nectar

      В таком темпе проходит ещё несколько дней. Кун больше времени проводит с Яняном, как и обещал, заканчивает очередную книгу и занимается делами клана, с чем младший ему охотно помогает. Каждую ночь они засыпают вместе, когда Кун читает младшему очередную историю, после обнимая.       Сегодня они опять развозили кровь, после чего Кун сказал Яняну немного отдохнуть, а сам сел за ноутбук в кабинете, вычитывая последнюю главу на ошибки и недочёты перед отправкой файла на публикацию.       Янян ложится и залипает в телефон какое-то время и думает о том, что осталось всего пару дней. У него в голове загорается гениальная идея и он без стука к Куну заходит, руками упираясь в его стол.       — Я хочу переспать с тобой, — вполне серьёзно говорит, вроде бы, никакого подвоха не выдавая.       Кун даже взгляд на младшего не переводит, продолжая внимательно всматриваться в текст на экране.       — Янян, — спокойно начинает мужчина. — Я не буду с тобой спать только потому, что ты не хочешь умереть девственником.       Янян вскидывает руки, разворачиваясь на пятках.       — Чёрт, не прокатило… — ворчит себе под нос, руки на груди скрещивая и уходя из кабинета, сдавшись.       Кун головой качает только, в который раз понимая, что с подростком справляться не так уж легко, как казалось поначалу.       Через пару часов Кун заканчивает с работой и к Яняну в комнату стучит, чтобы позвать его ужинать, ведь доставка уже приехала.       — Уже еда? — открыв дверь, довольно улыбается, цепляя Куна за руку и спускаясь с ним вниз.       — Да, сегодня вообще быстро доставили, — Кун чужую руку в своей чувствует, что уже таким привычным для них стало за последние дни. Он усаживает младшего вампира за стол, а сам принимается еду раскладывать, иногда на Яняна посматривая.       Они справляются с едой достаточно быстро и по привычному сценарию перебираются в комнату. Но Янян выглядит обиженно, вообще-то, поэтому руки на груди складывает и дальше, чем обычно, укладывается, фырча себе под нос и в упор смотря на Куна.       Кун с непониманием смотрит на Яняна в ответ, ведь только что за ужином всё было хорошо и младший был так привычно улыбчив, делясь своей едой.       — Что случилось? — Кун аккуратно рукой дотягивается до чужого предплечья, желая погладить.       Янян слегка дёргает плечами и отворачивается, ногами обнимая одеяло.       — Почему ты не согласился? Какая тебе разница вообще? — выдыхает шумно, одеяло поглаживая, чуть сжимает его.       Кун сначала не совсем понимает, о чём идёт речь, но потом вспоминает, с каким предложением к нему приходил Янян ранее в кабинет, и теперь его поведение обретает смысл.       — Янян, иди ко мне, — Кун мягко сопротивляющегося младшего к себе поворачивает, заглядывая в его глаза. — Я не согласился по той причине, что ты мне безумно сильно нравишься, и я хочу сделать это из-за взаимных чувств, а не потому, что тебе титул девственника не нравится. Ты очень много значишь для меня, — Кун чужие волосы за ухо заправляет, после ладонь на щеке устраивая.       Янян губы поджимает, чувствуя, как сердце забилось быстрее.       — И ты позволишь мне умереть девственником? — уклончиво отвечает, хмуря брови. — И вообще… Ты уже забыл, что я тебе отсосал? Или это другое? — язык показывает.       У Куна аж дыхание сбивается от такого поведения младшего, но он старательно скрывает свои эмоции, пытаясь выкрутиться.       — Это были воспитательные меры, тебя нужно было научить беспрекословно исполнять любые мои приказы, — довольно тонко отвечает на вопрос Кун, головой покачивая.       Янян ладонь укладывает на грудь Куна и смотрит на него снизу-вверх.       — Но тебе же понравилось, — другую тактику выбрав, Янян губу прикусывает, подмигивая.       