Господин, этот слуга безнадёжно влюблён в вас

      Цзян Ваньинь одиноко сидел на траве около озера, рассматривая распустившиеся цветы. Пристань Лотоса была необыкновенно красива весной. Пару месяцев назад четыре великих ордена полностью уничтожили клан Цишань Вэнь, а теперь Ваньинь рассуждал, каким образом за полгода его жизнь так сильно изменилась. Прежде он много лет жил в Юнмэне, и все дни казались ему одинаковыми. После того, как он уехал из своего родного дома, всё это и началось.       Сначала свадьба, потом страстная ночь с Вэй Ином и их признание друг другу, буквально через пару дней смерть Вэнь Сюя от руки Не Минцзюэ, нападение ордена Вэнь на Юнмэн, страшное известие о смерти главы Цзян и госпожи Юй... Цзян Ваньиню тогда понадобилось несколько недель, чтобы принять тот факт, что его родители мертвы, а сестра пропала. Однако вскоре Вэй Ин узнал о том, что все кланы собираются объединиться, чтобы противостоять ордену Вэнь, который творил беззаконие, убивая множество людей ради своих целей. Даже спустя год, Цзян Чэн отчётливо помнил, что чувствовал, когда читал тайное послание Не Минцзюэ. Глава клана Не хотел помочь Ваньиню и Вэй Усяню сбежать из ордена Вэнь в Цинхэ.

[ Полгода тому назад, 2 недели после свадьбы ]

      Была глубокая ночь. Все жители Безночного города давно спали, кроме гвардейцев на посту. Вэй Усянь, тайно пробравшийся в покои своего недавно овдовевшего господина, помогал ему накинуть на себя плащ. Они вдвоем должны были сбежать из Безночного города этой ночью. — Мой господин, пойдёмте, — тихо сказал Вэй Ин. — Вэй Усянь, у меня плохое предчувствие. Может... нам не стоит этого делать? — в последнее время Цзян Ваньинь действительно места себе не находил от беспокойства. К тому же он нехорошо себя чувствовал, а настроение менялось чуть ли не по щелчку пальца. — Мы обо всём уже договорились. Люди из ордена Не ждут нас возле реки. Пути назад нет, — Вэй Ин подошёл к нему и обнял, поглаживая его волосы. — Я буду рядом с вами. Вы станете главой ордена Цзян, а я вашим верным помощником.       Цзян Чэн сквозь слёзы посмотрел на слугу, а потом нежно и чувственно поцеловал. — Что бы не случилось, никогда не опускайте руки, мой господин.       Постояв несколько минут в обнимку, они всё же поторопились отправиться в путь. Выйти из дворца было просто, Вэй Ин не раз это проворачивал. Однако выбраться из самого Безночного города стало трудной задачей. Гвардейцев было много, они прилежно охраняли свои посты. Сначала Цзян Чэну и Вэй Усяню удавалось пройти мимо них, но потом их заметили. — Мой господин, бежим, — скомандовал Вэй Ин, заметив, что все гвардейцы стали к ним приближаться.       Для Цзян Ваньиня не нужно было повторять дважды. Он побежал вслед за своим слугой, крепче сжимая в руке Саньду.       Как бы они не пытались убежать, гвардейцы всё равно их догнали. Двое против восьмерых. Совсем нечестно. Но Ваньинь и Усянь не собирались сдаваться без боя. Приложив все силы, чтобы победить хорошо обученных людей, они не заметили приближения других гвардейцев. Теперь их стало ещё больше.       Сердце Вэй Ина бешено колотилось, когда он увидел своего господина, окружённого людьми из ордена Вэнь. Тот держал в руке окровавленый меч и отбивался, но ему никак не удавалось победить такое большое количество людей. Вэй Усянь, уже изрядно измотанный и раненный несколько раз, стал пробираться к своему господину. Он был обязан защитить Ваньиня даже ценой своей жизни.       Для Цзян Чэна всё проходило, как в тумане. Он на автомате дрался с гвардейцами, глазами пытаясь найти Вэй Усяня. Он боялся за него, хоть слуга и был искусным воином. В один момент он столкнулся с Вэй Ином, буквально упал ему в руки. Тогда они вместе применили мощное заклинание, позволившее им убежать подальше от преследования. Они тщетно скрывались в лесу, за ними всё равно была погоня. — Мой господин, вы ведь знаете, куда идти? — спросил Вэй Ин, когда они вдвоём облокотились на дерево, чтобы отдышаться. — К чему ты клонишь? Да, знаю, — у Цзян Чэна было дурное предчувствие. В глубине души он знал, что сейчас скажет слуга, но всё же надеялся, что тот просто так спросил. — Я отвлеку их, а вы бегите, — нет, когда у Вэй Ина было дело, он не задавал вопросы просто так. — Что? Нет! — от слов слуги у Ваньиня закружилась голова, а сердцебиение ускорилось до бешеного темпа. — Я... я не оставлю тебя здесь! — Мой господин, — Вэй Усянь одной рукой обнял господина, а второй приподнял его подбородок, чтобы заглянуть в его прекрасные, но наполненные горькими слезами глаза. — Цзян Ваньинь.       Цзян Ваньинь прикусил губу. Усянь раньше никогда не звал его по имени. Из-за пелены слёз ему было сложно разглядеть лицо Вэй Ина в деталях, но наполненный горечью и любовью взгляд он запомнил навсегда. — Цзян Чэн, уходи отсюда. Ты будущий глава ордена, а я лишь простой слуга- — Ты для меня больше, чем слуга. Ты для меня всегда был верным другом и любимым человеком, — голос Ваньиня сильно дрожал, а из-за кома в горле ему было тяжело говорить. — Цзян Чэн, прошу, уходи, — Вэй Ин изо всех сил старался сдержать слёзы, но не смог. Он прекрасно знал, что идёт на смерть. Но это смерть ради жизни любимого человека. — Я хочу умереть с тобой. — Я не умру, — Вэй Усянь слабо верил в свои же собственные слова, однако обеими руками обхватил лицо Ваньиня и сказал: — Уходи и позаботься о себе, Цзян Яньли и ордене Цзян. Я приду позже. Я обещал, что никогда не брошу тебя. Я выполню своё обещание, я вернусь к тебе, только прошу, уходи сейчас отсюда. Разреши мне спасти твою жизнь.       Вэй Ин был на грани отчаяния. Единственное, о чём он думал тогда — это спасение молодого господина Цзян. Ему было абсолютно всё равно, что станет с ним самим, ведь для него на первом месте всегда был Цзян Ваньинь. — Ты... вернёшься? — с отчаянной надеждой спросил Цзян Чэн. — Вернусь... обещаю, — всего два слова, но Вэй Ину было очень тяжело их произнести.       Услышав приближающиеся шаги, они оба повернулись. Преследовавшие их люди были не очень далеко, за стволами деревьев и кустами их не было видно, однако их голоса и топот стали слышны. — Вэй Усянь, — Ваньинь вдруг снял со своих волос серебристую заколку с двумя аметистами и аккуратно положил её в ладонь Вэй Ина. — Я буду тебя ждать. — Мой господин, берегите себя, — сказал Вэй Ин и, напоследок мягко поцеловав своего господина, пошёл в сторону гвардейцев, полный решимости задержать их, чтобы спасти жизнь любимого. Положив заколку в карман, к платку с вышивкой, он обнажил меч и кинулся в бой.       Цзян Ваньинь видел его удаляющююся спину, а потом побежал в обратную сторону. Река была не очень далеко, но, должно быть, люди из клана Не уже волновались. Вэй Усяня и Цзян Чэна не было довольно долго. Добравшись через полчаса до них, Ваньинь спокойно сел в лодку, скрывая ото всех свои красные глаза.       Сердце раскалывалось. Его будто что-то сжигало изнутри, заставляя кричать от боли. Но этот крик не слышал никто, потому что он был в глубине души Ваньиня. Цзян Чэн не показывал свои слабости никому, кроме Вэй Ина. Слуга всегда находил нужные слова, чтобы утешить своего господина, всегда был рядом с ним, помогал ему, заботился и переживал о нём. Вэй Усянь никогда не нарушал свои обещания, данные Цзян Ваньиню. Значит, и в этот раз он сдержит своё слово.

