Капитан

— Пошёл вон, — велит Его Величество, оставшись совершенно недовольным в очередной раз. Агний, напуганный и заплаканный, тут же подрывается с большой мягкой постели и на дрожащих негнущихся ногах, откланявшись, бежит к двери. Там, за дверью, он не ждёт спасения. Там может быть ещё хуже. Король, в отличие от стражников, хотя бы с ним не груб. Не всегда груб. Хотя бы сегодня — нет. Сегодня он даже пытался доставить Агнию удовольствие. Но мальчишка — свинья неблагодарная — не принял его доброго намерения. Король не знал, что делают его стражники. Агний никогда не жаловался. Только плакал. Почти постоянно. С королём в постели. Выходя из покоев. Идя по коридору. И, разумеется, в своей комнате, хотя это точно было безопасное место. Возможно, единственное во всём дворце. Выйдя в коридор, он пытается прикрыться. Хрупкое, изящное по-женски тело покрывают формальные полупрозрачные одеяния. Для Агния это всё никак не вяжется с его монашескими одеждами в храме. Он думает только, что не приведите ангелы, чтобы его в таком виде увидел отец. В коридоре как всегда холодно. Многочисленные мраморные колонны на таком же мраморном полу. С интервалом в несколько колонн стоят те самые стражники, бояться которых сто́ит даже больше самого короля. Вот Агний и боится. Идёт как можно быстрее, дрожит весь и от этого спотыкается, а у одной из колонн в итоге падает. К нему тянется рука в доспехе, от чего мальчишка сжимается, едва не вскрикнув, но вовремя зажав рот рукой. — Не трогайте… — шепчет он одними губами, не смея поднять глаз на человека, которому принадлежит доспех. Человек коротко улыбается при виде напуганного ребёнка — все во дворце понимали, что Агний ещё ребёнок, другой вопрос, что никого это не останавливало. — Вставай, парень, — почти мягко говорит он, и голос его кажется Агнию едва знакомым. Мальчишка робко поднимает голову, мельком глядит на лицо мужчины. Это капитан королевской стражи. Агний видел его несколько раз здесь, в коридорах, и непосредственно в покоях короля, где ему приходилось просыпаться. Ему казалось, капитан всегда смотрел на него…с жалостью?.. Он однажды вступился за Агния, которого пытался взять один из стражников. Стражника того даже выгнали. А капитан всегда звенел оружием и доспехами, что тоже пугало мальчишку. Но сейчас, в таком состоянии, звона этого он умудрился не услышать, когда капитан подходил. Он не принимает помощь в виде протянутой руки. Кое-как поднимается сам, пошатнувшись и чуть не упав на пол снова. Но и первого падения было достаточно для разбитых коленей. Неженка. Агний едва заметно морщится от боли и снова опускает глаза. На белом мраморе отчётливо видны пятна крови, отмывать которые он собрался, видимо, собственными слезами. Дрожь усиливает, из прикрытого ладонью рта вырываются всхлипы, зелёные глаза блестят от слёз больше прежнего. — Эй, да не реви ты, — неумело пытается успокоить его капитан. Коснуться, однако, уже не пытается. — Эти болваны уберут. Он кивает одному из стражников, и тот с предельно недовольной физиономией исполняет приказ. Благо, Агний не знает, что именно этот стражник взял бы его прямо здесь, на этом вот мраморе, больно и быстро, а потому с тонких губ слетает тихое «спасибо», за которым следует глубокий поклон. — Идём, — так же мягко говорит капитан, протягивая к мальчишке руку, но не чтобы коснуться, а лишь приглашая следовать за ним. И поясняет тут же: — Раны обработать. И успокоиться тебе хорошо бы. Агний испуганно сглатывает. Уходить с едва знакомым мужчиной… Он не хочет. Но отказаться не смеет. Почему? Да тут уж сами бесы не знают. Он ведь не обязан подчиняться капитану стражи, он — короля слуга. Но он кивает и опускает голову, от чего золотистые волосы спадают на лицо. Капитан улыбается снова, и в улыбке этой Агний не чувствует злого умысла. Или хочет верить, что не чувствует. Пытается верить. В покоях капитана, кажется, гораздо уютнее, чем у Его Величества. Агний не рассматривает комнату, но свет — такой теплый, будто живой — уже говорит ему о многом. — Проходи, садись. Мужчина хотел кивнуть на кровать, но вовремя одумался и указал на стул. Агний робко садится, убеждая себя в том, что лишь выполняет приказ и что не рухнул бы от усталости и боли в следующий же миг, если бы не сел. Капитан присаживается перед ним на корточки, мягко заглядывает в глаза, которые мальчишка так старательно отводит. — Не бойся ты меня. Легко сказать. Капитан знал, что делали с мальчишкой. Понимал, что не бояться он просто не может, даже если хочет. Но Агнию приходится расслабиться, чтобы не мешать мужчине его лечить. Мужчине. Лечить. Лечить ли?.. Страшно. Но нужно… Дрожь понемногу утихает. — Вот так, молодец. Даже от этих слов страшно. Так говорит король, когда ему нравятся стоны мальчишки. И пусть это стоны отнюдь не наслаждения, которых жаждет Его Величество. Капитан чувствует его страх и вздыхает. — Просто марля и обеззараживающее средство. Потом воды попьёшь и пойдёшь. Агний кивает и почему-то верит, надеясь — всё ещё надеясь, в очередной раз — что верит не зря. Маленький наивный ребенок. Капитан действительно осторожно проводит смоченной марлей по сбитым коленям, осторожно, стараясь не касаться кожей кожи. Больше ничего не делает. Агний, подмечая это, удивлённо моргает. Часто моргает. Непослушные слёзы снова подступают. Это слёзы… счастья?.. Как мало мальчишке надо для счастья. Закончив с коленями, капитан поднимается и наливает в стакан воду из графина, протягивает его Агнию, и тот даже не вздрагивает, случайно соприкоснувшись кончиками пальцев с рукой мужчины. Доверяет. Уже. Вот так просто. Допив, он поднимается и рассыпается в многочисленных благодарных поклонах. — Спасибо вам, господин! Да хранят вас ангелы за вашу доброту! Он не замечает, как за несколько мгновений мужчина оказывается уже у кровати. Уже без доспехов. Тонкая рука касается дверной ручки, когда голос капитана, так резко вдруг изменившийся, приказывает: — Постой-ка. Я передумал. Раздевайся. И мир Агния рушится. В очередной раз.