Форма личности.

      Очередная бессонная ночь, но мужчина не расстраивается, он знал о том, что покой, как и выходные в обнимку с подушкой, ему будут только сниться. С его работой это невозможно. Чон Чонгук работает следователем в отделе полиции по борьбе с наркотиками. Это очень хорошо оплачиваемая, но так же очень сложная профессия, с дурацким графиком с которым он не может по-человечески поесть или хотя бы поспать, не говоря уже о том, чтобы заводить семью. Поэтому не удивляйтесь, почему все начальники полиции вечно сонливые люди. Альфе двадцать восемь лет, он до сих пор молод, красив, а ещё холост и навряд ли это когда-либо изменится. Ему элементарно не хватает время даже встретить омегу, который его заинтересует, не говоря уже о времяпровождении с ним. Последние его отношения были, кажется, на последнем курсе универа, там же и закончились. Но в любой профессии есть как свои минусы, так и плюсы. Из минусов вы уже знаете, а вот из плюсов мы можем назвать хорошую зарплату и… Это действительно увлекательно, поэтому пускай это и пагубно отражается на его здоровье, а залёгшие тени под глазами так и говорят: прилечь поспать. Чон свою работу любит. Вот, пожалуй, и всё, что о нём надо знать.       Многие мечтают выбраться в пятницу вечером в клуб в конце рабочей недели, а мужчине об этом мечтать не надо, он уже здесь, но не ради развлечений. Есть одно дело по пропажи нескольких омег любителям пропустить по стаканчику в выходные дни в этом клубе, а ещё слушок о неком альфе, что спаивает омег, а потом они уходят с ним, полностью не контролируя свои эмоции. Чонгук ясно видит в этом связь, собственно, поэтому он и здесь. У него есть примерный фоторобот этого мужчины, а дальше будет действовать по обстоятельствам. Но этого мужчину ещё нужно дождаться, именно поэтому он решает притаиться где-нибудь у бара, куда и направляется. Ведь там самый лучший обзор, а ещё можно услышать много чего интересного. При исполнении пить нельзя, но и Чонгук вроде как не на работе, вот только и пить он не особо любит. Так, по праздникам и по особым случаям. Он бы с радостью отведал отличного кофе, например, из той кофейни около его работы, но, дабы не нарушать местного колорита, заказывает себе пиво. Его можно долго пить без подозрения, а ещё им не напьёшься. Идеальный выбор.       Альфа не знает, сколько он уже сидит за барной стойкой, но в один из моментов к нему за соседский стул присаживается омега с каким-то очень сладким запахом духов. Или личный аромат как знать? Вот только омега не обращает на него никакого внимания, отворачивается, изящно закидывая ногу на ногу, взмахнув идеальным блондом волос и заказывая у бармена какой-то коктейль. А Чонгук почему-то отвлекается, разрешая себе немного засмотреться на омегу перед ним. Даже не видя его лица, он может сказать, что этот омега определённо один из самых красивых, если не самый красивый из всех, кто находится в этом клубе и ведёт себя при этом очень высоко. Развлекается золотая молодёжь или сами родители? Клуб то один из самых дорогих и элитных в столице и даже альфа, который на свой доход никогда не жаловался, с болью платил за пиво. Омега был очень красив в профиль, а ещё одет не как большинство присутствующих, пошло и развратно, словно дешёвые проститутки, а стильно, модно и да, пожалуй, дорого. И когда только омеги поймут, что супер открыто не значит сексуально? У этого таинственного блондина едва была видна ключица и шея, но этого было достаточно, чтобы Чонгук, давно не обращавший на омег внимания, уже сошёл с ума. И даже пальцы у него были длинные, изящные, музыкальные, с дорогими кольцами и браслетом из белого золота на руке. Чонгук впервые за долгое время опять почувствовал себя школьником, что не может себе позволить такого, а главное — быть достойным такого. Но в то же время омега казался таким знакомым. Его голос... Нет, альфа точно уже где-то слышал его прежде.       — Простите, мы никогда прежде не встречались? — подаёт голос мужчина, и когда блондин только поворачивается, его сердце уходит в пятки.       — Банальнее подката в своей жизни не сл… — начинает было омега, но замолкает на полуслове. В то время как бармен так вовремя ставит между ними бокал с кровавой мэри, и этот звук приводит их в себя.       — Тэхён? — спрашивает альфа, не веря своим глазам. — Ким Тэхён, я ведь прав? — забыть бывшего одноклассника возможно и очень легко, забыть красивого одноклассника сложнее, забыть свою первую любовь невозможно. Чонгук смотрит на сию красоту перед ним и думает, что до сих пор не разлюбил. И всё-таки правду люди говорят, что первая любовь — она особенная.       — Чонгук? — в шоке спрашивает тот, присматриваясь. Узнать альфу, который не особо как-то выделялся в школе, кажется чем-то невозможным, но вот они: всё те же оленьи глаза, всё те же смоляные чёрные волосы и тёмные глаза, даже не карие, а практически чёрные. — А ты похорошел, — усмехнувшись, говорит Тэхён и сделав глоток из своего бокала. Мужчина перед ним стал красивее, выше и шире в плечах. Тэхён видит эти мышцы, что еле прикрывают пиджак, потому он и прикусывает губу. Если бы Чон и в школьные годы был таким же красавчиком, едва ли он бы ему отказал. И, возможно бы приударил сейчас. Если бы он что-нибудь чувствовал, конечно же.       — Да, — растерянно отвечает Чонгук, мозг как в тумане, а язык заплетается. — Ты тоже стал ещё красивее, — продолжает он, а омега смеётся. Вот только что-то мужчину напрягает и не даёт ему покоя. Идеальная картинка, но почему всё кажется таким фальшивым, а бывший одноклассник — разбитым, хоть и умело скрывающим это. Что с ним могло произойти или Чонгук просто с ума сошёл со своей работы, везде видя подвох? Или всё-таки всему виной чужая красота, что в школьные годы вскружила голову и сейчас?       — Сколько лет мы не виделись? Пять? Шесть?       — Больше.       — Как одноклассники, ты виделся с ними? — искренне интересуется омега.       — У нас была встреча не так давно, но ты не пришёл. Как всегда.       — Я не поддерживаю контакты ни с кем из них, — пряча горькую ухмылку в бокале, отвечает тот. — Само по себе то, что мы вот так сейчас столкнулись и разговариваем, уже удивительно.       — Ну да, не думаю, что тебе это всё ещё нужно. Вот только те люди, которые считали тебя своим другом, оказались не готовы тебя так легко отпустить, — отвечает альфа, сам не понимая, зачем говорит такие грубые вещи в их первую встречу. Не самый подходящий момент для обсуждения таких вещей. Возможно, всему виной прямолинейность мужчины и его старые обиды, до сих пор не зажившие раны. Ким Тэхёна понять оказалось чем-то непостижимым. Вечно гонимый за красивой жизнью, всегда душа компании и бросающий людей без ведомой на то причины.       — Намекаешь на то, что я был той ещё высокомерной сучкой в те года? — шутит Тэхён, скрывая подобным способом то, как слова альфы ранят его. Ранят без ножа. А ведь он о стольком сейчас сожалеет. А ведь он и правда хотел прийти хоть раз, но как жаль, что у жизни на это счёт немного другие планы.       — Нет, что ты, — усмехается Чонгук, отпивая пива из своей кружки, — просто говорю, что мы были бы рады видеть тебя.       — Я хотел прийти, но не думаю, что это было бы возможно. Может быть, в другой раз, — тихо отвечает блондин, помешивая напиток декоративным зонтиком. Не придёт. И ведь каждый знает, что врёт, но не посмеет сказать об этом.       — Приходи, у нас скоро будет новая встреча, мы будем ждать тебя.       Затягивается молчание. Телефон Тэхёна, что до этого лежал на барной стойке, начинает пищать, привлекая к себе внимание. Последняя модель айфона, кто бы сомневался. Ким читает имя звонящего, после чего громко вздыхает и переворачивает телефон экраном вниз. И будь Чонгук другим человеком, обязательно бы пошутил про надоедливого ухажёра или про ссору с молодым человеком, но на деле же молчит. Потому что страшно услышать подтверждение своих догадок. Кольца на пальце бывшего одноклассника по-прежнему нет, а альфа хоть уже и отпустил, но распрощаться со своей юношеской мечтой окончательно так и оказался не готов. И на кой чёрт он только появился? Теперь же не даст ему покоя мыслями о себе, а ведь образ этого омеги только начал стираться из памяти. Что ты за человек такой, Ким Тэхён? Быть рядом не разрешаешь, уйти тоже не даёшь.       — Хотел спросить, как твои дела, но вижу, что хорошо. Ты что тогда, что сейчас прекрасно устроился в жизни, раз уж сидишь в Луи Витон и пахнешь Диор.       — Да я смотрю, ты тоже не жалуешься, — отвечает тот, прожигая взглядом запястье мужчины с отнюдь не дешёвыми часами. — Всё-таки исполнил свою мечту? Работаешь в органах, ловишь преступников?       — Так и есть, только жизнь внесла свои коррективы, — отвечает мужчина, предпочитая не вдаваться в подробности. — А ты? Стал амбассадором Гучи или кем ты там хотел стать? — не подумав, спрашивает Чонгук, только после этого замечая, как взгляд Тэхёна на пару минут тускнеет, и он словно выпадает из реальности, продолжая молчать в течение нескольких секунд.       — А-а-а, нет, — растерявшись, даёт немного запоздалый ответ тот. Он бы вообще не отвечал, но понимает, что нужно. Его что? Он уже и сам свою мечту не помнит (а она у него вообще была?), в то время как мужчина запомнил тот краткий бред, что говорил омега во время их недолгих разговоров.       — Кхм, удивительно, — неловко прокашливаясь, говорит мужчина, — но ты не расстраивайся, я думаю, у тебе ещё всё впереди. Ты ведь стараешься, верно? — Ким робко кивает, словно растеряв всю свою спесь, перебирая пуговицы на манжетах рубашки. — Где работаешь, кстати? Я могу рассчитывать хотя бы на один билет в первом ряду на показ мод? — шутит альфа, стараясь разрядить обстановку, но должного эффекта оно не производит. Напротив, только всё портит.       — А я… — жадно глотая ртом воздух, пытается ответить блондин, в то время как мозг судорожно ищет идею, как ему ответить на поставленный вопрос. Именно поэтому Тэхён и не любит встречаться с людьми из своего прошлого. Он всегда не знает, что ответить и боится показать тем, кем он стал. Он был мечтами о высоком, птицей гордого полёта, но кто знал, что падать с вершины так больно. Так больно смотреть на то, как твои одноклассники стали порядочными людьми, а ты просто…       Чонгук уже хочет пощёлкать пальцами у омеги перед глазами, потому что тот действительно выпал из реальности или же собираясь сказать, что не нужно отвечать, и попытаться увести разговор в другое русло. Или вообще не пытаться его поддерживать и просто уйти? Ничего ведь не получается. Но Чон не из разряда тех, кто так быстро сдаётся, к тому же омегу ему просто не хочется отпускать. Только не сейчас, когда они спустя столько лет встретились вновь. Альфа не верит в судьбу, но в подобные моменты ему хочется, чтобы она существовала. Но продолжить общение им не даёт телефон, который опять вибрирует и только он выводит омегу из оцепенения. Ким смотрит на экран, после чего отключает звук. Мужчина успевает зацепить своим зорким взглядом только первую букву имени, начинающуюся на «ю».       — Прости, мне уже надо бежать, — торопливо объясняется Тэхён, с беспокойством поглядывая на мобильный. — Было приятно с тобой увидеться, Чонгук, до новых встреч.       «Надеюсь больше никогда, ради твоего же блага», — в душе говорит омега, после чего кидает бармену плату за напиток довольно крупной купюрой и направляется к выходу, попутно набирая звонок. Ему срочно нужно ответить. Горло саднит от недостатка воздуха, и непонятно, всему виной слишком душное помещение или встреча с призрачным прошлым, выбившая его из колеи? Тэхён не знает, но выходя на улицу, он начинает жадно глотать воздух, словно утопающий и пару минут назад он не развлекался в баре, а его душили, нахрен перекрывая кислород. Только после того, как омега восстанавливает дыхание, он тут же набирает номер, слыша вечно недовольный голос с того конца.       — Тэхён, подожди! — кричит Чонгук, поднимаясь настолько резко, что чуть не сшибает за собой стул, на котором до этого сидел, и бежит вслед за омегой. И дело тут вовсе не в том, что он даже не взял номер телефона (хотя в этом тоже), просто он выглядел настолько запуганным, словно ему позвонила сама смерть и альфа думает, если он может как-то помочь. Чёрт возьми, да даже если он ничего не может сделать, он приложит все усилия на помощь омеги! Но время сегодня не на его стороне, потому что пробраться сквозь толпу разгорячённой молодёжи, оказывается, не так-то просто. Кто-то цепляется за него, желая утащить понравившегося мужчину в танец, а кто-то, перепив, валится с ног чуть ли не ему в руки, но факт остаётся фактом.       Когда альфа выходит на улицу, омеги уже и след простыл, не осталось даже и запаха дорогих духов. Улица пахнет сигаретами и совсем немного осенним дождём. Мужчина тяжело вздыхает, зачёсывая мокрые волосы назад и жадно вдыхая ночной прохладный воздух, после духоты в клубе это кажется чем-то необходимым. Чон вдыхает полной грудью, после чего берёт себя в руки, собираясь опять вернутся в клуб. Неважно, на сколько он шокирован встречей со своей первой любовью, неважно, на сколько ему грустно от такой скорой разлуки, сейчас есть дела и поважнее. А именно — он работает под прикрытием, и ему во что бы то ни стало надо поймать того альфу сегодня.

