У границы касаний

Чай, завариваемый его психологом, всегда был недостаточно крепким и оставлял привкус ромашки за собой. Саске дарил новый сорт чая на каждый праздник, но Хатаке Какаши, наверно, считал свой отвратительный напиток одной из терапий. Но Саске готов был терпеть этот чай, потому что Хатаке первый психолог, который выдержал его больше, чем пять сеансов. – Как проходит первый курс? – спрашивает Хатаке, и его голос чуть приглушен из-под медицинской маски. – Терпимо, – Саске отставил чашку. – Правда, руководство долго не могло понять, что у меня в справке написано. На самом деле, в университете правда оказалось легче, чем в школе. Здесь всем на тебя плевать. Единственная толпа, с которой можно столкнуться – это между парами, или в столовой. И если в последнюю Саске просто не ходил, то первого избегал как мог. Ну, за все свои годы он научился, как говорил Наруто, «лавировать» между людьми. – Йогой ещё занимаешься? – Какаши, казалось, зевнул под маской. Он был профессионалом, но крайне странным. Саске устраивало. – Конечно, – Саске скривился. – Наруто от неё без ума, так что у меня нет выбора. Стоило уточнить, что йогу прописал сам Хатаке, но Саске не смог перебороть тревогу и пойти в зал, поэтому Наруто купил им коврики и они начали заниматься по записанным онлайн-тренировкам. – А я думал, он придёт, – Какаши что-то отметил в своём блокноте. – Мы… – Саске помедлил и опять схватился за чай, как за перила на высоких ступенях, – поссорились? – Он сам не был уверен. – Ваша типичная ссора? Саске покачал головой. Их типичная ссора – это мелкая бытовая ругань, больше похожая на шутки или флирт. Но случившееся вчера, на самом деле, не происходило уже много лет. – Он отдыхал в клубе со знакомыми, – Саске не хотел об этом говорить, ему резко стало стыдно. – И пришёл подвыпивший. Это могла бы быть сцена «сварливая жена встречает пьяного мужа». Вот только Саске никогда не ругал его за это. Он не мог поддержать Наруто в таких развлечениях – одна мысль сходить в клуб вызывала приступ тошноты. Там ведь каждый касается друг друга… поэтому он был рад, когда в этом новом городе Наруто нашёл друзей и начал забег по клубам. Наруто, впрочем, даже будучи подвыпившим, никогда не забывал про строгий свод правил в их паре. Раньше он ложился спать в гостиной, но сейчас они переехали в уютную однушку, так что ему приходилось спать на полу в такие моменты. Саске в подобные ночи не мог уснуть, гадая, почему Наруто его терпит. Но в этот раз обстоятельства сложились не самым лучшим образом. Саске провел пару бессонных ночей за курсовой, а Наруто был слишком расстроен последние недели из-за того, что лишился подработки, и им пришлось съехать с двухкомнатной. Поэтому, кажется, он решил запить свое горе. И, когда вернулся домой, Саске уже спал, едва ли не в обнимку с курсовой. Наруто без задней мысли лёг спать на кровать, а когда он был пьян, вся его сдерживаемая тактильность рядом с Саске имела тенденцию вырываться. Так что он неосознанно обнял Саске. Со спины, обхватив как коала и нежно поцеловав в шею. Мечта любой пары, практически идиллия. Саске очнулся мгновенно, и его охватила такая паника, какой не бывало уже много лет. Каждый участок кожи начало жечь, словно его бросили в костер, особенно пекла шея. Он грубо оттолкнул Наруто и слетел с кровати. Кожу начало стягивать, словно, словно там была кровь. Он ворвался в ванну, дыша через раз, и пытался счесать с кожи это ощущение, оставляя красные полосы. Он дрожащими руками включил свет и посмотрел в зеркало. Крови не было, только его позеленевшее лицо и выступивший холодный пот. Но