Кун бровь вскидывает, на чужую руку смотря.       — Тебе тоже, судя по мокрому пятну на твоих штанах после, — Кун уголок губ в ухмылке приподнимает, неотрывно в глаза Яняна смотря, чтобы сильнее смутить.       Янян заливается краской и хлопает по груди, борясь с желанием спрятаться.       — Ну, вот поэтому я тебя и попросил! — через силу говорит, немного ёрзая, чувствуя своё смущение словно физически.       Кун смеётся тихо, а после над Яняном нависает. Губами шеи касается, целует влажно, пальцами талию под футболкой сжимая.       — Этого ты хочешь? — Кун бёдрами в чужие вжимается, разговаривая тихо совсем.       Янян замирает и цепляется за руку Куна, которой он залез под футболку. Он не знает, что сказать, но чувствует мурашки по спине в мгновение. На деле, ему даже немного страшно.       — Не трогай под футболкой, — шепчет сбито, стараясь чужую руку убрать.       После чужой фразы Кун сразу же руку убирает, немного напрягаясь.       — У тебя прекрасное телосложение, почему ты стесняешься своего тела? — спрашивает Кун то, что интересовало довольно давно. Он всегда замечал, что Янян не переодевается при нём, прося выйти или отвернуться, и это наталкивало на определённые мысли, но причин Кун так и не знал.       — Ничего, просто стесняюсь, — уверенно говорит Янян, поводя плечами. Уголками губ улыбается, стараясь заверить Куна в том, что не врёт вот совсем. — Знаешь там, подростковые комплексы… — нервно кратко смеётся.       Кун не особо верит чужим словам, но чувствует, что развивать эту тему сейчас не нужно.       — Хорошо. Спасибо, что поделился, — он коротко чмокает младшего в щёку, возвращаясь на своё место.       Янян выдыхает наконец, чувствуя, что Кун всё же ему поверил. По-крайней мере сделал вид.       — А мы разве не можем попробовать, не снимая футболку? — тихо спрашивает, ногу поверх чужих бёдер закидывая, губами плеча касается.       — Можем, — Кун улыбается игриво, кончиками пальцев по оголённому бедру пробегаясь. Наклоняется и чуть кожу на шее прикусывает, после зализывая. — Не снимая шорт и белья тоже, Янян, — Кун намеренно чужой бок горячо сжимает, а после ногу Яняна с себя скидывает, накрывая того одеялом. — Можем попробовать просто спать, к другому ты ещё не готов, — коротко целует в нос.       Янян разочарованно стонет, отворачиваясь на другой бок.       — Ты меня не любишь, — ворчит себе под нос, обнимая одеяло так, чтоб лежать было удобно. — Поматросил и бросил… Ужас.       — Всё в точности до наоборот, — Кун утыкается носом в плечо Яняна, обнимая того за талию.       Наверное, он действительно любит, поэтому старается уберечь и сделать всё правильно.

***

      За следующие несколько дней ничего не происходит, и наступает день их уговора. Кун сказал, что ему нужно ехать по делам до вечера, и, конечно, Янян понимает, почему он захотел это сделать, но ничего не говорит. Сам решает проветрить голову и выйти прогуляться в город, чтоб ещё подумать. Конечно, это решение должно даваться нелегко.       Прогулявшись по центру, Янян покупает пачку сигарет и заходит за угол, чтоб закурить. Постепенно несколько затяжек делает, смотря куда-то в стену. Он стоит так ещё недолго, а потом резко напрягается, слыша какие-то слишком быстрые шаги. Вампирское чутьё резко обостряется, пока сигарета летит куда-то на пол. Кажется, Янян даже перестаёт дышать.       В мгновение он видит вампира, который оказался перед ним внезапно, и Янян уже готов обороняться, потому что энергетика враждебная чувствуется сразу. Но в следующее мгновение чувствует, как у него ломается шея и сознание куда-то уходит.       