«Помню»

Он не помнил момента, как они познакомились в Академии. Кажется, что он был совсем давно-давно, где-то там и когда-то надолго. Так давно, что пересекаться взглядами в коридорах Академии стало совсем привычным явлением. В какой-то момент надоедало просто смотреть украдкой, отчего они постепенно придумали своей язык обмена информацией. Конечно, порой Аль-Хайтам специально делал вид полного идиота, отчего Кавех забавно хмурил брови и разводил руками в итальянской манере. Он не помнил, как они стали подкладывать записки друг другу в шкафчики. Но каждый перерыв Аль-Хайтам с трепетом ждал момента, когда сможет открыть шкафчик и найти аккуратно сложенный огрызок из тетради Кавеха, на котором сообщение выведено красивым почерком парня. Хайтаму нравился почерк Кавеха. Такой тонкий, уверенный, плавный. Он никогда не надавливал на карандаш, отчего какие-то слова терялись на фоне карандашных потёртостей. Но еще больше ему нравилось читать содержание записок. Кавех мог написать всё что угодно, начиная с простого «Доброе утро, как ты?», заканчивая каким-нибудь незамысловатым подколом. «А преподаватели, когда проверяет чертежи, не спрашивают, кто успел искусать твою тетрадь?» — после очередной такой шутки, тетрадь Кавеха летела в лицо Хайтама, как бы отмечая то, что она все еще в порядке. Он не помнил, когда они стали встречаться после лекции в библиотеке, подолгу просто рассматривая страницы первых попавшихся книг и смеясь с глупостей, что писали Великие мудрые писатели Сумеру. Были вечера, когда они настолько долго засиживались за прочтением книги, что библиотекарю приходилось разгонять их оттуда. Аль-Хайтам привык специально водить пальцем по строчкам, чтоб Кавех всегда знал, где читает Хайтам. В свою очередь, Кавех привык укладывать голову парню на плечо. Конечно, он постоянно вертелся, так как читать было крайне неудобно, но Аль-Хайтаму это не мешало. Один раз Кавех уснул во время прочтения очередного руководства, прям на плече Хайтама. Будить Кавеха оказалось крайне сложной задачей. И не потому что он спал крепко, вовсе нет. А потому что хотелось подолгу смотреть на его светлые ресницы, что ярко выделяются под светом настольной лампы. Смотреть на каждую веснушку, что украшала лицо парня... Честно, когда-то засыпал и Аль-Хайтам! Но парень просыпался крайне быстро, потому что всегда слышал задорный смех под своим боком. После того, кстати, Кавех получал подзатыльник. Сначала от библиотекаря, а потом от Аль-Хайтама. Он не помнил, как стал приносить Кавеху накидки, дабы он не замерз. Блондин всегда одевался достаточно необычно и достаточно открыто. Кажется, что его не оповещали о том, что в стенах Академии бывает прохладно. Аль-Хайтаму не хотелось смотреть на голые плечи парня, что вздрагивают мимо каждого окна. Он всегда подкрадывался сзади, хватал его за руку и уводил в темные углы. Нет, и вовсе не для того, чтоб напугать Кавеха, который все таки каждый раз пускал пару матных словечек в сторону парня. Он всегда заботливо укрывал блондина принесенной накидкой и обязательно дважды аккуратно хлопал по плечам, словно удостоверяясь в том, что оно будет держаться. Он не помнил, когда Кавех выучил все его предпочтения и стал приносить ему кофе по утром прям в Академию. Будущий архитектор всегда приходил позже, отчего успевал забегать в небольшую кофейню у дома и забирать оттуда кофе для Хайтама. Бывали случаи, когда Кавех проливал кофе на себя, томно вздыхая и жалуясь на то, что его рубашка теперь будет в светло-коричневых пятнах. Хайтам всегда шутил, что Кавеху такая рубашка идет больше, чем его обычные. Но никогда не обижался. Старания Кавеха все равно засчитаны, даже не смотря на то, что им приходилось после лекции заходить в эту же кофейню, но уже за двойной порцией. Он не помнил, как они пригласили друг друга на один из зимних балов. Оба согласились фактически одновременно, да и кажется все вышло слишком спонтанно, чтоб помнить детали. Правда, Кавех помнил, насколько сильной может быть хватка Аль-Хайтама, а второй в свою очередь запомнил каждый отбитый палец левой ноги. Впрочем сквозь синяки и легкие ушибы, оба выучили танец и стали кружится в тем так, как будто в мире нет никого, кроме них. Аль-Хайтам был рад, что его молитвы исполнились и Кавех выпил уже после танцев. Он не помнил, как перед защитами проектов, они стали специально собираться в заброшенном кабинете, чтоб просто подбодрить друг друга и порепетировать. Когда волновался Аль-Хайтам, то он делал паузы, чтоб сглатывать комы в горле. Каждый такой раз, Кавех подавал ему воды и они начинали заново. А когда волновался Кавех, то его руки покрывались мелкой дрожью. Первое время, это исправить было крайне тяжело. Хайтаму приходилось держать парня за руки, пока тот рассказывал. Но постепенно оба справлялись с волнением и могли уверенно выступить. После каждого выступления, Кавех бросался в объятия Аль-Хайтама, а тот в свою очередь аккуратно хлопал его по спине, стараясь утихомирить. Оба знали, что все будет в порядке. Он не помнил момента, когда они начали собираться на крыше и обедать там вместе. Кажется это стало их давней давней маленькой традицией. Словно она складывалась веками и дошла до наших дней. Аль-Хайтам всегда ждал Кавеха первым, потому что тот вечно опаздывал, даже не смотря на то, что бежал, как угорелый. В этот раз он прибежал с измазанным в угле лицом. — Похоже кто-то перестарался. — приглушенный смех. Легкими движениями, парень пытался стереть с щек Кавеха уголь. — Ты не представляешь, как я старался.. Да еще и чтоб меня просто задержали на обеденном перерыве! — Кавех развел руками, чуть не роняя свой обед. — Не критично. — Для меня - критично. — Если бы кто-то ел по утрам, а не спал, то было бы не критично. — Закрой рот ходячая оздоровительная брошюра и дай поесть. — Всё-всё молчу, мой голодный зверь. — последнее, что сказал Хайтам, перед тем, как пожелать Кавеху приятного аппетита. Оба молча принимались за еду, смотря на то, как небо открывается из-за облаков.

