Миг, когда мы перестали враждовать

      Сначала он ненавидел её всем сердцем — святую мечницу, что постоянно мешала его планам. После поражения он всегда кричал что-то вроде: «Да она имба полная! Полный дисбаланс сил! Да вообще, её способности это читерство, не иначе!» Конечно, все обитатели замка князя тьмы не понимали значение этих слов и поэтому решили, что это некое проклятие. Хотя Гудэ этого не отрицал, произнося эти строки с неописуемым гневом.       Листия была главным врагом всех монстров этого мира. Стоило ей поднять свой святой меч и озарить поле битвы священным светом, бой можно было считать заведомо проигранным. Нет, можно было уже сдаваться, только завидев её золотистую макушку на горизонте. Свет меча убивал всех монстров, относящихся к мертвецам. Они были самые слабые из всех, но составляли большую часть населения. Это было вполне логично. Сколько людей умерло с сожалениями и просто не смогло оставить сей бренный мир, начиная новую жизнь в качестве нечисти. Что насчёт других монстров? Святой меч сильно ослаблял тех, кто имел атрибут тьмы или какое-либо к ней отношение. Например, тёмных магов, что являются одной из сильнейших боевых единиц. Или вампиры, они вообще превращаются в летучих мышей, прячась подальше. А что насчёт остальных монстров? А какая разница, если там уже люди числом задавят. Другими словами — беда.       Гудэ же был героем, призванным владыкой тьмы от отчаяния. А что, только людям у богов помощи просить? Уже не говоря о том, что в данном случае агрессором являлась человеческая сторона. Но, к сожалению, герой героем, а сил-то набраться некогда, бой уже идёт. Вот и пришлось Гудэ становиться стратегом. Конечно, это замедляло продвижение вражеской армии, но это была лишь отсрочка неизбежного. И вот свет святой озарил поле битвы. Гудэ, что сидел на скале, наблюдая за боем в расщелине, истерически засмеялся, хватаясь за голову. —Эй, сестрица Клэр, у нашего господина, кажется, крыша поехала, — сказал лисёнок-оборотень девочке, что как две капли воды была похожа на него. —Цыц, Клар, даже если это правда, иногда лучше промолчать, — дала подзатыльник лисичка своему брату. —Я день и ночь продумывал планы, и это был самый лучший! Я не спал несколько ночей! — у тёмного героя просто руки затряслись, его взгляд был полон усталости, а синяки под глазами могли уже напугать и мертвеца. — Но вы посмотрите на это! — он указал в сторону святой. — Да она имба, которую ещё поискать надо! Какие стратегии не придумывай, её чёртова способность просто сотрёт большую часть армии! —Но на этот раз благодаря вам мы отделались рекордным минимумом потерь, да и их армия на этот раз пострадала, — пыталась утешить Клэр. —Но это не изменяет того факта, что очередной бой проигран, и мы снова отступаем, — ударил по больному Клар. —Да мне и одной этой читерской девчонки хватает выше крыши, зачем они ещё армию послали. Да она просто с этим мечом может по стране пройти, и большей части населения уже не станет! А там до капитуляции недолго! Стоп, а правда, почему? — парень призадумался, смотря на святую издалека. — Хм, как-то она неуверенно сидит в седле? Ей плохо? А что, если у этой читерской способности есть откат? — зловещая улыбка появилась на лице Гудэ, и он поднялся, уходя прочь. —Господин, вы куда? — всполошилась Клэр. —Куда-куда? Похищать святую! — сказал он с безумной улыбкой, а Клар лишь покрутил пальцем у виска.

***

—Приспешник тьмы, что ты удумал?! Ты меня пытать собрался?! Нет? Тогда, может, опыты ставить? — кричала святая, что была в клетке в кабинете Гудэ. —Да, наконец свершилось то, о чём я давно мечтал, — безумный хохот раздался в комнате, заставив девушку испугаться, ведь она слаба без своего меча. — Да, я сделаю это! Больше никто мне не помешает! — незнакомец приближался к ней, от чего она от страха сжалась, но ничего не произошло. Парень просто лёг на диван неподалёку и тут же засопел. —Вы его простите, госпожа святая, — сказала Клэр, прикрывая его пледом. — Господин давно не спал. Он настолько обезумел от недосыпа, что додумался украсть вас из центра вражеского лагеря. —И, на удивление, это правда сработало, не верится, конечно, но факт остается фактом, — кивнул Клар, смотря на пленницу, что была немного в шоке. —То есть вы хотите сказать, что меня заперли в клетке только для того, чтобы поспать? — неуверенно уточнила девушка, смотря на своего похитителя. —Ну, если по факту, то да, — согласился лис, кивнув, от чего святая не понимала — радоваться ей, что её пытать не будут, или расстраиваться, что причина содержания её в таких условиях столь тривиальна.

