прости.
28 марта 2023 г., 17:34
Примечания:
это сайд "dream on" кстати
Я был глуп. Мне жаль.
***
Согласятся ли со мной, что признание в любви - самая тяжелая вещь. Некоторые говорят это так легко, что даже думаешь, как так, неужели он не боится осуждения? Боится, конечно. Каждый боится, но никто об этом не скажет, ведь нужно сохранять лицо. А еще труднее признаваться человеку твоего пола. Он вообще может быть против, или просто не любить свой пол. Но что делать, если любовь, что вы подарили дорогому для себя человеку, не только разбили вдребезги, но еще и припоминали каждый божий день, сигнализируя о том, как твоя любовь была ничтожна и насколько ничтожен ты? Вот-вот... Есан и Уен - очень давние друзья. И ужасно разные. Представьте рядом маленького котенка и немецкую свирепую овчарку. Представьте, насколько огромна эта пропасть между их характерами. Но именно эта бездонная яма и помогла им сойтись вместе. Как давно говорили, как говорят сейчас - противоположности притягиваются. Это правда так, если Есан и Уен все еще дружат. Для Уена Есан - маленький ребенок, за которым приятно присматривать, Кан такой наивный, что часто вызывает смешки от своих нелепых действий. А Есан и не против такого поворота событий. Быть важным хоть для кого-то в этой жизни - приятно. Особенно для лучшего друга. И если бы все могло остаться так навечно, то Есан мог бы поклясться, что это лучшее время его жизни. И если бы все могло остаться...***
Обычный школьный день, как всегда бурные обсуждения по всей школе, радостные смешки, влюбленные сердца и горесть от очередной плохой оценки. Ученики живут в свои лучшие годы, они даже не выглядят расстроенными. Наверное, просто не знают, как сейчас тяжело Кан Есану, идущему по коридору первого этажа, чтобы положить небольшую записку в ящик своему другу, Чон Уену. А записка вовсе не простая - любовная. Из-за этого сердце ужасно колотилось, в голове творился сущий кошмар, а страх отречения был настолько велик, что в какой-то момент хотелось выпасть из мира! Ящик Уена уже напротив, осталось только положить записку с местом встречи и временем, а после убежать в класс, не забыв перед этим восстановить дыхание и привести мысли в порядок. Так Есан и сделал. Время было назначено удобное: после школы, как раз, когда их уроки кончаются и все ученики расходятся по клубам или кружкам по интересам. На крыше в такое время почти никого нет. Есан очень долго к этому готовился, но даже так, была одна большая нерешенная проблема, огромная проблема в виде Чхве Сана. Еще никогда Кан не ревновал так сильно кого-то, да и Уен давал просто уйму поводов. Куда же пропала их долгая и крепкая дружба при появлении Сана? Обеденный перерыв каждый день для Есана был одиночным, зато Сан с Уеном обедали вместе. Было страшно даже заговорить или просить о чем-то своего давнего друга, ведь на любое время найдется "Прости, мы с Сан-хеном сегодня...". Боже, это правда убивало изнутри, но Есан не подавал виду. Всегда улыбался, даже если больше было некому. И вот единственный способ привлечь внимание Уена выполз из сердца, по пути съедая каждую его часть - признание в любви. Такой себе способ, но Кан хотел вновь приходить в школу и уходить с Чон Уеном, обедать с ним рядом, проводить больше времени. Все будет хорошо, да?***
