Забытое королевство.

В ярком свете свечей мужчина кропотливо писал свой труд. Молодой, но уже седовласый писарь водил своим пером по пергаменту, далеко убегающему в глубь исполинской библиотеки. Он изредка поправлял свои необычные очки с квадратными стеклами, снова и снова продолжая летопись далекого мира Арвенар («перворождённый» на языке творца). Время от времени мужчину посещали видения из того мира. В такие моменты его голова наполнялась колющей болью, а глаза становились белее молока. За считанные мгновения перед магическим взором летописца проносились целые годы из жизни далёкого мира и всех его жителей. Разумных и не разумных, животных и даже растений. И всё это мужчина запоминал с максимальной точностью. Снова и снова макая острие пера легендарного Феникса в обычную краску из медного купороса, летописец продолжал фиксировать историю Арвенара — Ни минуты покоя, — прозвучал гулким эхом твёрдый мужской голос. — Отдых был придуман для восстановления сил и потребностей организма. Будучи в моём замке, ты не чувствуешь течение великой реки времени и не стареешь, но ты всё ещё человек. — Тебе ли не знать, Данкан, что моя работа очень важна. Летописец снял свои необычные очки и позволил себе слегка улыбнуться вошедшему, на первый взгляд могло показаться эльфом, в яркой, жёлто-красной мантии, украшенной золотыми письменами. Пляшущий, неровный свет свечей отражался от мантии, создавая иллюзию сияния изнутри и придавая её хозяину солнечную ауру. — Мы не видели тебя уже несколько дней. Я стал волноваться, вот и решил проведать тебя. — Великий творец миров, Бог всех богов волнуется о простом летописце? — ещё шире улыбнулся он. — Не стоит этого делать. У тебя полно иных забот. — Все никак не угомонишься Стаал? Мы с тобой прошли через многое. Я уверен, что ты можешь прерваться на час-другой и отужинать с нами. — Ты ведь не оставишь меня в покое? — спросил Стаал, потирая пальцами свой лоб. Творец Данкан только покачал головой. Летописец медленно поднялся со скрипучего кресла, и, потуже затянув пояс своей сине-серебристой мантии, направился к выходу из уже ставшей родной библиотеки. Проходя мимо Творца, резкая головная боль обрушилась на Стаала. Глаза покрылись радужным сиянием, ноги подкосились, но Данкан успел подхватить своего старого друга.

***

Летописец Стаал, уроженец далекого мира Сарс, что находится на окраине Галактора миров, стоял на небольшом балкончике исполинского замка Творца. Укутавшись в привычную сине-серебристую мантию, он безмолвно смотрел вдаль. Туда, где в бесконечной тьме плавали цветные сферы, в которых были заключены целые миры. Золотистая пыль, словно волны в море бескрайнего Галактора, линиями танцевала во тьме. Но немногие знают, что она представляет из себя всего лишь остатки погибших миров, которые станут строительными кирпичиками нового мира. Раздумье о вечном Галакторе миров прервал стук каблуков. В библиотеку вошел Творец, наполовину эльф, наполовину человек, наречённый Данканом. — Всё в порядке? — прозвучал до боли знакомый голос. Он принадлежал не Данкану и не кому-то иному в замке Творца. Это был милый голос потерянного дома. Стаал резко обернулся и не поверил своим глазам. Рядом с Данканом стояла молодая эльфийка. Она ничуть не изменилась с последней их встречи. Девушка улыбнулась и сделала шаг вперёд, навстречу. Летописец, раскинув объятья, кинулся к любви всей своей жизни. Данкан еле сдержал слезу, увидев, как счастливы они друг другу, невзирая на то, что их последняя встреча была не менее десяти лет назад. — Данкан сказал, что с тобой происходит неладное. Он волнуется за тебя. «И я тоже», — прошептала Паска на ухо Стаалу, не выпуская его из объятий Тень грусти отразилась на лице летописца. Он отстранился от эльфийки и снова направился на балкончик. Паска и Данкан переглянулись и последовали за ним. Став по оба плеча Стаала, друзья безмолвно всматривались в даль Галактора миров. Первым тишину нарушил летописец: — Вы не думали, каким будет конец миров и всего Галактора? — Творец гарант жизни Галактора миров. — твёрдо ответил Данкан, одновременно с этим переглянувшись с эльфийкой. — Нет. Это не так. — ответил Стаал. — Вот гарант жизни! — Летописец указал на золотистую сферу, медленно пробегающую по волнам Галактора. – Это первый мир. Ни в одной летописи замка нет упоминаний о том, кто создал этот мир и каким образом. В отличии от других миров он не стареет. Если с ним что-то случится, последствия будут ужасными для всего Галактора. В названии этого мира заложена суть его создания. «Инканду». Вас не смущает, что это единственный мир в Галакторе названный на языке рапиров, древней вымершей расы? — Что происходит? — напугано спросила Паска. — У меня было видение, — еле отчетливо прошептал Стаал. – Я видел, как гибнет Инканду, взрывается изнутри от переизбытка силы, уничтожая все миры, которые были с ним рядом. Я видел, как погиб Сарс, наш родной мир. Я видел всё до последней детали: как сгорают заживо животные, люди, эльфы и все-все-все. Я до сих пор слышу плач детей и отчаянные попытки матерей защитить их… Летописец рухнул на богато раскрашенную плитку пола рыдая, ударяя кулаком по полу снова и снова. Паска присела на колени рядом со Стаалом, гладя его пепельные волосы. Она повернулась к Данкану и дрожащим голосом озвучила застывший в воздухе вопрос: — Что будем делать? — Останься с ним, а я сообщу все Невзору. Творец резко развернулся и быстрым шагом покинул библиотечную обитель.