печенье

Виолетта узнала о существовании Рони абсолютно случайно, от одноклассницы, когда та листала инстаграмную ленту. И с тех пор ходила сама не своя, ведь крашеная блондинка с интересными тату на шее зацепила чем-то, никак не желая уходить из мыслей. Как оказалось со временем, Вербицкая училась в параллельном классе; именно тогда татуированная девушка начала верить в чудо. Обычная школьная повседневность превратилась в постоянную слежку за новой пассией Вилки. Она всегда и везде таскала за собой Лизу, боясь подойти к Рони, наблюдая за ней на переменах, а индиго только глаза закатывала от вечного слушания о неуверенности подруги. Несколько месяцев с момента образовавшейся симпатии проходит как по щелчку пальца. И пока Малышенко всё время твердила о том, что чудесная блондинка никогда не обратит на неё внимания, Андрющенко активно разрабатывала в своей голове план как сблизить этих двоих. Телефонные сопли подруги порядком ей надоели, но оставлять всё на самотёк, зная татуированную, не хотелось от слова совсем. Потому, так и не придумав чёткого плана действий, Лиза решает импровизировать. На очередной будничной перемене, стоя у окна в главном холле, темноволосая не теряет времени, ожидая, пока Вербицкая наконец высунется из класса. А Вилка, замечая её, только косится жалобно на подругу, опять взглядом спрашивая что же делать. Андрющенко и бровью не ведёт, только ухмыляется многообещающе, толкая Малышенко прямо под ноги блондинке. Видит, как та понимает идею, ментально передавая, что убьёт виновницу сего торжества сразу же после вынужденного разговора со своей пассией. И стоит столбом, неловко почёсывая затылок. Лиза с этого прыскает в рукав тёплого худи, поспешно удаляясь, предоставив этим двоим возможность поговорить наедине, без лишних глаз. Татуированная мнётся на одном месте, не находя правильных слов для начала разговора, но сама понимает, что деваться некуда. Видит, как Вербицкая меняется в лице, легко улыбаясь, и сама же поддаётся ответной эмоции, радуясь, что всё не так плохо, как следовало ожидать. Но объясниться перед блондинкой ей всё-же приходится, как минимум почему она умудрилась выскочить прямо перед ней. — Привеет.. Ты ведь Рони? Ответ она и сама знает чудесно, но для приличия решает переспросить, дабы в придачу не выдать с потрохами свой небольшой грешок в виде сталкинга на протяжении парочки месяцев. Не в прямом смысле этого слова, конечно. Личные границы были полностью соблюдены, но все данные в виде имени, фамилии и отчества, дня рождения, а так же увлечений, всех социальных сетей были успешно изведаны, не оставив за собой улик. Рони смотрит, улыбаясь хитро, ведь давно подозревала интерес к своей персоне со стороны Виолетты. Слухи по школе расходились с необычайной скоростью, стоит упомянуть. А девушка лишь поджидала момент, когда им придётся встретиться лицом к лицу, чему была несказанно рада, хоть и виду не подавала. Всё таки к татуированной она тоже питала своего рода увлечение. Отвечает новой знакомой сдержанным кивком, предлагая обсудить всё по дороге в хим кабинет. В этот вечер Малышенко достаёт Лизу больше, чем обычно, ведь блондинка соизволила дать ей свой инстаграм. Она говорит много: о фотографии с собакой, а ещё с бабушкой, о статусе профиля, о нике. Пусть даже видела всё это три тысячи раз, любуясь перед сном. Но грела мысль, что теперь и подписаться можно было спокойно, и даже написать, пусть её сердце такого напряжения не выдержало бы. А Андрющенко радуется лишь тому факту, что ей не дали пиздюлей, благополучно позабыв об этом на радостях, хотя и поблагодарить её было за что. Спустя небольшой промежуток времени Виолетта наконец начинает активное общение со своей, так званой, новой подругой, хоть и для неё это в новинку. Она до сих пор перетряхивает моментами, когда блондинка бежит обниматься на переменах; или пишет по утрам, когда в школу не надо, желая хорошего дня. А индиго с этого лишь смеётся. Вот только её веселье заканчивается ровно в тот момент, когда поступает телефонный звонок от подруги. Такие разговоры обычно занимают круглосуточные рассказы о том, что нового сделала Вербицкая. Мол, Рони кинула мне сердечко, Рони подошла ко мне на перемене, Рони позвала гулять, Рони то, Рони сё.. — Ты ещё не устала о ней говорить? В какой-то из очередных подобных разговоров заикается Елизавета, лениво зевая, пока подруга что-то быстро клацает в своём телефоне. Та на слова темноволосой подымает возмущённый, слегка обиженный, взгляд, возражая. — Конечно нет! Я бы говорила о ней сутками. — Ты и так это делаешь. Андрющенко закатывает глаза, а телефон собеседницы вдруг шумно пищит, оповещая о новом пришедшем сообщении. Виолетта дёргается