New life

      Хёнджин сидел один на заднем сиденье и просматривал фотографии омеги, сделанные лично им, пока тот не видел или спал. Он не мог понять когда этот блондин смог занять главное место в его жизни. Наверное это произошло в тот момент, когда они столкнулись на улице и ещё не знали друг друга. Хёнджин всегда говорил, что он не способен на любовь и состоять с кем-то в отношениях, это просто не для него. Но с появлением Феликса в его жизни, он понял, что хочет быть для кого-то нужным, хочет любить и быть любимым, хочет о ком-нибудь заботиться и чтобы заботились о нём. Он хочет знать, что по возвращении домой его будут ждать. Он хочет защищать своего омегу, как это и заложено природой, оберегать и стать его настоящей защитой, как это и должно быть.       Заехав в небольшой посёлок, дорогу, которую все знали наизусть, кроме Джисона, машины двинулись на окраину к двухэтажному дому. Заехав на его территорию, все вышли из машин и направились кто куда, не проронив и слова.       Выйдя из машины, Джисон не знал за кем ему идти. Минхо сразу же ушёл в гараж, ничего не сказав омеге. Дом, в который они приехали, не шибко бросался в глаза и не выделялся от других. Привыкнув к тому, что его друзья жили в дорогих апартаментах, Хан не ожидал увидеть невзрачный домик, в каком-то посёлке на окраине Сеула. Оглянувшись вокруг, омега заметил за домом небольшой пруд. Он сразу же направился к нему.       Подойдя ближе, Джисон понял, что это не пруд, а целое озеро. Рядом была просторная круглая беседка, недалеко от неё несколько красивых лежаков покрытых тонким слоем снега, а по всей территории стояли низкие фонари, которые вечером освещали это место. Здесь было тихо и спокойно, ведь вода всегда успокаивала. Укутавшись потеплее в шарф, Джисон вдохнул побольше свежего лесного воздуха и постарался расслабиться.       — Почему ты стоишь тут? — раздался голос Хёнджина за спиной. Альфа поравнялся рядом с омегой и тоже посмотрел вперёд.       — Все разошлись кто куда, а я не знаю куда мне идти. Это место незнакомо для меня, — теребя в руках лямку сумки, проговорил тот. — Я здесь впервые и ничего не знаю.       — Я тоже не знаю к кому мне прибиться. Со мной такое впервые, — усмехнулся парень.       — Что ты чувствуешь, Хёнджин?       — Что я чувствую? — повторил парень, словно пробуя слова на вкус, и посмотрел в небо, ища там ответ. — Опустошение… Словно… я остался один. Хотя я не должен этого чувствовать.       — Не должен? Почему же?       — Я всегда себе говорил, что должен быть эгоистом, чтобы люди не тянулись ко мне, чтобы я всегда был один. Это ведь проще всего. Не надо ни перед кем отчитываться, не надо искать время, чтобы провести его с кем-то. Я всегда был жестоким ко всем, даже с омегами и с девушками.       Альфа замолчал на какое-то время, прочищая горло, чтобы продолжить. Джисон не перебивал его и слушал внимательно. Всё, что копилось внутри парня всё это время вырывалось наружу. Он не представлял, что может чувствовать всё это. Его ломало изнутри, без способности к восстановлению. Всё, что он делал раньше казалось таким правильным, таким верным. Но сейчас, всё изменилось. Он чувствовал себя одиноким среди друзей, одним во всём мире. Он не мог понять как такое вообще могло произойти.       — Они вешались на меня, как кошки на сало. Я им и давал то, что они хотели. А с теми, кто просил продолжения, я просто жестоко прощался. Хотя все и знали какой я, всё равно продолжали лезть в штаны, только чтобы их трахнул сам Хван Хёнджин. Прости за прямолинейность, но это так. Но, после того как появились вы, всё изменилось. Теперь я опустошён… Я первый раз не знаю что мне делать. Ребята приняли вас сразу, невзирая на мои протесты. Я думал, что если буду вести себя с вами так отстранённо, то вы не сможете к нам привыкнуть и уйдёте от нас сами. Но всё изменилось. Вы с Минхо стали встречаться, Феликс переехал жить ко мне, потом вся эта ситуация с Йени, потом Мунхи избила Ликса и он долгое время отходил от этого, потом та самая вечеринка, после которой Феликс от меня сбежал и больше я его с тех пор не видел. А теперь всё это. Я оставил его. Оставил одного. Из-за меня его похитили.       — Знаешь, Хёнджин. — Джисон посмотрел на друга. — С тех пор как я тебя увидел, когда нас представляли вам, я и подумать не мог, что мы с тобой будем разговаривать вот так по душам.       — Представь себе, я тоже, — улыбнулся альфа. — Я редко кому могу открыться. Только Минхо знает меня настоящего и только ему я могу показаться таким, каким меня никто не знает.       — Но знаешь, хён, все мы люди. Мы можем чувствовать боль, обиду, радость, гнев, счастье, ненависть, а самое главное — любовь. Благодаря этим эмоциям мы и живём. Если бы не они, мы бы были простыми бездушными оболочками. Разве не лучше испытывать это всё, м?       — Но от этого больно.       — Да, больно. Но чтобы не болело, мы должны извлечь из этого урок.       — Мне нужно побыть одному, прости. — Хёнджин хотел было уйти, но его остановила рука Джисона.       — Как раз таки наоборот, — он заглянул в глаза друга и попытался заглянуть в его душу. — Сейчас ты не должен быть один. От этого тебе станет только хуже. Мы поможем тебе, Хёнджин. Пошли к остальным.