***

      — А вот и пропавшие, — говорит альфа, рассматривая омег на грязном матрасе и узнавая в них лица с листовок, после чего поднимается с корточек и выходит на улицу, оставляя остальное на полицейских.       Квартирка маленькая, всего одна комната, по которой туда-сюда сейчас ходят полицейские, что-то записывая и фотографируя. Медики оказывают первую медицинскую помощь омегам, что, судя по всему, всё ещё находятся в наркотическом опьянении, а преступник уже давно сидит в полицейской машине, ожидая, когда очередь дойдёт до него. Пускай Тэхёна он так и не догнал, но зато смог поймать преступника, о котором в самом начале и шла речь. Мужчина угощал омег коктейлями с заранее подмешанными наркотиками, после чего увозил к себе домой, где у него было ещё парочку омег и использовали их для своих целей. Страшно представить, как именно, ведь некогда красивые юноши сейчас были все в синяках и с кровоподтёками. Чонгук думает, что занимались они самой обычной проституцией, и подозревает, что мужчина работает далеко не один, а имеет более влиятельное начальство, которое держит его под своим надёжным крылом. Альфа бы хотел, чтобы преступник в этом сознался, и надеялся, что на допросе это выяснится, хотя очень сомневался в этом. Шестое чувство, или же профессиональная чуйка, называете это как хотите, говорило ему о том, что этот мужчина так или иначе связан с Чон Хосоком, ведь именно он отвечает за криминал в этой части города, и найти бы хоть что-то на него было бы крайне полезно. К тому же это был его клуб. Чон давно точит зуб на него, но, к сожалению, пока найти никаких вещественных доказательств не может, хоть и знает о его преступлениях. Чон Хосок — местный богатей, который имеет в своём распоряжении несколько ночных заведений, а кроме того, имеющий вес аукционер в одной крупной компании, но Чонгук знает, что всё это не более чем для отвода глаз. Но бухгалтерия чистая, не подкопаешься, а значит…       Как Чон и говорил, очередная долгая и бессонная ночь. Уже в участке, после допроса, он стоит около кофейного автомата и пытается упросить глупую машину налить ему спасающий напиток. Это что, какое-то проклятие? Почему во всех полицейских участках одно и тоже? Неужели нельзя поставить им нормальные автоматы? На самом деле альфе по большей части всё равно на данный факт, но просто это уже своеобразный крик души, понимаете? Когда ты не спал целые сутки и сейчас, чтобы не упасть замертво, тебе нужно выпить эту чёртову кружку кофе, а тебе его не наливают! Посильнее ударив кофейный автомат кулаком, глупая машина наконец-то начинает работать, и спустя пару минут мужчина уже держит в руках свой заслуженный дымящийся напиток, размешивая в нём сахар. В это время к нему подходит напарник, шуточно хлопая ладонью по спине, а очень сонный альфа не успевает этого заметить и потому немного проливает, отчего несколько крупных капель кофе попадают ему на белоснежную рубашку. Вздыхая, Чон поднимает тяжёлый взгляд на мужчину напротив и узнаёт в нём своего коллегу Ким Намджуна. Крупного и светловолосого мужчину с ямочками на щеках.       — Как жизнь, Чон? Очередная сумасшедшая ночка? — усмехаясь, спрашивает тот, вставляя в кофейный аппарат купюру. Кажется, кто-то тоже захотел попить кофе с утра пораньше. А Чонгук просто не понимает, как можно быть таким жизнерадостным в восемь, сука, утра. Ему бы поспать немного, хотя бы часок.       — Не то слово, — отвечает черноволосый, отпивая свой капучино из стакана.       — Слышал, ты поймал того мудилу, похищавшего молодых омег из клуба, — продолжает Намджун, а коллега кивает головой, как бы говоря: «Да, было такое». — Уже допросил его? Что говорит?       — Говорит, что работал один, но я-то знаю, что за ним стоит кто-то более влиятельный. Ничего, он ещё получит своё. Все они ещё получат по заслугам. Приговор вынесен.       — Программисты говорят, что видели некоторых из сегодняшних омег в порно. Вот ублюдок, да? Мало того, что накачивал их наркотиками, заставляя спать с мужчинами, так ещё и снимал жёсткое порно.       — Сами спалились, — слабо улыбнувшись, отвечает Чонгук, отрывая свой взгляд от кофейной гущи, как бы говоря: «Теперь понятно, кто сидит на таких сайтах». Ким сначала не понимает, видя хитрый взгляд друга, но после начинает смеяться. — Ладно, пойду я. Нужно ещё к Чимину зайти, увидимся позже, — хлопает коллегу по плечу, после чего уходит, предварительно выкинув смятый стаканчик в урну.       — Передавай Чимину привет, — кричит ему вслед Нам, тряся машину. — Ах ты ж чёртова железяка!       