G

                  

Главное в жизни ― не терять людей, с которыми у вас в голове тараканы одного вида.

Не успела я закончить мысль, как перед мной один за другим начали приземляться мои друзья. — Черт! Вы что здесь делаете?! — Сюрприз! — Кири, в отличия от остальных, вышла из-за угла. — Чего?! — Провожаем тебя в последний путь! — Спайдер словил на себе несколько пар вопросительных взглядов — Ну, я имел ввиду, твое тело, ну, в общем… — Лучше замолчи. — Ло’ак, скрестив руки на груди, пихнул друга плечом. — Кхм, ну он хотел сказать, что мы решили устроить тебе праздник. Выдохнув с облегчением, я засмеялась. — Эй, что смешного? — Да нет, ничего. Просто вы так свалились… — Широко улыбаясь, я, вероятно, выглядела как сумасшедшая. — И Спайдер… Продержавшись пару секунд в недоумении, подруга подхватила мой настрой, а за ней и остальные. Расставив все по указаниям Кири, мы сели в круг в центре палатки, загадочно переглядываясь. — И так? Расскажешь, что ты нам притащила? — Это Кава. — Кава? — Ну, это как ваш алкоголь. Только с Кавой нужно осторожнее, и у нас помимо того, что её пьют обязательно со своим соплеменником, есть еще пару традиций … — Кири посвятила нас во все тонкости, параллельно ставя чашу в центр. — Я, конечно, польщена, но вынуждена отказаться. — Что? Но, Сандра мы же… Не давая Ло’аку договорить, я перебила: — Нет. Я рассказывала вам, в каких отношениях были мои родители со спиртным, и поверьте, этого опыта хватило, чтобы не злоупотреблять с подобными напитками. — Все веселье и заводной настрой, что были во мне, смыло как рукой. В то время, как все вокруг немного погрустнели, я почувствовала прикосновение к своей руке. — Сандра, даже я согласился с этой идеей. — сидящий рядом Нетейам говорил шепотом, чуть наклонившись ближе, дабы никто лишний не услышал — Я понимаю, что это значит для тебя, но давай попробуем? Никто же не говорит о том, что мы будем перебарщивать? Я повернулась на парня, параллельно ведя в голове конфликт между здравым смыслом и соблазном. Пробежавшись взглядом по всему, что меня окружало, я лишь слегка наклонила подбородок, согласно моргнув и смотря прямо в глаза другу. После того, как я "ответила" Нетейаму, тот переглянулся с остальными, как бы подтверждая, что я согласилась. — А почему чаша общая? Я слышала есть индивидуальные чаши, их можно одной рукой держать, разве так не удобнее? — Ну, я подумала так будет интереснее. Что-то в роде более традиционно. — Мм, ну так полагаю, первая я? Ло’ак и Нетейам, взяли чашу в руки, и помогая мне, поднесли ближе к лицу. Стянув маску я сделала маленький, осторожный глоток. Языка коснулся терпкий, кисло-сладкий привкус, а из-за непередаваемого послевкусия, кава оставила достаточно хорошее впечатление. Отставив чашу, и надев маску назад, я поинтересовалась: — Слушай, а это вообще безопасно? Ну, я о том, что это напиток для на’ви, а я как бы человек. — Кава не крепкая, ничего плохого произойти не должно. — Кири, похоже, совсем не волновалась по этому поводу. — Не должно? То есть, ты не знаешь, что со мной будет? — Да ладно тебе, не переживай. Хочешь, я тоже попробую? — Спайдер потянулся к чаше, и через пару секунд братья проделали те же действия с ним — А это вкусно! Спустя какое-то время, когда каждый из нас уже попробовал чудный напиток, я все же прокомментировала: — Не похоже на земной алкоголь. Ну, по крайней мере, я такой не пробовала. — на меня недоуменно уставились друзья. — Тебе разве не было 10, когда ты в последний раз бывала на земле? — Ага, но мне кажется, каждый ребенок пробовал алкоголь с родительского стола, пока они отошли, хотя бы чисто из любопытства. Похоже, никто из них не понял мотивов таких действий, и, наверное, они даже сочли это ненормальным, но чем мы сейчас были лучше? Нам всем по 14-15 лет, а мы сидим и распиваем взрослый напиток, даже не стыдясь. Через какое-то время стало скучно, и я решила предложить одну интересную идею… — Давайте в правда или действие? — Это что? — Спайдер поправил маску, что была надета не совсем правильно. — Ну, мы по очереди задаем друг другу вопрос «правда или действие?», а тот, у кого спрашивают должен выбрать. А потом тот, кто задал вопрос, должен, либо задать вопрос, на который должно ответить обязательно правду, или же действие. — Неплохо. Тогда, раз ты предложила, может ты и начнешь? — Нетейам поставил обе руки за спину, тем самым слегка отклоняясь назад. — Ладно, так уш и быть. — я прошлась взглядом по присутствующим, и решила остановиться на Кири — Правда или действие? — Хм, давай правду. — Какой самый смешной момент в твоей жизни? Немного подумав, девушка ответила: — Не знаю, самый ли смешной, но явно забавный. Короче, я поссорилась как-то с этими двумя, — она жестом указала на Ло’ака и Нетейама — пошла спать в палатку, а в итоге проснулась посреди леса на голой земле. Как только я вернулась домой, они у меня такого отгребли… Время летело, и ребята быстро втянулись в игру. Вопросы, а порой и действия, были настолько интригующими, провокационными или даже до смешного банальными, что все расслаблялись, и мы просто наслаждались моментом: было так спокойно, никакой опасности, никаких переживаний, никаких ссор и обид. Может быть, в силу этого, или же выпитой кавы, напряжение спало совсем. Только вопросы и желания. Правда и действия. — Сандра, правда или действие? — Кири, похоже, решила дать мне ответку. — А давай действие. — Блин, я уже правду придумала. — Ахах, ладно, давай правду. — Расскажи о самом ярком воспоминании с Земли. Может там с друзьями или еще кем-то. — Ух, ну и вопросики, — я задумалась и, отметив пару моментов в голове, снова заговорила. — После смерти родителей я не раз задумывалась о том, какое они имели значение для