***

      В доме кипела самая настоящая работа. Каждый занимался своим делом. Все были сосредоточены на своих делах. Юкён с Ёнми старались определить номер, с которого было отправлено сообщение на телефон Хёнджина, и место. Но сделать это было очень трудно. На телефоне стояла какая-то программа, которая никак не поддавалась девушкам.       Чанбин в это время проверял все камеры видеонаблюдения в районе, в котором проживали Феликс с Джисоном. Он проверял все записи с каждых камер за предыдущие несколько дней, чтобы найти хоть какие-либо зацепки, просматривал внимательно каждую секунду. Но с записями с сегодняшнего дня было всё как-то не понятно. Было очень странно, что все камеры в этот момент перестали работать, как по волшебству в одно и то же время.       — Магия вне Хогвартса что ли?! — разозлился альфа и кинул мышку куда-то в сторону.       — Что такое? — Чан подошёл к младшему и склонился над ним.       — Все камеры отключены в одно время, а включились в 11:00, как по щелчку пальцев. Кто-то явно слишком умный.       — Хочешь сказать, что у нас ничего нет?!       — К сожалению.       — Пробей место, куда уходят все записи. Может там что нароешь.       — Хорошо.

***

      — Хорошо, что мы передали Мунхи Тэджуну. — Ёнми догнала Сынмина, который спускался в подвал. — Иначе бы было трудно держать её здесь сейчас при Джисоне.       — Это точно, — проговорил альфа, и открыл шкаф, в дальнем углу. — Только я не понимаю, как мы сейчас будем действовать. — Сынмин посмотрел на множественные оружия, которые находились в шкафу. — Нужно подготовиться.       — Давай пока повременим с ним. — Ёнми закрыла шкаф и посмотрела на друга. — Я понимаю, что ситуация заходит слишком далеко, но не будем торопиться.       — Ты думаешь оно нам не понадобиться?       — Я бы очень на это надеялась. Но что-то мне подсказывает, что без него не обойтись.       — Мне тоже так кажется. — Альфа закрыл дверь шкафа на замок, и сунул ключи в карман.       Ёнми взяла документы со стола и направилась к выходу из подвала.

