Бар «Гадкий койот»

Откинув в сторону тяжелую красную штору, разделяющую коридор и основной зал, Гермиона погрузилась в развратную атмосферу «Гадкого койота». Звуки популярной музыки, доносящиеся из мощных динамиков, были слышны еще у гардероба. Гермиона застыла на входе, как вкопанная: столько полуголых, развратно, но красиво одетых девушек, в одном месте она еще не видела. Грейнджер бывала в клубах, но в более… Приличных. Где неприличное начинается только после двух часов ночи, когда гости изрядно пьяны и готовы сами устраивать зрелища. Здесь же зрелище было предоставлено самим клубом. Стройные, худые, высокие, низкие, блондинки, брюнетки, рыжие — на любой вкус. После девушек взгляд цепляется за длинную барную стойку и неоновую вывеску с названием заведения. За стойкой стоят баргерлс. До искомы забитое клише: брюнетка, блондинка и рыженькая. Видимо, как мир не развивайся, а у мужчин все также сносит крышу от сочетания их трех вместе. Все девушки были одеты в черные облегающие боди с глубоким вырезом на декольте, галстук-бабочку и белые уши кроликов. Гермиона задержала на одной из девушек взгляд, отмечая, что она влила в себя разноцветный шот, и задорно засмеялась гостю. Через пару часов она, скорее всего, будет уже изрядно пьяна. Большой танцпол, что находился прямо перед барной зоной, был забит посетителями так, что сквозь толпу, танцующую под песню про сладкие мечты, будет пройти довольно сложно. Заприметив свободный барный стул, Гермиона направилась туда, с вышколенной внимательностью аврора рассматривая интерьер. Новомодная цветомузыка окрашивала помещение в разные оттенки зеленого, синего, красного, меняя лучи в легком тумане под биты играющего трека. Повсюду были расположены небольшие круглые подиумы с девушками, танцующими топлес. В темном полумраке помещения на них падал точечный свет небольшого софита. Плавные, соблазнительные движения, игривые глазки, кокетливые улыбки, а им в ответ — облизывающиеся, липкие взгляды мужчин, потягивающих свои напитки. Проходя мимо одной из них, Гермиона невольно засмотрелась на девушку. Крупные, темные соски на высоко стоячей груди привлекали внимание пирсингом, а обтянутая кожаными ремнями смуглая кожа красиво переливалась и блестела на свету. Гермиона нашла в этом даже что-то интересное. Брюнетка, делая оборот вокруг шеста, заманчиво покачала бедрами. Заметив, что ею заинтересовалась гостья в красном, одарила ее манящей улыбкой и игриво подмигнула. — Желаешь приват, красавица? — спросила девушка, выгнувшись на шесте так, что ее голова оказалась на одном уровне с головой Гермионы, а ноги, облаченные в стрипы, оказались подняты к потолку. — Может быть, чуть позже, — не растерявшись, ответила Грейнджер с улыбкой. — Я буду ждать! — расхохоталась девушка и, вернув себя в нормальное положение, продолжила свои соблазнительные танцы. Осмотрев бар и слегка расслабившись, Гермиона поймала себя на мысли, что в этой цитадели разврата чувствовала себя довольно неплохо, если не сказать комфортно. Было что-то в таких заведениях, что Грейнджер цепляло. Наверно, противоречивость. «Гадкий койот» — настоящая обитель лжи и порока, в которой продающиеся женщины и готовые платить за низменные удовольствия мужчины находят друг друга. Притворство, лживая симпатия и лицемерные слова. Но есть здесь и настоящее: похоть, как низменное чувство, присуще людям. Здесь оно проявляется в своем настоящем обличии, срывает маски порядочности и благовоспитанности. Позволяет посетителям быть собой, сбрасывать пар и не стесняться своих желаний. Гермиона это понимала. Но конкретно это заведение она ненавидела именно из-за его хозяина. Длинный бар с деревянной барной стойкой был плотно заставлен бутылками с алкоголем. Не успела Грейнджер сесть на примеченное ею место, как баргерл-блондинка предложила ей меню. Выбор напитков в «Гадком койоте» был внушительным. Через пару минут баргерл поинтересовалась у Гермионы, что та предпочитает сегодня пить и, услышав ответ, кивнула, приступив к приготовлению коктейля «Порнозвезда». Ловко плеснув через джиггер ванильную водку, ликер из маракуйи и просекко, девушка смешала все в шейкере и, вылив в бокал в форме женского тела, украсила веточкой ванили и кусочком маракуйи. — У нас сегодня действует акция, — сказала баргерл, начиная смешивать «Порнозвезду» в шейкере, — всем девушкам бесплатный шот на выбор. Какой предпочитаете? — Э-эм, — протянула Гермиона, глядя в меню. Напиваться она не планировала. Но и ничего не выпить, значит спалить себя с самого начала. — Думаю, я возьму этот, — ткнув в первую попавшуюся картинку, ответила