Тепло

— Как ты будешь отмечать Новый год? Влад сощурил глаза, он явно не был настроен отвечать на этот вопрос. — Василиса Премудрая, тебя это так интересует? — Твой отец не приедет на Новый год? Его серые глаза казались темнее из-за небольшого количества света, падающего из окна, а свет электрической лампы на столе до него не добивал. Он ничего не ответил. Она знала, что он слышал разговор внутри команды, когда девушка рассказала друзьям, что будет отмечать праздник у бабушки, так как она живёт в этом городе. Всего два с половиной часа дороги, когда до её родительского дома часа четыре на скоростном поезде.

***

Уже раскладывая тарелки на столе в половине одиннадцатого ночи она была мыслями далеко от суеты вокруг. Родители приехали сюда ради неё и она была счастлива, но руки постоянно теребили телефон. Когда они с ним прощались, он вёл себя холодно и потеплел лишь когда попросил позвонить ему когда она доедет. Но звонок оказался коротким, она слышала голос одногруппницы в трубке, и теперь фантазия рисовала картины, как он веселится с ребятами в общежитии. Он быстро закончил их разговор, а она с часа дня только и могла думать о том женском голосе. Он сильно расстроил её, Вася купила ему подарок и собиралась подарить, когда вернётся в корпус. Но теперь ей казалось, что к пятому января Влад с определённой долей вероятности уже может оказаться в отношениях с кем-то. Пьяные студенты легко сходятся. Мама заметила рассеянность дочери, за целый день девушка постоянно отвлекалась от темы их разговора, хотя они не виделись с конца августа. Бабушка достала из духовки запеченное мясо, Вася заправила одну часть салата сметаной, а вторую майонезом. И когда до курантов осталось чуть больше сорока минут они собрались за столом чтобы проводить уходящий год. Отец сделал ей замечание, чтобы она убрала свой телефон, и Василиса послушно переложила его на журнальный столик в углу комнаты, а сама вернулась к еде. Каждый год она не понимала, зачем готовить так много, и пока бабушка уверяла, что это хорошая примета, знаменующая сытый и счастливый год, мама просто объясняла всё тем, что после праздника ни у кого нет никаких сил ничего готовить. Она слушала бой курантов и загадывала желание, она хотела, чтобы их проект вышел успешным и они все попали на заветную стажировку. Она загадала желание, а сама продолжала слышать тот женский голос в голове. Они просидели за столом ещё около получаса, а затем начали всё убирать. Вася отнесла последние две тарелки, и только после этого взяла смартфон в руки. В групповых чатах были поздравления, сгруппированные по факультету, академке и проекту. Они обновлялись на её глазах, а она всерьез даже подумала посмотреть видео ребят, оставшихся в корпусе, когда под иконкой соцсети она увидела два пропущенных звонка. И она смотрела на них с глупой и счастливой улыбкой. Он влиял на её настроение. И хоть она и не была от этого в восторге, ничего уже с этим не сделать. В трубке медленно звучали гудки, а затем его хриплое и почти ленивое «алло». Она закусила свою губу, ей не так уж и нравилось, что Влад вёл себя словно не он дважды набрал ей в четверть первого. — Как отмечаете? — её почти неприкрытая ревность в этом вопросе. Наверное это прозвучало почти грубо. Она захватила прядь волос и принялась накручивать её на палец. — Обычно сначала поздравляют, — заметил голос в трубке. На фоне звучали голоса каких-то ребят и снова среди них различались женские. — С Новым годом, — она проговорила это тихо, внутри неё росла какая-то необъяснимая и довольно эгоистичная горечь. За окном пустили салюты, и в трубке тоже слышались громкие хлопки. Судя по смеху на фоне им там точно не скучно. — Ты занята? — Мы уже закончили, скоро спать наверное пойдём, я же с семьёй сейчас, мы не тусуем до