Кун возвращается домой не очень поздно, он ведь обещал. Он весь день (не)много взволнован, ведь сегодня тот самый день — последний из их уговора. И Янян должен принять решение, от которого будет зависеть не только его собственная, но и жизнь Куна.       Кун паркует машину и немного удивляется, когда на втором этаже не видит света в комнате Яняна. В дом заходит, обувь снимает и сразу же по лестнице поднимается, коротко в дверь стуча. А потом ещё раз, и ещё. Мужчина напрягается, вспоминая, что случилось в прошлый раз, когда Янян пропал из дома, и Кун вмиг дверь открывает самостоятельно, не находя в спальне никого.       — Чёрт… Янян! — Кун голос повышает, всё ещё надеясь, что младший просто где-то гуляет вокруг дома, и услышит, как глава клана его зовёт.       Кун прочёсывает весь лес буквально за минуту, понимая, что Яняна поблизости нет. Он прислушивается, всматривается в местность, но ничего. Кун возвращается в дом, как его вдруг накрывает осознанием. Может, Янян решил уйти, чтобы не оглашать своё решение перед Куном? Решил, что молча бросить старшего и сбежать будет не так больно, как разбить его сердце, сказав ему это в глаза?       В голову начинают лезть подобные мысли, и это действительно тяжело. Да вот только сосредоточиться на них Кун не может — в дверь кто-то отчаянно ломится. Кун на вампирской скорости подбегает к двери, надеясь, что это Янян пришёл.       — Янян, я так пережи… — но Кун запинается, видя незнакомца. — Я могу вам чем-то помочь?       Незнакомец смотрит точно в глаза Куну, слегка пошатываясь. Глава клана замечает на шее парня глубокий укус, из ран от которого всё ещё обильно шла кровь.       — Цянь Кун, ты отобрал жизнь у Ким Ёнмина. И за это будет расплачиваться твой мальчишка, — незнакомец даже не моргает, говоря будто давно заученный текст. Кун сразу понимает, что тот под внушением. — Приходи на склад за городом, адрес которого ты найдёшь у меня в кармане, если готов обменять свою жизнь на ничего не стоящую жизнь новообращённого. У тебя есть ровно один час, — парень заканчивает говорить, а после резко руками себе шею сворачивает, замертво падая на сырую землю.       Кун понимает, что другого выбора у него нет, кроме как следовать указаниям похитителей. Поэтому он достаёт окровавленный клочок бумаги с адресом, принюхиваясь. Это кровь Яняна, он знает, и от этого сердце начинает биться намного быстрее, чем ему положено.       Кун оттаскивает тело вглубь леса, оставляя где-то под деревом, ведь сейчас времени на то, чтобы разбираться с ним, у Куна не было. Он садится в машину и указанный адрес в навигатор вбивает, сразу же прокладывая путь.       Янян громко кашляет, когда просыпается из-за того, что его обливают ледяной водой. Он видит лампу и старается взгляд сфокусировать, откидываясь на стуле назад. Его руки скованы, а голова раскалывается.       — Какого…       — Заткнись, — удар по лицу.       Янян жмурится, сплёвывая кровь на пол. На губе чувствуется рана, которая затягивается постепенно.       — Я пока не могу тебя убить, но сделать тебе больно… — мужчина крутит нож в руке, кидая взгляд на Яняна. — Конечно, если твой парень придёт, то ты останешься в живых.       — Сам заткнись, — Янян дёргается вперёд, чувствуя, как натягиваются цепи, но он не может их порвать, потому что тело ещё ослаблено. — Прикончи меня, и дело с концом. Этого хватит?       — Ох, точно нет, — качает головой, приставляя край ножа к шее, проводит, оставляя порез. — Кун же не убил Ёнмина, не заставив его мучаться, верно?       Так вот, в чём дело.       — Делай, что хочешь, но не впутывай в это Куна.       Янян чувствует, как ему в грудную клетку резко входит нож, и вскрикивает от боли, дёргаясь на стуле. Изо рта течёт кровь, а болезненное ощущение завязывается под горлом.       — Не тебе тут ставить условия.       Кун в это время нервно жмёт на газ, пытаясь объехать так не вовремя образовавшуюся пробку. Он понимает, что виноват перед Яняном, что из-за него он в опасности и его похитили. Теперь Кун сделает всё возможное, лишь бы снова увидеть Яняна живым. Он не может его потерять.       Янян уже ног не чувствует, его тело сковала боль, которая словно не прекращалась, но ему не было страшно. Единственное, о чём он переживал, было то, что Кун всё-таки придет, и они сделают ему больно.       По крайней мере, Янян неожиданно для себя узнаёт, что сломанные руки срастаются достаточно быстро. Но у этого вампира оказывается крайне мерзкая способность, которая позволяет ему создавать разряды тока. Ощущения отвратительные, мерзкие, иногда Яняну даже кажется, что его внутренние органы поджариваются и способность восстановления замедляется из-за широкого спектра поражения. Янян огрызается, и мужчину это дико злит, поэтому вскоре подростку приходится дышать с ножом в лёгком и плеваться кровью на каждом выдохе.       Кун приезжает по написанному на бумажке адресу, паркуя машину где-то поодаль. Он ступает довольно тихо, зная, что его будут слушать, как вдруг голову резкой болью прошибает, что мужчина останавливается на миг. Он знает, что это такое, поэтому цепляется за чужой разум в своей голове и блокирует возможность читать его мысли. Он понимает, что похитители уже знают, что Кун на месте встречи, но скрываться мужчина и не думал.       Глава клана прислушивается, слыша и ощущая Яняна. Кун чувствует его боль, и с помощью своей способности ослабляет её, пока идёт на дрожащий, но всё равно уверенный голос младшего. Ощущает, как нож пронзает печень парня, и сам морщится от боли, как можно скорее убирая это ощущение из чужого тела. Янян точно знает, что Кун здесь, ведь только он имеет настолько огромную силу контроля. Он сразу чувствует, что его боль пропадает, и понимает, что Кун уже тут. Становится на порядок легче, но ему правда не хотелось, чтоб Кун приходил и видел это всё.       Открыв ужасно скрипящую массивную дверь, Кун заходит в большой зал, где из освещения было всего несколько тусклых лампочек. Тут практически пусто, но взгляд цепляется за несколько фигур на другой стороне склада, и Кун быстро подбегает, сталкиваясь взглядом с сидящем на стуле Яняном. Тот был в крови, измучен и истерзан, но Кун всё ещё убирал его боль, мысленно шепча «я рядом».       — Отпусти его, мальчишка тут не при чём.       Мужчина выдёргивает нож из тела Яняна, и тот сплёвывает кровью, но в следующий момент лезвие оказывается уже у его горла.       — Ещё шаг, и я отрежу ему голову, — предупреждает, дергая Яняна за волосы. Он захлёбывается от крови, что резким потоком пошла через горло.       — Не подходи, — хрипло говорит Янян, дёргая головой в чужой хватке. — Убей меня уже и всё. Не трогайте его! — вскрикивает, слыша, как голос отбивается от стен.       Кун смотрит на похитителя, узнавая в нём кровного брата Ёнмина, который и превратил давно больного туберкулёзом брата, чтобы сохранить ему жизнь. Взгляд ползёт по губам Яняна, с которых густыми каплями стекала кровь на его футболку.       — Янян, заткнись, — слегка грубо, но привычно строго говорит Кун, понимая, что младшему пока лучше прикусить язык. — Отпусти его, это я убил Ёнмина, мне за это отвечать. Яняну незачем находиться здесь, ты уже привлёк моё внимание, Ёнсок.       Янян затихает, слыша слова Куна. Но ему плевать, если будет больно, главное — чтобы со старшим было всё в порядке.       — Ты забрал у меня близкого человека, — серьёзно говорит мужчина, надавливая концом лезвия на горло Яняна, где была артерия. — Я хотел, чтобы ты увидел, как это может быть больно, — резко надавливает, ножом протыкая кожу, а затем уже и саму артерию. Янян дёргается резко, вскрикивая от резкой боли.       