***

      Джисон ходил по комнате и осматривал фотографии на полках. На них были изображены все Скизы. Радостные и весёлые. Друзья выглядели по-разному на фотографиях. Где-то серьёзные, в дорогих платьях и костюмах, где-то смешные, в простой одежде и на отдыхе. Все улыбались и казались очень счастливыми. Взгляд омеги упал на книгу, стоящую на полке.       — «Девушка с татуировкой дракона». Хм, наверное, интересная книга, — прочитав название, парень взял книгу с полки.       Джисон открыл первую страницу, но вместо страниц там были бумаги, прочитав которые, он ничего не понял. Помимо бумаг, было множество фотографий ребят с оружием и какими-то людьми.       — Минхо-я, — обратился Джисон к мимо проходящему парню. — Что это такое?       — Где? — Не понял тот, но когда увидел в руках омеги книгу его глаза расширились. — Где ты это взял? — он резко выхватил книгу, отчего младший даже испугался.       — На полке лежала…       — Кто тебя просил туда лезть, а?! — повысил голос альфа и те, кто находился в комнате, обратили на них внимание. Это был первый раз, когда Минхо повысил голос на омегу. Джисон вздрогнул, не понимая, что вообще происходит, и почему парень так резко разозлился.       — Хён, что с тобой?       — Ничего. — Альфа развернулся и направился к выходу из комнаты с книгой в руках, сжимая её до побеления костяшек.       Омега последовал за ним, не зная что ему ещё делать. Он понимал, что нашёл что-то такое, что могло объяснить всё, что творится в последнее время. Минхо остановился рядом с Чаном и Ёнми, показал книгу, а затем они вместе обернулись в сторону омеги. Хан подошёл ближе к ним.       — Не думаешь, что пора ему всё рассказать? — проговорил старший, забирая книгу у друга. — Он всё равно скоро всё узнает. Сейчас мы все находимся в этом доме, и он тоже.       — Что я узнаю?! Вы о чём?! — Омега посмотрел на друзей с серьёзным выражением лица. Он понимал, что друзья что-то скрывают и многое не договаривают.       — Тебе не нужно этого знать, — проговорил Минхо, потирая лоб.       — А тебе не кажется, что мы втянули их в это, когда начали с ними общаться? Со временем они бы всё равно всё узнали, — заходя в комнату, сказал Чанбин и плюхнулся на диван. Остальные тоже пришли в комнату.       — А я давно говорила вам, что пора им уже всё рассказать, — выпалила Юкён и посмотрела на друзей.       — О чём вы? Что я не должен знать? — Джисон начал задавать вопросы, но его как будто специально игнорировали.       Напряжение между друзьями становилось сильнее с каждой секундой, и это ощущалось очень явно. Воздух в комнате накалился до неимоверной высоты. Все метали друг на друга короткие взгляды, но никто ничего не говорил.       — Знаете, — начал омега, прерывая молчание, — у меня к вам тоже много вопросов. Почему в универе с вами никто не связывается? Почему директор на многое закрывает глаза, в том числе на ваши прогулы и драки? Почему Ёнми с Юкён занимаются хакерством? Что это за дом вообще? Что за записи и фотографии были в этой книге? Кто эти люди и что вообще здесь происходит?!       — Расскажите ему уже, и дальше продолжим заниматься делом, — равнодушно проговорил Хёнджин и спрятал лицо в руках. Он меньше всего хотел учувствовать в каких-либо разборках. Его сейчас больше волновало, что с Феликсом и где он находится.       В комнате витало напряжение. Джисон серьёзным взглядом осматривала каждого, но никто не осмеливался заговорить первым. Ёнми и Юкён с сожалением смотрели на омегу. Парень понял, что дела обстоят намного серьёзнее, раз все Скизы не шибко-то хотели посвящать его в свои дела.       — Знаете, что, если вы не хотите мне ничего говорить, то я сам…       — Всё началось несколько лет назад, — подал голос Минхо, и Джисон перевёл на него взгляд. Голова альфы была опущена, а руки сжаты в кулаки. Он не хотел посвящать своего омегу во все их дела, но ситуация вынуждала его сделать это. — Мы с Хёнджином тогда были на первом курсе и ничего не знали о Скизах. Да и их тогда ещё не существовало толком. На одной из перемен к нам подошли несколько старшекурсников и начали задирать нас. Нам это не понравилась и завязалась драка. Позже появились Чан и Чанбин…

