Белое всё, что не должно быть красным.

Он помнил, как его забрали с приюта. Мальчугана, 14 летнего подростка, который был не нужен этому дому, улице, городу. ...Однажды он подслушал разговор о том, что эти люди собираются продать его неизвестным лицам. Что же тот предпринял? Бегство. Бешеные в панике очи лицезрели холодные дожди, которые решили пробить землю влагой, стуча по усыпанной дороге камнями и песком, что намок и стал вязким заодно с землёй. Раненые руки, пострадавшие от осколков, частично погрузились в объятия сырой почвы. И несмотря на нарастающую ситуацию по степени безысходности, наверное... Это было прекрасное утро... Ранее утро. Туман, словно природная тюль окутала низы поселка городского типа растекаясь по знакомым, поглощеных мягкой тенью переулкам. Примитивные окна с решёткой украшали повседневный образ ветхих зданий былых столетий, которые страдали от дефицита ремонта. Но становились чуть живее, когда проявлялись намеки на электричество в пятиэтажках, что приходили по вечерам и глубоко в ночи, но не по рани, где окна повсюду с выключенным светом излучали слабую тьму и не хотели впускать лучи серого неба к себе в квартиры. Безлюдная пустошь жаждала разговорчивую, неторопливую и весёлую толпу, а не какого-то шкета со всех ног рвущегося вперед с порванной в некоторых местах одеждой и порванными надеждами на лучшую жизнь со стабильной семьёй. Да, все его ненавидели. И нет понятия: заслужил или не заслужил. Просто как факт, повторюсь: "Да, все его ненавидели". Дыхалка беглеца уставала работать ожидая время на передышку, но казалось ему было все равно из-за терзающих мыслей... Сердце бы согласилось с легкими, но главному кровавому насосу не в первой учащённо стучать в такт с подкашивающимся состоянием малого, как-нибудь переживет, как обычно. Он думал, пробегая огромные расстояния сквозь пустоши только об одном... Найти настоящий дом. Дом, которого у него никогда прежде не было. И сколько бы ноги не били новый рекорд по скорости, все равно наступает вечер и конец приходит даже длительному побегу. Полиция быстро схватила неугомонного отыскав в заброшенной больнице. Ему часто нравилось быть там – убежище, как всегда говорил об этом месте, которое служило годами укромным приютом, если не больше... Столько раз ему доводилось сбегать, но именно как назло сегодняшний день стал не его. Сегодняшний день у него вообще отныне был роковой. Когда стражи порядка возвратили обратно мальчугана приёмной семье, то те старались всячески не подавать виду о предстоящей встрече. Они не стали ругать его за разбитое стекло, потому что были полностью убеждены, что и ноги сироты в их доме больше не будет, точнее никогда не будет. Но он твердо знал не меньше их о сделке, поэтому переубеждать себя в другом и не думал, даже, чтобы хоть на время утешить внутреннее беспокойство. Темная ночь тоже прекрасна: обычно под звонкое стрекотание кузнечиков и ветер щекочущий листву, а та в свою очередь поднимает шум, но столь умиротворённый и естественно затухающий, под который захочется заснуть, сливаясь воедино с тишиной, что невольно смыкаешь упругие веки, расслабляешься и забывая про дневные трудности отдаёшься комфортному теплу исходящего от кровати. Правда, у подростка кровать холодная, руки и ноги тоже. Говорят, минус на минус даёт плюс... Да, в чем-то его затруднительной ситуации был положительный эффект оказывающий сильное влияние на будущее мировоззрение. Лучший подарок из всех пройденных минусов состоящих из многочисленных ошибок, невыносимой душевной боли и неудач, однако взамен шел жизненный опыт. Верно, тяжёлый. Как вся судьба ребенка... Простая привычка в ней – находиться давно и не замечать, что есть способы поменять её в лучшую сторону, но столько времени прошло, а обстановка осталась прежней. Поэтому вывод