Грейнджер. — О, «Скользкий сосок»! Отличный выбор! Потягивая «Порнозвезду», Гермиона осмотрела помещение в поисках Джинни. Среди девушек, что крутились на шестах, Уизли не оказалось, и Грейнджер обвела взглядом помещение второго этажа, на котором за красными шторками мелькали силуэты девушек. Вдруг в поле ее зрения появился Блэйз Забини с прижатым к уху телефоном. Правая рука Малфоя. Естественно, что она его здесь увидела. Наверняка рядом могут ошиваться и другие его приближенные. Но если Забини здесь, тут ли Малфой? Темнокожий парень, кажется, вышел из какого-то служебного помещения и, спустившись по лестнице, скрылся в стороне вип-зоны, что была огорожена цепью, и вход туда охранял широкоплечий бородатый мужчина в черной футболке. Потеряв Забини из вида, Гермиона вернулась к зрительному изучению «Гадкого койота» в поисках Уизли. В прозрачных окнах, что были расположены в стене по обе стороны от стеклянной лестницы, девушки гоу-гоу заводили толпу на танцполе. Одна из них плескалась в огромном бокале с пеной. На ней, судя по блеску, было надето боди, усыпанное стразами. Другая девушка развлекала гостей в образе Харли Квин, третья была одета в короткую клетчатую мини-юбку, короткую рубашку и галстук. Других гоу-гоущиц Гермиона разглядеть не успела, когда ее позвала баргерл: — Ваш шот готов! — Благодарю, — улыбнулась Грейнджер и, осушив стопку, расплатилась с баргерл и вновь развернулась лицом к танцполу. Минут через пять Блэйз прошел через танцпол, но теперь уже скрылся за дверью, что находилась за черными бархатными шторами. И если бы Гермиона не проследила за ним, то никогда бы не подумала, что за этими шторами может скрываться какой-то проход. В полумраке бара этот темный угол казался просто темным углом. Взяв с собой коктейль, Гермиона пошла на разведку. Аккуратно протискиваясь мимо танцующих людей, она чуть было не столкнулась нос к носу с Блэйзом, но, успев заметить его раньше, начала танцевать с каким-то парнем, и, как только опасность миновала, подобралась к заветной шторке. Отодвинув ее, Грейнджер увидела тяжелую деревянную дверь. Слегка приоткрыв, попыталась заглянуть внутрь одним глазком. — Сюда нельзя, — тут же объявил грубый голос. Вынырнув из-за шторки, она глупо хихикнула, глядя на сурового вида мужчину, и резким движением задернул штору. Извинившись, она помахала ему ручкой на прощание, и, заглянув ему за спину, увидела второго охранника, силуэт которого был плохо различим в темноте. Эти парни, в отличие от охраны на входе и вип-зоне, были одеты в костюмы. — Ну что ж, где сидит Малфой, мы узнали. Осталось отвлечь охрану, — прошептала себе под нос девушка, отойдя на достаточное от здоровяков расстояние. Выбрав один из столиков, что находился неподалеку от заветной шторки, скрывающей кабинет того, за кем она гоняется вот уже три года, Гермиона начала дожидаться выхода Джинни к шесту. Наконец, одна из девочек спустилась при помощи молодого человека в бордовом костюме по подставленной им лесенке. Проходящая мимо официантка в бордовой юбке и топике из серебряных пайеток буквально на мгновение закрыла девушке обзор, и в следующую секунду она увидела до боли знакомую красотку с рыжими волосами. Джинни Уизли, развязно крутя оголенной задницей, практически сразу собрала зрителей. На ней не было ничего, кроме тонкой полоски трусиков и пэстис на сосках в форме красных сердечек с кисточками. Джинни кокетливо улыбалась своим зрителям и, кажется, абсолютно не стеснялась своей наготы. Впрочем, если у тебя такое тело, то было бы, наверно, странно его стесняться. Джинни была хороша… Хотя, за время работы тут, такое понятие как «стеснение» могло просто-напросто атрофироваться. Но это была Джинни. Их малышка Джинни. — Что будете заказывать? — голос официантки прозвучал так неожиданно, что Гермиона вздрогнула. — Думаю, пока ничего. Я могу увидеть администратора? — Да, разумеется, — кивнула официантка, улыбнувшись. Минуты через две перед ней вырос высокий молодой человек в бордовом костюме, который помогал Джинни забраться на подиум с шестом. — Добрый вечер, меня зовут Чейз. Чем я могу быть полезен? — Я хотела бы заказать приватный танец. — Приватные танцы проводятся на втором этаже. Длительность сеанса составляет пять минут. Так же вы можете продлить сеанс, но это уже по двойному тарифу. В кабинке будет QR-код, при наведении на него откроется форма для оплаты чаевых, по вашему желанию, конечно же. Какая из девушек вам приглянулась? — Вон та, что с рыжими волосами, — ответила Грейнджер, глядя на извивающуюся у шеста Уизли. — Отличный выбор, мисс, — улыбнулся администратор. — Будьте добры вашу карту