***

      Как только Цзян Ваньинь прибыл в Цинхэ, его встретил Не Минцзюэ. Они были давно знакомы, и глава ордена Не, несмотря на то, что Цзян Ваньинь — омега, высоко оценивал его умение владеть мечом и разбираться в политике. Таков был Не Минцзюэ — он обращал внимание не на положение и статус человека, а на его личные качества и способности. Именно поэтому он и согласился помочь Цзян Ваньиню — тот был хорошим человеком, лидером и другом. — Цзян-сюн, что с тобой? На тебе лица нет, — обеспокоенно спросил Минцзюэ. — Где Вэй Ин? — Не спрашивай, — покачал головой Цзян Ваньинь. Он не хотел ни с кем говорить о Вэй Ине, ведь ему бы в любом случае сказали, что тот уже мёртв. Вэй Усянь не смог бы победить такое количество гвардейцев в одиночку, а они должны были его убить. Однако в глубине души Ваньинь питал надежду, что его любимый сдержит своё обещание.

***

      Со свадьбы Цзян Ваньиня и Вэнь Сюя прошло всего 3 недели. Однако... Вэнь Сюй был давно мёртв — Не Минцзюэ убил его буквально через 5 дней после свадьбы. А Цзян Ваньинь отправился в оставшиеся незахваченные владения ордена Цзян, чтобы узнать, сколько людей у него вообще осталось. Тогда же и была объявлена Аннигиляция Солнца — все кланы объединились, чтобы противостоять ордену Вэнь.       Пока Цзян Ваньинь жил в Нечистой Юдоли, он каждый день тренировался вместе с Не Минцзюэ. Его состояние, конечно, и так оставляло желать лучшего, но однажды он упал в обморок прямо на тренировке. Глава Не сильно испугался за своего друга и быстро отнёс к лекарю. Тогда и выяснилось то, что повергло Ваньиня в шок. — Глава клана Цзян... — лекарь, приведя в чувства Цзян Чэна, встал возле него и косился на главу Не. — Говори уже, — у главы Цзян не было больше терпения. — Вы... вы беременны. Уже почти месяц.       Сначала Цзян Ваньинь подумал, что он ослышался. Не Минцзюэ, стоявший рядом, услышав это заявление, широко открыл глаза и уставился на лекаря. — Что?! Это правда?! — воскликнул глава Не. — Д-да. Ошибки быть не может, — лекарь ужасно боялся главы Не, поэтому, пообещав, что никому больше не скажет, ушёл прочь. — Цзян-сюн... Этот ребенок... — Нет. Он не от Вэнь Сюя, — тут же прервал его Цзян Чэн. — Я не был близок со своим мужем. — Тогда от кого он? — ... — Ваньинь не хотел говорить никому. Он сам был сильно шокирован. — Неужели это Вэй Ин так постарался? — с некоторой усмешкой поинтересовался Не Минцзюэ, который знал о чувствах Ваньиня к Усяню. — Не-сюн! — вскочил с кровати Ваньинь, но от боли опустился обратно. — Не говори никому о ребёнке. Вэй Ин вернётся, тогда я всем расскажу. — Но... — Если я сейчас скажу, то мне никто не поверит, что это ребёнок Вэй Ина. Люди и так не любят меня из-за того, что я был мужем Вэнь Сюя. — Я-то никому не скажу, но как ты собираешься участвовать в Аннигиляции Солнца? Через пару месяцев тебе нельзя будет сражаться! — Я придумаю что-нибудь, — спокойно ответил Цзян Ваньинь, хотя у него в душе был полный ураган. — Может тебе лучше избави- — Нет! — не успел глава Не договорить, как был перебит громким отчаянным криком Ваньиня. — Я не избавлюсь от ребёнка, что бы ты не говорил! — Цзян-сюн... Ты уверен, что справишься? — Я постараюсь.       Цзян Чэн понятия не имел, что ему теперь делать, но одно он знал точно — он ни за что не убьёт ребёнка. Их с Вэй Ином ребенка.