напрашивается сам: ему всегда нравилось быть на грани эмоционального взрыва, идти рискованными путями и получать тонну адреналина за каждый смелый, но не всегда дальновидный поступок. В этих сумерках блистали на вершине любого высокого дома, дерева и громадной горы – звёзды. Прекрасные газовые гиганты, которые в один день взорвутся и унесут с собой по разным векторам частички бескрайнего космоса, чтобы найти новые и присоединить необычные фрагменты к старым. Это словно намеки на воспоминания... Есть старая память и существует новая, соединяясь они образуют: совершенство знаний, борьбу за доминирование, гармонию пройденного и приобретённого. Нередко сироте нравилось ассоциировать свою жизнь во многом с ними: появится из ниоткуда, жить коротко, но ярко. А затем как ни в чем небывало исчезнуть. Края улыбки изогнулись плохо различимом на лунном свету в наслаждении от прилива дорогих воспоминаний, а нижние веки измученных глаз приподнялись до начала радужки... В очередной вылазке за пределы детдома попалась на глаза под дубом причудливая находка: книжка по астрономии. Кто бы ни оставил её у подножья корней – это было зря. Заинтересовавшись, тот осторожно подошел к ней. Но все ещё держась на расстоянии разглядывал с высока, а простояв немного в ожидании владельца точно убедился, озираясь по сторонам шустро окончил проверку в заключении понимания, что энциклопедия осталась без хозяина! Даже с открытием для себя какого-то рода облегчения не переставал зыркать на вещь, приподнимая одну бровь и уплотняя потрескавшиеся губы в недоумении стоял напротив, пряча руки в замке за спиной и предвкушая, когда пролетит их встреча, когда наконец они расстанутся, словно боялся проявлять к ней излишнее внимание, но тут же сдавался зацикливаясь на вопросах о том кто её к примеру забыл или нарочно оставил, и всё не умнимаясь глядел на манящую обложку принимая близко к сердцу её позицию ненужности и своим видом та мгновенно вызывала крепче давящую жалость. Не стерпев просто-напросто несправедливого обращения к книге, тот мигом встал на одно колено и потянувшись аккуратно подобрал. Отряхнул её от листвы и пыли, и повернувшись спиной усадился бесшумно на землю. Выбирая позу поудобнее полностью облокотился спиной о широкий ствол дерева наклоняя чуть голову набок в предвкушении потока информации, пролистал пару страниц и переключился к эпилогу, где и приступил к чтению. Шло время... Облака плыли в голубом небе. Вся лесная умиротворённость возвращалась за пределы поселка городского типа... И страница за страницей – покидали правую часть и переносились в левую. Почитав немного под кроной дерева... Громкий... Глухой стук в дверь заставил передёрнуться пацана и вылезти из ностальгических объятий воспоминания. Нахмурившись на очередную ссору приемных родителей, тот поджимая ноги под себя и сжимая от злости конец футболки перевернулся набок и старался таращиться в стенку, не отвлекаясь более, дожидаясь пока сон автоматически не заберет у него энергию, что и так почти выдохлась в неспокойном теле. Глаза метались в темноте, уши отчасти болели от долгих разборок за дверью, синяки, впившиеся в нижние веки показывали утомлённый вид. Чтож, какие итоги подвёл пацан этим сумасшедшим утром? Что ему надо быть готовым ко всем невзгодам, а для борьбы с невзгодами – требовалась усердная подготовка. И мальчуган мечтал о том, чтобы несмотря на то, что с ним случится и куда судьба занесет – время на отпор найдется всегда. Поэтому, оставалось терпеливо мучаться шумным выходкам взрослых, которые без умолку орут на друг друга и поскорее вырубится. Приятных ассоциаций на сегодняшний день хватило, как и тех, что вызывали негативную реакцию. Последнее, пожалуй, что проносилось в усталой голове: "Так хотелось свободы... Зачем дом? Ради того, чтобы был, или ради того, чтобы