для оплаты, — раздался «пик», и из терминала выполз чек. — Благодарим вас за приобретение услуги. У вас остались какие-нибудь вопросы? — Нет, спасибо. — Тогда прошу вас, проследуйте за мной. Чейз повел Гермиону на второй этаж. Отодвинув красную шторку, он пропустил девушку внутрь и, сообщив, что Ванесса Би Флай скоро подойдет, удалился. Ожидание показалось Грейнджер вечностью. И, то ли сказался выпитый алкоголь, то ли она начала переживать, но выдержка дала сбой. Ее слегка потрясывало в неприятном ощущении, что Джинни, маленькая, милая крошка Джинни, будет танцевать для нее приватный танец в блядушнике Драко Малфоя. — На что только не пойдешь ради работы, — делая глубокий успокаивающий вдох, прошептала Гермиона, и шторка распахнулась, являя ей Ванессу Би Флай. Лицо Джинни буквально на мгновение исказилось в гримасе шока. Но она, быстро взяв себя в руки, улыбнулась самой прелестнейшей из своих улыбок, томно произнося: — Привет, детка. Походкой от бедра Джинни направилась к сидящей на диванчике Гермионе. Повернувшись к ней задницей, Уизли прогнулась в спине, делая волну и, резко выпрямившись, затрясла ею перед лицом старой знакомой. — Что ты здесь делаешь, а, Ванесса? — пустым взглядом глядя на трясущуюся перед глазами задницу Джинни, спросила Гермиона. — Тебя это касаться не должно, — Джинни развернулась лицом и вновь сделала волну, давая клиентке возможность рассмотреть ее грудь с близкого расстояния. — Предупреждаю сразу, от продления привата я откажусь, и мне будет глубоко насрать на тот штраф, что мне впаяют. — Я всего лишь хочу узнать, зачем ты пошла сюда работать? Другого места не нашлось?! — Знаешь, Малфой довольно хорошо платит. К тому же, мне нравится эта работа. Даже, — Джинни наклонилась к уху, — представить себе не можешь насколько. Я бы дала себя потрогать, чтобы ты убедилась в этом, но тут снимают камеры, и клиентам запрещено нас тискать за наши прелести. — Он тебя заставил? Шантажировал? Угрожал? — в ответ Уизли переливисто расхохоталась. — Нет, я тут по доброй воле. — Я не верю. Ни единому твоему слову, Джинни! Мама в курсе, чем ты вообще тут занимаешься? — Ой, только не надо приплетать сюда мою маму! А насчет того, верить или нет… Ну, вот сама подумай: разве я выгляжу так, будто страдаю от того, чем занимаюсь? — Та Джинни, которую я знаю, никогда в жизни по доброй воле этим бы не занималась! — Детка, — Уизли села к Гермионе на колени, томно заглянув в глаза, — а ты уверена, что вообще меня знала? — Что… — успевает только выдавить Грейнджер перед тем, как Джинни вскакивает с ее коленей. — Твое время вышло. Чаевые можешь оставить через QR-код. И мой тебе совет: не суйся ко мне больше. И передай моему братцу Рону, что я счастлива. Дин неплохо заплатил мне за приват вчера. — Откуда ты знаешь, что мы с Роном в курсе о том, что Дин тут вчера был? — Потому что до его появления здесь, вы ни сном ни духом были о том, что я наконец-то нашла работу мечты. Аривидерчи. К моменту, когда Гермиона покинула кабинку, Джинни уже и след простыл. Выглянув с балкончика вниз, она не увидела ее ни на одном из шестов. Видимо, Уизли ушла дожидаться следующего выхода на шест или к другому клиенту. Аврорская чуйка подсказывала, нет, просто кричала о том, что Джинни ей врала. Не могла она добровольно крутить задницей у шеста. Не с характером этой рыжеволосой чертовки заниматься подобным! Варианты того, почему она оказалась тут, роем пчел зажужжали в голове. Хотя, зачем гадать, если можно все узнать у Малфоя лично? Шансов, что он скажет правду, было критически мало, но даже самого хорошего лжеца можно раскусить. Для начала необходимо как-то добраться до Малфоя, но вряд ли ее пустят к самому хозяину бара. Придется отвлечь охранников и проникнуть самой. Спустившись вниз, Гермиона начала приводить план по избавлению от охранников в действие. Якобы случайно толкнув одного из парней, она, глядя на него кристально-невинными глазами, сказала, что это толкнули ее. Тот, грубо отодвинув Гермиону в сторону, сурово посмотрел на парня, что стоял к нему спиной, и похлопал того по плечу. На танцполе воцарился хаос. Гермиона под шумок слиняла с места преступления. Быстрым шагом направляясь к черной бархатной шторе, она, сделав несколько вдохов и выдохов, придала дыханию видимость отдышки и подошла к охранникам в костюмах: — Мальчики, там драка! — Мы за это не отвечаем! — Пожалуйста, помогите ему! Охране не удается пробраться через толпу! — Не наша зона ответственности. — Там бьют какого-то темнокожего парня в белом костюме! Я видела, как он выходил отсюда! Охрана, услышав это, сорвалась со своего поста и