Чтение книг Пандемониум

Серафима начала читать: -Глава 8. Шестнадцать лет ужаса и лжи. Ангелина Зверева побледнела, как полотно. Она помнила, как однажды в разговоре с Огненным Драконом сказала эту фразу. Выйдя из квартиры Платона Долмацкого, Тимофей позвонил Димке Трофимову. Дома ему пока было рано появляться, но надо же где-то время скоротать. А Димка и его мама всегда рады гостям. — Ты сейчас где? — спросил он, когда Трофимов ответил на вызов. — Выхожу из твоего подъезда, — сообщил Димка. — А что ты там делал? — поинтересовалась Карина. — В гости зашёл, — ответил Димка. — А что ты там забыл? — Зашел к тебе в гости, но тебя нет дома. — Да неужели? Вот странность! У всех на лицах заиграли улыбки. — Зато твоя мать разговаривает с каким-то мерзким толстяком, причем на повышенных тонах. — Они ругаются? — встревожился Тимофей. — Скорее, бурно что-то обсуждают. — Подожди меня во дворе, я скоро появлюсь, — попросил Тимофей. — А потом пойдем к тебе. Мать просила не показываться дома, пока эта ее встреча не закончится. — Хорошо, — тут же согласился Димка, не выказав удивления. За это Тимофей его тоже уважал. Трофимов никогда не задавал лишних вопросов, что бы ни происходило в жизни Зверева, и всегда был готов поддержать его в любой ситуации. — Для этого и нужны друзья, — улыбнулся Димка. На улице вечерело. Солнце над городом медленно спускалось к горизонту, тени между зданиями мегаполиса становились все длиннее. Когда Тимофей вошел в свой двор, Трофимов ждал его, сидя на бордюре неподалеку от детской площадки. Из подъезда выпорхнуло несколько девушек, одетых по последнему писку моды. Весело хохоча, они начали усаживаться в дорогую машину. Димка улыбнулся одной из них и хитро подмигнул. Девица закатила глаза и скорчила недовольную физиономию. Димка расстроенно вздохнул и принялся пинать ногой бордюр. Взревел двигатель. Девушки укатили, едва не задавив Тимофея. Тот еле успел отскочить с дороги, чудом не уронив коробку с куклой. Показав им вдогонку неприличный жест, он подошел к приятелю. — Подарок? — поинтересовался Димка, кивнув на коробку в руках Тимофея. — Это мне? Как мило с твоей стороны, крошка, но, право, не стоило! — Перетопчешься, — фыркнул Тимофей. Все засмеялись. — Так и знал, что от тебя не дождешься! Тимофей расхохотался. — Ну и неприступные же девицы проживают в вашем доме. — Димка кивнул в сторону ворот. — Думают, раз богатые, так им все можно? — Не обращай на них внимания, — отмахнулся Зверев. — Будут и на нашей улице пирожки продавать. Гость все еще у матери? — Да, — кивнул Димка. — Он выходил недавно, затем снова вернулся в вашу квартиру. Ну и гадкий же тип! — Мать говорила, что это ее продюсер. — Деньжата у него водятся, это видно, — сказал Димка. — Вот его машина, кстати! — Он показал на красивый белый «ауди», припаркованный неподалеку. — Он забрал из него какой-то чемоданчик и снова поднялся наверх. — Давно? — А с какой целью интересуешься? — спросила Ангелина. Тимофей решил промолчать. Он помнил, что хотел сделать с машиной Бирулина. Ох, опять придётся выслушивать лекции от Егора о том, что хорошо, а что плохо. Когда Серафима увидела, что Тимофей не собирается отвечать, она продолжила читать: — Минут десять назад. Тимофей осторожно приблизился к машине. Мать старалась не встречаться с мужчинами в его присутствии. Ее многочисленные поклонники страшно выводили парня из себя, и он ничего не мог с этим поделать. Когда Тимофей начинал возмущаться, мать тоже злилась и принималась кричать на него. Поэтому парень иногда мстил поклонникам Ангелины по-тихому, не привлекая к своей персоне излишнего внимания. — Как это по-тихому? — удивилась Ангелина. — Узнаешь, — мрачно ответил Тим. Тимофей извлек из кармана небольшой складной нож и с щелчком выдвинул лезвие. Все смотрели на Тимофея круглыми от изумления глазами. Затем приставил его к покрышке машины и уже хотел надавить. — Тимофей, — очнувшись, возмутился Егор. — Ликой! — вдруг тихо позвал Димка. Тимофей обернулся. Нечасто приятель его так называл. Димка настороженно кивнул в сторону подъезда. Оттуда выходил какой-то раскрасневшийся толстяк. Тимофей проворно спрятал нож в карман и поспешно отошел от машины, присел рядом с Димкой на бордюр и принял расслабленный вид. К «ауди» приблизился неприятного вида обрюзгший мужчина. Он открыл дверь и раздраженно зашвырнул в машину дипломат, не обращая внимания на мальчишек. Затем плюхнулся на водительское сиденье и завел двигатель. Его рябоватое лицо отчего-то показалось Тимофею знакомым. Но он никогда не встречал продюсеров матери. Если и видел кого-то, то