Эхом отдаются тяжёлые шаги альфы в полупустом коридоре, пока он идёт до нужного кабинета. Пак Чимин омега и его коллега по работе, который работает у них экспертом-криминалистом, но, помимо всего прочего, является его хорошим другом. Они знакомы с университета, и никто не верил в их дружбу, говоря тот бред про то, что дружбы между омегами и альфами не бывает. Чушь, и они тому доказательство. Они пытались завязать отношения, но вовремя поняли, что это не для них. В дружеских отношениях им было намного комфортнее. Вот, собственно, почему даже сейчас, после расставания, они продолжают хорошо общаться. А его голова забита отнюдь не теми мыслями. Он всё ещё думает об их очень интересной встрече в клубе и даже не нужно упоминать, с кем именно. С их встречи прошло пару часов, но мужчина ни на секунду не переставал думать о бывшем однокласснике. Что с ним стало? Некогда весёлый и оптимистичный омега, который ещё в далёком прошлом, когда ходил на встречи одноклассников, был всегда ещё тем шутником, а вчера словно другой человек. С тяжёлым взглядом и наигранностью. Альфа вчера наблюдал за ним, издержки профессии, знаете ли. Так вот, Тэхён вёл себя абсолютно ненормально, странно. Увиливал от ответа, предпочитал не смотреть в глаза, отводил взгляд и постоянно что-то перебирал в руках. Его руки не могли лежать в покое, трогая то пуговицы на блузке, то зонтик от коктейля, то телефон. Его жесты отдавались нервозностью, а потом он сбежал. Так стремительно, что мужчина даже не успел его догнать и выглядел он при том очень странно, словно увидел привидение. Мужчина просто не представляет, что может внушать такой животный страх и ужас, который он увидел тогда на красивом лице. Табличка на двери вещает «Пак Чимин — эксперт-криминалист» и альфа, недолго думая, проходит внутрь. Омега сидит за столом в халате, что-то смотря в пробирке, но после хлопка двери поворачивается на источник шума.       — Привет, Чон. И опять ты без бахил. Сколько раз я тебе уже говорил, чтобы ты не входил сюда в своей грязной обуви? — спрашивает блондин, прожигая мужчину своим взглядом, после чего возвращается к работе.       — Тебе Намджун привет передавал, — отвечает альфа, игнорируя замечание.       — А самого генерала Кима, где потерял? — усмехнувшись, спрашивает Чимин и разворачивается на своём крутящемся кресле на колёсиках. Он знает о том, что Намджун к нему неравнодушен, постоянно указывает какие-то знаки внимания, но всегда получает от ворот поворот. Вот только мужчина не из слабаков, а потому и не сдаётся сразу же после первого отказа.       — Остался воевать с кофейный автоматом, если в этой битве он одержит победу, можешь рассчитывать на то, что придёт к тебе с твоим любимым банановым рафом.       — Ну раз с банановым рафом, то ладно, — посмеявшись, говорит омега, — и всё-таки ты ему бессовестно помогаешь, Чонгук. Откуда он мог знать, что это мой любимый кофе?       — Не правда, никак я ему не помогал. Нам и сам узнал об этом, между прочим, ты сам ему рассказывал, просто, видимо, не запомнил, а он запомнил, — отвечает альфа, пожимая плечами. — Ты лучше вот что мне скажи: как там анализы? Уже удалось выяснить, какие наркотики употребляли те омеги? Мне они срочно нужны.       — Ещё нет, но я работаю над этим. Это, знаешь ли, не так-то просто, так что хватит меня вечно поторапливать! — возмущается блондин. Чонгук, правда, был хорошим работником и настоящим профессионалом своего дела, но помимо трудолюбия, он был так же жутко дотошным, чем частенько раздражал своих коллег. — Приходи вечером за результатами, всё расскажу. Не могу знать наверняка, но думаю, что это был либо мефедрон, либо героин. Оба хорошо растворяются в алкоголе, так что практически невозможно заметить, что с коктейлем что-то не так, оба порошковые и похожий эффект. Омег уже удалось опросить?       — Ещё нет, всё ещё находятся в состоянии аффекта. Их родные приехали, ужасное зрелище, — отвечает мужчина, а Пак понимающе кивает. Мало приятного в виде сломленных горем родственников, так ещё что мешают работе. — Где Сокджин? Мне бы пробить кое-что по базе данных.       — Что-то по делу?       — Нет, видел странного парня в клубе, надо бы узнать про него.       — Нашему Чонгуки наконец-то кто-то понравился? — усмехнувшись, спрашивает Чимин, а лучший друг от такого прозвища хмурится. Уж Пак то точно знает, как этот альфа неприступен. — А ты забыл, что нам нельзя интересоваться информацией в личных целях?       — А ты когда научишься слышать не то, что хочется слышать тебе, а то, что говорю я? — съязвил Чонгук. — Я сказал, что он вёл себя странно, просто интересуюсь в рабочих целях.       — А лучше бы он тебе понравился, так и останешься одиноким со своей работой, — грустно замечает Чимин. — Ладно, говори про этого своего парня, а как придёт Джин, я ему передам.       — Ким Тэхён, младше меня на год, меньше пусть не смотрит, — говорит Чон, после чего покидает кабинет, а Чимин прищуривается и усмехается. Ну, конечно, чисто в рабочих целях, а сам и имя знает.