непросто был? А может перестану надеяться? Лучше буду независимым и что-нибудь на утро да придумаю, но обязательно живым не дамся". — Все сторонние раздумья растворились в небытие, уступая отдых вялым мозгам. На следующий день подростка разбудили приёмные родители, каким образом? Трясли как проклятого, зато разбудили. Спросоня мальчуган лишь отрывками видел входную дверь, затем черную машину, и позже очнулся, когда его выперли из той чёрной машины. А затем впал полусон, где происходящее больше смахивало на сновидение с безумным сюжетом, чем на истинные похождения. И только с окончанием спектакля глаза откроются шире, но пусть они побудут в мирном полудрёме на некоторые минуты. Сейчас дела обстояли довольно интересно: какие-то лица в деловитых костюмах и темных очках стояли напротив гигантского шара, с виду и неизвестно из какого металла сооружена постройка, но вызвала бы не просто удивление, а прямой шок, если бы сирота трезво мыслил. Чем не вымысел? Жаль, что правда. На пустыре никого, кроме них в данный отрезок времени не присуствовало, у одного из них чемодан, а сами неизвестные держали пацана за обе руки по обеим сторонам и чего-то смирно стояли, предвкушая... Скорее всего награду. Вскоре, у огромного шара открылась передняя часть корпуса. Медленно опускаясь с верху и вытягиваясь вперед, в сторону гостей, она осторожно опустилась до самой земли. Позже, можно было разглядеть приближающийся силуэт... В проеме кто-то появился и не спеша направлялся к выходу. Оттуда вышел странный человек, со странною походкой. Теперь преодолев расстояние между ними, странный человек молча оценивал двух людей. Они оглядели друг друга с ног до головы, и второй, с чемоданом, выпалил волнующий с самого начала у двоих вопрос, что и являлся конечной целью нелегальной сделки: — Ну? Мы свою часть выполнили. Где наши деньги? — с нотками раздражения сказал неизвестный, открывая чемодан. — Деньги? — Произнёс с еле слышимой усмешкой странный человек в белом халате, будто поддразнивая громил. — Вы действительно купились на это? И другой достал из кармана пистолет, направляя дуло на странного. — Мы по твоему шутить припёрлись?! — Почти прорычал мужчина, грозясь пристрелить огнестрельным оружием, абсолютно без колебаний. На что странный отреагировал совершенно спокойно, будто предчувствуя их решение с самого начала. И громила завидев равнодушную реакцию заказчика, и не думал растеряться. — Либо деньги, либо жизнь ребёнка, выбирай. — Сообразил, таки при помощи манипуляции можно убедить клиента одуматься. Ведь жалко же убивать сироту, что и толком прожить не успел. Странный человек резко изменился в интонации, когда заметил, что жерло пистолета давило на висок пацана, но внешне заказчик оставался крайне невозмутимым и тоже не собирался сдаваться: — Это зря. Опусти оружие. — Прямо приказал странный. — А если не опущу? — В ответ радостно кинул громила, провоцируя оппонента и подбираясь пальцем опустить курок. — Выгоды нет – и пацана заодно! — С ухмылкой произнёс в чёрном, но в следующую секунду сильно пожалел от собственных слов. Выстрел... Крик... Хруст...Выстрел... Крик... Хруст... Выстрел. Да что там происходит?! Пацан полностью проснулся. Для начала поднял голову и отряхнувшись башкой от сырой почвы стал озаряться по сторонам, но мигом осознал в каком ужасном положении пребывал, пока считал овец. Мальчуган вскочил на ноги и столкнулся лицом к лицу со странным человеком. Вокруг них неподвижно лежали два тела, а с их внушительного размера ран ежесекундно выливалась кровь целыми литрами. Переломы костей жертв из их окровавленной плоти отчетливо виднелись снаружи. Вывернутые шеи пугали, отчего кожа, в особенности очертаниях лица, побелела, а ноги понесли хозяина назад, где подросток и свалился на траву впиваясь в неё фалангами до