кинулась на помощь Блэйзу в выдуманной драке. Сделав вид, что она пошла за ними, Гермиона через пару метров замедлила шаг и, усмехнувшись наивности охранников белобрысого засранца, юркнула за шторку и преодолела дубовую дверь. Спустившись по трем ступенькам вниз, она оказалась в небольшом коридорчике освещенном розовой неоновой подсветкой, который заканчивался черной дверью. На цыпочках, стараясь вести себя так, будто за толстенной дверью перед ней слышен каждый шорох, Гермиона подкралась к преграде, за которой сидел ничего не подозревающий Малфой. Тоненькие пальчики легли на холодный металл ручки и дверь с легкостью поддалась. БАХ! В момент, когда Гермиона приоткрыла дверь в кабинет, раздался выстрел. Картина, возникшая перед ней, заставила девушку сначала вздрогнуть, а затем онеметь. Малфой сидел с закинутыми на стол ногами, всем своим видом источая скуку. В одной руке у него была зажата тлеющая сигарета, а в другой — магловский пистолет с глушителем, из которого шел едва заметный дымок. Грейнджер перевела взгляд на противоположную от стола Малфоя стену и увидела бар во всю стену, на которой стояли бутылки разного алкоголя. В основном, огневиски. От выстрела одна из бутылок очевидно дорогущего огневиски разлетелась в прах, падая к своим собратьям, которых Малфой «пристрелил» ранее. Ошарашено глядя на хаос из разбитого стекла, Гермиона вновь ощутила, что ее выдержка дала сбой. Она с ужасом осознала, что еще чуть-чуть и осколки премиальной бутылки огневиски задели бы ее. Секундный порыв, и Гермиона снова в деле. На деле, пусть ему и удалось с первых же секунд удивить и напугать ее. — Ой, Малфой! — в притворном испуге, прижав руку к груди и изобразив пьяный голос, выкрикнула Грейнджер. Он, лениво повернув голову в сторону незваной гостьи, окинул ее безэмоциональным взглядом: — Какого хрена ты тут забыла, а, Грейнджер? — Я думала это уборная, — по-кошачьи вваливаясь в кабинет, промурлыкала Гермиона, пьяно хихикнув. — Уборная, у которой стоят охранники? — выгнул бровь Драко. — Какие еще охранники? — девушка по-кукольному захлопала глазками, на что Драко закатил глаза. — Здоровые парни, в черных костюмах, вооруженные до зубов, — тоном, будто бы он пытался объяснить простую вещь очень тупому человеку, ответил Малфой. — Разве? — вскинула брови в удивлении Гермиона и, толкнув каблучком дверь, распахнула ее настежь. — Я никого не вижу. Драко одними губами произнес слово «блять», делая в голове пометку, что сегодня уже уволит двух дебилов, которые допустили такую оплошность. Сделав глоток огневиски, он безразлично бросил, не глядя на гостью: — Ну, проходи, раз умудрилась ко мне пробраться, — Малфой убрал со стола ноги. — С чем пожаловала? Грейнджер, закрыв за собой дверь, направилась к креслу, что стояло напротив рабочего стола Малфоя. Кабинет оказался большой, и за это короткое время, что Гермиона шла к креслу, Малфой успел оценить ее внешний вид. Он отметил и стройные ноги на высоком каблуке, и прямые длинные волосы, сексуально спадающие на грудь. Со времен школы серая мышка Грейнджер смогла превратиться во что-то очень привлекательное. Сев в кресло, девушка закинула ногу на ногу и подалась вперед, подперев щечку кулаком. Она бросила на Драко взгляд из-под опущенных ресниц и, нащупав лежащий на столе патрон, стала катать его пальчиком. — С разговором по поводу того, что в твоем блядушнике делает Джинни Уизли, — ответила на вопрос Гермиона, продолжая играть с патроном. — Ох-хо-хоу! — хохотнул Драко. — Меня вот больше интересует, что ты, бывшая заучка, делаешь в моем, как ты выразилась, блядушнике, — отложив пистолет, Малфой затушил сигарету и скрестил на груди руки, откидываясь на спинку кресла. — Я спросила первой, — мило улыбнувшись, Гермиона не отводила взгляд от Драко. — Уверена, что хочешь знать правду? — Малфой резко поддался вперед, и та чуть отпрянула назад от неожиданности. — Боюсь, что твой рыжий дружок не переживет такое количество сражающей наповал информации. Кстати, — Драко оскалился, — а почему я должен быть уверен в том, что тебя эти придурки не подослали? — слегка прищурившись и склонив голову набок, он пристально следил за ее реакцией, ожидая любое колебание. — Ну, — Гермиона накрутила локон на пальчик, — вчера на телефон Гарри, со слов Рона, пришло несколько фото, и я была просто в шоке, когда Рон рассказал, чем она занимается! Наша Джинни никогда бы не пошла на такое! — Ты очень плохо знаешь свою Уизли, — Драко коротко усмехнулся. — Рон просил меня сюда не соваться, предположив, что ты и меня заберешь в свое развратное рабство… — Развратное рабство, — смакуя многообещающее