***

      — Чего так долго?! Нравится тебе босса заставлять ждать, да? Развлекаешься? — шипит Тэхёну в лицо альфа, который вообще-то не сильно превосходит его по росту, пожалуй, даже слегка проигрывает, но Ким знает, что верить этому не стоит. Внешность бывает обманчива, и даже чаще всего так оно и есть, а ссориться с ним — последнее, что сделает человек в здравом уме.       — Смотря, что под развлечениями ты подразумеваешь, Юнги, — отвечает тот, скалясь в ответ. Уж если физически выстоять он не сможет, то ответит только так. — Тебе весело на работе? — интересуется тот, ведь до этого он был в клубе, что для него не место для отдыха, как у других, а место, где он работает. Хотя, надо признаться, этим вечером он действительно хотел расслабиться. Забыться. Не получилось. Какой только чёрт потащил его в тот клуб?! Знал же, что надо было оставаться дома, так, глядишь, и не встретился бы с Чонгуком.       Альфа перед ним растягивает губы в хищном оскале, после чего хватает за шёлковую блузку, грозясь разорвать её на части и прижимая за шею к стене. Это Шуга — правая рука босса, секретарь, личный палач и лучший друг — всё в одном. Там же, где начальник, там и Юнги, всегда. Следует за ним по пятам, как тень, вот как сейчас. Может показаться хрупким на первый взгляд, но это только на первый. Ким сам имел честь познать, чего он стоит и знаете, удары у него ничуть не слабее, чем у любого другого мужчины, пожалуй, он даже посильнее многих будет. Не зря же он работает на Хосока. Вот только Мин своей жизни хозяин, а Тэхён — шлюха. Он себе не принадлежит, о какой жизни может идти речь?       — Даже не представляешь насколько. Особенно мне нравится вышибать дерьмо из таких высокомерных сучек, как ты, Ким, — он сжимает сильнее, так что кислорода начинает не хватать, но блондин не сопротивляется. Нет. Он был бы рад сомкнись его руки ещё немного, так, чтобы отключиться. Желательно навсегда.       — Ты меня не ударишь, — уверенно, глядя прямо в глаза, без страха. Страха давно нет. Желания жить — тем более. Всё самое страшное уже произошло, бояться больше нечего. И знаете, что Тэхён вам скажет? Людям нужно пугать детей не монстрами под кроватью, а людьми, ведь чудовища здесь они. Выглядят как люди, но Ким не может назвать личностей перед собой людьми. Человек не может так жестко и без угрызения совести решать чужую судьбу и убивать, ни секунды не мешкая. — Мне ещё нужно идти к боссу, а ты знаешь, как он ненавидит, когда трогают его игрушки.       — Вот именно, ты игрушка, Ким, вот и веди себя соответственно, —выплёвывает ему буквально в лицо Юнги, отпуская блузку и с силой отталкивая от себя, от чего омега начинает жадно хватать ртом воздух, положив руку на шею. Горло так жжёт, словно по нему течёт раскалённая лава, а не воздух. — Ты прав, сейчас я тебе не ударю, но ничего не мешает мне это сделать позднее, ведь так? — хищная улыбка озарила его лицо. — Иди, — сильный толчок в спину, в спальню, а Тэхёну кажется, что к обрыву, — если Хосок не сделает это первее меня.       Большая и роскошная спальня, где всё так и кричит о величии. Тёмная цветовая гамма, вещи, выдержанные в одном стиле, где одна вещь может стоить больше, чем вся месячная зарплата простого работника. Просторная комната, где нет ничего лишнего, только большая кровать, заправленная чёрным шёлком, место, где произойдёт его распятие, одинокая тумбочка, шкаф-купе вот, пожалуй, и всё. Вот она, та роскошь, о которой он мечтал. Сейчас же его уже тошнит от всего этого богатства. Тэхён ступает по мягкому ковру, но ощущение, как будто бы он идёт по разбитому стеклу. Его палач стоит к нему спиной, курит сигарету и смотрит вдаль. Омега из тысячи узнает его силуэт, его высокую и крепкую фигуру, широкие плечи и острый волевой подбородок. Возможно, мужчина даже красивый, но Ким видит только обезображенное лицо своего мучителя. Запах в комнате тяжёлый, альфа давит его своими феромонами, он возбуждён. Хосок облачён в халат, а его волосы чуть вьются у концов, видимо, он совсем недавно вышел из душа. В спальне темно, и единственным светом являются звёзды и яркая луна за окном. Сигарета заканчивается, и альфа разворачивается, Тэхён видит, как хищно сверкают его глаза во тьме.       — Ты заставил меня ждать и смеешь тратить моё время сейчас? — спрашивает Хосок, замечая, как блондин топчется у порога.       Ким и сам не знает, чего это он так застыл, словно в первый раз, знает же, что делать, но предпочитает молчать. Хосок всегда прав, а ещё не любит, когда ему перечат. Спорить с боссом — самоубийство. Послушав альфу, он начинает медленно расстёгивать блузку не потому, что это сексуально и красиво, нет, чтобы оттянуть момент. Омега знает, что начальник ненавидит нежно, красиво и медленно. Тэхён знает, что босс любит дико, до сорванного голоса, мольбы остановиться и кровавых простыней. Как животное. Он всё это знает, а потому не удивляется, когда альфа не смотрит долго на то шоу, что ему устроила проститутка. Да, было эстетично, но он не эстет, поэтому набрасывается на омегу и заваливает его на кровать, сразу же поворачивая к себе спиной и ставя раком, нетерпеливо стягивая с блондина брюки, не особо заботясь о том, чтобы избавиться от остальной одежды или провести прелюдию. Хосок быстро срывает с него одежду, и Тэхёну не в первый раз кажется, что у него не руки, а лапы, знаете, такие когтистые, после которых кожа кровавыми полосами покрывается, а порой и вовсе на части расходится.       