заднюю часть шеи не видно. Саске всё пытался посмотреть, расчесывая до боли, пока в дверях не появился Наруто. Тот стоял в ужасе. – Саске, мне так жаль, – он звучал трезво, видимо, сразу пришёл в себя, но Саске чувствовал от него запах алкоголя. – Жаль?! Какого хуя, Наруто?! – истерично вырвалось у Саске. Кожа все ещё ощущалась будто в адском костре. Он много чего неприятного наговорил Наруто буквально за минуту, и тот не смог смолчать. – Я не специально! – Он сжал руки в кулаки. – Я, блять, прошу соблюдать границы, неужели так сложно? – Саске знал, что сложно. Он бы сам не стал с собой возиться. – Я знаю про границы! – закричал Наруто. – Мы пять лет только и делаем, что возводим границы! – у него на глазах выступили слезы. – Я просто… не сдержался, ладно? Да я о таком только мечтать мог, Саске! Что просто могу обнять тебя. Не так это должно было случиться, – Наруто отвёл тяжелый взгляд. – Я думал, тебе становится лучше. – Возможно, и становилось. До сегодня, – нужно было заткнуться. – Вот как. Тогда, может, мне совсем уйти, раз я только хуже делаю? Саске хотел схватить Наруто за руку и крикнуть: «Нет». Но не мог сделать даже такое простое движение. Если Наруто уйдёт, то у Саске совсем никого не останется. Это был единственный человек, который принимал его и пачку его диагнозов. Единственный, кого Саске любил. И, если бы зуд и жар кожи не затуманивал разум, Саске бы и сказал всё это. Но соображать не получалось. – Уходи, – прошептал он. Наруто выглядел ошарашенным, а его лицо выражало столько горя, Саске в последний раз видел у него такое выражение лица только на похоронах Джирайи. Наруто развернулся и ушёл, а Саске мог только заставить себя заползти под холодный душ, надеясь унять эти чувства. – … я понимаю, что он не хотел, – Саске заканчивал свой рассказ. – И мы же иногда обнимаемся, черт возьми. Это всегда похоже на танец ленивцев, потому что Саске мог только медленно обнять Наруто, и продолжалось это недолго. Но после такого Узумаки был так счастлив, что и Саске переставал ощущать зуд и жжение. – Ты был в стрессе, и контакт произошёл неожиданно, твоя реакция вполне объяснима, – Хатаке отложил блокнот. – А Наруто испугался, что сделал тебе больно. – Я знаю, – Саске начинал злиться. – Но ведь он прав, мне становилось лучше, – Учиха начал хрустеть пальцами от нервов. – Я даже думал, что ещё пару недель и смогу… – он поджал губы, и Какаши выжидающе смотрел на него. – Поцеловать его. Это было тяжело произносить. Они встречались пять лет, а дружили и того дольше, но ни разу не целовались. Когда-то, решив попробовать терапию другого психолога, они изучали, какие поцелуи Саске приемлет. Наруто нежно касался губами его ладоней, запястья, плеч, щеки, и это в какой-то момент стало даже приятно, а когда приблизились к губам, то у Саске случилась паническая атака. После этого Наруто никогда больше не пробовал, а Саске и не настаивал. Его устраивали их платонические отношения. Наверно, устраивали. Конечно, он иногда думал, что было бы, если бы не эта дурацкая гаптофобия. Он часто видел Наруто в одних трусах, а пару раз нечаянно без них. Наруто очень красив, он привлекает Саске. Но вдруг у него на самом деле остановится сердце от одного прикосновения ниже пояса? Мысли об этом вгоняли в тревогу. – Ты себя винишь в этой ситуации? – учтиво спросил Какаши. – Конечно, виню, – Саске протер лицо рукой. – Я слышу, как в университете говорят про Наруто. Он мог встречаться с кем угодно, а не с тем, кто закатывает истерики лишь от одного объятия. – Ты же знаешь, что он так не считает, – спокойный голос Какаши уводил Саске из лап