***

      Лекарь предложил главе Цзян 3 решения: первое, оставить ребёнка как есть, чтобы через 9 месяцев он родился. Второе, приостановить беременность с помощью заклинания. В таком случае развитие эмбриона прекращалось на 4-5 месяцев, а потом снова начиналось. Минус был в том, что нельзя было задержать на более долгий срок, так как это серьёзное вмешательство в процессы организма, которое могло повлечь за собой последствия. Например, серьёзная угроза жизни ребёнка и его отца. И третий вариант, ускорить беременность. В этом случае, с помощью магии и препаратов беременность проходила в 2-3 раза быстрее, чем обычно.       Цзян Чэн целый день размышлял об этом и в конце концов остановился на третьем варианте. Второй и первый не подходили потому, что Аннигиляция Солнца только принимала обороты. Пока кланы собирали людей и нужные вещи, пока они придумывали тактику нападения на орден Вэнь, пока они начали бы выступать, Цзян Ваньинь успел бы выносить и родить ребёнка. С дитём в животе ему было бы сложно сражаться, ведь тогда бы он отвечал не только за свою собственную жизнь.       Спустя пару дней лекарь стал давать главе Цзян разные лекарства для ускорения беременности. А через 4 месяца у Цзян Чэна родился сын-альфа, наречённый именем Цзян Юанфэн. О его рождении больше не знал никто, кроме главы Не и лекаря. Маленький ребёнок был втайне отдан на воспитание Цзян Яньли, которая жила в клане Цзинь.