словосочетание, повторил за Грейнджер Драко. — В общем, я убедила его в том, что и носа сюда не суну, но я так сильно волнуюсь за Джинни, что просто не смогла не прийти в твой бар. — Можешь не волноваться, с ней все в полном порядке, — Драко забрал из-под пальчиков Грейнджер патрон, практически невесомо задев ее кожу. — Вам удалось поболтать? — Да, кажется, ей тут нравится, но я все равно ей не поверила. Я уже собиралась уходить и хотела напоследок забежать в уборную, но нашла тебя. — Какое невероятное стечение обстоятельств, — саркастично усмехнулся Малфой. — Знаешь, Дин Томас оставил ей очень хорошие чаевые, у твоей Уизли талант. Так что будь уверена — Уизли за ночь зашибает столько, сколько братец за неделю в своем сраном аврорате не зарабатывает. Кстати, как Вислый отреагировал на новость о том, что сестричка стала стриптизершей? — Он был в шоке, — Гермиона покачала головой, прикрыв рот рукой. — Что ж, думаю ты тоже сейчас будешь шокирована, — Драко приманил заклинанием «Акцио» стакан и налил в него огневиски из бутылки, стоящей на столе. Заметив удивленный взгляд Гермионы, он произнес: — Я бы предложил травяной чай с мятой, но перед тем, как ты услышишь то, что я тебе скажу, тебе стоит выпить что-то покрепче, — чокнувшись с Гермионой, он сделал глоток. — М-м… — смакуя послевкусие, довольно протянула Гермиона. — Отличный огневиски! — Не думал, что ты разбираешься, — девушка в ответ игриво пожала плечиками и потянулась к пистолету, лежащему по правую руку Драко. Схватив его, она нарочно неуклюже повертела его в руках, словно в первый раз разглядывая. А затем прищурила глаз, целясь в одну из бутылок и наведя пистолет так, что его дуло было в двадцати сантиметрах от левого плеча Драко. — Так, давай его сюда. А то еще сама себя застрелишь. Мне трупы в кабинете не нужны. С этими словами он выхватил пистолет у Гермионы из рук и, поднявшись с кресла, развернулся к большому книжному шкафу, что находился за его спиной. Улучив момент, Гермиона вытащила из лифа платья небольшую скляночку с белым порошком. Откупорив пробку, она всыпала содержимое в стакан Малфоя. Порошок, быстро тая, растворился в виски, не достигнув дна. Драко, тем временем, убрал пистолет в сейф и обернулся к гостье. Гермиона со скучающим видом вертела отобранный ранее патрон в руках. — Твоя дорогая Уизли, Грейнджер, прожженная картежница. — выдал Малфой, и Гермиона аж закашлялась от неожиданности заявления. Первое побуждение было начать отрицать, но она благоразумно продолжила слушать. — Здорово, правда? — Драко дернул бровями, а в глазах мелькнул шальной блеск. Он криво ухмыльнулся, явно наслаждаясь реакцией гриффиндорки. — Я тоже был слегка удивлен, когда увидел ее в своем покерном клубе. Рыжая, по словам администратора, выигрывала весь вечер, и карты ей шли просто шикарные. Ну, я и решил испытать судьбу. — Мерлин, что ты с ней сделал? — прошептала Гермиона и сделала жадный глоток из стакана. — Сел к ней за стол и «раздел» ее догола. Ну, в переносном тогда еще смысле, — он подмигнул Гермионе, которая шутку не оценила. — Теперь твоя подружка отрабатывает карточный долг, — он снова усмехнулся. — Джинни слишком самоуверенная в себе девчонка, — внезапно ставший острым взгляд прошелся по Гермионе, — которая решила, что сможет отыграться, проиграв мне весь свой выигрыш за вечер в первом раунде. Как ты могла понять, отыграться Джинни не удалось. Теперь отрабатывает долг. Видимо, Уизли забыла, что в любой игре надо уметь вовремя остановиться. — Сколько она должна? — спросила Гермиона. Стакан Грейнджер с виски со звоном разбился об пол, когда Драко назвал ей сумму. — Что ж ты такая впечатлительная? — цокнул Малфой и приманил заклинанием «Акцио» целый стакан с барной стойки. — Прости, пожалуйста, — пролепетала Гермиона, — я не хотела. Мерлин, это же огромная сумма денег… — Да уж, — согласно кивнул Драко, — так что выкупить ее вам, даже если ты, Поттер и все семейство Уизли скинетесь, не получится. Поэтому забудьте. На его губах расплылась коварная ухмылка. Он поднес стакан к губам, делая глоток, ни на секунду не прерывая зрительного контакта. Гермиона также сделала глоток и, взглянув на наручные часы Драко, засекла три минуты — максимальное время действия порошка. Стоило напитку коснуться губ Драко, как он почувствовал едва уловимый сладковатый привкус, который Малфой чертовски хорошо знал. И даже если этот порошок не пах, Драко настолько хорошо его знал, что сказал бы, что чувствует даже запах. Догадка, что конкретно ему подсыпала Грейнджер, мгновенно зажглась в голове, словно лампочка в темной комнате. Любой другой бы его