Охотно и страшно

Утро Феликс начал с того, что испугался своего отражения в зеркале. Поспав буквально пару часов, вид Ли был не самым лучшим: у него появились легкие синяки под глазами, которые выглядели на бледноватой коже парня особенно ярко. Не сообразив, как можно скрыть «новую проблему», умылся и, вроде как, стал выглядеть чуть лучше. Еще раз глянув в зеркало, Феликс отправился в комнату переодеваться.

***

— Хей! Хватит уже подкалывать! — С наигранной злобой воскликнул Феликс, слегка толкнув Бомгю в плечо. — Да ну тебе, неужто ты думаешь, что Хвану будет пофиг? Да я ставлю все на то, что у него взаимные чувства к тебе! — Парень говорил, довольно ярко жестикулируя, лучше выражая свои эмоции. — Гю! Это будет прекрасно, конечно, но мало вероятно, что Хёнджин ко мне что-то чувствует, — Феликс задумался, — Да даже Ёнджун к тебе больше липнет! Бомгю резко залился краской, услышав только что произнесенное имя. Феликс, заметив это, изогнув бровь и улыбнувшись, поняв в чем дело, спросил: — Ты чего? — Он взял руку младшего, — Рассказывай. Чхве поерзал на полу. — Ну… я хочу Ёнджуну тоже валентинку подарить, может что-нибудь получится. — Про валентинку или про отношения? — Парни оба засмеялись. — Ладно-т я, главное это — ты и Хёнджин! Все буду делать ради того, чтобы вы встречались! — Бомгю ткнул пальцем Ли в грудь. — Хах, ладно, но и тебе я буду помогать!  Закончив этот «влюбленный» диалог объятиями, парни продолжили вырезать валентинки близким.

***

Зайдя в кабинет физики и усевшись рядом с Бомгю, Феликс заметил, что тот тоже хочет поскорее встречи со сном, лежа на парте и постепенно засыпая. — Гю, давай лучше спать дома все-таки, а то вдруг что, — Произнес Ли, тыкая плечом в бедро младшего. — Мы эти валентинки вырезали до часу ночи, я спать лег в два, итог — пять часов сна! Я чувствую, что помру щас. Феликс издал легкий смешок: — Я тоже, видишь этих приятелей? — Он указал на свои синяки под глазами, — Теперь убирать придется. — Фигово… — Бомгю наклонил голову набок, — Кстати, на следующей перемене пойдем с открытками? — Да, а то сейчас выйдем и сразу звонок, а потом смерть, поэтому лучше не рисковать, — Парни негромко посмеялись.