Flashback

      — Один… — раздался серьёзный голос одного из альф, и драка резко прекратилась. — Два… — Парни обернулись и резко замерли.       — Валим, — проговорил один и все разбежались, за исключением Минхо и Хёнджина.       — Спасибо, — отряхиваясь, сказал Хван.       — Что они от вас хотели?       — Чтобы мы им платили за пребывание здесь, но мы отказались и завязалась драка. Хо, — обратился младший к другу, — я, кажись, одному из них нос сломал! — гордо проговорил младший.       — Нечем гордиться. Сила есть, а как пользоваться ей не знаешь.       — Знаю я прекрасно. Вообще-то на борьбу в детстве ходил, даже призовые места занимал.       — Я всё прекрасно помню, мелкий.       — Эй, ты кого мелким назвал?! Ты же знаешь…       — Мы вам не мешаем? — подал голос один из парней, и двое обернулись в их сторону.       — Нет… а… Ой, простите, — альфы поклонились старшим.       — Ничего. Как вас зовут?       — Меня зовут Ли Минхо, а это…       — Я Хван Хёнджин. Приятно познакомиться.       Парням было некомфортно стоять возле этих альф. Они смотрели на них очень серьёзно, будто сейчас сами начнут их избивать. Чан серьёзно смотрел на младших, сканируя их. Он давно научился читать людей словно открытые книги. Его заинтересовали эти альфы. Было видно, что они более сильные, чем кажутся, раз пришли учиться в этот университет. Только услышав их имена, Чан сразу понял из каких они семей. Отец Хвана был одним из спонсоров университета, а также партнёром его отца. Он множество раз слышал о Хёнджине, но им не представлялось возможности познакомиться лично. Минхо тоже был силён, но на вид слегка щупловатый. Про него Чан тоже много чего знал: кто его родители и чем занимаются, где учился до этого.       Парни слегка стушевались, а старшие же принимали важное для себя и их будущего решение.       — Я Бан Кристофер Чан. А это Со Чанбин, — второй альфа был низкого роста, но широк в плечах. Он махнул головой и приветливо улыбнулся. — Мы здесь следим за порядком.       — Типа старосты? — усмехнулся Хёнджин, на что Минхо толкнул его локтём в бок, давая понять, чтобы он не ёрничал.       — Нет, намного круче, — улыбнулся Чанбин.       — Что может быть круче старост?!       — Мы что-то вроде местных полицейских, и вы нам нужны.       Парни смотрели на них очень серьёзно, не показывая ни единой лишней эмоции. Младшим это нравилось. Они видели в них сильных личностей.       — Судя по всему вы не простые первокурсники.       — Что нам нужно делать? — спросил Минхо, скрещивая руки на груди.       — Давайте поговорим об этом не здесь.       Четверо парней отправились вдоль по коридору. Проходя вместе с этими альфами, Минхо с Хёнджином заметили, что остальные ученики расступались и пропускали их, девушки и омеги строили глазки и улыбались, а альфы смотрели кто с завистью, а кто с раздражением. Ведь раньше никто не видел, чтобы Чан и Чанбин ходили с кем-то ещё. Они никогда к себе никого не подпускали и были только вдвоём.       Войдя в помещение, Хёнджин и Минхо начали осматриваться. Помещение было практически пустым. Парочка диванов, два кресла, столы, компьютеры, стулья и доски для записей на стене, на которых было что-то написано.       — Присаживайтесь, — указал на диван Чан, а сам сел за стол.       Хёнджин и Минхо послушались его приказу и сели на диван. Второй альфа расположился на подоконнике, открыл окно и закурил. Что-то им подсказывало, что это будет не простой разговор и дальнейшая жизнь в университете сложится у них совершенно по-другому.       — Как я уже сказал, — начал Чан, — мы двое следим за порядком в нашем университете. Мы глаза и уши этого заведения. Всё и вся проходит сначала через нас, а потом уже к остальным. Иногда бывает и так, что сам директор просит нас разобраться с кем-то, кто старается его подсидеть или что-то в этом роде. Можно сказать, что мы главнее его в некоторых моментах. Это прозвучит странно, что директор находится в подчинении у студентов, но это так и есть. Бывает такое, что иногда и он нас боится, что не сказать о некоторых студентах.       — Иногда бывают случаи, когда ученики проносят в универ наркоту или стволы. Есть и такие, кто торгует этим у нас под носом. Кто-то в открытую, а кто-то скрывается, потому что только начинают этим заниматься или боятся чего-то. Бывает и такое, что заключаются контракты на поставку оборудования или тех же самых мячей. Но в итоге, вместо всего этого, закупается оружие и наркота, а потом уже перепродаётся здесь же. Здесь работает мужчина, который занимает ставку преподавателя по химии. Но немногие знают, что он далеко не преподаёт этот предмет. Вместо этого, в подвале университета расположена целая лаборатория по изготовлению наркотических веществ. Бывало и такое, что преподы оставляли омег или девушек на дополнительные занятия, усыпляли их и сдавали сутенёрам. Это происходит и сейчас. Не просто так этот университет считается одним из лучших университетов Кореи. Здесь такие бабки крутятся, что вам даже и не снилось. Не удивительно, что здесь такое происходит. Если кто-то из учащихся вдруг пропадёт, все знают, что мы к этому причастны, но все молчат, так как лучше в это не лезть. Мы всё это знаем, потому что сами замешаны в этом. Конечно же торговлей наркоты, оружием, омегами и девушками мы не занимаемся, но мы в курсе всего.       — Наша задача, отыскивать людей, которые суют свои носы куда не нужно, тех, кто старается смыться с товаром, не отдав их покупателям, и сдавать их полиции, потому что кражи здесь происходят регулярно. Также мы активно сотрудничаем с сотрудниками правоохранительных органов, и они тоже поручают нам некоторые задания, которые никак не связаны с университетом. Бывают и серьёзные задания, на которых приходится даже убивать.       — Своего рода, мы мафия, — уверенно проговорил Чан.       — Нам нужны такие, как вы. Вы хорошо дерётесь, это вы уже продемонстрировали и я уверен, что вы хороши не только в этом.       — Если честно, — начал Минхо, — я на «ты» с холодным оружием.       — А я отлично умею стрелять, — проговорил Хёнджин. — Раньше мы с отцом часто ездили на охоту, и он научил меня стрелять из разного оружия.       — О чëм мы и говорим, — проговорил Чанбин.       — И так, я спрошу один раз, — сложил руки Чан и серьёзно посмотрел на альф. — Вы согласны быть частью нашей банды? Потому что вы нам нужны.       Хёнджин с Минхо переглянулись. Они понимали всю серьёзность ситуации и что их может ждать в будущем. С одной стороны, это было слишком опасно для них, но с другой, совершенно другой мир, о котором мечтает каждый альфа в юном возрасте. Всё, что они только что услышали, походило на сказку, что можно было рассмеяться в голос. Но обстоятельства говорили об обратном. Эти двое не стали бы придумывать это с такими серьёзными выражениями лиц и рассказывать всё первокурсникам. Они понимали, что всё это правда и их никто не разыгрывает.       — Мы согласны, — твёрдо сказал Хёнджин за обоих.       — Вы уверены? — переспросил Чанбин. — В один прекрасный момент вам придётся убить, отнять жизнь у человека. И поверьте, это произойдёт не один и не два раза, а гораздо больше.       — Да, мы уверены, — поднявшись, сказал Минхо.       И так прошли несколько лет. Через полгода к ним присоединился Сынмин. А также появилось название Скизы. За эти полгода много чего произошло. Чан ввёл их во все дела, которые происходили. Познакомил их с Тэджуном, который не сразу принял новых людей. Он проверил их по всем базам данных, испытывал множество раз, следил за каждым шагом. Но поняв, что новички не представляют никакой опасности, доверился им и не прогадал. Парни схватывали всё на лету, быстро обучались и не задавали лишних вопросов.       В один прекрасный момент альфы поняли, что они не со всеми могут разобраться. С омегами и девушками это делать гораздо труднее. Хоть они и были не самыми приличными представителями слабого пола в университете, альфы всё равно не могли поднять на них руку. Так появились Чонин, Юкён и Ёнми. Они оказались не только хороши в драках, но и оказалось, что девушки были лучшими хакерами, что намного облегчало работу в делах. А Юкён ещё и обладала раздвоением личности: из спокойной и милой девушки в нужный момент, она превращалась в «монстра», как её прозвали альфы, и могла уложить не только девушек, но и некоторых здоровых альф.       Чонин же наоборот, был застенчив и старался не лезть не в свои дела. Многие не понимали, как такой Божий одуванчик омежка связался с такой компанией. Всё просто. Он увидел Чана, — красивого, сильного альфу, и влюбился с первого взгляда. Чан сначала старался держать омегу подальше от себя, не хотел втягивать во всё это, но Чонин был слишком настойчив. В итоге альфа сдался и вот они уже на протяжении нескольких лет вместе. Чонин по большей части не занимается серьёзными делами, не ездит на закупку или прочее. Он занимается бумажной волокитой, но иногда тоже может взять оружие в руки.       Поначалу Хёнджину и Минхо было сложно адаптироваться, особенно когда в подвале дома они держали парней, омег или девушек, избивая их и накачивая наркотой для полиции. Но со временем всё прошло и они привыкли. Привыкли запугивать альф в университете; привыкли видеть, как Юкён и Ёнми избивают девушек чуть ли не до полусмерти, привыкли сами избивать альф. Но что самое худшее, — они привыкли убивать, хоть это и было в редких случаях. Привыкли избавляться от трупов, когда по чистой случайности кто-то из них перегибал палку. А самое странное было то, что за это им ничего не будет и их даже не посадят. Но при этом они не потеряли самих себя и не озлобились на окружающих, что было самым лучшим из всего, что с ними происходило.

