Конечно, ей не стоило болтать, но все же замкнутость девушки затрудняла работу с ней. Прочие члены Ордена также были немногословны, но их души и намерения были более открыты для него, что позволяло ему понимать этих людей. Но эта девушка была исключением. Он пытался понять, насколько ей тяжело было терпеть все издевательства в приемной семье, как часто она думает обо всем том, что произошло — но результаты были тщетны. Одно он мог понять точно — ей до сих пор было больно. И она до сих пор не могла открыть ему душу. Боялась, сдерживалась. И правильно. Если она все же раскроет ему всю свою боль, то от нее не будет никакого толку. Боль делала ее сильнее, заставляла ее жить и бороться. И ему ничего не оставалось, кроме как оставить девушку наедине с этой болью. Где-то в глубине сердца он почувствовал легкий укол — как от иглы, которой он наносил татуировки на чужие руки.

* * *

Комната, которую он ей выделил, не отличалась особо богатой обстановкой. Все было в меру скромно, даже бедно. Но достаточно было того, что здесь можно спать и мыться. Запах демонической крови преследовал девушку с самого утра, когда она наткнулась на очередную тварь по дороге в штаб-квартиру. Нельзя было допустить слежки, и она убила демона, воспользовавшись сжигающим зельем. В итоге — пожар на всю улицу, который незамедлительно попал в утренние новости. Повезло еще, что камеры ее не засекли. Девушка вошла в душ. Довольно долго она стояла под струями теплой воды, смывая кровь, избавляясь от ее смрада. Только через пару часов она все же вытерлась и оделась. Пока ее помощь не нужна, можно отдохнуть. В отражении показалось ее бледное, измученное лицо. Она потеряла счет времени, и не могла сказать точно, сколько она уже не спала. Работа, изучение книг, небольшие операции в городе сильно изматывали. Она тряхнула головой, пытаясь прийти в себя — длинные влажные волосы хлестнули по лицу, разбрызгивая по стенам капли воды. Вспомнилась боль, сопровождавшая крепкую хватку того ублюдка, тащившего ее на кровать прямо за волосы. Не разжимая пальцев, он прижимал ее к кровати, буквально вбивал ее в матрас резкими, сильными толчками. Она тогда не могла даже плакать — ей было противно осознавать все происходящее. Как и сейчас. Она не хотела об этом вспоминать. Утреннее солнце неожиданно выглянуло из-за туч, тонким лучом проникнув в маленькое окошко душевой. Солнечный блик замер на стальных кольцах ножниц, лежавших на полке перед зеркалом.

* * *

Ей крупно повезло, что она не попалась. Он быстрым шагом пересек серверную комнату, выискивая знакомое худенькое лицо. Попутно он получал свежую информацию от людей, сухо кивал головой и принимал к сведению особо важные детали. Но на первом месте все же стояло сохранение ее инкогнито. Если ее выследили копы, то всем планам придется отправиться к чертям собачьим. В серверной ее не оказалось. В библиотеке тоже. Он чуть ли не бегом отправился в ее комнату; ярость медленно, но верно поднималась в его душе. В комнате раздавался мерный звук. Юноша остановился, прислушиваясь. Щелканье ножниц. Какого черта?.. Он без стука ворвался в комнату — из душевой раздался встревоженный вздох. В доли секунды он распахнул вторую дверь: — В чем дело?.. — И осекся, не сумев продолжить. Она стояла в одной футболке, с ножницами в руках. Волосы, которые она обычно убирала за ухо или закалывала карандашом, теперь лежали на полу отрезанными прядями. Ножницы блестели в руке, и первой мыслью, промелькнувшей в его голове, было опасение, что она заколет первого попавшегося этими лезвиями. — Зачем? — вопрос сам собой сорвался с его губ. — Зачем, Кэт? Она опустила коротко стриженную голову, словно стыдилась его и ждала наказания. Но он не мог сдвинуться с места — смотрел на нее с удивлением и непониманием. — Они мне мешали, — тихо сказала она. — Кроме того… не хочу вспоминать обо всем этом… Он все понял — но на душе неожиданно стало тяжело, словно каким-то образом он перенял ее чувства и мысли. Да, она сильная, но не настолько, чтобы постоянно держать все в себе. Люди не способны на это — в этом и была их слабость. Он осторожно протянул руку и забрал у нее ножницы. Кэт даже не подняла на него взгляд, но он ощущал, как дрожат ее руки. — Тебя не выследили? — спросил он. — Одного демона мне пришлось убить, — пояснила Кэт. — Остальных я отвлекла пожаром и скрылась. — Хорошо придумано. При этих словах она все же посмотрела на него и слегка улыбнулась — словно ребенок, впервые услышавший похвалу: — Ты не злишься? — Я просто рад, что ты сумела справиться сама. А сейчас одевайся, — он вышел из душевой. — У нас еще много работы. Я буду в библиотеке. — Буду через пять минут. И еще, Вергилий… Он обернулся — и увидел взгляд ее глаз, которые, как ему показалось, стали ярче, чем обычно. — Спасибо за все, — сказала девушка. Улыбнувшись, он вышел из комнаты.

* * *

Несмотря на то, что люди были ему совсем незнакомы, ему нравилось наблюдать за ними. Изучать их, сравнивать их поведение со своим. Они интересовали уже тем, что могли быть зажатыми и импульсивными, добрыми и жестокими, энергичными и ленивыми. Но их объединяло доверие, которым они проникались к нему. Тем не менее, люди оставались слабыми перед ухищрениями демонов. Возможно потому, что долгие годы утопии жизни приучили их к нонконформизму. Прими то, что видишь, ешь то, что дают, слушай то, что тебе говорят — и все будет хорошо. Мы — старшие, мы о тебе позаботимся. Люди для демонов были так же наивны, как дети. По сути, детьми они и были. Он намеревался исправить это. Он желал сорвать с лица человечества розовые очки, показав им правду. И, в конечном итоге, он хотел его спасти и обучить жизни — так же, как он спас людей из Ордена. Так же, как он спас Кэт.