исключительно актеров и актрис, с которыми она иногда репетировала дома роли. И тут Тимофей его узнал. Это был Алексей Бирулин, директор исторического музея, который всего час назад маячил на экране телевизора в квартире Платона Долмацкого. Тимофей изумленно вскинул брови. Что этому толстяку понадобилось у него дома? Неужели узнал, что Тимофей приложил руку к ограблению? Но отчего тогда он так долго общался с Ангелиной? — Подожди меня здесь, — попросил Тимофей Димку. — Я только отдам матери куклу и сразу выйду. — Хорошо, — пожал плечами Трофимов. — Часом больше, часом меньше… Но кого интересует мое мнение? Машина Бирулина скрылась из виду, а Тимофей поспешил домой. Едва войдя в квартиру, он понял, что Бирулин был не единственным посетителем матери. Она разговаривала еще с кем-то у себя спальне прямо сейчас. — Черт, так ты всё слышал?! — растроилась Ангелина. — Не надо было тебе это слышать. — Что слышать? — не поняли, почти все присутствующие. — Я слышал, как моя мать разговаривала с моим настоящим отцом, — ответил Тимофей. За столом воцарилась тишина. Она разговаривала еще с кем-то у себя спальне прямо сейчас. В прихожей был хорошо слышен ее громкий, нервно вздрагивающий голос. Ангелина, похоже, сильно волновалась. — Я уже не знаю, что делать! — надрывно восклицала она. — Столько всего происходит в последнее время. Я не успеваю все контролировать! Контролировать его! Смогу ли я и дальше скрывать правду от всех? — Ты неплохо справлялась с этим последние шестнадцать лет, — вдруг ответили ей. — Как ты связывалась с ним? — спросил вдруг Егор. — Через зеркало, — ответил Тимофей вместо Ангелины. — Откуда ты знаешь? — поинтересовалась Карина. — Однажды, я видел его в этом зеркале, — ответил Тимофей. Голос был низким и очень странным, у Тимофея аж мурашки по спине побежали. Если у матери еще один гость, почему Димка не видел, как он входил в подъезд? Тут Тимофей вдруг вспомнил, что Ангелина просила его подольше не приходить домой. Тимофей тихо развернулся и хотел выйти из квартиры. — Шестнадцать лет ужаса и лжи! — воскликнула Ангелина, и парень застыл на месте. — Ты хоть представляешь, чего мне это стоило?! — Ты актриса и отлично справляешься с любой ролью. — Но я устала играть эту роль! Скрывать правду от всех! А то, как мы поступили со Змееносцем… — Ты отлично знала, на что идешь, когда заключала этот договор. — А Бирулин?! Хитрый, скользкий толстяк! Он может о чем-то пронюхать! А если уж он что-то заподозрит, то обязательно докопается до истины. — Не переживай об этом, — ответили ей. — Любую помеху всегда можно устранить! Тимофей от неожиданности уронил коробку с куклой. Она со стуком упала на пол. — Ну всё, — произнёс Никита. — Ты спалился. — А то я не знаю, — фыркнул Тимофей. Голоса в спальне тут же стихли. Парень понял, что его услышали и скрываться бесполезно. Он подобрал коробку и толкнул дверь спальни. К чему теперь таиться? — Привет, — сказал он. — Я вернулся! Ангелина встретила его с приятной улыбкой, но ее лицо побледнело, а глаза нервно бегали. — Так скоро? Ну давай же, покажи мне ее скорей! — Она протянула руки. Тимофей отдал ей коробку с куклой, а сам незаметно огляделся. Мать в красивом кружевном пеньюаре сидела перед трельяжем. И кроме нее в комнате никого не было! Ангелина принялась торопливо открывать коробку, а парень растерянно вертел головой по сторонам. Десятки фарфоровых кукол холодно следили за ним с полок, поблескивая стеклянными глазами, и словно насмехались над его растерянностью. — Боже, какая красавица! — выдохнула Ангелина, вынимая куклу из коробки. — Настоящая Королева тьмы! Что-то не так? — спросила она, наконец заметив поведение Тимофея. — Мне показалось, я слышал здесь голоса, — недоуменно ответил парень. — Я просто репетировала новую роль, — рассмеялась Ангелина. — Соврала, — сказал Егор. — Но с кем ты разговаривала? — С диктофоном, глупыш! — Опять соврала, — снова произнёс Егор. — Мать приподняла со столика небольшой блестящий приборчик, лежащий среди ее многочисленной косметики. — А, — расслабился Тимофей, — тогда понятно. — Продюсер пообещал мне главную роль в новом триллере! — Так это он сейчас вышел отсюда? — А зачем ты спрашиваешь, если знаешь, что это был директор музея? — не понял Илья. Его вопрос оставили без ответа. — Да, — кивнула мать. У Тимофея перехватило дыхание. Ангелина лгала ему с самым невозмутимым лицом. Директор музея не мог быть ее продюсером! А мать уже выбирала место на полке для новой куклы. Тимофей посмотрел на нее, случайно перевел взгляд на зеркало, и вдруг ему показалось, что блестящая зеркальная гладь