End of Flashback

      — А потом появились вы. Каким-то образом случилось так, что Сынмин и Юкён привели тебя и Феликса к нам и вы стали частью нас. И это всё переросло в тайны, секреты. Нам приходилось всё от вас скрывать, и это было трудно. Однажды, Феликс увидел как Юкён разбирается с Сынхо, но он не стал разбираться, хотя по его выражению лица было видно, что он в полном шоке. И я не понял, почему он этого не сделал. А после того случая в столовой с тем альфой, я думал, что вы сразу начнёте нас допытывать, но вы опять-таки молчали и ничего не говорили. Может, если бы вы раньше обо всём узнали, то ничего бы этого сейчас не происходило, — закончил Минхо и посмотрел на своего омегу, который стоял в полнейшем шоке.       Джисон не мог поверить в то, что сейчас рассказал альфа. Весь его мир перевернулся с ног на голову. Он не знал, верить ему в это или нет. Но судя по тому, как все сидели с опущенными головами — это всё было правдой. Осознание потихоньку стало пробираться в голову омеги. Было много знаков, много подсказок, но он старательно не обращал на это внимания, хотя следовало бы.       Ничего никому не говоря, Джисон оставил своих друзей и вышел на улицу, не обращая ни на кого внимания. Сейчас ему нужно было проветриться и переварить всё, что он только что узнал.

***

      Запах сырости и шуршание под ухом заставили Феликса прийти в себя. Очнувшись, омега обнаружил, что лежит на каком-то старом матрасе посреди комнаты. Повернув голову, он увидел перед собой крысу. Закричав от испуга, он попятился назад и понял, что был пристегнут цепью к ноге.       Его голова болела и он зарылся руками в волосы. Протерев глаза, Феликс окинул помещение взглядом: серые стены, на полу дыры, старые окна с решётками и выбитыми стёклами, через которые продувал ветер. На полу, возле окна, лежал снег, который попадал через дыры в окне. Было слишком холодно. Рядом валялось какое-то старое одеяло, но укрываться им не следовало бы. Неизвестно сколько оно тут лежит. Взглянув в окно, омега понял, что уже вечер. Ярко-красный свет просачивался в окна.       Феликс понимал, что кричать и поднимать панику бесполезно, ведь его всё равно никто не отпустит. Он не знал, где сейчас находится, не знал, что делает Квансу. Но, самое главное, он не знал, сколько дней уже находится в руках этого монстра и что с ним будет дальше.       Поджав ноги под себя, омега спрятал в них лицо. Ему было действительно страшно. Он не знал, сможет ли вообще выбраться отсюда живым. Ищет ли его кто-то вообще?       Перед глазами тут же всплыли образы его друзей. Они улыбались, смеялись. Джисон, который всегда был рядом, Минхо, который поначалу был высокомерным, но оказался милым и немного странным, Сынмин, вечный весельчак, Юкён и Ёнми с их вечными шутками и разными идеями, вечно молчаливый, но местами озорной, Чанбин, весельчак Чонин, серьёзный и всегда помогающий Чан. И Хёнджин. Хёнджин, который сначала превращал его жизнь в ад, а потом изменивший в совершенно другую сторону. Хёнджин, который сам его выгнал, а потом от этого страдал. Хёнджин, которого он ненавидел всей душой, а потом влюбился до беспамятства. Благодаря этим людям жизнь Феликса сильно изменилась в новом городе. Омега улыбнулся своим же мыслям и хотел поскорее их увидеть.       