утра. — Тогда выходи. Лебедева замерла. Она даже не сразу поняла. Она чувствовала как логические связи в голове соотносили его слова. Как шум в трубке и хлопки за окнами сливались воедино. Он что-то спросил про подъезд, она бездумно ответила и он положил трубку. Она же так и осталась с телефоном в опустившейся руке. В животе миллионы бабочек разлетались во все стороны. Волна тепла внутри. И девушка подорвалась в бабушкину спальню, где оставила свои вещи. Она подхватила крафтовый пакет с черными шнурками заместо ручек. И подлетела к зеркалу в ванной. На ней уже был новогодний лёгкий макияж. Всего лишь капелька румян и тушь, подчеркнувшая её светлые серо-карие глаза. Она не раздумывая покрасила губы мягкой персиковой помадой оттеняющей свои отливающие в рыжий русые волосы. Однако тут же замерла снова. Девушка в отражении буквально светилась и с помадой выглядела очень празднично. Она хорошо знала Владислва. И не хотела тешить его самолюбие, он приехал даже не предупредив, и она даже не уверена до конца, не обернёт ли он всё это в какую-то глупую шутку. Она не хочет выглядеть романтичной дурочкой, бегущей по звонку. Она принялась стирать помаду, но та уже закрепилась подобно стойкому тинту. И даже стерев большую часть, намёк на персиковый оттенок остался на её губах. На удивленный вопрос матери она крикнула, что друзья по соседству позвали гулять. Натянув серый пуховик и тёплую пушистую шапку, она выбежала из дома, и возле подъездной двери натолкнулась на парня. Он выглядел порядком подзамёрзшим в своём тёмном зимнем пальто. — Василиса Премудрая, ты спускалась из космической станции что-ли? Она рассеянно моргнула. Он стоял прямо перед ней с заснеженными плечами и белой снежной пылью на черной шапке. Он замёрз. — Пойдём, я купил пару фейерверков, — он махнул рукой в сторону спортивного мешка, который он судя по всему поставил на лавку, пока ждал её. Она ухватила его за рукав, останавливая. Он приподнял брови в вопросе. Она же немного неуверенно протянула ему пакет. Парень с любопытством заглянул внутрь. А затем достал мягкую чёрную материю. — С Новым годом, — она тихо проговорила это, она не планировала делать подарок так хаотично, думала, что будет подходящий момент. Но какой смысл нести в руках то, что его согреет, когда ему холодно? Он сложил шарф пополам и попробовал завязать, но тут же поморщился, снег с его ворота попал на кожу шеи. Они оба засмеялись, он принялся отряхивать ледяную красоту, она протянула руки и стала помогать ему. Он наклонился к девушке для её удобства. Она определённо точно видела, где и сколько на нём снега. Он снял шапку, чтобы очистить и её. Отряхнув его, она закинула материю ему за голову, и аккуратно замотала шарф. Она впервые касалась его волос. Они были короткие, и случайно проведя по затылку против роста волос она подумала о шерсти котёнка. Это было приятное и необычное ощущение. Он снова надел шапку. — Спасибо. Она кивнула. Внутри кольнуло женское самолюбие, она вообще думала не дарить ему шарф, если он ничего ей не подготовил. Но сейчас она была счастлива просто от того, что он приехал. Это было настолько неожиданно и приятно, что разум просто игнорировал какие-либо сомнения. Они пустили два небольших фейерверка, вокруг гуляли пьяные люди, блестели бенгальские огни, кто-то включил музыку. Влад проводил траекторию её взгляда. — Хочешь пожечь их? Вася вскинула голову с улыбкой. — А у тебя есть? — В номере есть. Она изумилась. — Ты снял номер? Влад наклонил голову вбок. — Это удобнее и дешевле чем в новогоднюю ночь гонять на такси на тридцатку километров из общаги туда и обратно. Она знала только один отель в округе, и не особо удивилась, когда он махнул по направлению к нему. Девушка последовала за ним, чувствуя смесь нарастающего беспокойства и