истерики. – Так было бы лучше для него. – Ты не считаешь, что он сам знает, что лучше для него? – Какаши налил ещё чая. – Если ты попробуешь с ним поговорить, то, может, он тебе расскажет. Наруто всегда говорил, что любит Саске, и что он переживёт отсутствие прикосновений. Саске знал, что тому хотелось. Наруто всегда обнимал своих друзей, любил контактные виды спорта. Саске долго не понимал, почему он с ним. С мальчиком из семьи убийцы. С мальчиком, чьих родителей убил потерявший связь с реальностью брат, который там же убил и себя. Саске до сих пор едва мог вспоминать, сколько было крови от трех… тел. Видеть всю свою семью в этом бордовом море и со стеклянными глазами, когда тебе семь лет, тяжело описать простым ПТСР и гаптофобия. Саске долго лежал в детской психиатрии, где и встретил Наруто – у того было СДВГ и проблемы с развитием. Они долго ходили вокруг друг друга – оба сироты, оба пытаются подружиться со своей психикой. В итоге всё вылилось в отношения. Вот только Наруто переборол свои диагнозы, и помогал с этим Саске, а сам Саске его выгнал. – Скажи, Какаши, – Саске смотрел на пар из чашки. – Я смогу вылечиться? – Саске, как только ты перестанешь себя винить, то лечение станет намного эффективнее. На улице стояли последние тёплые осенние дни. В парке много влюблённых гуляли за руку, матери прижимали детей к груди, а школьники толкали друг друга в кучи листьев. Всё это недоступно Саске. И, наверно, впервые он себе честно признается, как бы хотел этого. С Наруто они даже не переписывались, и только Саске открыл их переписку, то тут же пришло сообщение от Наруто. «Когда ты будешь дома?» – гласило оно. Отсутствие скобок и сотни смайликов привело к тому, что Саске охватил страх – Наруто был явно зол, и вдруг он хочет серьёзно поговорить, вдруг он хочет расстаться? Пришлось вспомнить дыхательную технику, и убедить себя, что сначала они поговорят, а паниковать он будет потом. «Через полчаса», – ответил он, и не получил никакого отклика. Дома его ждал тихий звук телевизора. Саске аккуратно прошёл в комнату и замер, увидев, что Наруто сидит на диване, обняв себя за колени, и отрешенно наблюдает за происходящем на экране. Наруто чуть повернулся и вздрогнул всем телом. – Не подходи так тихо, даттебайо, – он почти комично схватился за сердце. – Наруто, – начал Саске, но парень помахал рукой, опустил пятки на пол и улыбнулся ему. Наруто всегда был таким, не мог долго злиться, сразу оттаивал, и пытался показать свою привязанность. Кажется, то, что он не мог касаться Саске в том объёме, в котором хотел, заставляло его выдумывать новые способы изображения любви. Он научился готовить его любимые блюда, играл на гитаре ужасно сопливые серенады, постоянно пробовал с Учиха все методики, выписываемые психологами. Саске не знал откуда у него столько сил, он поражался выдержке Наруто. И не мог устоять. Саске сел рядом, почти касаясь его плеча, но всегда оставляя эти сантиметры пустоты между ними. – Саске, я хочу извиниться, – Наруто чуть опустил голову. – Я правда- – Это я хочу извиниться, – прервал его Саске и Наруто вскинул голову. – Я не должен был говорить… всего того, – он нервно сглотнул. – Я бы не удивился, предложи ты расстаться после этого. Наруто почему-то рассмеялся, а потом и вовсе мягко улыбнулся. – Ты думаешь, это был самый кризисный момент наших отношений? Саске, я тебя как облупленного знаю. Уверен, ты рассказывал Какаши, как винишь себя, и всё в таком духе, – Саске открыл рот, но сразу закрыл его, почему-то возмущенный тем, как легко Наруто догадался. – Ты до сих пор считаешь, что только ты из нас двоих создаешь