Потребность

Всякий раз когда Гермиона смотрела на Малфоя, ее сердце замирало. Он сидел напротив нее за слизеринским столом, и когда она украдкой взглянула на него снова, и их глаза встретились. Гермиона вспыхнула и отвернулась. Она мысленно отругала себя за то, что думает о таком человеке, как он. Он столько раз ее доставал! А его отец совершенно очевидно был связан с Пожирателями смерти, хотя его и оправдали после нападения на Министерство. Но было в Драко Малфое что-то притягательное, и Гермиона постоянно бросала на него взгляды, пытаясь понять, что скрывается за холодом этих серо-голубых глаз. На каникулах она так хотела поскорее увидеть его — и вот он сидит за Слизеринским столом. И о чем-то болтает с Панси. Драко то и дело смотрел на Гермиону на завтраке. Ее кудрявые волосы были распущены и каскадом падали на плечи, глаза сияли. Она улыбалась своим двум идиотам, что-то рассказывала им и выглядела счастливой. Интересно, что было бы, если бы это он говорил с ней? Но он знал, что Гермиона Грейнджер ниже его — она всего лишь маглорожденная, которых презрительно называют грязнокровками, а он — Малфой. Никто не должен узнать о его слабости. Ему самому лучше перестать думать о Грейнджер. Он должен вытравить ее из своих мыслей. Он должен чувствовать к ней презрение, как в прошлом. Но Драко весь завтрак то и дело ловил себя на том, что смотрит на нее. После завтрака все отправились на опушку Запретного леса на занятие по уходу за магическими существами. Под ногами хрустел снег, воздух трещал от мороза. Хагрид рассказывал о животных, которые живут в Запретном лесу, но впервые за шесть лет учебы Гермиона не слушала его. Ее внимание все устремлялось на Малфоя. Он шел один. Наконец Малфой поравнялся с ней и сказал: — Как каникулы? — Отлично. А твои? — Да всё, как всегда, семья и всё такое. А ты осталась в Хогвартсе? — Да. Это было весело. Хагрид принес мне огромную бутылку эгг нога. Оба замолчали, понимая, насколько странно звучит их разговор. Драко терпеть не мог Хагрида. А причина, почему Гермиона не поехала домой, заключалась в людях, подобных Малфою. Но они шли рядом, чувствуя странное спокойствие рядом с друг другом. — Значит, у тебя все хорошо? — спросила Гермиона, чтобы хоть как-то поддержать разговор. — Да, отлично, — ответил Драко, понимая, что отлично ничего не было дома. — У тебя красивая прическа сегодня. — Правда? Малфой не успел ответить. — А вот и мои малыши! — прогремел голос Хагрида. Хагрид привел студентов к хижине на краю леса. У хижины стояла клетка, в которой сидели три детеныша дракона. Гермиона улыбнулась Драко и побежала смотреть детенышей — занятие обещало быть очень интересным. Она кормила малышей, гладила их вместе с остальными смельчаками, которые решились приблизиться, пока дракончики не начали изрыгать сгустки пламени. Хагрид остался очень довольным, а вот Гермиона подумала, не опасно ли впускать детей в клетку к существам, которые плюются огнем. После урока все возвращались в школу. У самого замка кто-то вспомнил про гиппогрифа. Гермиона услышала смех, а потом до нее донесся голос Малфоя. — Малфой, гиппогриф просто защищался, — отвечал Гарри. Гермиона подошла ближе. У входа в школу стояли Малфой с Крэббом и Гойлом и Гарри с Роном. — Заткнись, Потти. Если бы в твоем горшке, который кто-то по ошибке назвал головой, было бы хоть немного мозгов, ты бы понял, что дикие животные должны жить в лесу, а не с людьми. — Тебя не переваривает даже гиппогриф, Малфой, — добавил Рон. Драко почувствовал, что краснеет. Вся эта история с гиппогрифом на третьем курсе была сплошным унижением. Вначале гиппогриф ранил его. Потом был позорный судебный процесс против гиппогрифа, а потом Грейнджер ударила его на глазах у всех. — Пошел ты, нищеброд, — выплюнул Драко. — Малфой, тебе надо научиться относиться к живым существам с уважением и по-доброму, — сказал Гарри. — По-доброму? С уважением? Не все этого заслуживают. — Ты уж точно не заслужил, — ответил Рон. — Мальчики, хватит ссориться, — вмешалась Гермиона. Малфой бросил на нее взгляд. Она ждала, что он скажет что-то язвительное, как делал это всегда, когда она вмешивалась в их ссоры. Но он только смерил ее взглядом, а затем бросил своим телохранителям: — Идем. Они развернулись и скрылись за дверью. — Ну и дебил, — сказал Рон. — Рон, заткнись, — вдруг не сдержалась Гермиона. — Я же просила вас не обращать на него внимания! Никогда прежде она не понимала, как далеко они с Малфоем друг от друга и как мало у них общего. Гермиона отвернулась, чтобы друзья не увидели, что ее глаза вдруг наполнились слезами.