Что, если бы чсё было по другому?

В груди от волнения перехватило дыхание. Ларри сглотнул. - Я же тебе говорил. Это ужасно. Но темноволосый не дал начаться очередной истерики. Он медленно и осторожно оставил поцелуй на левой щеке затем на првой, на лбу, переносице, на глазе, потом на другом, на подбородке и губах. Долго и заботливо выцеловывал всё лицо. Кожа грубовата с кучей шрамов и ожогов. Нос как таковой отсутствует. В правой щеке дырки, сквозь которые видно зубы. Правой стороны губ тоже нет. На фоне правой, левая часть лица выглядит даже здоровой. Всего-то ожог швы и шрамы. Провал правого глаза аккуратно зашит по краям. Огрубевшая кожа по всему лицу и относительно свежие раны с засохшей корочкой крови. Наверно нормальный человек от такого бы блеванул. Ну, или хотя бы испугался. Но Ларри давно понял, что к "нормальным" его отнести довольно сложно. Для него Салли был прекрасен. Его вид не вызывал отторжения или неприятия. - Сал, ты прекрасен! - Разве? - Да! Фишер просто промолчал. Он не понимал, как можно ЭТО назвать прекрасным. Но спросить не было сил. Тем более, это так приятно, когда на тебя смотрят глазами полными любви и обожания. Салли наконец-то понял фразу "утонуть в глазах". Синеволосый придвинулся в плотную к Джонсону и прильнул к его губам. Ларри лизнул столь желанные губы. Потом почувствовал шершавый язык уже на своих губах. "Ой, да ладно была, не была" - сказал сам себе Джонсон и углубил поцелуй. Это была фантастика. Не один из парней ещё не разу не чувствовали такой спектр чувств от поцелуя. Эмоции захлестнули их обоих и понесли в неизвестном направлении. Останавливаться не хотелось категорически. Ларри совершенно не следил за руками. Сначала он просто перебирал такие мягкие голубые волосы. Потом зарылся в них пальцами, массируя затылок владельца столь прекрасных волос. Потом одна рука спустилась к шее. Уже через секунду Джонсон забрался под чужую футболку. Салли был худым, даже костлявым. Просто проведя рукой по спине можно было пересчитать все позвонки. Чем собственно он и занимался. На полу, правда, его футболка оказалась первой, а он даже не заметил. Вслед за чужой Фишер стянул и свою. Он посильнее обнял Джонсона. Хотелось чувствовать его каждой клеточкой тела. В ответ синеволосый почувствовал не менее сильные объятия, и остатки напряжения полностью покинули его. С напряжение уши остатки сил и самоконтроля. Тело обмякло, а сознание предпочло раствориться в чувстве покоя и защищённости. Тёплые прикосновения чужих, но таких родных рук, заставляли довериться. Ларри был единственным, кто ни разу не причинил боли. Не моральной не физической. Сознание прояснилось, кода они оба лежали полностью без одежды. В душу заглядывали карие глаза с немым вопросом "Можно?" И Сал не мог отказать. Дело было даже не в Джонсоне. Фишер на подсознательном уровне боялся потерять его. Даже зная, что темноволосый никогда не будит его ни к чему принуждать, он не может отказать в просьбе. Не важно, насколько это страшно или больно. Потерять кого-то снова ещё больнее. Сал зажмурился и кивнул. Тёплые руки погладил внутреннюю сторону бедра. По телу прошлась дрожь. Однако затем он почувствовал руку на щеке. Правой. Пальцы проходились по всем шрамам. Нежные прикосновения по всему лицу, после сменились короткими поцелуями. Синеволосый приоткрыл глаз. - Ларри? - Дурак ты, Сал. Неужели ты реально поверил, что я собираюсь делать тебе больно? - Но я же не против... - Ага, знаю я твоё "не против". Вон как весь дрожишь. Как будто я тебя бит собираюсь, честное слово. - Прости... - Да за что ты постоянно извиняешься? Можно подумать ты в чём-то виноват! Сал, я люблю тебя! Мне хватит и того, что ты рядом, мне не нужно от тебя ничего другого. Мы не будим заходить дальше поцелуев, пока ты сам этого не захочешь. - А если... я никогда не захочу? - Никогда значит никогда! Плевать! Мне намного важнее твои чувства. Ничто другое не может быть столь важным. - Ларри! Салли в слезах бросился парню на шею и заключил в объятья. Темноволосый обнял любимого в ответ, нащупал одеяло и накрыл их обоих. - Давай спать. - Угу... Люблю тебя. - И я тебя люблю.