проблемы. Саске промолчал, но, конечно, он так считал. – Почему ты постоянно забываешь, что после смерти Джирайи только ты меня от петли спасал. Потому что Саске не любил это вспоминать. Наруто тогда сильно походил на брата, в последние дни перед… инцидентом. Джирайа был тем человеком, который забрал Наруто из приюта, и стал какой-никакой семьёй. Тогда Саске впервые касался кого-то дольше пяти секунд. Когда Наруто ревел, и говорил, что больше не хочет жить, Саске, поддаваясь порыву, прижал его к себе. Кожа горела только в том месте, куда капали горькие слезы Наруто. Спустя полгода после этого Наруто признался ему в любви, и они начали свой тернистый путь отношений. – Ты был моим первым другом, – все ещё улыбался Наруто. – И первой любовью, – Саске все ещё краснел от этого определения. – А вчера я расстроился только потому, что угробил твой прогресс, – Саске открыл рот, – дай сказать! – Наруто повернулся к нему всем телом, подогнув под себя ногу. – Я же вижу, что ты себя винишь из-за фобии. Что ещё важнее – тебе хочется вылечиться. А я хочу, чтобы ты был счастлив, Саске, – Наруто заглянул ему в глаза. – Но я все ещё хочу быть с тобой, не важно, останется эта фобия или нет. – Но ты ведь хочешь касаться меня, как вчера, без моей последующей паники, – Саске поджал губы. – Конечно хотелось бы! – Наруто положил руку рядом с ладонью Саске, и повернул её вверх, будто приглашая. – Но я хочу, чтобы ты сам был готов. А я поддержу. Рука Наруто была широкой и с мозолями от гитары, от баскетбольных мячей, от подработок. Саске аккуратно коснулся пальцами одной из них, ощущая теплую грубую кожу. Он положил сверху ладонь, и затаил дыхание. Кожа лишь немного пекла, но, возможно, это лишь жар от ладони Наруто. Он поднял взгляд, почти захлебнувшись в море счастья, которые плескалось в ярких глазах Наруто. Саске опустил взгляд на его губы, растянутые в широкой улыбке. А вдруг… – Закрой глаза и не шевелись, – он не дал себе времени долго думать, потому что тревога могла нагнать в любой момент. – Э-э, ладно, – Наруто выглядел сконфуженным, но закрыл свои светлые ресницы. Саске наблюдал, как уголки губы опускаются, и чувствовал, как ладонь начала гореть сильнее. Он как можно быстрее прижался своими губами к чужим. Словно с обрыва прыгнул. Наруто покачнулся и от удивления приоткрыл рот, опасаясь шевелиться дальше. Первые секунды Саске не чувствовал ничего, но потом губы обожгло, будто отпиваешь горячий чай. Правда… это не было больно. Это было что-то противоположное противному. Внутри сердце забилось чаще, и казалось, что серотонин пронизал каждую клеточку тела Саске. Он понял, почему в фильмах и книгах так часто целуются. Он хотел бы целоваться каждый день. Но, только Наруто начал отвечать, тут же сердце замерло, и грудь прострелило страхом. Саске отпрянул, быстро дыша. Наруто выглядел как помидор, а его брови полезли на лоб. – Всё… хорошо? – спросил он на выдохе. Саске упер локти в колени и прижал лицо к ладоням, стараясь успокоиться. – Охренеть, – Наруто звучал так, будто выиграл международный матч. – Что там Какаши тебе сегодня рассказывал? – Скорее ты… - промычал Саске в руки. Наруто засмеялся и по ощущениям сел ближе. – Тебе понравилось? Саске выпрямился, посмотрев на Наруто, и думал, что он такой же красный тут сидит. Удалось только кивнуть, и Наруто едва ли не замотал ногами, что-то радостно пропищав. Наверно, он сейчас хотел его обнять на радостях. – Только не дави на себя, мы никуда не торопимся, – сказал Наруто. Тяжело было не согласиться с ним. Саске точно знал, что готов стараться. Не только ради Наруто, но и ради себя.