паники. Она не думала, что он способен обидеть её, но сама ситуация, казалось, стремительно выходила из-под контроля. «Он ничего не сделает» Она повторяла себе это как мантру, но оказавшись в тёплом коридоре перед дверью с гостиничным номерком, она затрусила. — Если я сейчас уйду это будет слишком странно? Он окинул её взглядом. — Хочешь уйти? — Ещё думаю. Он пожал плечами. — Ну тогда пока. Он опустил железную ручку и спокойно зашёл внутрь, закрывая за собой дверь. Василиса перехватила её и стремительно забежала вслед за ним. В комнате не было ничего кроме кровати. Напротив входа была дверь в ванную, а в самом номере лишь какой-то недорогой телевизор на стене и большая кровать. А возле вешалки висело зеркало. Он стянул с себя верхнюю одежду и повесив её на крючок сел на край покрывала, похлопав рукой рядом с собой. Она повесила пальто и, преодолев это маленькое расстояние за четыре шага, присела рядом. В наступившей тишине она осматривала комнату, чувствуя, как неловкость проникает повсюду. Что она делает во втором часу ночи в гостиничном номере? И тогда она увидела небольшой зелёный пакет на полу возле его рюкзака. Это был подарочный пакет. Она знала, что он смотрит на неё, а потому с любопытством посмотрела на него в ответ. Он усмехнулся и потянулся к пойманному её вниманием предмету. Он протянул ей подарок и она, не имея ни возможности, ни желания скрыть улыбку, достала содержимое. В белой коробке оказалась пара серебряных серёжек, спиртовые салфетки и что-то тонкое и крупное. Материал последнего предмета отличался, более лёгкий, но цвет и дизайн были едиными, что подсказывало, что это единый комплект. Повертев серебристый предмет в руках она поняла, что это не что иное, как краб для волос, основная часть которого имитирует лебедя узким ободком его силуэта, а из центра механизма идёт тонкая нить с мелкими серыми кристаллами. И серьги были с точно такими же дорожками из трёх кристаллов поменьше. Она с искренним восхищением рассматривала подарок, лебедь был выполнен аккуратно и минималистично, и это выглядело очень изящно. Совсем не броско. — Примеришь? Она улыбнулась ему. — А расческа есть? Он почесал в затылке. Достал из рюкзака обычную складную расческу с частыми и тонкими зубьями. Она аккуратно прочесала самые кончики, но на её длину и густоту волос этой складной малышки не хватало. Он помогал ей аккуратно прочесать волосы на крупные пряди руками, он просто пропускал эти пряди между пальцев, и уже после она проходилась по ним расчёской. В четыре руки они управились довольно быстро. И возле зеркала она собрала волосы и закрутила их в жгут, а затем подхватила подаренной заколкой. Она протёрла серёжки и надела их. Девушка смотрела на получившийся образ и покрутилась у зеркала, маленькие кристаллы захватывали свет и отражали его, а тонкий узор не бросался в глаза. Это было красиво. Она обернулась к нему и вернулась на край кровати. — Теперь ты настоящая царевна-лебедь, Василиса Премудрая. Она улыбалась, потому что он подстебал её. Он называет её премудрой с того дня, когда она впервые стала перечить ему, и её идея тогда провалилась, а вот он оказался прав. И она не могла на него сердиться. А сейчас… Это был самый милый стёб в её жизни. — Может, я Василиса Прекрасная? Она игриво отвела мечтательный взгляд куда-то в сторону. Он ничего не ответил, а сам опустился на пол, опираясь спиной о кровать. Он достал бенгальские огни, и жестом пригласил её спуститься тоже. Она послушно сделала это и он поджёг эти маленькие фейерверки. — С Новым годом Она смотрела на искры пламени, и не особо осознавала, что это происходит на самом деле. Что они сидят на полу в апарт-отеле. Вместе смотрят на огоньки. За окном народ палит салюты. Что всё это не сон. Что он приехал. В новогоднюю ночь. К ней.