корней. Странного человека не смутило ни напуганный вид пацана, ни мертвецы. Им вообще-то стоило поспешить, потому что их выглядящий вызывающе шарообразный транспорт мог привлечь внимание посторонних и время поджимало очень, а проблем отхватывать от главного точно не хотелось. Странный протянул руку, нормальным голосом представившись: — Здравствуй, 0.1. Зови меня Наблюдателем. — И видя, что малой пытался что-то вымолвить, то странный сразу перебил мальчика. — Все вопросы задашь позже. Нам пора отправляться в твой новый дом. Услышав последню фразу... В груди подростка что-то тихо ёкнуло, отдаваясь приятным волнением, но тут же ему пришлось выкинуть подобные мысли из головы вызванным поспешным впечатлением и сосредоточиться на суровую реальность, а ещё важнее сдержать свое обещание, то есть отрекаясь от предложения странного. И поднявшись, тот попытался сбежать, но потерпел крах, когда почувствовал давящую боль в области лучевой кости. Странный успел схватить подростка и не дать тому совершить задуманное. — Мы же не хотим закончить, как эти двое мужчин? — Вопросительно произнёс холодным тоном Наблюдатель, сжимая мальчику руку. Пацан было хотел вырваться, но странный потащил подростка против его воли к шарообразному транспорту, не желая слушать или видеть более протестов. И отойдя от шока, мальчуган заметил одну деталь у Наблюдателя, которая осенила тем, что он случайно понял причину исходящего от него холода. Сначала пацану казалось, что он сам по себе настолько холодный, что не чувствует чужого человеческого тепла, но действительность затмила все превосходящие догадки... Наблюдатель – не человек. А... — Ты робот?! — Ошарашенно уставился подросток на Наблюдателя. Ведущий даже на немного задержался, чтобы ответить мальчику: — Молодец, догадался. Некоторым объектам удалось узнать лишь во время эксперимента. — И повел дальше, но при этом слегка разжал металлические пальцы. — Я бы тоже не сразу понял, кто передо мной стоит... Ты прям, копия живого человека. И погоди... Что за эксперимент? — Но робот больше ничего не ответил. Они зашли наконец на борт и дверь за ними машинально закрылась. С внутренней стороны шар имел несколько комнат, помеченных, как склад. Значит, транспорт не только для поездок, но и для перевозки грузов предназначался. А в центре стояли кресла из 20 штук. Жестом робот пригласил подростка сесть на переднее сиденье и пристегнуться. Малой и не заметил, как его руку освободили, ведь он увлёкшись на интерьер о чем-то глубоко задумался, и если бы Наблюдатель не сказал, что перестал держать того за конечность, то мальчуган продолжил бы стоять на месте. Усевшись поудобнее, подросток сделал то, о чём ему сообщил робот и приготовился отправится "домой". Отсчёт прозвучал и махина полетела через звезды, космос, прямиком к планете... Абсолютно пустой на поверхности, хотя... Вроде виднелось здание, белое здание, которое занимало половину планеты, по крайней мере малому так почудилось. Вдруг с потолка высунулись трубы, которые выпустили какой-то газ. Газ постепенно заполнял помещение и растворял в себе нормальные примеси других привычных газов. Мальчику захотелось снова уснуть под давлением нужды организма, дышать становилось сложно, а робот... Робот улыбался.

***

Когда подросток проснулся, то ничего не мог разглядеть в кромешной темноте. Сколько спал и где он? Ответит яркий выплеск света, отчего малой непроизвольно зажмуриться и встретиться с белоснежными стенами, потоком и полом, а также, естественно с Наблюдателем. Что скажет на удивлённый взгляд мальчика уверенным, и немного пугающим от твёрдой уверенности голосом почти неотличимый от человеческого: — Мы прилетели и прибыли по задуманному плану с точностью до секунды вовремя. Запомни, это место – твой новый дом, где белое всё, что не должно быть красным.