Время бежало очень быстро, да так, что Есан и сам не заметил, как оказался на крыше в ожидании Уена. Сердце билось слишком быстро, даже дышать нормально не представлялось возможным. Осознание происходящего слишком сильно сдавливало грудную клетку, вокруг витала какая-то необъяснимая атмосфера. А сколько же было надежд... - Есан? - сзади разнесся до жути знакомый голос родного друга. Кан даже вздрогнул от неожиданности, повернувшись к Уену. Теперь он стоит перед ним, осталось только сказать, признаться во всем, что старший тщательно скрывал. - Уен... - голос дрогнул, черт. Это было слишком волнительно, страх разливался по телу, отдавая колкой болью. Чон стоял в недоумении, наклонив голову. Он не выглядел удивленным, больше раздражённым или уставшим, и даже напротив Есана он не улыбался. - Есан, давай быстрее, мы с Саном догово... - Да послушай ты меня! Это трудно вот так сказать! - неожиданно громко для себя выдал Есан, сразу закрыв рот рукой, - ... Просто дослушай. Это важно. Уен такого от своего, казалось, наивного знакомого не ожидал, да и как можно было ожидать повышения тона в свою сторону? Но рот он все же заткнул. - Знаешь, я никогда не думал, что буду говорить это, а тем более говорить это тебе. Мне очень страшно и стыдно, ты должен меня понять! Так вот, - он заглотнул побольше воздуха, - я не думал, что буду такое чувствовать по отношению к тебе, но это возникло само по себе. Чон Уен, я... Вот оно, этот момент, на котором пульс поднялся так высоко, как мог, бабочки в животе ускорили темп, а мир вокруг будто поставили на паузу. Всего три слова, все будет хорошо. - Я люблю тебя. ... ... - Ты серьезно сейчас? - Уен не выглядел так, будто ответит взаимностью, наоборот, был наполнен отвращением. - Когда я тебе лгал? - а он не мог поднять и взгляда, не видел реакции. Неловкая, долгая тишина сменилась звонким хлопком, эхом раздавшимся по всей крыше. Не жалея сил, Уен влепил Есану пощечину, что заставило второго не только остолбенеть от жгучего чувства боли, но и чуть не упасть на пол. Это действие настолько сильно удивило старшего, что он только через секунд 20 додумался взяться за щеку и тут же отпрянуть от вспышки боли. - Уен, что ты... - Заткнись, а. Где это видано, чтоб мальчик мальчику признавался? Ты себя слышишь вообще? Голубятник развел тут. Чего ты от меня ждал, м? Одобрения и взаимности? Ты с дуба рухнул?! - Но я думал, что ты... - Кто? Такой же, как ты? Нет уж, спасибо! Уен никогда таким не был. У него всегда был понимающий характер, он мог поддержать в любом вопросе и не видел проблем в том, чтобы обсудить что-то, а не решать все кулаками. Теперь даже их общий друг Енджун казался куда более понимающим. Когда же Уен мог так измениться? - Не попадайся мне на глаза, иначе я не знаю, что с тобой будет, - прыснул Чон перед тем, как уйти, громко хлопнув дверью, что вела на крышу. Теперь Есан остался в одиночестве, на пустующей крыше школы, под закатным солнцем с болючей "раной" на щеке и огромной раной на сердце. А еще большее непонимание вызвал вопрос "как?". Разве они не были друзьями? Все закончилось совсем не так, как ожидал Есан, все закончилось куда хуже и теперь Кану надо каким-то образом из этого выкарабкаться, в одиночку. Слезы накатились сами, а крик уже никто не слышал. Но он верил в то, что все это глупый сон, скоро все закончится, да? Закончится ведь?***
Признание точно было неудачным и следующий день дал об этом знать. Оказывается, уже пол школы было в курсе их приватного диалога, который, конечно, Уен исказил. Некоторым было плевать, это не их дело, но были и те, кто теперь яро считали, что Есан тот еще извращенец, мальчик, который только и ищет, что мужского члена. Но об этом в их разговоре даже речи не было, они ведь еще подростки, а Кан настолько невинен, что даже думать о таком бы не стал. Зато думают все другие. Стыдно даже сидеть в классе, слыша, как твой "родной" человек смеется в паре метров от тебя вместе с ним, Чхве Саном. Пазл начал выстраиваться в голове: это он изменил Уена, он вбил ему в голову, что Есан - не друг, а знакомый, он промыл мозги и внедрил свои интересы, все плохое, что происходило с Чон Уеном - из-за Сана. Кулаки