***

      Спустя 6 месяцев после смерти родителей, Цзян Ваньинь вместе с другими кланами выступил против ордена Вэнь. Они смогли одержать победу только благодаря непойми откуда взявшемуся тёмному заклинателю. Личность этого человека была скрыта им самим, однако Ваньиню казалось, что он его знает. Неизвестный тёмный заклинатель нанес решающий удар ордену Вэнь, а потом поспешно скрылся.       Хоть многие заклинатели сначала его восхваляли, но потом стали опасаться и говорить, что тёмный путь до добра не доведёт. Сначала они пытались найти его на горе Луаньцзан, но тот не выходил на контакт. Тогда заклинатели стали ему угрожать.       Цзян Чэна изначально вообще никак не колыхало то, как заклинатели относятся к последователю тёмного пути. Его единственной целью было восстановление ордена Цзян, а это было весьма трудной задачей, учитывая, что в ордене почти не осталось людей. Однако когда глава Цзян услышал о предстоящей облаве на гору Луаньцзан, то всё же решил принять участие. Во-первых, это было бы хорошей тренировкой для новых адептов ордена, а во-вторых Цзян Чэна словно тянула туда неведомая сила. Он никак не мог объяснить это чувство. Просто в душé он понимал, что должен пойти туда. К тому же он не переставал верить, что Вэй Ин сможет вернуться.       Перед самым отъездом он места себе не находил от необъяснимого волнения. Маленький Цзян Юанфэн, которому был всего месяц, почувствовал настроение своего папы и стал капризничать. Потому Ваньиню пришлось оставить свою бумажную работу и взять на руки ребёнка, потихоньку укачивая его. — А-Фэн... — тихо обратился Цзян Чэн к ребёнку, что прекратил истерить и теперь спокойно посасывал свой палец, глядя на папу своими большими, точь в точь, как у Вэй Ина, глазами. — Как ты думаешь, тот тёмный заклинатель... это может быть твой отец?       В ответ ребёнок лишь издал непонятный звук наподобие "аъа" и дёрнул рукой. — Я так надеюсь, что он вернётся. Вэй Усянь... я люблю его.       В наступлении на гору Луаньцзан участвовало не очень много людей. Орден Цзинь, орден Не, Гусу Лань, несколько мелких кланов и два десятка людей из Юнмэна. Они планировали изначально просто припугнуть тёмного заклинателя, однако дело приняло дурной поворот. Мертвецы стали в бешенстве нападать на заклинателей, а управлял ими окутанный чёрной дымкой человек. Она была настолько плотная, что были видны только бледные руки и кончик черной флейты.       Заклинатели отчаянно сражались за свои жизни, а мертвецов было огромное количество и казалось, что они не заканчивались. Некоторые из них пытались пробраться к управляющему мертвецами, однако эти самые мертвецы не подпускали их. Цзян Ваньинь, сражавшийся спина к спине с Не Минцзюэ, решительным шагом направился стоящему поодаль и играющему на флейте неизвестному тёмному заклинателю. Тот его заметил и, на всеобщее удивление, ни один мертвец не напал на главу Цзян. Заклинатели, которые всё ещё продолжали сражаться, и так недолюбливали Цзян Ваньиня, потому что тот омега и был мужем Вэнь Сюя, а теперь стали подозревать, что орден Цзян в сговоре с темным заклинателем.       Однако Ваньинь не обращал ни на кого внимание. Он остановился в двух метрах от неизвестного, ожидая, пока чёрная дымка рассеится, и он сможет нанести противнику удар. Когда же это произошло... — Мой господин... — глаза Вэй Ина были наполнены глубокой печалью. Он опустился на колени перед Цзян Чэном, перестав играть на флейте, хотя мертвецы все ещё продолжали сражаться. — Что ты делаешь? — Ваньинь ошарашено смотрел на своего слугу, облачённого во всё чёрное. — Если я убью тебя...? — Значит, такого ваше желание. Я не сдамся другим заклинателям, но если мой господин хочет лишить меня жизни, то я не буду сопротивляться. — Вэй Ин, вернись со мной в орден Цзян. Я не хочу тебя убивать. — Простите меня, но я не могу вернуться. — Почему? Ты обещал, — последняя фраза прозвучала с таким отчаянием и надеждой, что сердце Вэй Усяня невольно сжалось. Глава Цзян был готов заплакать, но рядом находилось слишком много людей, и он не хотел проявлять слабость перед ними. — Я... я недостоин вас, мой господин. — Вэй Усянь, вернись со мной в Юнмэн! Я не могу без тебя... — Нет. Я принесу только вред ордену Цзян. Вам будет лучше без меня.       Пока Вэй Ин, ослабив свою бдительность, говорил со своим господином, к нему сзади подкрался один из адептов ордена Цзинь. Взмахнув мечом, он собирался убить Вэй Усяня, но глава Цзян это заметил. Хоть он и успел отбить атаку и жизнь его верного слуги была спасена, его самого ранил меч того адепта. Рана была глубокой, кровь брызнула во все стороны. — Мой господин! — Вэй Ин тут же бросился к нему. — Цзян-сюн! — Не Минцзюэ оторвался от своих противников, чтобы помочь Цзян Ваньиню. — Глава клана Цзян! — Лань Сичень тоже обратил внимание на сцену между Ваньинем и тёмным заклинателем.       В глазах всех заклинателей именно Вэй Усянь ранил главу Цзян. Хоть тот адепт и прекрасно всё видел, он стал говорить, что просто хотел защитить Цзян Ваньиня от тёмного заклинателя. — Мой господин! — Вэй Ин быстро призвал мертвеца, который сию же секунду расправился с адептом. Сердце Усяня ещё сильнее забилось, когда он увидел рану на груди своего господина. — О, нет... Господин!       Вэй Ин опустился на землю, положив на свои колени голову Цзян Чэна. Тот чуть приоткрыл глаза и столкнулся взглядом со своим слугой. — Знаешь... наш сын очень похож на тебя, — последнее, что сказал Ваньинь, перед тем, как окончательно потерять сознание. — Что? Наш сын...? — Вэй Ин был в замешательстве, его охватывала паника, страх, боль. Он отдал приказ мертвецам, чтобы они не пропустили заклинателей на гору, а сам взял Цзян Ваньиня на руки и убежал с поля битвы.

[ Воспоминания 17-тилетнего Цзян Чэна. Пристань Лотоса]