от внезапности, и сразу же спешит устремить в него свой взор, на что Лиза подсовываясь ближе, дабы рассмотреть открытый чат, мол, так и быть, может что-то интересное. И жалеет об этом действии ровно через секунду, когда татуированная вдруг пищать начинает неприрывисто, тряся подругу за плечи. — Ты это видишь? Она пригласила меня к себе! — Дай Бог твоей Рони долгого здоровья.. Лиза выдыхает обречённо, предвещая очередные долгие рассказы Малышенко, но всё же искренне радуется за неё. Пытается морально настроить и подготовить подругу к предстоящему визиту, говоря ей сохранять субординацию и особо к Вербицкой не лезть. А Вилка лишь кивает, создавая видимость слушания, сама же зачаровано всматриваясь в сообщение. В ту же пятницу, сразу после уроков, Малышенко на скорую руку прощается с индиго, спеша встретить блондинку возле её класса первее, чем это сделает она. До дома они идут почти что молча, хотя татуированная изредка разбавляет гнетущую тишину своими шутками, пусть иногда неуместными. Но даже над ними Рони посмеивается, приговаривая, что девушку ждёт небольшой сюрприз. А у Виолетты от этого глаза загораются, предвещая отлично проведённый вечер в компании своей пассии. Первым же делом ей проводят небольшой рум тур по уютной квартире, расположенной на девятом этаже — с панорамных окон открывался чудесный вид на яркий закат. Последним местом, которое ей показывают, становится кухня: аккуратная и просторная, в минимализме. Глаз радует, что ничего лишнего нет. Но, к удивлению Виолетты, обитательница данной квартиры покидать это помещение не спешила, останавливаясь прямо у холодильника. — Так.. О каком сюрпризе ты говорила? В ответ блондинка лишь улыбается лучезарно, открывая золотистую дверцу, из которой сразу же начинает веять еле заметным холодком. Достает оттуда глубокую миску и стеклянную баночку клубничного джема, оставляя на столе. И замечает непонимающий взгляд собеседницы, с той же улыбкой шуточно закатывая глаза. — Я подумала, ты не будешь против приготовить вместе печенье. Малышенко, наконец понимая, кивает активно, воодушевляясь этой идеей как никогда прежде. И подходит к рабочей поверхности, закатав рукава по локоть, с готовностью смотрит на Рони. Та прежде всего протягивает кухонные одноразовые полотенца, дабы всё было стерильно и они не отравились в итоге, поедая, приготовленный собственноручно, десерт. Татуированная послушно следует указаниям, протирая сначала свои руки, потом стол. Первым делом девушки принимаются раскатывать покладистое тесто. В процессе Вилка нарочно мажет мукой по щеке Вербицкой, оставляя на ней видную белую полоску. А та в ответ старательно вымачивает руки в порошке, поспешно, пока шатенка даже не подозревает, аккуратно впечатывается ладонями в её лицо, растирая. Малышенко заливисто хохочет, пытаясь открыть присыпанные мукой глаза, и чувствует себя так, как не чувствовала ещё никогда рядом с кем-то другим. Когда тесто было идеально раскатано, перед подругами встал выбор в виде размера чашки, которой они собирались выдавливать форму печенья. И пока Рони твердила, что из стопки получаться прекрасные маленькие лакомства, Виолетта держала в руках огромную пивную чашку, со взглядом, мол, это самый оптимальный вариант — чем больше, тем лучше. Пришлось искать компромисс и выбирать ёмкость среднего размера, но татуированной всё же было позволено сделать лично для себя одну большую печеньку. Как сказала Вербицкая:.. — Чем бы дитя не тешилось. Очередь подходит и к начинке. Чайной ложкой они старательно выдавливают на лакомствах форму сердца, пусть получается далеко не с первого раза. И пока блондинка оставляет Малышенко в попытках разложить сладкий джем в правильных пропорциях, сама она удаляется в свою комнату за самым вкусным чаем, припрятанным на особый случай. Возвращается Рони будто в царство хаоса, в котором неоспоримо правила бы Виолетта. Вербицкая стоит на пороге несколько секунд, пытаясь не сдать себя смехом, пока шатенка всё же не замечает её. И улыбается по доброму, пока девушка подходит к ней, ставя упаковку импортного мятного чая на стол. Смотрит буквально секунду, замечая на щеке той яркое красное пятнышко джема, от чего ухмыляется немного. — Ты, кажется, немного запачкалась. Пальцем аккуратно стирает с кожи, заглядывая прямо в глаза. И двое зависают на секунду, будто совсем выпадают из реальности. Виолетта обрывками помнит, как блондинка приближается медленно, когда кончики их носов могут соприкоснуться, а затем целует мягко, прикрывая веки. Но тепло, что разливалось тогда по всему телу, она не забудет до самой смерти. А из панорамных окон виднеется розовеющий закат, что оставлял последние солнечные лучи на их лицах.