Я ненавижу тебя, Лестат

Да, можно любить, ненавидя, Любить с омраченной душой. В.Я. Брюсов

Он каждый раз возвращался под утро с неизменной счастливой улыбкой на спокойном лице. Бесчувственный ублюдок! Я знаю о его романе с той низкосортной певичкой, впрочем, и он не желает скрывать от меня свои отношения с ней. Иногда мне кажется, что проще разорвать наши нездоровые отношения. Я давно задумываюсь над тем, как уйти от него, от себя, от всех этих неправильных чувств, ласк и поцелуев. О, Господи, я возлёг с мужчиной! Я совершил страшный грех, когда полюбил Лестата. И ещё более страшный грех я совершил, когда разрешил ему обратить себя в чудовище. Тогда мне ещё не было известно, что это — не дар, а проклятие. Моя душа будет вечно гореть в огне преисподней под вой и стоны таких же грешников как я. И не получу я прощения от Господа, как не получит его мой брат Пол, совершивший самоубийство. Но Лестата не волнуют мои чувства и мысли. Он приходит только затем, чтобы сказать мне пару слов перед сном и убедиться, что я не морю себя голодом. Мне стало сложно общаться с ним. Он не желает понимать, что я стал другим. Мои чувства к нему изменились. Раньше я любил беззаветно: восхищался его аристократическими манерами, глубоким, бархатным голосом, удивительной красотой. Но теперь. Теперь я начал ненавидеть своего создателя за его жестокость, равнодушие, цинизм и самовлюблённость. Лестат не желает понять меня. Он думает, что я остался тем же наивным Луи, которого он когда-то превратил в существо, подобное себе. Но нет. Я давно перестал быть прежним и понимаю, что рано или поздно наши пути разойдутся. Но мне и хочется, и не хочется этого одновременно. Я не могу уйти по совей воле, потому что не выживу без него: без его наглой улыбки, без этих сверкающих взглядов, без случайных прикосновений его руки к моей. Он снова пришёл перед рассветом. Я слышу его шаги на лестнице. Ах, как мне нужна защита от него! Я схватил первую попавшуюся книгу, которая лежала на столе и сделал вид, что чрезвычайно увлечён ею. Он молча вошёл в комнату. От него пахло её духами и дорогими сигарами. Лестат склонился над книгой так, что мы едва не соприкасались лбами. — Ты читаешь книгу задом наперёд, друг мой, — медленно произнёс он, улыбнувшись довольно. — Неужели в тебе пробудился новый талант? Я в смущении захлопнул книгу. Как мог я не заметить, что неправильно её держу? Неужели настолько задумался? Или его присутствие так действует на меня? — Иди куда шёл, — прошипел я в ответ, пряча от него взгляд. — Луи, любовь моя, ты совсем одичал в четырёх стенах, — произнёс он, легко касаясь рукой моего плеча. — Я взял нам два билета на оперу. Тебе просто необходимо выйти отсюда и посмотреть на людей. Я начинаю бояться за твой рассудок, Луи. — Оставь меня в покое! — огрызнулся я. — Мне не хочется никуда ходить с тобой. — Что случилось, любовь моя? — спросил Лестат, садясь в свободное кресло напротив меня. Он был настроен поговорить со мной. Неужели поругался со своей шлюхой? Злая радость от этой мысли поднялась в моей душе. Теперь Лестат попытается наладить отношения со мной, но я…я не захочу этого. Или захочу? Или я всё это время в глубине души желал, чтобы он пришёл ко мне и поговорил со мной как прежде? О, как же я ненавижу его! Мерзкий, грубый, эгоистичный ублюдок! Что он делает с моей душой? Почему я снова и снова стремлюсь к нему? За что мне это проклятие? Я ничего не ответил ему. — Ты злишься на меня из-за неё? О, Луи, ведь мы же взрослые… — он замолчал и искорка человечности промелькнула у него во взгляде. — Люди? Ты хотел сказать люди?! — закричал я, не в силах больше сдерживаться. — Лестат, мы давно уже перестали ими быть. Мы — чудовища. Нам не место в этом мире. Неужели ты не можешь понять этого? — Луи, я…не хотел тебя обидеть, — произнёс он. Лестат поднялся и подошёл ко мне. Он наклонился и, когда его губы коснулись моих, я ударил его по щеке. Этот поцелуй. Он был не нужен мне. Я не хотел его. Моя душа была истерзана отношением Лестата ко мне, а он словно ничего не желал видеть. — Убирайся! — медленно произнёс я. — Не хочу тебя видеть! — Любовь моя, — прошептал он. — За что ты так со мной? Ты в любой момент можешь попросить меня, и я сделаю для тебя всё, что угодно. Ты знаешь об этом сам, о мой Луи! — Отпусти меня, — попросил я, отворачиваясь от него. — Мне тяжело находиться рядом с тобой. — Прошу тебя, Луи, — сказал он, стоя напротив. — Я не хочу, чтобы ты уходил. Не бросай меня! — Это ты всё время бросаешь меня! — произнёс я, не сдерживая слёз. — Тебя постоянно нет рядом, когда я в этом нуждаюсь. Ты ничего не рассказываешь мне о своём прошлом. Ты вообще ничего мне не рассказываешь. Ты холоден и сдержан. Ты изменяешь мне. Как могу я находиться рядом с тобой после всего этого? — Прости меня, любовь моя, — ответил он, склонив голову в покаянном жесте. — Но я такой, какой я есть и меня уже не изменить. Прошу тебя, пойми и смирись с этим. — Я никогда не смирюсь! — крикнул я, вскакивая с кресла. Сейчас мне хотелось уйти, оставить его одного, чтобы он мог задуматься над тем, что творит. Лестат молча подошёл ко мне и обнял за талию, прижимаясь к моему телу, будто не желая отпускать. Его объятия всегда успокаивали меня, но не теперь. Я хотел снова ударить его, но не смог. Он был рядом, такой близкий, родной. У меня никого не было на целом свете, кроме него. Я ненавижу тебя, Лестат!