даже не заметил, но речь шла о Драко Малфое. Зачем Грейнджер подсыпала ему порошок? С какой целью она вообще здесь? Медленно поднявшись с места, Малфой обошел стол, нависая над Грейнджер. Она же из роли выходить не планировала, поэтому вжалась в кресло, словно мышка, глядя на него снизу вверх. Нет, она его не боялась, но ей стоило сделать вид, что это было так. Серые глаза Малфоя потемнели от осознания догадки. Улыбнувшись уголком губ, он сделал глоток из стакана, поставил его на стол и, неожиданно схватив Гермиону за затылок, притянул к себе. Жесткие губы обрушились на мягкие ярко-красные в жестоком поцелуе, но вместо того, чтобы ощутить язык Малфоя у себя во рту, Гермиона чувствует, как его алкоголь заполняет ее рот. Она попыталась сжать рот, но он грубо нажал ей на скулы, не позволяя этого сделать. Девушка уперлась руками в его грудь, ощущая, как алкоголь стекает в горло и попадает в ее организм. А следом, когда вся жидкость была ею проглочена, горячий язык Малфоя скользнул по ее в дерзкой ласке. Девушку внезапно накрыла паника, ужас сковал тело. Не успеет она добраться до черной шторы и выбежать в основное помещение «Койота», как ее сознание отключится, погружая в сон. Но показывать свою панику нельзя — она ведь аврор, черт возьми, с таким стажем и опытом. Не первый раз заготовленный план идет не по сценарию. Она сможет. Она справится! А сейчас, надо думать. Малфой ее обыграл, но вопрос, как именно — оставался открытым. Усыпляющий порошок не имел вкуса и запаха. А этот порошок имел. Гермиона робко ответила на поцелуй, прощупывая грань дозволенности. Прислушавшись к своим ощущениям, она удивилась тому, что никакой сонливости не ощущала, было что-то другое… Тягучее, сладкое. Что-то, что Грейнджер никогда ни с чем не перепутает. Возбуждение. — Меня и моим же оружием, Грейнджер? — тихо спросил Драко, выпрямляясь. — Что ты имеешь ввиду? — глупо хлопая глазками, Гермиона поднялась на ноги, притворно шатнувшись в сторону двери. Ей срочно нужно было давать деру. Вместо ответа Малфой прижал ее к себе так сильно, что воздух покинул легкие. Они так близко, что она чувствует его… О, Мерлин, стояк, упирающийся ей в живот! — Ты могла бы просто попросить, чтобы я тебя трахнул, а не подсыпать мне «Сладкую эйфорию». «Сладкая эйфория». Ну, конечно. Кокетливо ему улыбнувшись, Гермиона мысленно расчленила Рона и раскидала его части тела по всему Лондону, как в февральском деле о «Расчлененщике». Чтоб, сученыш, никогда в жизни их не нашел. Как же он ее подставил! Но одно Гермиона знала точно — если врешь, ври до конца, даже если все очевидно. Даже если возбуждающий порошок наглым образом зажигает тело. Из роли выходить она не собиралась. — Малфой, — промурлыкала она, проводя пальчиком по пуговицам его рубашки и поймала себя на шальной мысли, что хотела бы их расстегнуть. — Я не понимаю, о чем ты, — преданно заглянула в глаза, хлопнула ресницами. Но не вульгарно, а получилось так почти честно, так ангельски невинно, и при этом обещая большее. И Малфой понял, что этот взгляд ему очень нравится. И очень хочется… — Может быть, это ты мне что-то подсыпал? Драко медленно скользнул горячим взглядом от ее губ до декольте и обратно, не собираясь вестись на ее провокацию. Вместо этого он лишь наклонился к ее губам, желая продолжить, но она отвернулась в последний момент, подставляя шею, и прошептала на ухо так сладко, так проникновенно, что Малфой прикрыл глаза, лаская ее шею поцелуями и языком: — Если бы я хотела, чтобы ты меня трахнул, то использовала другие методы. А у самой кожа полыхает в местах, где были губы Драко. Волнами расходится эйфория по телу, нигде толком не концентрируясь. Разливается, как лава, заставляя желать прикосновений. Больше, везде, всюду, глубже… Чертов Рон! Легонько оттолкнув Драко, она направилась к выходу из кабинета, осознавая, что еще пара минут — и ее холодный разум затопит огонь возбуждения. Драко даже не пытался ее удержать, чему она была рада, и в какой-то степени удивлена. Но Малфой в принципе не удерживает женщин силой. Да и зачем это нужно, когда они сами на него вешаются? Наблюдая за тем, как Грейнджер, покачивая бедрами, шла до двери, на языке уже крутилась фраза, которую он никак не мог не озвучить. Просто потому, что скучно. Просто потому, что интересна реакция той заучки, которую он когда-то знал. Как только ее рука легла на ручку двери, он произнес: — Грейнджер, — она обернулась через плечо. — А сосешь ты так же хорошо, как и целуешься? Ничего ему не ответив, Грейнджер закрыла дверь, оставляя Малфоя один на один с размышлениями о том, каким мог бы быть ее ответ.