Омега держится стойко и не издаёт ни звука, даже когда его смачно шлёпают по бедру, заставляя выше поднять попу и больше прогнуться в пояснице, что Ким и делает. Он лишь смотрит на свои руки стеклянным взглядом, на чёрную резинку-пружинку на руке, которая с ним каждую долгую ночь. Омега ночь не любит, он её боится, ведь ночью он всегда в чьей-то постели, но только не в своей, всегда в разной. Ночью часто проливается его кровь, срывается голос до болезненных хрипов, а тело, что ниже пояса, не чувствуется. И часы такие длинные, прям бесконечные. Повезло, если он отключился, не повезло, если нет. Тогда он ждёт рассвета, первых лучей солнца, когда кошмар развеется.       «Всё закончится раньше, чем я успею досчитать до десяти», — думает он.       Хосок грубо разводит его ягодицы в стороны и сразу резко входит до упора, конечно же, никто не заботится ни о смазки, ни о растяжке. Тэхён ведь проститутка, с ним не надо нежно. Ким сдавленно шипит, чувствуя, как его заполняют собой до остатка, а в бёдра больно впиваются руками, где позднее явно останутся следы. Вроде бы не впервые, а неприятно всё так же. Одно хорошо — в растяжке он особо не требуется, а потому терпимо. Хосок закрывает глаза, на секунду чувствуя такую желанную узость, а после звонко шлёпает омегу по половинке, оставляя красный след, потому что красиво. И никакая это не игра, потому что рука у альфы тяжёлая и место удара всё огнём отдаёт. Только начало. Ким знает, что от него хотят, а потому пригибается сильнее, держа позу, а после громко стонет. Далеко не от приятных ощущений, потому что альфа начал двигаться, и это так больно. Чон не собирается его жалеть, этой ночью он хочет испить его до остатка, испить душу, истязать тело так, что одни только обглоданные кости и остались. Тэхён не сомневается, что так оно и будет, ведь там, где альфа прикасается, кожа обугливается, рвётся и на части расходится.       Альфа срывается на жёсткий и быстрый темп, вбиваясь в горячее и податливое тело, от чего спинка кровати ритмично ударяется об стенку. Сегодня он зол и хочет весь свой гнев отразить на омеге, который всегда для него был игрушкой. Когда хочет — приласкает, а когда хочет — и ударит. Тэхён никогда не может угадать, что именно его ждёт, не хочет, но всё равно вынужден играть в эту русскую рулетку, не зная, будет ли ему больно или нет, когда в следующий раз его вызовет Хосок. Ким даже не стонет, нет, он кричит, но, понимая, какое удовольствие этим он доставляет своему мучителю, он до боли кусает себя за ребро ладони, рассчитывая, что хоть на секунду одна боль затмит другую. И просто истошно воет, смотря по-прежнему на свою руку и видя, как его тело безвольной куклой двигается вперёд и назад. Он бы уже давно упал, ведь даже его ноги от каждого толчка чуть ли не разъезжаются, но чужие жилистые руки не дают этого сделать.       — Что ты за шлюха такая, что даже нормально одного мужчину ублажить не можешь? — ядовито шепчет альфа ему на ухо, придерживая за подбородок и не позволяя больше опустить голову. Ким знает, как его рука может легко свернуть ему шею или надавить чуть сильнее, и он только молится об этом. Но альфа убивать его не хочет. Физически. Морально же Тэхён умирает каждую ночь. Навряд ли уже хоть что-нибудь осталось. Он ничего не чувствует, он просто оболочка.       — Один, два, три, — тихо шепчет блондин, а альфа приближается ближе, пытаясь вслушаться в его слова.       — Что ты там бормочешь? — спрашивает мужчина, но Тэхён его не слышит, он смотрит на резинку на своей руке и молча считает.       — Хён, у тебя такие красивые волосы, тебе нужен хвостик! — заливистым смехом говорит ребёнок, улыбаясь так ярко, что всё вокруг слепнет, как от яркого солнышка.       — Но это ведь твоя резинка, — улыбаясь, отвечает ей он, смотря на то, как маленькие детские ручки заботливо собирают блондинистые пряди волос в хвостик.       — Для хёна ничего не жалко, не снимай её, пожалуйста.       — Не буду, — вторит ей он, а после обнимает, прижимая к себе так крепко, как только может.       — Не понимаю, почему тебя всегда выбирают, ты ведь такое ничтожество. Видимся с тобой в не первый раз, а ты так до сих пор и не понял, что я люблю. Ну же, покричи для меня, покажи, как тебе нравится, — говорит Хосок, хватая его за волосы и с силой потянув на себя и Тэхён не сдерживается. Так что его распятие, наверное, слышит весь дом. А Юнги за дверью с силой сжимай свой бокал с бренди в руке, рискуя к чертям собачьим разбить его на мелкие куски.       Четыре.       Пять..       Шесть...