      Цзян Ваньинь шел быстрым шагом по дорожке, направляясь к тренировочной площадке. Был уже вечер, но летнее солнце ещё даже не собиралось заходить. Яркие красивые цветы украшали клумбы, рядом с которыми проходил молодой господин Цзян.       На большой тренировочной площадке было не очень много людей. Поодаль от всех размахивал мечом Вэй Усянь, не заметивший появление своего господина. Ваньинь не спешил к нему подходить, наблюдая за тем, как слуга тренируется. Однако к Вэй Ину подошли человек 6 адептов, их голоса молодой господин Цзян смог расслышать даже издалека. — Хэй, Вэй Усянь, тренируешься, чтобы стать цепным псом молодого Цзяна? — спросил один, видимо самый наглый из них. — Дэмин, как ты смеешь так неуважительно говорить о молодом господине Цзян? — Вэй Ин убрал меч в ножны и подошёл к ним. — Он всего-навсего омега. Мы не обязаны ему подчиняться. А с твоей стороны очень унизительно прислуживать ему, — ответил тот же адепт, чье имя было Дэмин. — Ты...! — может быть, Вэй Ину и было все равно, когда оскорбляли его самого, но когда дело касалось его господина, он желал уничтожить этих людей. — Я что, сказал неправду? — притворно удивился адепт. — Ты не имеешь права так отзываться о молодом господине Цзян! Он выше тебя по статусу! — Вэй Ин очень сильно разозлился, что даже выхватил меч. — Вэй Ин! — Цзян Ваньинь появился возле них словно из неоткуда. Его очень рассердили слова адепта. — Молодой господин Цзян? — удивился адепт, стоявший возле зачинщика конфликта. — М-мы тут это... — Оскорбляете меня за моей спиной? Такие трусливые, — Цзян Чэн сверлил взглядом адептов, а они все, кроме одного, сжались от этого. — Я здесь перед вами, можете высказать мне всё в лицо. Если, конечно, не боитесь смерти.       Все прекрасно знали о характере молодого господина Цзян, поэтому не осмелились что-то ему ответить. Однако адепт Дэмин сказал: — Цзян Ваньинь, вы слишком много о себе думаете. — А ты слишком много себе позволяешь! — воскликнул Вэй Ин, захотев броситься на адепта, однако Цзян Чэн преградил ему путь рукой. — Слишком много о себе думаю? Что это значит? Я молодой господин ордена Цзян, а ты просто адепт. Если я захочу, то могу прикончить тебя на месте. — Вас накажут за это! — Правда? — спокойно поинтересовался Цзян Ваньинь, подняв бровь. — Давай проверим. Вэй Ин... — Да, мой господин? — живо отозвался слуга. — Придуши эту тварь. — Как прикажете, — ухмыльнулся Вэй Усянь.       Не успел Дэмин понять смысл слов молодого господина Цзян, как Вэй Ин накинулся на него, сжав рукой его шею. Тот пытался освободиться, но Вэй Ин оказался гораздо сильнее и безжалостно впился ногтями в горло адепта. Остальные в ужасе застыли на месте, а Цзян Ваньинь, стоя возле своего верного слуги, молча и с некоторой ухмылкой наблюдал за происходящим. — Вэй Ин, остановись! — вдруг вскрикнул один из адептов, увидев, как сильно задыхается упавший на колени Дэмин.       Но Вэй Усянь продолжал своё дело. Он специально душил адепта медленно, чтобы тот хорошо почуствовал, какого находиться на волоске от смерти. — Вэй Ин! Прекрати сейчас же! — закричали адепты, боясь, что тот действительно убьёт Дэмина, но сами они боялись подходить к молодому господину Цзян и его слуге.       Однако Вэй Усянь совершенно их не слушал. Он подчинялся только своему господину — Цзян Ваньиню. — Достаточно, — сказал Цзян Чэн, и Вэй Усянь сразу же отпустил адепта.       Как только Дэмин, задыхаясь и кашляя, упал на землю, к нему подбежали другие адепты. Они косились в сторону Вэй Ина и господина, но боялись что-то им возразить. — Ещё раз я услышу сплетни за своей спиной, и вы отправитесь на тот свет, — Цзян Чэн строго на них глянул, а потом обратился к своему слуге: — Пошли. — Иду, мой господин, — у Усяня заметно поднялось настроение, и он пошёл за Ваньинем вприпрыжку. — Зачем вы приходили на тренировочную площадку? — Тебя проведать. — О, мой господин собирался меня навестить? Я польщён! — Замолчи. Опять ерунду несёшь, — эти адепты знатно испортили Цзян Чэну настроение.       Они вместе ушли оттуда. На следующий день глава Цзян узнал о произошедшем. Госпожа Юй встала на сторону сына, и, благодаря ей, Дэмина и других адептов, которые оскорбляли Цзян Ваньиня, выгнали из ордена.       Это послужило уроком для всех остальных членов клана, которые больше не осмеливались сказать что-то оскорбительное в сторону молодого господина Цзян.

[ Конец воспоминаний Цзян Чэна]

