Вечер, кофе и холодные руки

      Вечерело. Закатное солнце выглядывало из-за панорамных окон, освещая желтовато-оранжевым светом пространство вокруг. И нещадно било по глазам девушке, сидящей напротив.       Лу приехала в офис Приора не просто так. Она, можно сказать, беспокоилась. Когда она нашла его на полу собственного кабинета без сознания, то испугалась, что такими темпами потеряет работу, пусть и знала, что он был болен и до происшествия. По крайней мере, так Лу объясняла себе внезапно возникший тремор от вида бледного, почти белого лица и разметавшихся по полу угольно-чёрных волос.       И теперь, когда она узнала, что Мартен пришёл в себя, Лу незамедлительно приехала и уселась ждать дозволения войти. Заняться ведь всё равно было нечем, а начальство непременно оценило бы рвение к работе. Хотя рвение Лу таковым, вероятно, не было.       Дверь приоткрылась, и оттуда вышел Приор. Такой же бледный, но собранный, как и обычно. Солнечный свет затерялся меж прядей чёрных волос, и тут же вынырнул, отражаясь от них. Под глазами его залегли тёмные мешки, но взгляд просветлел, когда он посмотрел на Лу. Он даже почти улыбнулся — Лу могла поспорить, что уголки губ Мартена поднялись кверху.       — Вы могли постучать, — заметил Приор. — Я бы открыл.       — А я не к вам приехала, — совершенно серьёзно ответила Лу. — Тут такой замечательный вид, что я бы сутками на работе сидела, — она едва усмехнулась, наблюдая за реакцией собеседника. Тот покачал головой, всё ещё с лёгкой улыбкой, и тогда Лу пояснила: — Не хотела беспокоить, если вы всё ещё неважно себя чувствуете.       — Будете кофе?       Лу кивнула.       — Идите в кабинет, я принесу.       — Дава… — начала было Лу, но Мартен перебил.       — Идите в кабинет.       Лу пожала плечами и вошла в помещение, освещаемое только электрическим светом. Солнечная дорожка скользнула по стенам и исчезла. В кабинете не было светло, напротив, там круглые сутки стояли потёмки.       «Понятно, чё он такой бледный постоянно. Сутками, небось, на улицу не выходит».       Лу так и осталась стоять, пока дверь позади не открылась снова. Пространство заполнилось приятным кофейным запахом.       — Возьмите, — Мартен протянул чашку.       — Спасибо.       Он прошёл дальше и сел за стол. Лу проследовала за ним.       — Как ваше самочувствие? — поинтересовался Приор.       Лу, несомненно, удивилась.       — Я думала, это мне у вас спрашивать надо. Знаю, конечно, что о чём-то действительно серьёзном мне никто не скажет, но всё же.       — Я в порядке, Лу. Правда.       Последнее слово он произнёс на выдохе, словно сильно от чего-то устал. Неудивительно: с такой должностью далеко не каждый справится как следует. Как справлялся он.       Было занимательно и то, что Мартен назвал её по имени. Словно у него в голове что-то переключилось и одна программа сменилась другой — раньше всё по фамилии, ещё и с приставкой «мадемуазель».       — А в вас стреляли, — добавил он спустя некоторое время. — К тому же, вы ещё и надорвались который раз за последнее время. Поэтому я и спросил.       Зато на «вы» он обращался неизменно. Как там говорится? Стабильность — залог успеха.       — Глаза в порядке. Плечо… тоже нормально.       — Неужели? Рана зажила? — он оживлённо блеснул глазами.       — Э-э… Да.       — Могу я посмотреть?       — Если хотите.       Приор встал, обошёл стол и приблизился к Лу сбоку. Приподнял широкий рукав блузки, опустившись на корточки. Теперь она смотрела на него сверху вниз, хотя превосходства как такового не ощущала. Вся власть была сосредоточена в руках Иво Мартена — холодных руках, кончиками пальцев которых он оглаживал её тёплую кожу. В до смерти красивых мужских руках.       — Друг залечил. Хилер, — Лу ответила на немой вопрос Мартена, когда он поднял на неё глаза и столкнулся с прямым, словно стрела, взглядом.       — Хилер, — повторил он. — Почему сразу не сказали?       