меня, — увидев слегка озадаченные взгляды друзей, я уточнила. — Все хорошо, я уже давно могу говорить об этом с полным спокойствием, привыкла. В общем, думала-думала, и с каждым разом осознавала, сколько же плохого они принесли в мою жизнь. Схватив за руку, папа поволок меня в ванну. Зачем в ванну? Там шумоизоляция была хорошая, так что соседи не услышали бы. А потом — высокий размах и удар за ударом. Не знаю, было ли это настолько больно, или это дорисовывала моя детская фантазия, но тело еще долго ломало. Раз за разом, и ты привыкаешь. Мы способны привыкнуть ко всему, и к сожалению, даже к такому. Мы миримся с потерями, ударами, ранениями, и со временем, даже перестаем считать их. В какой-то момент приходит осознание, что все это — урок. Урок, который лучше усвоить с первой попытки. Но разве такие методы воспитания приводили к чему-то хорошему? Нет. После каждой новой «порки» я не начинала больше уважать своего отца или мать, а совсем наоборот. С каждым разом я лишь находила на одну отговорку больше, на один запасной вариант, как выкрутиться из той или иной ситуации. С каждым новым разом во мне копилась та ненависть и обида, которая в последствии не дала мне в полной мере прочувствовать ту «утрату», что я испытала в столь раннем возрасте. Я никогда не смогу забыть те эмоции, что я испытывала, с каким ужасом в моих глазах падали и рушились образы идеального отца и матери. Получив первый удар, я в ужасе закричала, хватаясь за край ванны, жалобно заскулив. — Папа… Папа прошу! Мне больно! Еще. — Считай! Еще. Из глаз рекой текли слезы, не позволяя ни дышать, ни говорить. — Я сказал считай! — Три… Еще. — Четыре. С каждым ударом кожа сжималась, краснея. Тело дрожало, и даже собственные касания после этого казались иглами. В голове не складывалось, как тот человек, что еще вчера мило кружил меня в воздухе, мог так беспощадно наносить удар за ударом. Ни что не защищало. Ни одежда, ни мольбы, ни сестра, ни мама. А хотела ли она этого? Не знаю. Но разве можно спокойно сидеть на диване, читая книгу, пока твоя младшая, 6-ти летняя дочь кричит на весь дом, прося прощения? А сестра? Что она могла сделать? Ничего. Так как она, так же как и я, подвергалась таким срывам родителей. Все, что мы могли, это молча надеть наушники и притвориться, что все хорошо. Каждый раз, когда начинался новый скандал, мы судорожно убирали всю комнату и садились за уроки, надеясь, что на этот раз они разберутся между собой. Но, видимо, не сегодня. Ввалившись в помещение, Эмилия схватила нас с сестрой за шиворот и выволокла в зал. За что ругали? Да так, посуду не помыли или же лицо недовольное, ничего особенного. Когда сестра упала на диван, а мать занесла ногу для удара, я крикнула, что есть силы: — Нет! Вы не можете так! А что в ответ? Хороший пинок по мне от любимого отца. Всегда оставались шрамы, иногда физические — на теле, а иногда внутренние — застрявшие глубоко в сознании. С каждым новым синяком от силы удара кулака, ссадиной от жесткой кожи ремня и дыркой на одежде, заработанной в попытке убежать, я подсознательно выстраивала барьер. Хотела ли я этого? Нет. Был ли у меня выбор? Нет. Мой мозг решил все за меня. И хоть я и закрывала глаза на все плохое, что происходило между нами, свято веря в то, что во всем виновата я и по-другому никак, с каждым разом все больше старалась дабы заработать уважение или ту самую похвалу, я лезла из кожи вон. Но в момент, когда я увидела бездыханные тела своих родителей, я окаменела окончательно. Дыхание перехватило и, вместо добрых, приятных воспоминаний, я подсознательно стала перебирать в голове все моменты, что рушили меня, как бы убеждая себя, что может, так даже лучше? — Но, было и хорошее. По крайней мере, парочка точно есть. Вокруг куча людей, с трибун видно огромное футбольное поле с кучей игроков. Семилетняя я, наверняка, не понимала всю крутость нахождения сейчас в этом месте, но тем не менее, я была очень даже заинтересована в игре. Когда наша команда забила гол, зал разразился громкими аплодисментами. В конечном итоге матч закончился ничьей, но даже это не смогло испортить впечатления. Делая фотографии на память, папа посадил меня себе на плечи, мама стала рядом, аккуратно взяв меня за ножку, а сестра присела снизу. Съев сладкую вату и еще немного прогулявшись по городу, мы вернулись домой. — Вау… Я, конечно, не знаю, что такое футбол, но звучит круто. — Ага, только не все так гладко. В итоге все закончилось скандалом. — А, поподробнее? — Ну давайте считать. — я стала по одному загибать пальцы — Разбитое стекло в машине, сломанная батарея, вырванная ручка двери и помимо телесных повреждений, вроде бы все. — задумалась — А, еще штукатурка посыпалась. — И что, так было каждый раз? — Близко тому. Ну, я просто стала реже просить куда-то ездит вместе, вот и количество скандалов уменьшилось. — осмотревшись, я поняла, что от моих рассказов все немного поникли — Кхм, давайте не будем о плохом. В общем, нет у меня толкового воспоминания с Земли. По крайней мере, сейчас вспомнить не могу. Дальше я задаю? — Ага. — Ну, давай Ло’ак. Правда или действие? Когда парень выполнил заданное действие, и настроение в группе поднялось, снова пришла очередь задавать вопрос. — Нетейам, правда или действие? — хитро прещурившись, младший из братьев стал ожидать ответа. — Я? — старший, что похоже ушел в свои мысли, не сразу отреагировал на вопрос — Давай действие. Подумав пару секунд, Ло’ак наклонился к сидящей рядом Кири, и обговорив что-то, вынес вердикт: — Подерись с Сандрой. — Что? — одновременно выпалили мы. — Ну, понарошку, конечно. Нетейам и я непонимающе переглянулись, перебирая в голове, как это должно выглядеть, учитывая нашу разницу в росте. — Эм, ну ладно.

