Недружеские беседы

От Силко так знакомо несет дорогим одеколоном и хорошей, достойной его персоны выпивкой. Мэл неосознанно морщится, чувствуя, как этот запах перемешивается с ее собственным легким ароматом сладости и прохлады. Стойкий, но ненавязчивый парфюм. Под стать ее принципам, в некотором роде. В момент зрительного контакта, вынимающего из них обоих душу, она вспоминает о мощи родного Ноксуса. О жесткой руке матери-генерала. О неоправданных ожиданиях семьи и позорном бегстве в золотой мирок политических игр и сказок про грядущее "лучшее" будущее. К сожалению, сказки работают не для всех. Силко источает тот особый вид властного спокойствия, до которого Медарде определенно далеко. От этой мысли пухлые, чуть тронутые вишневым глянцем губы кривятся в неудовлетворенной усмешке. Ее руки связаны за спиной, но узел достаточно слабый. Возможно, настоящие путы - это то, что Мэл понимает: покинуть эту комнату для нее из разряда невозможного, пока она в фокусе внимания ее хорошего врага. - Сфокусируйтесь на мне, госпожа советница, - ледяные глаза (живой и мертвый) и легкая полуулыбка кого угодно бы испугали этим диким контрастом, но Мэл лишь испытывает легкий трепет странного восхищения. Силко как будто заносит руку для пощечины, но в последний момент бережно приподнимает ее подбородок, чтобы привлечь внимание к своим словам. На пальцах оседает пара бронзовых искр. Или они фиолетовые? И кажущиеся... - Вам вкололи совсем мизерную дозу шиммера, а вы так плывете? Все еще... плывете? Безнадежно, - бровь приподнимается в притворном удивлении, разве что руками остается развести. - У меня нет привычки к этому... веществу, - Медарда чувствует, что ее голос неестественно хриплый и низкий. Незнакомый. Как и ситуация, требующая экстренных мер. По позвоночнику бегут мурашки, но комната послушно перестает вращаться, как остановленная рычагом карусель. Силко цокает языком, с сожалением качает головой, а затем достает из кармана жилета серебристую флагу и подносит к ее красивому, выразительному рту. - Пара глотков, но медленно. Осторожно. Худо вам не станет - у вас, кажется, фамильная черта: хороший метаболизм. "И не только это, но все остальное пока что не проявилось, вот о чем ты думаешь, да?" Мэл смотрит остро, живо, и выполняет рекомендацию с отстраненной пассивностью фаталиста. Как принимают лекарство, которое поможет прогнать простуду или мигрень. Горло приятно обжигает: Силко дряни не пьет, это и так понятно... да кому угодно. - Зачем вам потребовалось мое личное присутствие в Нижнем городе? - спрашивает Медарда чуть более звучно и менее хрипло. Комната совсем не пытается расплыться, а легкие приступы озноба почти не меняют выражения лица. Ей любопытно. Она не напугана. Она, быть может, и не генерал, но тоже сделана не из воска. Отнюдь. Силко тихо, задумчиво смеется, как-то особенно нежно закручивая крышку фляги и отставляя ее на дальний край стола. - Здорово вы играете словами. Вас связали и одурманили до искр из ваших прелестных янтарных глаз, а вы - присутствие, требования... Славная, славная выучка дипломата. Но - бесполезная, - он смотрит в сторону, и поэтому все это не тянет на дешевое запугивание. Просто озвучивает поток мыслей, не пытается цензурить и сглаживать. "Я - не ты. Мы - не вы. Мы - другие". Пульс тяжело, муторно отдается в ушах похоронным колоколом. - Короче, пожалуйста, - Медарда встряхивает головой с намеком на некоторую женскую строптивость. - Ваше время ведь вам тоже дорого, разве нет? - Ну, как вам угодно... Когда сухая жилистая рука перехватывает ее горло, сердце выделывает кульбит, а где-то в глубине души зарождается странное приторное волнение. Граничащее с удовольствием от запретного. - Я хочу, чтобы вы, госпожа советница, вернули Талиса на его должность в совет, словно он для этого и существует. Чтобы вместо Маркуса был назначен человек, которого вам укажут в утренней почте через четыре дня. Чтобы, в конце концов, вопрос независимости Зауна был не только поднят на ближайшем собрании - чтобы он стал... привычной темой для бесед в вашем узком кругу. Но сначала - первые два пункта. Безо всяких отступлений и уверток. Нужно пояснить? Нет? Хорошо. Он отпускает, и внезапно Мэл обнаруживает, что ее никто не придушивал даже символически - просто бережное, но настойчивое, железное желание видеть ее смятенное лицо. Без маски спокойствия. "Не терпит притворства. Легко же тебя разозлить, однако". - А, так