Неожиданно из-за двери донёсся странный звук. Будто кто-то волочил кусок железа по полу, от чего издавался страшный звук, как в фильмах ужасах. Дверь со скрипом открылась и ударилась об стену. В дверном проёме стоял Квансу и ехидно улыбался.       От его вида Феликс сильнее вжался в стену. Образ друзей тут же рассеялся, оставляя его наедине с этим монстром.       — Ну что, спящая красавица, проснулся? — подходя ближе, проговорил мужчина.       Квансу подошёл вплотную к прижавшемся к стене омеге и сел на корточки перед ним. Мужчина сунул руку в карман, начиная что-то вытаскивать. Феликс с ужасом увидел как что-то блеснуло в его руке.       — Я хочу, чтобы ты страдал!       — З… зачем вам это? — заикаясь, проговорил омега, смотря на нож в руках злодея.       — Мне доставляет это удовольствие, — шёпотом проговорил мужчина, проводя ножом по щеке блондина, оставляя маленький надрез, из которого тут же показалась кровь.       — Вы псих! — шёпотом проговорил Феликс.       Первая слезинка скатилась по щеке омеги, и Квансу подобрал её лезвием, смотря с презрением.       — Это что ещё такое?       После сказанных слов, у Квансу меняется выражение лица, а губы сжимаются в тонкую полоску. Мужчина бросает нож и хватает омегу за шею, начиная душить.       Глаза парня расширяются и ему становится трудно дышать. Он видит в глазах напротив безумство и гнев.       Феликс что-то бормочет и старается убрать руки мужчины, но у него это не получается. Царапая ногтями руки мужчины, омега оставляет на них красные царапины, которые сразу начинают кровоточить. Но и это не помогает. Хватка у Квансу сильная, в глазах начинает темнеть. Перед глазами тут же проносится вся жизнь, с рождения и до сегодняшнего момента. Он понимает, что ещё чуть-чуть и его организм не выдержит.       Резким движением, Квансу отпускает Феликса и даёт сильную пощёчину, которая эхом разносится по всей комнате. Омега падает на пол и жадно хватает ртом воздух, потирая шею рукой и начиная сильно кашлять. Щека горит, а из носа идёт кровь, но это ничто, по сравнению с тем, что ему до сих пор не хватает воздуха в лёгких.       Довольный мужчина с улыбкой на губах смотрит на блондина. Он видит в нём слабого и беззащитного омегу, осознавая своё превосходство над ним. Всё, что он хочет, так это то, чтобы Хёнджин страдал как можно дольше. И Феликс для этого идеальная кандидатура. А что будет с этим омегой в дальнейшем, ему абсолютно фиолетово.       Квансу думал, что слабым местом альфы является его отец, но он ошибался. Когда арестовали Чонхо, Хёнджин страдал, но не так, как по этому омеге.       Тогда-то Квансу и решил похитить Феликса, чтобы добить парня окончательно. И ему это удалось.