Увиденного для Куна достаточно, чтобы потерять контроль над своим телом и эмоциями, которые берут верх в ту же секунду, как кровь хлынет из раны на шее Яняна. Он не думает ни о чём, кроме младшего и той боли, которую он испытывает. Кун усиливает контроль над телом Яняна, забирает всю боль снова и снова, ведь та так быстро возвращается, и в этот же момент на Ёнсока смотрит, резко с помощью своей способности дёргая рукой так, что сам похититель отлетает в сторону на десяток метров, ударяясь головой о металлические стеллажи, которые тут же падают на него сверху.       Кун ощущал, что Ёнсок пришёл не один, что на складе ещё кто-то был, что, в принципе, было вполне ожидаемо, и когда на него сзади накидываются, цепляясь за шею, Кун не собирается сдаваться.       Первого вампира он тоже узнаёт — один из лучших друзей Ёнмина, с которым он когда-то знакомил главу клана. Кун перекидывает мужчину через себя, ногой наступая ему на шею и ломая её сразу, а после вгрызается в неё зубами, отрывая голову от тела, ведь обезглавливание было единственным способом убийства вампира.       Второй нападающей оказывается девушка Ёнмина, и Кун совершенно забывает о наличии своей способности, расправляясь с ней голыми руками. Рукава закатанной по локоть рубашки вновь пачкаются кровью, но это сейчас не играет совершенно никакой роли, когда вторая голова падает под ноги главы клана.       Кун убивает ещё оставшихся двоих: разрывает их на части, отшвыривая конечности на несколько метров от себя. Он давно не испытывал такой злости и желания убивать, наверное, с тех пор, как, будучи новообращённым, убивал невинных людей и был потрошителем. Но сейчас он убивает тех, кто нанёс вред его мальчику, и они этого заслужили.       Ёнсок задевает стул, пока отлетает, и Янян сам падает на колени, отхаркивая кровь и плечом стараясь зажать рану на шее. Ему становится больно, когда Кун отвлекается на убийства и теряет контроль над его телом. Колени неприятно упираются в пол, но Яняну сейчас плевать, он лишь тихо стонет от боли. Он знает, что Кун справится с противниками, ему надо лишь подождать.       Кун слышит голос Яняна и будто в одно мгновение в себя приходит, понимая, что на момент драки перестал контролировать тело младшего вампира. Кун вновь убирает всю его боль, когда подлетает к Яняну, разрывая все цепи, что всё ещё окутывали его тело. Короткий взгляд на рану на шее кидает, а после разгрызает свою руку, прислоняя кровоточащую рану к губам подростка.       — Пей, Янян, пожалуйста, — просит Кун, чтобы раны на теле Яняна начали заживать под действием крови главы клана.       Янян разминает плечи лишь мгновение и вцепляется в руку Куна, пачкая её своей кровью и губами вжимаясь в рану. Выпрямляется, сидя на коленях, и глаза прикрывает, чувствуя чужую кровь на языке. Скоро должно стать легче, он знает.       Кун ощущает, как его кровь всё быстрее приливает к ране, а Янян глотает её медленно, из-за чего раны на его теле начинают затягиваться.       — Прости меня, прости меня, прости… — Кун крепче Яняна к себе прижимает, пока тот пьёт его кровь.       Янян через время отстраняется и в глаза заглядывает, лишь обнимая в ответ.       — Слышишь? — резко напрягаясь, шепчет Янян и вздрагивает, оборачиваясь в сторону стеллажей, куда отлетел Ёнсок.       — Я его убью, — решительно заявляет Кун, смотря на то, как Ёнсок откидывает стеллаж в сторону, шумно дыша. Всё же, приложился он головой довольно сильно, даже кровь пошла от удара о полки, а потом и о холодный бетон.       