***

На утро Гермиона проснулась около одиннадцати часов утра. Подумать только, как чертовски ей повезло, что Малфой не пристрелил ее из-за долбаной ошибки Рона! Все пошло не так. Да и она тоже хороша — приперлась в логово к преступнику без безоара. И черт его знает, чем бы для нее все обернулось, если бы в напитке Малфоя все же оказался усыпляющий порошок. Встав с кровати, девушка приняла душ и поставила вариться кофе на плиту. Одновременно с кофе поставив жариться яичницу, она открыла чат с Гарри и Роном и написала, что план не изменился. Она будет ждать их в своем кабинете в два часа дня. Взглянув на часы, которые показывали без пятнадцати минут полдень, Гермиона подумала, что еще успеет забежать в химчистку, чтобы сдать платье — вчера, когда она покидала клуб, кто-то из гостей облил ее платье коктейлем. Это было неудивительно: она так спешила покинуть «Гадкий койот», что летела к выходу, не разбирая дороги — не было никакой гарантии, что Малфой не отдаст охране приказ схватить ее. Или того хуже, под влиянием «эйфории» она сама не захочет потом уйти… Спокойный завтрак и первый глоток кофе прерывает звонок телефона. Шумно отодвинув стул, она берет телефон в руки и недоуменно хмурится. Номер на экране не знакомый. Девушка прикусывает губу, размышляя, стоит ли отвечать на звонок, и все же кликает на зеленую кнопочку на экране, поднося телефон к уху. — Грейнджер, — лениво доносится из динамика. — Малфой? Откуда у тебя мой номер?! Она не ожидала. Совсем не ожидала звонка от Малфоя на следующий день после такой неловкой ситуации и неудачного побега. Мерлин, что же ему нужно? Хочет предъявить за то, что она ему вчера подсыпала? Только идиот поверит в то, что это была не Гермиона, а Малфой на идиота не похож. Похоже, она влипла. — Ты вчера мне так и не ответила, — по-прежнему лениво отвечает Драко, игнорируя заданный ею вопрос. — А я ненавижу, когда мне не отвечают на мои вопросы, — на этот раз она различила нотки его недовольства в странной интонации. Грейнджер лихорадочно вспоминала вопрос и, наконец вспомнив, скривилась. Он что, с ней флиртует? Ну что ж, это лучше, чем то, что она думала. — Ты об этом вряд ли узнаешь, — с усмешкой срывается с губ, поддерживая заданный тон беседы. Гермиона возвращается к столу, делая глоток чуть остывшего кофе. — Звучит как ебаный вызов, — по голосу было слышно, что он улыбался. — Теперь я точно хочу тебя трахнуть. Короче, я заеду в восемь. — Малфой, нет. — голос Гермионы вдруг резко стал таким, каким она привыкла разговаривать на работе. Твердо. Не терпеще возражений. Никаких компромиссов. Повисла тягучая пауза, а Гермиона вдруг задалась вопросом, почему не сбросила трубку сразу после своего ответа. — Ну, надумаешь — звони. Цифры знаешь. В трубке послышались короткие гудки. Девушка посмотрела в свою тарелку, понимая, что аппетит отшибло напрочь. Звонок Малфоя был как гром среди ясного неба. И что это вообще было? Неужели она его… Заинтересовала? Или это повод снова встретиться и выяснить, что же произошло там в кабинете с этой чертовой «эйфорией»? С этими мыслями, в растерянных чувствах она отправилась на работу. В кабинет, где ее ждали Гарри с Роном, она ворвалась вихрем. Парни стояли над столом со стаканчиками кофе и явно вели далеко не профессиональные беседы. Сразу смекнув, что подруга не в духе, стерли с лиц приветливые улыбки, резко посерьезнев. — Рон, чертов ты придурок! — девушка подлетела к нему, толкнув его в грудь. — Ты какой порошок мне вчера дал?! Рон от неожиданности упал на диванчик для посетителей, разлив кофе на себя и пол. Вжался в угол, на всякий случай выставив перед собой руки: вдруг Грейнджер решит его еще и ударить? Она так никогда не делала, но сейчас Гермиона выглядела полной решимости дать ему хорошую затрещину. — Да что случилось?! — в недоумении завопил Уизли. — Ты чего такая бешеная?! Подскочивший к Гермионе Поттер, аккуратно сжал ее плечи, пытаясь успокоить подругу. — Это была «Сладкая эйфория»! — прошипела Грейнджер, и прядка выпавших из высоко собранного хвоста кудрявых волос немного подлетела от ее сильного дыхания. — Все смекают, что это возбуждающий порошок?! — она скинула руки Гарри со своих плеч и подошла к рабочему столу, не желая смотреть на Рона, лицо которого в данный момент выглядело до безобразия глупым. — Мерлин, — выдохнул Гарри. — Он что тебя… — Нет! — прошипела Гермиона, оборачиваясь на Поттера. — Но очень хотел! — сделав глубокий вдох, девушка села в кресло