Мы оба знаем правду

      — Знаешь, что?! — именно с этими словами Стайлз появился на пороге квартиры Питера.       — Не знаю, и не хочу знать! — оборотень захлопнул дверь перед носом заносчивого мальчишки.       — Эй! Ты… ты… — Стайл начал пинать и барабанить кулаками по несчастный двери.       — Стайлз! — крикнул Питер, и стук тут же стих. И голос Питера позвучал холодным металлом: — Иди домой.       — И не подумаю! — Стилински продолжил мучать ни в чем неповинную дверь.       «Невозможный мальчишка».       Питер прислонился к косяку плечом и замер. Он знал Стайлза достаточно, чтобы быть уверенным в том, что закрытая дверь недолго сможет его сдерживать. Этот парень остановится лишь в том случае, если только сам захочет, ничто другое не сможет его остановить и помешать добраться до желаемого.       Сейчас ему взбрело в голову увидеться с Питером, и оборотень будет до последнего оттягивать момент их встречи. Дверь продержится — под таким напором — час, может, немного, дольше. Стайлз всё же человек, но она рано или поздно слетит с петель, и тогда Питеру будет некуда деться. Он, конечно, может выбраться из квартиры через окно, но в таком случае упрямый мальчишка просто последует за ним, и они так или иначе встретится. Лучше Питер останется здесь и мирно дождется своей участи. Он соврал когда сказал, что не знает, почему Стайлз появился на его пороге и о чем хочет поговорить.       На днях Питер совершил большую ошибку, нет, не так, он совершил самую большую ошибку в своей жизни. Они вдвоем в очередной раз оказались на грани смерти, а Питер эгоистично не хотел покидать этот бренный мир, так и не попробовав вкус губ этого безумца.       Обычно оборотни не особо переживают о поле или возрасте своих избранников, тем более он сам, Питер, крайне редко отказывал себе в желаниях и развлечениях. Но, как обычно, в любой ситуации есть это трижды всеми проклятое — но. Стайлз был не просто очередной игрушкой на ночь, этот парень странным образом просочился в мысли Питера и поселился так глубоко под кожей, что не вывести даже полностью содрав её с тела. Однако вздорный подросток не пара опытному мужчине, точнее — это он, Питер, не пара такому парню, как Стайлз. И всё равно Стайлз с упорством барана пер напролом, он, видите ли, даже не надеялся на подобный фарт в своей жизни. Ещё Хейл узнал, что Стайлза прет от мрачных типов, желающих захватить мир по средам, и уничтожить тот же мир по четвергам. После подобных откровений Питер старательно избегал встреч со Стайлзом, если признаться, то он просто стыдливо прятался. Стилински не был бы сыном шерифа, если бы не рыскал по городу как полицейская ищейка, в поисках сбежавшего от него оборотня.       Питер абсолютно не был готов к подобному развитию событий. Стайлз должен был остаться лишь светлой мыслью в его голове, и несбыточной мечтой. Но он всё испортил. Одно мгновение слабости принесло с собой ворох проблем. Лучше бы Стайлз и дальше продолжал язвить и поливать Питера отборным сарказмом, тогда Хейл мог бы, как и раньше, любоваться своим мальчиком издалека.       Но, как говорится, нет смысла лить слезы над пролитым молоком. Теперь Питер прятался в собственной квартире, дверь в которую пытался выбить взбешенный Стайлз. И эта самая дверь, в данный момент жалобно затрещала под его напором.       — Уходи, — Питер решил предпринять ещё одну попытку прогнать его.       — Нет, — не переставая толкать дверь, ответил Стайлз.       — Ты всё равно нечего от меня не дождешься, так стоит ли мучать этот несчастный кусок дерева?       — Это мы ещё увидим, — Стайлз удвоил свои старания, — на этот раз ты от меня не сбежишь, нам придется поговорить.       — Я тебе уже всё сказал, — Питер устало выдохнул.       — Ты о том, что наш поцелуй был ошибкой?       — Да, это была ошибка или случайность, прими это и живи дальше.       — А знаешь ли ты, коврик блохастый, что случайности не случайны? Можешь отрицать это хоть до второго пришествия Девкалиона, но это не изменит того, что я сорву эту чертову деревяшку, и тебе придется посмотреть мне в глаза.       — Законы случайности на меня не действуют, — Питер улыбнулся, представив лицо Стайлза и его реакцию на эту фразу.       — И с какого хрена, ты у нас вдруг такой особенный?       Питер фыркнул, именно такого ответа он и ожидал. — Слушай, — Стайлз глубоко вздохнул, — я устал, у меня разбит правый кулак и болят обе ноги, может, ты откроешь дверь и мы спокойно поговорим?       — В таком случае, ты можешь перестать ломать мою дверь и отправиться домой.       — Ты же понимаешь, что для меня это звучит, как вызов?       — И ты можешь от него отказаться.       — Вот ещё, сложная победа доставляет гораздо больше удовольствия, чем слитая твоим соперником игра.       — Ты просто невозможен, знаешь об этом? — Питер не выдержал и ударился затылком об стену.       — Знаю, ведь именно поэтому я тебе нравлюсь. Можешь даже не пытаться отрицать, я пробьюсь через дверь и поймаю тебя именно из-за этого.       Разделяющая их преграда и вправду трещала по швам, Питер оттолкнулся от косяка и направился в гостиную. Было бы невежливо встречать гостя в дверях после того, как лично захлопнул их.       Бедняжка продержалась ещё около десяти минут, после чего ручка с замком не выдержали напряжения, послышался треск и замок вылетел из гнезда, упав на пол. Парень в коридоре победно вскрикнул и буквально ворвался в квартиру, тут же обводя взглядом помещение. Стайлз расслабился лишь тогда, когда встретился с взглядом оборотня.       — Ты всё ещё здесь.       — Как видишь, я честно дождался твоего появления, но это не значит, что я останусь.       — Не в этот раз, — Стайлз достал из кармана джинсов пакет с чем-то похожим на обычную землю. Не успел Питер опомниться, как был заперт в кругу из рябинового пепла. — Наученный прошлыми ошибками, я хорошенько подготовился к этой встрече. Тебе придется меня выслушать.       — Да сколько угодно, — Питер ухмыльнулся. — Можешь вещать хоть как священник на субботней проповеди, — это ничего не изменит, просто смирись, упертый мальчишка, и оставь меня в покое.       — Это мы сейчас и проверим, — Стайлз прошел на кухню, взял оттуда стул и вернулся в гостиную. Усевшись напротив Питера, он закинул ногу на ногу, — Знаешь, я даже уважаю твое желание держаться от меня подальше.       — Тогда, зачем ты это делаешь? Зачем достаешь меня?       — Я сказал уважаю, а не соглашаюсь с ним. Ты по-о-олный придурок, если думаешь, что это может меня остановить. Заметил, что все Хейлы по натуре мученики чистой воды. Дерек, с его вечным чувством вины, теперь еще ты. Я не понимаю, что такого ужасного в том, чтобы быть с тем, к кому испытываешь чувства? И не надо мне сейчас заливать про разницу в возрасте, — Стайлз выпрямился, важно выставив перед собой палец. — Ты вообще давно телек смотрел? Сколько престарелых папиков встречаются с молоденькими моделями или певичками? Не то, чтобы я считал тебя старым, но ход моих мыслей, думаю, понятен. Смущает, что мы одного пола? Я тебя умоляю, в современных реалиях этим никого не удивить. Мы разных видов? Так это тоже не проблема. Один укус Скотта и мы вместе воем на луну. Я, конечно, хотел бы избежать столь кардинальных изменений в своей жизни, но, если что, ты в курсе. Мой отец, тем более не проблема, он давно знает, что я по парням и мне кое-кто нравится. Тебе просто следует не затащить меня в постель, пока мне не исполнится восемнадцать. Остальное его мало волнует. Не знаю, все ли проблемы перечислил из тех, что крутятся в твоей голове, но если есть что-то ещё… Поверь, я смогу оспорить каждую из причин, по которым мы не можем быть вместе.       Договорив Стайлз поднялся и отнёс стул обратно на кухню, а вернувшись, он ногой разорвал рябиновый круг, удерживающий Питера.       — Сейчас я уйду, но вернувшись, буду согласен лишь на положительный ответ. Если нет, то… — Стайлз подмигнул растерянному оборотню. — Я найду способ добиться твоего внимания. Мы оба знаем, что фантазия у меня богатая, не заставляй меня это доказывать. Ты можешь продолжать отрицать свои чувства ко мне, но мы оба знаем правду.