***

      Когда Цзян Чэн открыл глаза, то увидел только что-то серое, а чуть после догадался, что это потолок какой-то пещеры. Где-то далеко он слышал звуки, но не мог их различить. Всё тело ужасно болело, в особенности рана на груди. — Глава ордена Цзян, вы пришли в себя? — женский голос показался Цзян Чэну знакомым, будто он уже слышал его раньше. — Где Вэй... кхм-кхм... — ему было тяжело говорить, потому что горло сильно пересохло. — Помолчите, — женщина поднесла к губам Ваньиня чашу с водой, а он принялся жадно её глотать. — Вэй Ин здесь недалеко. Я позову его.       Цзян Ваньинь смог рассмотреть удаляющуюся фигуру девушки и узнал в ней Вэнь Цин — целительницу из ордена Цишань Вэнь.       Спустя пару минут, за которые Ваньинь успел вспомнить все прошедшие на горе Луаньцзан события, пришёл Вэй Усянь. Он опустился на край кровати, на которой лежал глава Цзян, и стал внимательно разглядывать его. — Мой господин... — Вэй Ин положил свою ладонь на щёку Ваньиня, коснулся большим пальцем его губ, а потом оставил на них лёгкий поцелуй. Глава Цзян нервно выдохнул, бабочки в его животе будто ожили. — Как... ты здесь... и тёмная энергия... — Цзян Чэн не знал, как сформулировать свой вопрос, но слуга и без слов его понял. — После того, как я отправился отвлекать тех гвардейцев Вэней, они конечно же меня поймали. Среди них был Вэнь Чжулю, который сначала уничтожил моё золотое ядро, а потом отправил меня под стражу в подземелье. Не знаю, сколько я там просидел, но потом меня освободил Вэнь Нин. Он сделал это втайне, а после укрыл меня у его сестры Вэнь Цин. Тогда же они вдвоем сказали, что не хотят участвовать во всем, что творит орден Вэнь, и поэтому они согласились покинуть Безночный город вместе со мной. Они еще взяли с собой своего племянника А-Юаня. Нам с трудом удалось убежать, а после пришлось скрываться здесь, на горе Луаньцзан. Мой господин, когда я узнал о том, что вы принимаете участие в походе против Цишань Вэнь, то стал беспокоиться за вас, поэтому и вмешался с помощью тёмной энергии. — Почему ты... не вернулся сразу в клан Цзян? — Сначала я не мог, потому что только лишился ядра и был очень слаб, а теперь... Мой господин, я использую тёмную магию. Если я буду в клане Цзян, то ваша репутация сильно пострадает. Я не должен возвращаться, — Вэй Усянь опустил взгляд в пол. Он боялся смотреть в глаза Цзян Чэна, потому что боялся, что его господин будет им недоволен. — Пожалуйста, возвращайся, Вэй Ин. Ты знаешь, как мне было тяжело без тебя участвовать в войне, пытаться построить орден заново? Да ещё и Цзян Юанфэн... — Кто это? — Твой сын. — Мой... сын? — Вэй Ин ошарашено смотрел на Цзян Ваньиня. — Сначала я хотел дать ему твою фамилию, но... Мне пришлось объявить всем, что он сирота, а я лишь приютил его. Если бы я сказал, что он мой сын, то все бы подумали, что он от Вэнь Сюя. Тогда бы и его жизнь, и моя оказались бы в опасности. Он родился так рано, потому что я принимал специальные лекарства. Я очень боялся, что он не успеет родиться до начала масштабных выступлений против ордена Вэнь. — ... — Вэй Усянь молча смотрел на господина, пытаясь осмыслить ситуацию. — У А-Фэна твои глаза. Такие же красивые, — с нежностью произнёс Ваньинь, погладив Вэй Ина по щеке. — Цзян Чэн... Я... — слуга не знал, что сказать. У него были смешанные чувства. С одной стороны, он не хотел возвращаться в Юнмэн, потому что всё негодование заклинателей обрушится на орден Цзян, но с другой стороны... Он до безумия желал быть рядом со своим любимым человеком и недавно родившимся сыном. — Вэй Усянь, возвращайся со мной.       Вэй Ин посмотрел на Цзян Ваньиня, мысленно приняв решение.