сжались, а желание прямо сейчас пристрелить Чхве так сильно горело, что казалось, пистолет возникнет из ниоткуда только из-за того, как сильно хоте этого Есан. Но успокоить он себя тоже смог быстро, все-таки, думать о током тоже неверно с его стороны. Ничего, он все выдержит, верно? Все будет хорошо, да? Нет, не будет. Следующий день был хуже, и так далее, по нарастающей. Сан и его дружки в конце концов потеряли совесть вовсе, не боясь избить где-нибудь за школой, в уборной, написать гадости на парте, подложить что-то в сумку, а после беспощадно разорвать ее на глазах у полусознательного Есана, публично высмеивать, бросать различные бумажки прямо в него. Все было настолько плохо, что на Кане живого места почти не осталось, единственное, что он никогда не вредил себе, боялся боли и считал это глупым, поэтому руки были чисты. Школа стала местом заключения для него. Каждый день один сценарий. Но только Уен... Всегда стоял позади, не принимал участия в избиениях, издевках, будто в его глазах проскакивало еле заметное "прости", но встречаясь с "пошел нахуй" во взгляде Есана, Чон быстро разворачивался. Последней каплей стала смятая бумажка, которую кинули Есану во время урока. Все бы ничего, Кан опять готовился выбросить ее после прочтения, но застыл, как только открыл ее, сердце будто перестало биться, а мир поставили на паузу."Умри уже".
Как бы они не издевались, до таких моментов еще не доходило, поэтому вспомнив, как дышать, Есан прокручивал в голове эту мысль, и куда бы не свернул с темы размышлений, все дороги вели к единственному "Сделай это." Сделай это Сделай это Сделай это Сделай это***
Вид сверху открывался прекрасный, особенно на том месте, где его предательски отвергли. Перила перешагнуть было легко, но отпустить руки - нет. В голове все так же отбивали ритм навязчивые мысли, тело дрожало и ведь не понятно от чего - от предвкушения смерти или боли, причиненной дружками Сана вчера. Есан только решился, но услышал сзади хлопок двери и сбитое дыхание, а снизу увидел нескольких учеников, кто-то из них уже звонил куда-то. И как они только успели... - Есан! Есан, подожди! - только подбежав ближе, Уен рухнул на колени, не отводя взгляда от Кана. Тот в свою очередь медленно повернул голову, не выражая страха или прочего. Только презрение - огромное и выбивающееся за края дозволенного. - Есан, подожди, пожалуйста, это поспешное решение! Ты явно об этом пожалеешь! - Да заткнись ты уже... Кан тихо выдохнул, разворачиваясь лицом к Уену, теперь пропасть была буквально за его спиной, стоило только ослабить хватку и он... - Я прошу прощения. За все, слышишь меня? Я не знаю, к-как я докатился до этого, мне жаль, Кан Есан. Я смогу все исправить, слезай оттуда! - Не сможешь. Хватит. Зачем просить прощения? Просить его уже тогда, когда все это подходит к логическому завершению? Признайся, это же ты написал, так чего боишься? - Написал что?... Есан-и, нет, я никогда не писал тебе чего-то плохого. - И я должен поверить тебе? Напряжение росло. Только сейчас Уен понял, как больно сделал Есану в тот момент, как больно делал все время, даже до признания. Он просто начал общаться с Саном, просто и... - Есан, я перестану разговаривать с Саном! Я буду проводить с тобой время! Только с тобой, верь мне. Сердце заливалось горечью от приближающейся неминуемой погибели бывшего друга. А вот он, кажись, от таких речей уже устал. Еще бы это прощение сработало, ага. - Хватит. Ты все сказал. Ты был честен со мной. Может хоть так ты будешь думать головой, Чон Уен. Он разжал хватку. Он упал вниз. Из ступора Уена вывели только крики учеников. Луч болезненного осознания пронзил его только в момент, когда Чон подбежал к перилам, смотря вниз, на труп своего