***

      На улице уже стемнело, а омега до сих пор сидит один в беседке. В небе светила полная луна, отражаясь в озере. Было холодно, но заморозков не было и озеро ещё не успело застыть. Сильнее кутаясь в тёплое пальто, Джисон выпустил пар изо рта и прикрыл глаза.       В тишине и одиночестве, омега просидел довольно длительное время. Ноги начинали замерзать, как и руки. Зима уверенно вступала в правление, сменяя довольно-таки тёплую осень. После всего услышанного, он не мог ни о чём не думать. Мысли совершенно не задерживались в голове и разбредались кто куда. Конечно ему следовало обдумать всё, о чём он сегодня узнал, но ему совершенно этого не хотелось.       Рядом кто-то сел. Парень повернул голову и увидел профиль Минхо, который смотрел пустым взглядом куда-то вдаль. Из-под огромного капюшона торчали его чёрные волосы, делая альфу ещё красивее. Джисон отвернулся и поднял голову в небо. Там уже красовалось множество ярких танцующих звёзд, которые напоминали веснушки Феликса. Хан тяжело выдыхает, думая о друге.       Это можно было бы назвать одним из лучших романтических свиданий, но в связи с тем, что происходит вокруг, свиданием это уж точно не назовёшь. Особенно романтическим.       В полной тишине они просидели довольно долго.       — Ты мне скажешь что-нибудь? — нарушил тишину Минхо, достал сигарету и закурил.       Он боялся того, что скажет омега. Ему было страшно услышать, что он его бросит и больше не захочет видеть. Ещё страшнее было то, что Джисон с безразличием встанет и уйдёт, оставив альфу одного.       — Здесь очень красиво, — с улыбкой произнёс омега.       Краем глаза Джисон замечает, что Минхо заканчивает курить, выбрасывая окурок куда-то в сторону.       — Господи, ты сейчас серьёзно? — взрывается альфа, чем немного пугает младшего. — Только что ты узнал, что я избиваю людей до полусмерти, я делал такие вещи, о которых тебе стоит вообще не знать. Я держал людей в подвале и пытал их. Да, чёрт возьми, я убивал людей. И всё, что ты сейчас говоришь то, что здесь очень красиво? Ты серьёзно, Хан Джисон?! — Минхо повышает голос, а омега слегла вздрагивает.       — А что, я по-твоему сейчас должен истерить или орать?! Кричать, что видеть тебя не хочу?!       — Ну, как минимум да. А как максимум ударить меня пару раз.       Ещё какое-то время пара сидит молча, каждый думая о своём. Альфа достаёт очередную сигарету и снова зажигает её. Минхо не понимал, почему омега так спокоен после всего того, что узнал.       — Почему вы не рассказали нам раньше? — тихо спросил Джисон, смотря себе под ноги.       — Мы посчитали, что так будет правильнее. Хотели огородить вас от всего того, чем мы занимаемся. Каждый день мы подвергаем себя опасности. В любой момент одного из нас может не стать. И это причинит боль нашим близким. Было бы лучше, если бы вы были в неведении.       И снова оглушающая тишина. Она режет по ушам. Каждый думал о своём, не зная что сказать.       — Что ты теперь будешь делать, после того как всё узнал? — продолжил Минхо, боясь услышать ответ.       — Ничего, — пожимает плечами омега. — Мне всё равно.       — Тебе всё равно?       — Да, представь себе.       — То есть ты думаешь, что…       — Да, Минхо, да. Мне всё равно, — срывается Джисон и поднимается с места. — Мне всё равно, хён. Мне всё равно, что ты делал или будешь делать. Мне всё равно, что люди об этом думают. Это твои дела. Но теперь это стали и мои дела тоже. Я теперь тоже варюсь во всём этом дерьме. И может, если бы вы рассказали нам обо всём сразу, то что-то бы могли изменить. Я люблю тебя любого, — доброго или плохого, любого, понимаешь. И не хочу тебя терять.       Минхо молчит. Альфа переваривает информацию, которую младший вывалил на него.       — Иди сюда. — Минхо тянет Джисона на себя, и тот утыкается ему в грудь. Они оба облегчённо выдыхают, понимая, что между ними больше нет никаких тайн. И от этого им обоим становится легче.

***

      — Феликс, я ведь хотел с тобой по-хорошему. Так зачем ты начал плакать? Я терпеть не могу слёзы.       Ли молча лежал на полу. После того, как Квансу чуть не задушил его, он даже не шевелился, опасаясь, что сделает что-то не так.       — Ты так и будешь молчать? — не унимался мужчина, всё ещё свирепо смотря на омегу.       Недолго думая, он схватил его за волосы и поднял. Парень прищурился, стараясь, чтобы слёзы предательски не покатились по его щекам. Ему больно, и морально, и физически. Но он ничего не может с этим поделать. Он слишком слаб перед этим мужчиной, и всего лишь простой омега, который всегда хотел казаться сильным.       — Посмотри на меня, — потребовал Квансу, и тот открыл глаза, фокусируя взгляд на мужчине. — Рассказывай, что ты ещё стащил из моего кабинета и куда ты всё это дел?       — Я ничего Вам не скажу, — хриплым голосом произнёс парень.       — Уверен?       — Да.       Мужчина отбросил омегу обратно на пол, схватил осколок стекла, валяющийся неподалёку, и со всей силы вонзил в его ногу.       Оглушительный крик разнёсся по всей комнате, а Квансу дьявольски улыбнулся, смотря как омега мучается от сильной боли. Адская боль растекалась по телу блондина, который лежал на полу и истекал кровью. Мужчина сразу же пнул его в живот, чтобы доставить ещё больше боли, чтобы он мучался ещё сильнее. Феликс начал рвано кашлять, вперемешку с рыданием. Ему хотелось, чтобы все страдания наконец закончились и он не чувствовал никакой боли. Страшные мысли в этот момент полезли в его голову. Он подумал, а не закончить ли всё сейчас тем самым осколком, который торчит из его ноги? Это страшно, не правильно, но кажется наилучшим выходом из сложившейся ситуации. Только один Квансу знал, сколько времени он здесь проведёт и уйдёт ли Феликс вообще отсюда живым.       Не обращая внимания на плач омеги, Квансу поднялся на ноги и вышел из комнаты, снова оставив парня одного.