Янян слышит решительность в чужом голосе и отстраняется, перед этим сжав на мгновение плечо Куна, не желая стоять на пути. Вампир поднимается медленно, стирая ладонью кровь, что успела залить лицо. На его лице только злость и желание отомстить за брата.       Кун решительно ступает навстречу Ёнсоку, вмиг начиная чувствовать его тело. Ощущения не из самых приятных, ведь чужая злость смешивается с его собственной, но останавливаться никто не будет. Глава клана задействует свою способность и на полпути останавливает мужчину, заставляя того буквально зависнуть на месте.       — Какого чёрта, дерись со мной без своих способностей, слабак, — кричит похититель, не имея возможности пошевелить даже кончиком пальца.       — Тебя это не останавливало, — Кун видел на теле Яняна ожоги от электрических разрядов, и он сразу понял, что Ёнсок пользовался своей способностью, пока пытал младшего.       — Что, убьёшь меня так же, как сделал это с моим братом, ублюдок? — мужчина кровь сплёвывает, которая по подбородку стекает теперь.       — Нет, — Кун отвечает более спокойно уже, понимая, что Яняну больше ничего не угрожает. — Хуже.       Он стоит на некотором расстоянии, всматриваясь в глаза мужчины напротив. А после одним лишь взглядом отрывает ему левую руку, позволяя Ёнсоку кричать настолько сильно, насколько хватает воздуха в его лёгких.       — Неужели ты думал, что сможешь украсть человека, которого я люблю, пытать его, избивать, ранить и остаться безнаказанным? — чужая рука, вырванная из плеча, валяется у ног Куна, и он отшвыривает её в сторону, как что-то ненужное и слишком уж мерзкое.       — Он не заслуживал смерти! — кричит брат ранее убитого, чувствуя, как кровь стекает по его боку из раны от оторванной руки.       — Он нарушил закон и понёс наказание, — голос Куна низкий, строгий, будто приговор виновному выносящий. — Это же ждёт и тебя.       Кун вырывает и вторую руку, сначала ломая кость в трёх местах, чтобы Ёнсоку было больнее. Он забывает, что Янян за ним наблюдает, поэтому разбирается с мужчиной с особой жестокостью, как и привык поступать с теми, кто нарушает самые главные законы вампиров, установленные главой клана. Позволяет мужчине упасть после того, как ломает все кости в его ногах, а после и обе оставшиеся конечности отрывает, оставляя тело без них. Весь склад наполняется криками, ведь с помощью своей способности Кун чужую боль в несколько раз обостряет, желая, чтобы Ёнсок расплатился сполна за то, что сделал с Яняном.       — Это за то, что посмел обидеть дорогого мне человека, — Кун перестаёт контролировать тело мужчины, оставляя лишь усиленное ощущение боли, и перегрызает ему шею под разносящиеся громкие вскрики умирающего вампира.       Вмиг становится слишком тихо, когда Ёнсок издаёт свой последний вздох, и навеки замолкает. Он действительно получил по заслугам.       Кун вытирает рукавом свой рот, весь запачканный в крови других вампиров. На вампирской скорости складывает все остатки от тел своих противников в одну кучу и поджигает их зажигалкой, что была в кармане брюк. Мёртвые вампиры загораются быстро, освещая ярким пламенем всё посещения склада, и только после этого Кун обратно к Яняну возвращается, на колени возле него опускаясь.       Янян дёргается в моменты, словно чувствует чужую боль. Начинает тошнить в какой-то момент и он отворачивается, лишь бы не видеть этого всего. В воспоминаниях Куна было не так мерзко.       Но когда Кун подходит обратно, со всем закончив, Янян цепляется за его плечи и прижимается, судорожно выдыхая.       — Пошли домой, пожалуйста, — шепчет, дрожащими руками сжимая Куна в объятиях. — Пожалуйста, — повторяет, все ещё не в силах поверить. Только сейчас его разум стал обрабатывать происходящее и всё бесстрашие в миг испарилось, словно до этого мозги работали только на адреналине.       — Да, хорошо, идём, — Кун помогает младшему подняться и они сразу же покидают склад, направляясь к машине.       Кун усаживает Яняна на пассажирское сидение, сам садится рядом и быстро от загоревшегося здания отъезжает, с волнением на подростка рядом поглядывая.       Янян не хочет, чтоб Кун видел, что ему страшно. Сейчас все эмоции накладываются вдвойне и плечи подрагивают от стресса.       — Прости, — шёпотом лишь говорит, губы поджимая и прикрывая лицо ладонью.       Кун чужое бедро своей ладонью накрывает, сжимая.       — Это ты меня прости, я виноват в том, что произошло, — Кун хмурится недовольно, ведь чувствует огромный груз вины. Он вмиг чувствует тело Яняна, понимая, со сколькими эмоциями тот сейчас справляется. И Кун немного облегчает чужие чувства, шумно выдыхая. — Ты не должен был расплачиваться за то, что сделал я. Прости, что тебе пришлось страдать из-за меня.       Янян сжимает чужую руку в ответ и скатывается по сидению.       — Не лезь мне в голову, — бормочет, тихонько шипя, как чувствует, что глубокие раны затягиваются. — Всё в порядке. Давай… Поговорим дома.       — Прости, — Кун убирает руку, переставая помогать младшему вампиру справляться с его эмоциями. Наверное, он должен был сначала спросить, но Янян редко когда сам просит о помощи.       До дома они доезжают в тишине, каждый думая о произошедшем. Кун помогает Яняну дойти до своей комнаты, а после задерживается у двери, обращаясь к подростку:       — Тебе помочь отмыть кровь?       Янян уже хочет согласиться, но только открывает рот, так вспоминает.       — Спасибо, не нужно, я приду к тебе, как закончу, — кратко улыбается, закрывая за собой дверь. Наконец выдыхает спокойно.       Кун даже ответить не успевает ничего, как перед ним закрывается дверь. Но он понимает, учитывая то, сколько событий пришлось пережить младшему за сегодня. Он сам идёт к себе, снова снимает испачканную в крови одежду и в душе горячую воду настраивает, чтобы отмыть уже порядком засохшую кровь со своего тела. Кун смотрит под ноги, склоняясь возле стены, и замечает потёки крови, что с водой смешиваются. Быстро моется, насколько это возможно, и в чистые вещи переодевается, садясь на край кровати в ожидании Яняна.       Янян задерживается в душе, стараясь немного успокоиться. Он переодевается, осматривая себя в зеркало, и касается шрамов на груди, что уже успели затянуться. Ему становится противно в мгновение, будто его тело теперь выглядит ещё хуже. Футболку натягивает быстрее, чем обычно даже.       Собравшись наконец с мыслями, Янян стучится кратко в комнату Куна и открывает дверь, не дожидаясь ответа. Он улыбается и садится на колени перед ним, укладывая голову на ноги Куна. Его руку в свои берёт, крепко сжимая.       — Кун, я... — вздыхает шумно, пряча лицо. — Я первый раз так сильно почувствовал, как испугался больше тебя не увидеть…       Кун от неожиданного признания замолкает, не желая перебивать речь Яняна, хоть тот и волновался сильно, и это волнение ощущалось в каждом слове и в каждом подрагивании длинных ресниц.       — Я до смерти за тебя испугался, видя, как Ёнсок режет твою артерию, малыш… — Кун наклоняется и в макушку Яняна целует, не замечая совсем, как к нему обратился. Сейчас имело смысл только то, что Янян рядом, что он жив и раны на его теле уже затягиваются.       Янян чувствует, как его вновь накрывает, и в глазах слёзы скапливаются, а плечи подрагивают.       — Я боялся, что они сделают что-то с тобой. Мне было так страшно, Кун, — всхлипывает и сжимает ткань чужой футболки на боку. — Я боялся умереть и не увидеть тебя. Ты для меня очень важен. Прости меня. Прости-прости-прости… Я не хочу уходить. Я хочу… — запинается, чувствуя слёзы по щекам. — Я хочу быть с тобой.       