***

— Слушай, а если они бы вот тут сделали полукруглый балкончик вместо страшного выступа, меньше бы людей желало оттуда упасть? — Кавех доедал остатки своего обеда, указывая на тот самый выступ. Аль-Хайтам скептически пожал плечами. — Поверь, учеников этой Академии ничего не остановит. Особенно перед сессией. — Кавех засмеялся и в ту же секунду поперхнулся. Аль-Хайтам уже было бросился его переворачивать, благо тот отмахнулся и справился сам. — Не хватало еще, чтоб ты меня прям на этом выступе переворачивал. — Откачивать тебя - решение лучше? — Беспокоишься? — хитрая ухмылка и легкий прищур. Хайтам всегда знал, к чему это вело. — Нет. — «Еще как да», пронеслось в голове и Аль-Хайтама. После такого ответа, Кавех демонстративно фыркнул и отвернулся от парня. Но лишь на пару минут. Они оба знали, что Кавех остывал достаточно быстро. Первое время, Аль-Хайтаму было тяжело привыкнуть к эмоциональным всплескам собеседника. Кавех резко хихикнул, отчего вывел Аль-Хайтама из его мирка. Парень вскинул бровями — Шутку вспомнил? — Я вспомнил, как мы впервые оба оказались здесь. С тех пор ведь и обедаем в этом месте, а ведь если бы я не сбежал сюда во время погони с моим однокурсником, этой традиции бы и не существовало. — Хайтам смотрел на Кавеха так, словно слышал впервые, отчего парень удивленно охнул, а после обреченно выдохнул. — Ну и память у тебя конечно... Я тогда заметил, что мой черновой вариант итоговой работы украли. Заметил я это, поздновато, когда мой злобный однокурсник уже держал его в руках. Я не мог отдать ему вот так наметки моего шедевра, отчего побежал за ним. И в погоне случайно забежал сюда. А тут был ты. Как оказалось, ты всегда обедал здесь, потому что тебе просто хотелось побыть в тишине, а в столовой всегда было шумно. Вообще, прям в момент, когда я выхватил у него работу, я случайно толкнул тебя. Ты уронил обед себе на колени. Тогда ты развернулся, как в типичных хоррорах, и холодно на меня посмотрел. С таким взглядом, словно убить меня хочешь. Возможно и хотел. А я давай сразу суетится и помогать тебе оттереть соус с твоих штанов, за одно предлагая тебе деньги за испорченный обед. Но ты так грубо меня отшил, что я подумал «этого недостаточно». И вернулся к тебе снова. В это же время. Я принес тебе печенье, которое сам приготовил. Творожное с изюмом. Как оказалось, я попал в точку, словно знал, что душнилам такое нравится. — Кавеха легонько тыкнули в плечо, отчего тот развел руками. — Вообщем, я снова извинился за твой обед и отдал печенье. Ты попросил рассказать полную историю и о, Архонты, ты таким недоверием глядел на него, словно я туда крысиный яд добавил. — Ты был мог. — Не мог, я не такой проворный злючка, как ты. Так во-от. Ты резко прервал историю, спрашивая про черновик. А я как раз понял, что черновик не забрал, когда уходил отсюда. И я давай бросаться в панику. Руки трясутся, голова кругом, а в глазах плывет во всю. Ты заметил мое волнение и сам даже засуетился. “Это же он, да?“ сказал и протянул мне черновик. Я осекся и когда понял, что это действительно он, то сразу же полез обнимать. Ты конечно пытался отпихнуть меня, как бы говоря, что не надо, но не смог. А дальше закрутилось завертелось. Помнишь же ведь? — Да, Кавех. Помню...— тихо сказал Аль-Хайтам, поднимая взгляд на небо, что постепенно темнело, предвещая о наступающей грозе.

***

— Помню.. — тихо сказал Аль-Хайтам, сидя за столом в своей кухне и смотря на разбитую кружку. Все это было чем-то большим нежели просто крепкой и теплой дружбой. Они не смогут озвучить свои чувства вслух. Они больше не такие пылкие, молодые и любящие. Но Аль-Хайтам будет помнить их такими.