Лу пожала одним плечом. Второго всё ещё касался Иво ледяными бледными пальцами, и отчего-то этот контакт она ни в коем случае разрывать не хотела. Отчего-то его касание было ей почти настолько же приятно, словно Лу выдали нехилую премию или увеличили зарплату в пару раз. Хотя нет, не настолько же: тогда бы она улыбалась, скакала и плясала, а сейчас она покрылась мурашками и боялась спугнуть мгновение.       На удивление, Мартен тоже не спешил отстраняться. Он поднёс к ней другую руку, погладил чуть выше, потом провёл пальцами по локтю и спустился к кисти. Лу выдохнула.       — Не хочу показаться мнительной, но это вы так знаки внимания проявляете?       Он усмехнулся. Удивительное оказалось зрелище: смеялся Приор не так уж и часто.       — Можно и так сказать.       — А по-вашему как? — она улыбнулась. Нервы были на пределе, и хотелось то ли что-то сделать как можно скорее, то ли так и обмякнуть в кресле.       — По-моему, вы очень много спрашиваете.       Приор поднялся, и Лу вскочила следом. В его глазах плясали бесовские, лукавые огоньки, заставлявшие её задуматься над тем, что второе должностное лицо Церкви выглядит больше как змей-искуситель, чем праведник. Почему-то колотилось сердце — уровень адреналина явно зашкаливал. В голову словно что-то ударило, и это что-то точно было крепче самого крепкого алкоголя, потому что в следующую секунду Лу потянулась к лицу Иво.       Первое касание к его губам вышло смазанным и страшно неловким, потому что она помедлила в самую последнюю секунду. Иво замер, а затем сам подался вперёд, одной рукой приобнял Лу, а другую положил ей на щёку, обжёг пылающую кожу контрастом температур. Внутри у неё всё перевернулось, сердце сделало кульбит, и отчаянно захотелось выругаться. Она вцепилась ему в голову обеими руками, сжала за волосы. Губы их соединились в почти целомудренном поцелуе. Лу приоткрыла глаза, ненадолго отстранилась, с улыбкой глянув на дрожавшие ресницы, обрамлявшие полуприкрытые глаза, и приблизилась снова. Мазнула губами по щеке, качнула головой и отошла. Приор отпустил, улыбнулся уже совсем не лукаво, а как-то открыто и просто.       Лу моргнула несколько раз, неискренне надеясь, что произошедшее ей почудилось и она не поцеловала только что собственного начальника. Он смотрел не неё, всё ещё улыбаясь, и уже не казался таким уж бледным. С работой, видимо, придётся всё же попрощаться: такая улыбка обычно не сулит ничего хорошего.       — Крэп. Чёрт. Простите, — Лу теперь не знала, куда себя деть и что сделать ещё. Вот тебе и рвение к работе. — Мне не стоило этого делать, да?       — Это точно, — Мартен кивнул, при этом всё ещё улыбаясь, причём слишком довольно для начальника, собирающегося уволить кого-то. Лу внутренне напряглась, когда он продолжил: — У меня волосы растрепались, надо заново хвост делать.       — А-а. Ха. А я было подумала, что вы меня турнуть отсюда собрались.       — Это ещё за что? У вас прекрасные профессиональные навыки.       — Говорите, как маньяк.       — Это в целом.       Абсурдность ситуации зашкаливала. Лу решила довести её до предела: терять всё равно было нечего.       — Вы в целом маньяк?       — У вас, в целом, прекрасные профессиональные навыки. И перестаньте называть меня маньяком.       — Ладно.       — Лучше уж по имени, — заметил Иво, завязывая волосы шнурком.        «Красиво», — отметила Лу.       — Угу. Учту на будущее.       Звать Мартена по имени — это уже что-то новенькое. Лу и у себя в голове не слишком подобное представляла, нечего говорить о том, чтобы обращаться так лично.       — Вы меня тогда тоже по имени зовите.       «Мадемуазель из меня всё равно никакущая».       — Хорошо.       — Хорошо.       На улице наверняка уже стемнело. Кофе на столе тоже, скорее всего, остыл. Только с лица Иво не сползала улыбка, пусть и поблекшая, но такая же тёплая. Гораздо теплее его холодных рук.       «Всё же вид здесь замечательный», — думала Лу, оглядывая уже сидевшего за столом Приора, листавшего голограммы и периодически поглядывавшего на неё саму. — «Сутками бы сидела».