Внутри Куна что-то сжимается и взрывается, когда он слышит решение Яняна, которое тот должен был озвучить сегодня по истечению срока их договора. Он тянет младшего на себя, обнимает его крепко, зарываясь носом куда-то в плечо.       — Я люблю тебя, Янян, — как-то внезапно срывается с губ Куна, но о своих словах он ни капли не жалеет. Его чувства сильнее собственного контроля над ними.       Янян чувствует, как сердце биться начинает быстрее, чем должно, и жмётся к Куну, крепко его обнимая. В голове его слова прокручивает, прислушиваясь к своим ощущениям. Немного отстраняется, ладони на щёки укладывает и целует, совсем невинно, мягко, задерживаясь так на какое-то время.       — Кажется, я тоже тебя люблю, — неуверенно и смущённо бормочет.       Кун чужие слёзы большими пальцами вытирает, смотря в покрасневшие глаза.       — Не спеши с ответом, хорошо? Мне будет достаточно того, что ты будешь рядом. А со своими чувствами у тебя ещё будет время разобраться, сначала лучше отдохни, — Кун ласково целует Яняна несколько раз, утаскивая того на кровать и ложась рядом.       Янян обнимает Куна всеми конечностями, прижимая того к себе, словно он может куда-то пропасть.       — Спасибо, — шёпотом бормочет, шумно вдыхая родной аромат. — Я обещаю быть осторожнее. Не хочу заставлять тебя волноваться.       Кун глаза прикрывает, успокаивая своё сердце. Слишком уж много различных эмоций за сегодняшний день он испытал.       — Я больше никогда не оставлю тебя одного, — Кун в плечо младшего целует, чувствуя, что тот всё ещё слегка дрожит. — Уверен, что не нужна моя помощь? Ты многое пережил сегодня, я волнуюсь о твоём состоянии, — честно говорит Кун, ладонь на тёплой щеке укладывая.       Янян поглаживает Куна по плечу, немного смущённо потираясь щекой.       — Я привык думать, что могу справляться один со всем, и мне немного стыдно просить помощи, — честно признаётся, уголками губ улыбаясь незаметно. — Но… Ты мне помогаешь постоянно. А как я могу помочь тебе?       — Со мной тебе не нужно справляться со всем самому, хорошо? — Кун тоже улыбается коротко в тусклом свете ночной лампы. — Ты помог открыть во мне то, что я думал, больше никогда не смогу почувствовать. И я очень благодарен тебе за это.       — Как-то неравноценно звучит, — задумываясь, отвлекается от своих мыслей. — Но ты, в общем, говори, если надо что-то. Там посуду помыть, и всё такое, — тихо смеётся, но притихает после. — Тогда, пожалуйста, помоги мне. Я буду благодарен. Быть подростком — ужасно.       — Для меня — очень даже равноценно, — смеётся. — Ты и так мне помогаешь. Особенно люблю то, как ты готовишь свои фирменные гренки на завтрак, — Кун мечтательно глаза прикрывает, улыбаясь. — Со временем всё вампирское, что есть в тебе, возьмёт верх окончательно, и от проблем подростков удастся избавиться полностью. А пока — буду рад помочь, — Кун ласково чужого виска пальцами касается, вмиг проникая в чужую голову. Он чувствует столько эмоций, что в обычное время даже представить страшно, но избирательно справляется только с плохими, оставляя внутри подростка всё хорошее, что он чувствует из-за признания Куна. Это приятно, но он не расскажет Яняну, чтобы его не смущать.       Янян успокаивается, чувствуя себя намного лучше под влиянием Куна. Удобнее устраивается в чужих руках и слишком быстро начинает сопеть, утомленный сегодняшним днём. Кун ещё некоторое время лежит, выключив светильник, и смотрит на мирно спящего Яняна, иногда «подключаясь» к подростку, чтобы убедиться, что тот чувствует себя нормально.       А после и сам засыпает, крепко обнимая младшего и впервые за долгое время видя красивые сны.