labrinth — mount everest

Встав, и отойдя подальше, дабы ненароком не задеть кого-то, мы застыли друг перед другом. В воздухе повисла неловкость. — Кхм, может, ты начнешь? — я постаралась переложить ответственность на парня. — Ох, ладно. — он сделал выпад, и ущипнул меня за бок, в момент оказавшись за спиной. Подхватив азарт, я стала вертеться, стараясь дать ему ответку, но тщетно. Спустя пару минут наша драка превратилась в картину, на которой я просто пыталась выскользнуть из-под его щипков. Умелый на’ви ускользал из-под каждой моей атаки, из-за чего я изрядно попотела прежде чем впервые раз нанести удар по плечу. — И это все? Да куда тебе в аватары, если даже со мной справиться не можешь! — Нетейам все подливал масла в огонь. Я уже начинала закипать, не в силах мириться с проигрышем. Пробежав взглядом по комнате, я заметила, слева от нас, достаточно плотный корень одного из деревьев и, прикинув в голове относительное расстояние, я пропустила атаку парня, позволяя ему насладиться вкусом очередной маленькой победы. И эта битва была проиграна, но не наша война. Я сделала прыжок и, отскочив от того самого корня, сначала увернулась от ловкой руки Нетейама. После чего, воспользовавшись его недоумением, ухватившись за две маленькие веточки над нашими головами и раскачавшись, ударила ногами в грудь парню, после чего тот повалился на пол. Ослепленная победой, я тут же спрыгнула и, сев сверху, оперлась обеими руками над его головой, икрами прижимая руки парня к туловищу. Ясное дело, что при желании Нетейам смог бы убрать меня одним пальцем, но его явно все устраивало. Дабы не потерять равновесие и не свалиться окончательно, пришлось устойчивее переставить ладони, из-за чего я наклонилась над самым лицом парня, оставляя между нами считанные миллиметры. Смотря друг другу в глаза, мы переводили дыхание, даже не обращая внимания на окружающие звуки, так как сердце колотилось громче любых колонок. — Ну как тебе такое? — Потрясающе. — А может сногсшибательно? — Может. Все друзья тут же спохватились и, аплодируя, окружили нас. Отпустив взгляд Нетейама, я невольно прошлась по его телу и осознав, что прямо сейчас лежу на его торсе, тут же поднялась, подавая руку помощи. — Какая битва! Честно сказать, не ожидал от тебя такого, Сандра. — Ло’ак пожал мне руку. — Я и сама от себя не ожидала… — со все еще сбитым дыханием, я сняла маску и, протерев пот с лица, натянула назад. Вставший рядом Нетейам положил руку мне на талию и слегка погладил. Я тут же обернулась на него, получая в ответ: — Земля осталась, я просто вытер. —убирая руку, парень демонстративно потер одна ладонь о другую, как бы стряхивая ту самую землю. — Мм, спасибо. Поиграв еще пару часов, всех стало клонить в сон. Кое-как прибрав следы «преступления», мы добрались до дома, после чего сразу отключились. И новое утро началось не с кофе, и даже не с кавы…