***

      За раскрытие ещё одного дела Чонгука благодарят, лучше бы выходным, конечно, но денежная премия и ужин с начальником в ресторане — тоже неплохо. У них прекрасные взаимоотношения, и старший альфа считал молодого специалиста ещё в то время перспективным, что уж говорить про теперь. Вот только Чонгук его недолюбливает, как и его плохо прикрытую лесть. Старый хрен каждый грёбаный день просиживает своё кресло и пьёт виски, хотя мог бы сделать что-то полезное, а не просто делать вид, что делает. Чон также с его хорошей чуйкой чувствует, что что-то тут неладно, и абсолютно не увидится, если окажется, что старик этот и сам связан с наркокартелями. Все они хорошо платят, а такие мужчины падкие на деньги. Чонгук бы хотел занять его пост, но пока такой возможности нет и на своём ему намного лучше. Так он хотя бы сам видит результаты своей борьбы, и что всё не просто впустую.       Ужин проходит в напряжённой обстановке, лично для альфы. Наигранная доброжелательность, фальшивые разговоры, улыбки. Изысканная еда, живая музыка, лоск. Всё так богато, что аж тошно. Такое место не по альфе, ему в кфс сидеть намного приятнее. Но вот время подходит к концу, и мужчина, как и полагается, усаживает подвыпившего начальника на такси, а сам стоит на улице и подкуривается. Так и стоит, а когда машина отъезжает, не верит своим глазам и даже трёт их. Недосып? Галлюцинации, что именно? Около мерседеса стоит омега в дорогой шубе и курит сигарету, облокотившись на дверь машины. Альфа узнаёт его в профиль и отказывается верить, что такое возможно. Как так один раз встретились и теперь всегда обречены на случайные встречи? Ну, знаете, Чонгук не сказать, что против. Ноги сами ведут его, и он подходит ближе, понимая, что не ошибся, потому что около машины и правда стоит Тэхён. Омега чувствует его присутствие, а потому поворачивается, недолго смотрит, а потом, ничего не говоря, выдыхает сизый дым в воздух. А у мужчины уже нет вопросов и почему омега так богато одет, почему стоит около очень дорогой машины, находящейся с дорогим рестораном. Ни к тому, почему лицо бывшего одноклассника такое безжизненное, потухшее. Джин ему всё нашёл.       — Работаешь в эскорте? — прямо спрашивает, а омега усмехается.       — Осуждаешь? — и не отрицает, но альфа на его слова лишь качает головой. — Как узнал?       — Отличный психолог, вёл ты себя подозрительно, решил проверить.       — Чего и следовало ожидать от мента, — очередная усмешка.       — Зачем пошёл в это дело? Оно ведь не делает тебя счастливым. Эта та красивая жизнь, о которой ты мечтал?       — А не пойти ли тебе к чёрту, психолог? — сквозь зубы отвечает Ким. Он ненавидит, когда лезет к нему в душу, там и так всё разворошили, зачем копаться в этом дальше и причинять ему боль? — Далеко не от хорошей жизни. Ну и что теперь? Сдашь меня полиции? Наденешь на мои запястья наручники?       — Нет, у меня нет ордера на твой арест, — а про себя добавляет: «Не хочу ещё больше ломать твою жизнь». Ким видит, что альфа хочет добавить что-то ещё, но из ресторана выходит его мужчина и направляется в его сторону. И омега в очередной раз одевает маску.       — До следующего раза, Чон, а теперь извини, но мне нужно работать, — говорит омега и кидает сигарету на асфальт, придавливая её носком ботинка. Его ждёт очередная ночь с толстосумом.       Чонгук уходит к своей машине, наблюдая издалека. Клиент Тэ — известная медийная личность в политических кругах, альфа склонных лет, который вообще-то замужем, но да разве это какого-то волнует. Мужчина открывает перед ним дверь, и омега садится в машину, после чего обходит её, садясь с другой стороны, и они уезжают. Ким на него даже не смотрит.