и, собрав все свое терпение в кулак, перевела взгляд на Уизли. — Рон, — голос твердый как сталь, — как ты мог перепутать порошки? — Ну… Я спешил! Меня еще и Гарри подгонял! — А ты перед тем, как берешь непонятные пакетики с непонятным содержимым не читаешь то, что на них написано? — с прищуром спросила девушка. — Э-э… — Рон напряг лицо так, будто очень сильно хотел в туалет. — Иногда читаю. — Мерлин, — Гермиона покачала головой, отказываясь верить в то, что эти двое могут периодами так жестко тупить. — Ладно, теперь к делу, — она посмотрела на Гарри, который сел за стол переговоров, что вплотную стоял к рабочему столу следователя. — Как прошел разговор с Дином? Узнал что-нибудь? — Ничего он не знает, — сухо ответил Поттер. — Сказал, правда, что во время приватного, — Рон, сидевший на диване, издал булькающий звук, — танца он спросил, почему она решила сюда устроиться. Джинни сказала, что всегда хотела танцевать для мужчин за деньги. Мол, ей нравятся их взгляды. Сказала еще, что на стандартной работе таких денег не платят. Потом мы выпили и немного повспоминали школьные годы. А у тебя что? — Не считая гнева по поводу чуть не сорванной из-за вас операции, примерно то же самое. — А если конкретнее? — подал обеспокоенный голос Рон с дивана. Рассказав друзьям о том, что она услышала о Джинни, Гермиона перешла к части с Малфоем. Решив не умалчивать ни о чем, что произошло в кабинете у владельца «Гадкого койота», она добавила, закончив доклад о вылазке: — Он звонил мне сегодня. — И что он хотел? — нахмурился Гарри. — Меня, блять! — девушка вскинула руки. — В каком смысле? — протянул Рон, непонимающе глядя то на Гарри, то на Гермиону. — В сексуальном. Не тупи, Рон! — воскликнула Грейнджер. — Вот гад! Повисла секундная пауза. — То есть, — осторожно начал Гарри, — он предложил тебе провести с ним время? И что ты сказала? — Конечно, я отказалась! Не хватало мне еще и с Малфоем переспать, — на этих словах Гермиону передернуло. Он, может, и не урод, и довольно симпатичный, но это Малфой. С кем — с кем, а с таким гадом она точно в одну постель ложиться не собиралась. — Гермиона, — голос Поттера звучал чересчур серьезно, — я бы в жизни тебе такого не предложил, но тебе не кажется, что это хороший шанс подобраться к нему ближе? Грейнджер подняла на друга убийственный взгляд, медленно, угрожающе тихо произнося: — Ты в своем уме? — Гермиона, — воззвал к ее разуму Поттер, — я понимаю твое возмущение! Но мы три года гоняемся за этим ублюдком! У нас херова куча зацепок, но ноль доказательств, что Малфой со всем этим связан! Нам выпал охренительный и, кажется, единственный шанс подобраться к нему ближе и найти реальные доказательства того, что он преступник! — он смотрит на подругу умоляющим взглядом. — Неужели ты готова его упустить? Грейнджер, скрестив на груди руки, откинулась на кресло, закусывая щеку изнутри, плотно сжимая губы. Эту привычку парни знали наизусть — Гермиона очень серьезно анализировала ситуацию. В умной кудрявой голове не появилось ни одного аргумента в пользу варианта «нет». Ну, кроме тех, что касались лично ее мотивов: принципов, самоуважения, банальной нелюбви к таким гадам, как он. — Гермиона, я тоже считаю, что ты должна согласиться. Речь идет о моей сестре! О Джинни, Гермиона! — он также умоляюще посмотрел на девушку. — Мы обязаны взять этого гада за яйца в прямом, и переносном смысле. Молчание затянулось. Рон с Гарри переглянулись, ожидая ее ответа. — Идите обедать, мне нужно принять решение, а ваши щенячьи взгляды только думать мешают. Парней словно ветром сдуло из ее кабинета, оставив наедине с собой и сложным выбором.

***

Налив красное сухое вино в бокал, девушка сделала пару маленьких глотков, чтобы унять тремор, и присела на диван. Телефон, лежащий на журнальном столике, в полумраке квартиры выглядел как черное пятно бездны, в которую она свалится, если решится исполнить задуманное. Сделав еще один глоток, она постаралась собраться духом. Глубокий вдох, глубокий выдох, и отключает мозг, чтобы он перестал придумывать причины, по которым она не будет этого делать. Взяв телефон в руки, девушка нашла в веренице входящих звонков тот самый номер. С полной грудью решимости, девушка набрала его номер, приготовившись выдать заготовленную фразу. Но этого и не понадобилось. — Я знал, что ты не сможешь отказаться, — самодовольно, слегка ехидно, так по-слизерински произнес он. И, уже куда серьезнее, добавил: — Когда за тобой заехать?