дрогнула, по ней будто расходились круги. Тимофей закрыл глаза и встряхнул головой, затем снова посмотрел на стекло. Померещилось. — Не померещилось, — вздохнул Тим. — Я схожу к Димке? — спросил он. — Конечно, — тут же разрешила Ангелина. — Он ведь тоже едет учиться в «Пандемониум»… Я так рада, что вам не придется расставаться. Обсудите с ним все, что нужно. А я пока начну собираться. — Ты уезжаешь? — На съемки в Крым, я же тебе говорила. — Когда? — Сегодня поздно вечером. — Сын уезжает, а она даже не попращается, — возмутилась Лариса Аркадьевна. — Сегодня?! — изумился Тимофей. — Я думал, завтра ты проводишь меня в академию… — Ты уже не маленький, чтобы держаться за мою юбку, — усмехнулась Ангелина. — Тебя отвезет Егор. И потом, ты ведь уезжаешь не в другую страну, Тима! Это всего в нескольких километрах от города! При желании сможешь приезжать сюда в любое время, ну и я буду навещать тебя в «Пандемониуме». В это верилось с трудом, но Тимофей промолчал. — Но я же навещала тебя — возмутилась Ангелина. — Да-да, раз в сто лет, — кивнул Тим. Мать бросила на кровать раскрытый чемодан, затем принялась доставать из платяного шкафа всевозможные наряды. Поняв, что разговор окончен, Тимофей ушел. Когда он вышел из подъезда, Димка со скучающим видом наблюдал за очередной компанией девчонок, сидевших на скамейке неподалеку. Карина чмокнула Димку в щеку. Всё таки не очень приятно слышать, как твой парень засматривался на других девчонок. — Наконец-то! — выдохнул он, заметив Тимофея. — Я уже устал ждать! — Твоя мать когда-нибудь врала тебе? — спросил Тимофей. — Еще бы! Раньше делала это постоянно, сейчас уже реже. — То есть мне не стоит этому сильно удивляться? — Конечно нет! — Ничего себе совет, — расхохотался Альф. Димка вскочил с бордюра, и парни зашагали в сторону его дома. — Сначала она уверяла меня, что не пьет, — рассказывал Трофимов, — но я все равно ей не верил, потому что чувствовал запах, да и внешне все было понятно. Сейчас она пить перестала. Зато не признается, откуда у нее деньги на академию. Честно сказать, я вообще не понимаю, почему она решила меня туда отправить. Никогда не думал, что стану великим ученым или еще кем-то вроде того. Работать и зарабатывать деньги — вот чего я хочу. А не получать ученые степени или что там еще дают выпускникам всяких частных академий? — Я тоже этого не понимаю, — признался Тимофей. — Но я рад, что мы отправимся туда вместе. — А уж я-то как рад! — Слушай, а ты не замечал за собой каких-нибудь странностей? — О чем ты? — Ну вот взять меня! Меня не видят электронные оптические датчики и сигнализация. А у тебя никаких особых способностей не открылось? — Нет, — недоуменно ответил Димка. — А с чего бы им открываться? — Мать сказала, что все ученики академии не вполне обычные люди. У каждого есть какой-то секрет. Вот я и подумал, может, у тебя тоже есть тайный талант? — Тебе я рассказал бы об этом в первую очередь, — честно сказал Димка. — У нас же нет тайн друг от друга. А Ангелина, наверное, ошиблась. Потому что ничего необычного со мной никогда не происходило. Кроме того случая, когда мы с тобой хлестали ворованную газировку, а она потом у меня из носа обратно полилась. Все мальчишки, кроме Бойца рассмеялись. А Илья поучительным голосом сказал: — Вот, что будет, если пить ворованную газировку. И не сдержавшись захохотал вместе с девушками. — Это к делу не относится. И вообще я стараюсь не вспоминать тот случай. То еще было зрелище. — Так ты поэтому считаешь свою мать лгуньей? — Нет, — покачал головой Тимофей. — Но все это так странно… — А что с твоей мамашей? — Да ничего серьезного, — отмахнулся Тимофей. — Просто не люблю, когда мне лгут, причем родители и без всяких угрызений совести. — Да, — кивнул Димка. — Самое поганое в жизни чувство — когда родители для тебя не опора и поддержка, а кто-то… кому и доверять не стоит. Некоторые закивали. Тимофей вдруг буквально затылком ощутил, что за ним кто-то наблюдает. Он резко обернулся. Рядом с детской площадкой сидел большой рыжий кот с желтыми глазами и пристально смотрел на него. — Арбогаст, — сказал Тим. Встретившись взглядом с Тимофеем, кот рванул в ближайшие кусты и скрылся в зарослях, словно понял, что его слежку заметили. А Тимофей был готов поклясться, что это тот же самый котяра, который принимал солнечные ванны на машине Егора. — Ты его заметил?! — воскликнул парень. — Кого? — не понял Димка. Но кота и след простыл. Он будто в воздухе растворился. — Проехали… — недоуменно проговорил Зверев. — Конец главы, — сказала Серафима. — Кто читает следующий? — Я! — вскочил Димка.