_____

— Идееем. Ну же, Бомгю! — Феликс тянул парня за рукав кофты в попытках поднять со стула, но тот будто прирос. — Я боюсь… что, если… — Ну без «что, если», все будет хорошо! Я уверен в этом! Идем же. Младший, чуть поразмышляв, согласился и отлепился от стула, пойдя за Ли.  Спускаясь на второй этаж, Бомгю без устали мычал под ухом Феликса, показывая, что тому страшно и вообще хочет домой спать. Старший твердил другу, что все будет хорошо, хотя у самого сердце готово было выпрыгнуть из груди от напряжения, но умело это скрывал.  Найдя стол с коробочками для валентинок, Бомгю подтолкнул Феликса вперед, сказав: — Старшие вперед.  Ли, наигранно закатив глаза, подошел к столу и стал глядеть на самую большую розовую коробку, украшенной блестками, стразами и всякими мелочами по всему периметру. Представив, как Хёнджин будет рад валентинке, он улыбнулся и, немного повертев бумажным сердцем в руках, аккуратно сунул открытку в вырез. Облегченно выдохнув, Феликс пододвинул Бомгю прямо на место, где только что стоял, и стал ждать, когда тот совершит затеянное. Сложив руки на груди и наблюдая за «малышом Гю», стал думать о том, о чем сам не знал.  До того момента, пока не услышал очень знакомый голос в правом ухе. Слегка вздрогнув и осторожно повернувшись, он увидал свой объект влюбленности: высокий, каштановолосый парень, одетый в рубашку, которая раза в трое больше него, и в черных широких брюках, в которые была заправлена рубашка. Рядом с ним шел Чхве Ёнджун — одноклассник Хвана и тот, кого любит Бомгю. Парни с чего-то смеялись, озаряя гнусную школу своими яркими улыбками, и направлялись прямиком к ним, точнее к столу с коробками. Феликс замер и, как ему казалось, забыл о том, что нужно дышать, да и в принципе обо всем на свете. Из транса его вывел Бомгю, похлопав старшего по плечу и сказав, что он все. — Ты чего? — Спросил тот. Повернув голову в ту сторону, куда глазел Ли, Чхве абсолютно поник. — Черт… Зная, как сейчас может разнервничаться младший, Феликс взял его за руку: — Спокойно. Нужно спокойствие… — Он старался тоже этому придерживаться, но получалось так себе. Мимо прошли старшеклассники. Один из них — Ёнджун — мигом глянул на парней, готовых провалиться сквозь землю от стыда. Хёнджин же, посмотрев на обоих, задержал взгляд на Феликсе, мельком разглядывая того. Отмерев, Феликс и Бомгю направились обратно в кабинет, пытаясь прийти в себя. — Теперь и я захотел домой. — Это стало первым, что решил сказать Ли. — Чувствую, что я сейчас помру на месте. — Чхве поднял взгляд на старшего, — Ты видел, как он посмотрел на меня? Да ему на меня плевать! Феликс грустно изогнул брови: — Эй, не говори так, — Ли положил руку на плечо Гю. — А ты заметил взгляд Хёнджина? — Засветился Бомгю, отчего на лице не осталось и следа грусти, — Да это судьба! От услышанного уши Феликса залились краской, вспоминая тот взгляд, которым Хван разглядывал его. На его лице автоматом появилась легкая улыбка. Дойдя в таком состоянии до кабинета, парни уселись на свои места и принялись переваривать случившееся, пока не прозвенел звонок.

***

В конце дня организаторы «влюбленного праздника» принялись разносить валентинки. Феликс получил восемь валентинок от неизвестных ему девушек из классов младше; Бомгю же достались четыре небольших сердечек от знакомых, плюс та, что ему вручил Ли. — Не расстраивайся, — Протянул Феликс Гю, — Бред эти валентинки, бумажки. — Я не грущу, — Улыбнувшись, сказал Чхве.  Парни услышали скрип двери. Повернувшись, увидели двух девушек, должно быть, третьеклассниц. Подойдя к сидящей за столом учительнице, они быстро о чем-то переговорили с ней и отдали небольшой пакет. Быстро доработав на компьютере, учительница встала с места, взяла принесенный пакетик и стала доставать из него всяческие валентинки, раздавая тем, кому они предназначались. Когда учитель подошла к Феликсу и Бомгю, то положила каждому по одной валентинке. — Интересно, от кого они? — Синхронно произнесли парни, отчего посмеялись. Феликс, открыв присланное сердце, сделанное из плотной красной бумаги и украшенной простыми, но очень красивыми рисунками, принялся читать написанное. «Хоть мы практически не общаемся, но я точно знаю, что ты человек с чистым сердцем. Спасибо, что помог с собакой!  愛を込めて, Х.Х.» Феликс на долю секунды оцепенел, увидев инициалы. Ему неважно было то, что он не знал японский и не мог перевести последнее предложение, было важно то, что открытка была, походу, от того самого. Повернувшись к младшему и увидев, что тот сидит, улыбаясь во весь рот, подумал: — Что у него там? От кого? Опустив глаза на небольшое алое сердце, начал читать текст, которого там было не так уж и много. «Хочу зацеловать твое маленькое лицо своими пухлыми губами, медвежонок!!! Ч.Ё.» Надпись была невероятно мила. Разумеется, Феликс сразу догадался от кого это, и Бомгю, по всей видимости, тоже. — Самый лучший День Святого Валентина в моей жизни! — Произнёс Чхве, и на его глазах явились слезы. Обняв друга за плечо, Феликс ответно произнёс: — Самый лучший День Святого Валентина в нашей жизни.