***

—Наконец я смог выспаться, — спустя сутки сна Гудэ потянулся в блаженстве. —Наконец никаких срочных отчётов об отступлении, ущербе или потерях. Как прекрасна тишина! —Может, теперь выпустишь меня? — вдруг раздался голос, заставив парня подпрыгнуть на месте и с удивлением посмотреть на клетку. —А? Святая? А что ты тут делаешь? —Что?! Это ты меня сюда притащил! —Правда? — он задумался, но как ни думай, последние дни прошли словно в тумане. — Ну и ладно, главное, что я поспал, — он встал и пошёл к двери, как будто уже забыл о девушке. —Эй, отпусти, я говорю! — вскрикнула девушка, вцепившись в прутья. — Ты же уже поспал! —Поспал, но если я отпущу тебя, то поспать мне снова не удастся. Ты для монстров просто стихийное бедствие, не меньше. Так с какой стати мне выпускать тебя? —Ты же тоже человек! —Я герой! Герой для монстров, а, значит, я должен защищать их. —Но они же монстры! —Они намного милее, чем ты думаешь. Я бы сказал, они даже лучше людей во многом. А если посудить, то разве не ты на самом деле монстр? Твой меч совсем не различал, кто воин, а кто мирный житель, атакуя и уничтожая всех без разбору. Запомни, монстры тоже живые существа, а ты для них — маньяк-убийца! — с этими словами он покинул комнату, оставив святую размышлять о сказанном.

***

      Шло время, и святая сама не заметила, как сдружилась с жителями замка, без меча она была не более, чем простая девушка. Поэтому, наложив на неё чары, не дающие ей покинуть замок, Гудэ выпустил её из клетки. Листия настолько привыкла к мирной жизни, что поле боя казалось ей отдалённым кошмаром. А ещё, она сама не заметила, как влюбилась в Гудэ, что почти всегда был занят. Он хоть и был стратегом, но проще человека не найти. Для счастья Гудэ нужны были лишь интересная книга, тишина, вкусная еда и крепкий сон. Но вот если его лишить чего-то из этого, то он становился страшнее любого обитателя земель тьмы. В такие моменты Листия понимала, что монстры вокруг просто милые овечки по сравнению с ним. Когда он страдал от недосыпа, то он выдавал одну стратегию за другой, что были безумнее и страшнее предыдущих. Но, несмотря на это, он старался людей лишь запугать, избежав кровопролития с двух сторон. Именно в такого Гудэ святая и влюбилась. Но чем дольше Листия находилась во дворце, тем больше отстранялся от неё герой. И вот однажды она ночью пришла в его комнату, решившись на разговор. —Зачем пришла? — спросил герой тьмы, разбирая остатки бумаг. —Знаешь, я хотела сказать, что ты мне нравишься! — выпалила девушка, густо краснея, ей так хотелось, чтобы он посмотрел в её глаза.       Перо выпало из рук Гудэ, оставляя пятно на документе. Он медленно повернулся к девушке, показывая ей своё красное до кончиков ушей лицо. Он уже давно заметил, что питает чувства к пленнице, но решил держаться с ней на расстоянии, всё ещё считая её врагом. А тут она пришла к нему на ночь глядя и сама признаётся в чувствах. И что ему теперь делать-то? Влюбиться в своего врага — нет ничего на войне ужаснее. Кому-то из них придётся предать свою страну, или их любви не суждено свершиться. — Прошу, прими мои чувства! Я знаю, что убила многих из тех, кого ты защищал, но дай мне шанс! —Шанс? — он вдруг хмыкнул и отвернулся от неё, заставляя её сердце болезненно сжаться. —Знаешь, мне нравятся люди в романтическом плане, так как я и сам человек… А помимо меня во дворце людей нет, кроме тебя, так что я не прочь попробовать, — смущённо выдал он, но пообещал себе остаться верным князю тьмы.       Так бывшие враги и стали парой, любовь которой восхваляли все последующие поколения. Их союз привёл к перемирию между людьми и монстрами. После войны они поселились далеко от посторонних глаз и жили тихой, мирной жизнью. Но это уже совсем другая история.