***

      Праздник середины осени был в самом разгаре. Даже несмотря на то, что солнце уже зашло, по улицам Пристани Лотоса гуляло множество людей. Одни в лавках торговали разными вкусностями, другие запускали фонари, а третьи просто наслаждались атмосферой.       Мальчик лет шести, подойдя к лавке с лунными пряниками, купил 4 штуки. Продавец удивился, откуда у маленького ребенка есть деньги, на что тот лишь ответил, что у него очень добрые и щедрые родители. — А-Юань! Иди сюда! — раздался в толпе громкий голос. — Да, папа! — с восторженным вскриком мальчик подбежал к мужчине в фиолетовых клановых одеждах, с резкими чертами лица и строгим взглядом. В руке у него был меч, а на пальце кольцо. — Я взял для братишки А-Фэна пряники! — Хорошо, нам пора возвращаться домой. — А где папа Сянь? — спросил А-Юань, хватая мужчину за руку. — Я здесь! — как будто из ниоткуда появился Вэй Ин. Его лицо озаряла счастливая улыбка. На руках у него сидел двухлетний мальчик, облизывая свои пальцы. — А-Фэн, а-ну убери руки изо рта, — строго сказал Цзян Чэн, протягивая руки, чтобы забрать сына у Вэй Усяня.       Ребёнок послушно обнял главу Цзян за шею своими мокрыми пальцами. — Мы идем домой? — расстроенно спросил А-Юань, смотря на Цзян Ваньиня. — Уже поздно. Завтра снова прогуляемся, — Цзян Чэн очень устал, хотя старался это не показывать. — А-Фэн, держи, — старший брат протянул младшему печенье. Тот улыбнулся и забрал сладость.       Они дошли до своего дома, беседуя о празднике. В основном разговаривали Вэй Ин и А-Юань. А-Фэн кушал отданное ему печенье, сидя на руках у папы, а глава Цзян слишком устал для глупых разговоров. Однако безостановочная болтовня Усяня ему очень нравилась и поднимала настроение.       Пока Вэй Ин отводил детей в их комнату и укладывал их спать, Цзян Чэн сел разбирать бумажки. Их было слишком много, чтобы управиться за одну ночь, но глава Цзян не собирался сдаваться.       Два года назад Вэй Усянь вместе с Вэнь Нином, Вэнь Цин и А-Юанем спустились с горы, чтобы вступить в орден Цзян. Изначально многие заклинатели были против них, но Цзян Ваньинь никогда не давал их в обиду. Осенью того же года состоялась их с Вэй Ином свадьба, а Цзян Юанфэна и А-Юаня (позже названного Цзян Сычжуй) они объявили своими сыновьями.       В ордене Цзян было очень много работы, людей не хватало, адептов обучать было почти некому. Цзян Ваньинь целыми сутками был занят внешней политикой клана, а так же его экономикой, а Вэй Ин обучал адептов и находил хороших слуг. Ваньинь редко виделся с детьми и сильно винил себя за это, поэтому в праздники он отставлял всю работу в сторону, чтобы провести время с семьёй.       Скрипнула дверь в покои главы Цзян. У Вэй Ина в руках был кувшин с вином. — А-Чэн, что де... — только Усянь заметил множество бумаг на столе своего мужа, то сразу нахмурился. — Ты обещал, что хотя бы по праздникам будешь уделять время семье! — Сянь-Сянь, у меня слишком много работы, прости, — ответил Цзян Чэн, даже не оторвав взгляда от своих бумаг.       Вэй Усяню это не понравилось от слова совсем. Он подошёл к мужу, поставил вино прямо на пол и обвил руками его талию, хватая своими губами мочку уха Ваньиня. Тот хотел выбраться, но это было невозможно — Вэй Ин вцепился в него мёртвой хваткой. — Я уже погулял с детьми! — возмутился Ваньинь, которому помешали работать. — А я?! Мне тоже нужно твоё внимание! — Вэй Ин захныкал, словно маленький ребёнок. — О Небеса... Можно я сначала закончу работу?       Но Вэй Ин уже всё решил. Он толкнул мужа так, что тот оказался на полу лёжа на спине, а сам повис над ним. Пока сбитый с толку глава Цзян не успел возмутиться, он впился в его губы страстным поцелуем, проникая языком в рот. Ваньинь обхватил руками шею Вэй Усяня и, чуть прикусив его нижнюю губу, стал оставлять на губах короткие частые поцелуи. — А-Чэн... пошли на кровать?       В ответ Цзян Ваньинь лишь обвил своими стройными ногами талию Вэй Ина, чтобы тот мог его отнести. Усянь, в свою очередь, аккуратно поднялся и, не отрываясь от губ любимого, переместился на кровать.       Медленно развязав пояс главы Цзян и мигом сняв с него всю одежду, Вэй Ин приник к его соскам. Он слабо кусал их, втягивал в рот, зализывал, слушая томные вздохи своего мужа. Усянь только переключился на его шею, как Ваньинь намотал его волосы на кулак и оторвал от своей зацелованной кожи. — Что такое? Моему А-Чэну не нравится? — Долго мне ещё ждать? Давай быстрее к делу. — Я думал, ты ждёшь от меня нежностей, — Вэй Усянь прекрасно знал, что Цзян Ваньинь хочет ласки, но стесняется своей реакции на неё — всегда краснеет, отводит взгляд, закрывает руками свои чувствительные места. — Ты умеешь думать?       Вэй Ин на это лишь цокнул, а потом полностью разделся. Широко раздвинув ноги своего мужа, он огладил его бёдра, на что получил тихий вздох. — Мой господин хочет понежнее? — Я тебе что, бордельный омежка в первую случку? Давай жёстче! — Цзян Чэн не любил ждать, однако в душе ему очень нравилось, когда Вэй Ин с ним так играл. — Как пожелает мой господин, — Вэй Усянь хитро улыбнулся и тут же припал к его шее.       От требовательных поцелуев и укусов у Цзян Ваньиня перехватило дыхание. Всё-таки его муж прекрасно знал все его слабые места, каждый раз пользуясь этим и принося особое удовольствие. Но и сам глава Цзян был не в промах — он тоже знал, как заставить Вэй Ина сойти с ума от близости.       Как только Усянь оторвался от шеи мужа, тот быстро поцеловал его в губы, а потом прикусил мочку уха. Вэй Ину это пришлось по нраву, и он промычал сквозь зубы, прикрыв глаза. — Мой любимый муж, как сильно я тебе нравлюсь? — томно прошептал ему в ухо Цзян Ваньинь. — Очень-очень сильно, — Вэй Ин посмотрел на него, словно сквозь пелену на глазах. — А-Чэн, я сделаю всё, что бы ты ни пожелал. — Тогда... мой приказ: трахни меня так жёстко, чтобы я кричал от удовольствия, — Цзян Чэн аккуратно провёл пальцем по скуле мужа, а тот ухмыльнулся. — Слушаюсь и повинуюсь.       Вэй Ин вдруг снял ленту со своих волос и обмотал ей руки Ваньиня, затем привязав их к изголовью кровати. Теперь глава Цзян не мог потрогать ни себя, ни его, и мысль об этом ему не слишком нравилась. Однако он сам попросил Вэй Ина, поэтому возражать что-либо не стал, а вместо этого наблюдал за следующими действиями мужа. Тот, в свою очередь, снял ленту с волос Ваньиня и стал завязавать господину глаза. — Сянь-Сянь, что ты делаешь? — немного встревоженно спросил Цзян Чэн. — Чшшш! Всё хорошо. Не бойся и расслабься, — тихий и низкий голос Вэй Усяня успокаивал. Цзян Ваньинь не боялся его действий или того, что он может ему навредить, так как полностью доверял ему, просто для него такое было в новинку.       Наконец Вэй Ин закончил с лентой. Цзян Чэн теперь не мог ни видеть, ни шевелиться — Вэй Усянь получил полный контроль над его телом. Это очень сильно возбуждало Ваньиня, заставляло его своей фантазией и в голове рисовать картину происходящего.       Теперь все прикосновения Вэй Ина ощущались ещё лучше, чем обычно. Осязание и слух Ваньиня обострились. Чем больше он чувствовал на себе прикосновений, тем больше ему хотелось Вэй Усяня в себе. Однако тот совершенно не торопился в действиях. Медленно зацеловав шею супруга, он постепенно спускался всё ниже и, оставив нежный вход без своих ласк, принялся за внутреннюю сторону бедра. Главе Цзян это не понравилось. Он метался на кровати, насколько это позволяло его положение, и пытался привлечь внимание мужа, который упорно игнорировал его действия и состояние. — Сянь-Сянь! — хоть Цзян Чэн не мог ничего видеть, он прекрасно ощущал на себе взгляд мужа. — Что? — Вэй Усянь перестал трогать Ваньиня, и теперь только внимательно наблюдал за ним.       Глава Цзян, сильно краснея, развёл свои стройные бледные ножки в стороны, чтобы открыть Вэй Ину вид на сильно текущую розовую дырочку. — Сянь-Сянь... Возьми меня.       Цзян Ваньинь всё же смущался, так что Вэй Усянь даже пожалел, что не видит его глаза в этот момент. При виде соблазняющего входа он облизнулся, а потом припал к нему губами, слизывая смазку и чуть входя в него своим языком. Глава Цзян довольно застонал и раздвинул ноги ещё сильнее, дёрнув связанными руками. В этот момент его безумно мучало желание — он хотел только того, чтобы Вэй Усянь жёстко отымел его, оставил на его бледной коже следы своих поцелуев.       Вэй Ин больше не мог сдерживаться и приставил красную головку в нежному входу. Сначала он хотел долго играть со своим супругом, чтобы как следует распалить его, однако он сам теперь был на пределе. Его муж, его господин, его Цзян Ваньинь был невероятно милым и сексуальным в своём смущении и положении. Как сладко он кричал, тогда, в покоях Вэнь Сюя, в их самую первую ночь... Этого Вэй Ин не забудет никогда.       Цзян Ваньинь успел расслабиться до того, как его муж резким движением вошёл в него сразу на всю длину. Вэй Усянь стал жёстко и грубо его брать, а он стонал и насаживался всё сильнее. Ему нравилось, когда Усянь был с ним нежен, но ещё больше он любил быть в полной власти своего мужа. Вэй Ин мог делать с ним всё, что хотел, и он был совершенно не против, а, наоборот, жаждал этого. С завязанными глазами член внутри ощущался до невозможности хорошо. Глава Цзян прекрасно чувствовал, как Вэй Ин внутри расстягивает его своим бешенным темпом и напором, заставляет понять всю прелесть их близости.       Они кончили одновременно и вместе застонали. У Ваньиня были звёздочки перед глазами, на несколько мгновений он забыл обо всё на свете, кроме своего удовольствия. — А-Чэн? — Вэй Усянь поспешно развязал его руки и стянул с его глаз повязку, а глава Цзян смог его разглядеть.       Вэй Ин тяжело дышал, его грудь, лоб и шея покрылись крупными каплями пота, однако он с нежностью и любовью смотрел на своего мужа. Уложившись рядом с ним на кровати, Усянь наконец заговорил: — Мой господин доволен? — Да, очень, — Цзян Чэн говорил шёпотом, потому что опять сорвал голос, но он смотрел на своего супруга с таким же обожанием и преданностью. — Почаще отрывайся от своей бесконечной работы. Я очень нуждаюсь в тебе, — немного обиженно произнёс Вэй Усянь. — Буду стараться ради тебя.       Они слились в долгом, чувственном и нежном поцелуе, а потом крепко обняли друг друга. Цзян Ваньинь заснул сразу же, а Вэй Ин лежал и гладил его волосы, пропуская через свои пальцы тёмные пряди. Вдруг его взгляд упал на столик возле кровати. Вэй Усянь ностальгически улыбнулся, заметив на нем красивый белый платок с вышивкой цветов лотоса и серебристую заколку Цзян Ваньиня с двумя аметистами, а потом закрыл глаза и уснул.