ты сделал ставку на Джейса, - она наслаждается своим грудным голосом, хотя блестки с лица, наверное, слетели еще где-то в пути с вершины власти. - Джейс ручной мальчик, я сразу поняла. Не только мой ручной... в смысле влияния на него, конечно. - Это да, - щерится Силко ехидно. - Более приземленные достоинства мальчика, к счастью, не потребовалось изучать. Да и он не стремился. Хотя Севика... Ладно, к делу. Вы согласны сделать, как я прошу? "Нет, все-таки каков лицемер! "Прошу", говорит. Да еще и шуточки с перцем. Просят не тех, у кого руки заведены за спину и стянуты жесткой веревкой, пусть даже для вида. Просят не тех, кого подозревают в мягкотелости. Просят не тех, кого собираются подчинить". - Я бы сказала, что мне нужен перерыв на кофе, но у вас нет кофе? - Мел ласково щурится и удовлетворенно замечает, как темнеет взгляд не-мертвого глаза. - У меня нет времени, советница. А кофе, кажется, есть. Но он немолотый. К сожалению. "Жевать зерна сами будете или мне позвать кого-нибудь?" - мысленно заканчивает голос в голове Медарды, потому что именно такое завершение фразы напрашивается, судя по неуловимым изменениям в тоне. - Тогда просто - перерыв. Вы меня, цитирую, связали, одурманили, у меня искры из глаз только перестали сыпаться, а вы предлагаете мне принять решение, которое даже обдумать в таком состоянии не... - Хватит! - он со всей дури лупит ладонью по столу, и эхо удара отражается от стенных панелей. - У вас глаз дергается, - злорадно, но тихо констатирует Мэл. Она сумела не вздрогнуть и в глубине души этим гордится. "Интересно, он собирается на меня как-то... физически воздействовать? Если собирается, то шиммер или что-то грязнее, проще? Не полезет же под юбку, в самом деле". Медарда как будто вообще не боится за себя - у нее даже горький привкус предательства Талиса как-то привычно стал просто постылым. Слегка неприятным. Расклад таков: большая сила притягивает неизбежно, как более мощный магнит. Мелкие частички не в силах спорить с законом притяжения и магнитными полюсами. Еще бы на физику теперь обижаться, как сказал бы Виктор! Неразумно. - А Виктор, кстати? Тоже ручной мальчик у вас, или пока еще цепь на него надеваете в целях профилактики? - она наклоняет голову по-птичьи, как сделала бы в опере после шелеста занавеса в антракте, когда приходит время переосмысливать услышанное. Судя по тому, что Силко не отвечает и даже дышать начинает медленнее, Медарда понимает, что схвачено у него не все. Пока что не все. - Я не верну Джейса в совет. Никак и никогда. Он даже в Академию больше не будет вхож. Но миротворцы будут... охотно сотрудничать с Нижним городом за прежнее финансовое поощрение похвальной инициативы, - металлическим голосом подытоживает Мэл. - Независимость же - тема пространная и довольно бесформенная. Я считаю, что к ней можно вернуться, когда мы встретимся в более комфортных условиях... Уголки ее губ приподнимаются в вежливой, ждущей встречного одобрения улыбке. Тем временем, руки уже несколько минут как освобождены от веревки, и левая медленно, незаметно скользит под платьем - там, удобно пристроенный к подвязке чулка, дремлет в ножнах маленький славный кинжал. Лезвие не смазано ядом, но прекрасно отточено, как и язык госпожи советницы. "Резким, внезапным росчерком поперек уверенного лица - и на выход, живо. Севика тяжеловесна, может не успеть, а там - дело случая. Может быть, придется выпрыгнуть в окно и рискнуть парой тяжелых ушибов. Подлатают, когда доберусь до..." Безжалостная пустота в руке обжигает хуже, чем это сделал бы случайный порез на коже или химический ожог. - Не ищите свою игрушку, ради всего святого, Мэл, - Силко устало трет переносицу и даже не радуется ее замешательству, хотя стоило бы. "Один козырь из рукава стянули. Та-ак". - Вы меня... удивили, - "ободрали, как курицу перед тем, как бросить в кипяток, чтоб тебя, ублюдок". - Я вас просто хорошо чувствую. Это на уровне интуиции. Так что, будем со мной соглашаться? Или нужны стимулирующие меры? Компактный шприц с искристой сиренево-розовой дрянью в его руке кажется чем-то красивым, изящным и совсем безопасным. "Спокойной ночи, мама. Я справляюсь. Без тебя. Без Джейса. Безо всех вас, если нужно". Мэл закрывает глаза. Ей кажется, что поцелуй на ее левом виске - просто предчувствие близкой вспышки искусственного безумия. Ей кажется, что она еще может переиграть даже такого, как он. Ей кажется...