***

      Свежий лёгкий ветерок развевал волосы Цзян Ваньиня. Он стоял на берегу озера среди множества цветов и трав, смотря на рассвет. Прикрыв глаза, он глубоко вдохнул аромат лотоса. Думая о своей жизни, Цзян Чэн расслабленно вдыхал аромат цветов.       В этот момент он почувствовал тёплые руки на своей талии. — Цзян Чэн... — Вэй Усянь подойдя сзади, обнял его и уткнулся носом в его шею. — Что такое? — Цзян Ваньинь немного отклонился назад, облокачиваясь на своего мужа. — Просто хотел сказать, что я тебя очень сильно люблю. — Я тебя тоже, — ответил Цзян Чэн, замечая, как в груди разливается приятное чувство.       Глава Цзян повернулся и, положив руки на шею Вэй Ина, его поцеловал. Мягко и нежно, словно подтверждая свои слова. Вэй Усянь прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом и ароматом любимого.       Их любовь друг к другу была велика, как бескрайний океан. Они дорожили друг другом, своими отношениями и своими детьми. Разве мог хоть один из них прожить без другого хотя бы неделю? Нет.       Может быть, сначала Вэй Ин думал, что ему никогда не стать мужем своего господина, но судьба решила за него. Если бы не невовремя зашедший Вэнь Чжулю, простой слуга не смог бы добиться такого успеха в отношениях с Цзян Чэном. Так что отчасти они были обязаны именно ему.       Может быть, сначала Цзян Ваньинь, как и его верный слуга, ненавидел свадьбу с Вэнь Сюем, но теперь он понял, что это была лишь небольшая жертва, ради их большой любви. Ведь ничего в этом мире не бывает просто так.