Ненависть, указавшая на свет

Просто в голове не укладывалось, что они дошли до такого разговора. — Мне нужны гарантии, мистер Снейп, — мрачным голосом сказала Джереми. Пока зельевар был на ее стороне, она о таком и не заикалась. Но стоило ему даже призрачно во время их ссоры намекнуть, что он все расскажет Люциусу, как это стало началом конца. — Мечтайте дальше, Грейнджер, — холодно отозвался зельевар, собрав все свои вещи и собираясь покинуть дом магглов. В конце концов он был здесь больше не нужен. А зачем он вообще сюда ехать? Помогать? Подставить мужское плечо? Побыть жилеткой для стенаний и жалоб на такого-сякого Малфоя? Влиятельного и богатого красавца Малфоя, от которого девица воротит нос, когда за ней бегает сам сиятельный лорд? Он думал, у него есть шанс. Не признавался себе, но ненавистные семена надежды все же нашли себе почву и проросли! Он столько сделал для нее, а теперь эта гриффиндорка хочет от него клятву о молчании? Он был двойным шпионом у Волан-де-Морта. Его ни купить, ни уговорить у нее не получится. Да, он не был исполненным благородства гриффиндорцем и все же недоверие Грейнджер, для которой он столько сделал, била по нему нещадно. А он еще думал, что что-то к ней чувствовал. На что-то, дракл его дери, надеялся. Идиот! Это только страсть и больше ничего! Ничему его жизнь не учит. Второй раз на те же грабли. И пусть у этой девицы и не было рыжих волос… Но была она такой же невыносимой гриффиндорской, как и та. — Снейп! — прокричала Джереми, но зельевар уже аппарировал. — Ррр, да твою ж! Мерзавец! Джереми плюхнулась на диван, вплетая руки в волосы. Если Снейп пойдет к Малфою — это будет конец. Тот снова продолжит свои поползновения и если он уже перешел к зельям, то дальше будет только хуже. Ей не на кого положиться. Она действительно пошла к Снейпу от безысходности. Она думала, что может ему доверять. Чем? Чем она о таком думала?! Сейчас выходило так, что Снейп неплохо может нажиться на информации о ней. Нажива против благородства. Ответ для слизеринца очевиден. С чего бы ему и дальше ее прикрывать? Вот именно. Ни одной причины у Снейпа нет, чтобы это делать. С одной стороны, плюшка от Малфоев, из которых много чего можно выдоить за информацию, а с другой стороны, бывшая студентка. Просто бывшая студентка, которая его ни подкупить, ни заткнуть, ни шантажировать не может. А выполнить просьбу, войти в положение… Видимо, предел терпения Снейпа кончился. Джереми потратила еще полчаса на хождение по дому, пытаясь найти выход из ситуации. К Гарриет ей нельзя. Она теперь Малфой. К Уизли тоже нельзя. Потому что они Уизли. О том, что она у них и как так получилось, что она девушка уже через пять минут будет знать вся округа. К Луне и Невиллу? Три раза ха. Нарцисса Малфой теперь Лавгуд. Она тоже не откажется от шанса поиметь что-нибудь с бывшего мужа за информацию о ней. Ее обложили со всех сторон. Снейп, который недолюбливал соулмейтства, был ее единственным союзником. Но он оказался и еще более опасным врагом. Джереми решила, что не будет откидывать даже самые худшие варианты.

***

Джереми погостила у родителей еще два дня. А после села на лайнер. Портключа у нее не было, а если Малфоям стало про нее известно, то и аэропорт не может быть более безопасным. Тем более жить на корабле было удобно. Джереми магией изменила свои документы, без проблем сев на круиз. Внешность тоже пришлось менять. Вот только не магией. Так ее раскусят быстрее. Она перекрасила волосы в темно рыжий, купила карие линзы и сделала челку. Она обзавелась легким загаром и нарисовала веснушки, пользуясь макияжем, чтобы изменить черты лица. Время на корабле она проводила за мыслями, продумывая все до мелочей. Ей нужно было сразу так сделать. Сразу скрыться, придумать легенду, а не идти к Снейпу в надежде, что никто не будет искать парня Джереми Грейнджера. Поэтому она продавала свой книжный и квартиру наверху, поэтому ей нужно вывести все свои сбережения из Гринготтса, поэтому она собиралась обзавестись новой палочкой в первом же городе с магическим районом. Впереди предстояли сложные времена. Она возвращалась в Лондон.

***

Сириус вернулся в Лондон. Он знал, что так будет, и все же пришел на Гриммо двенадцать. Особняк, в котором он рос. Дом Блэков. Его дом. Который не узнавал его. Пришлось прибегать к кровной магии. Резать ладонь и прикладывать к двери, чтобы дом узнал последнего из главной ветви Блэков. Гарриет была не просто рада ему. Она была в восторге. Сириус боялся, что его могут не принять, не поверить, или, что еще хуже, просто послать. И все же его приняли. Приняли в семью. Он провел несколько странных часов в Малфой-мэноре, общаясь с крестницей. Гарри была… другой. Конечно, последний раз он видел ее подростком-пацанкой, и все же наблюдать за новой миссис Малфой и ее взаимодействием с мужем было очень странно. Драко смазливостью пошел одновременно и в Нарциссу, и в Люциуса. И смотреть на идиллию Малфоя и Гарри было так странно. Дражайшая кузина тоже была здесь, но без нового мужа. И казалось, что она никакая и не Лавгуд, а все та же знакомая ему немного капризная Нарси. Про Люциуса и говорить нечего. Они никогда не ладили. И Сириус каждый раз, смотря на лорда Малфоя, вспоминал Джереми. Как этот парень, а ныне девушка, твердо и непреклонно отослала сиятельного лорда! И сразу как-то становилось веселей в неродной гостиной, и как-то сразу легче дышать! Гарриет без лишних слов передала ему Блэк-хаус. Ранее она была регентом рода Блэк, но теперь когда Сириус вернулся, в этом отпала нужда. Тащить третий род на себе, его крестница считала перебором. Тем более что Драко магия не признавала Лордом Блэк. Сириус только усмехнулся, никак не комментируя эту попытку малфоныша заграбастать деньги и дом Блэков. Это Гарриет еще не забыла о честности, а эти трое блондинов давно отложили совесть в сторонку, чтобы не мешалась. И как же приятно было вернуться домой. И пусть уже не было ворчливого и такого бесячего эльфа. Пусть портрет матушки был прожжен и уничтожен. Пусть везде была пыль и паутина. Но это был его родной дом. Эта знакомая темнота. Теплый свет волшебных ламп, мягкие ковры и старинные барельефы.

***

Это была их не первая и не последняя ссора, но точно одна из самых разрушительных. Драко даже и не пытался разнять отца и крестного, которые как в кровавом угаре накидывались друг на друга. И не давал Гарриет. Не хватало только, чтобы его беременная жена покалечилась. Но лечить отца и крестного пришлось. И даже полуживые они все еще сжимали кулаки и злобно зыркали друг на друга. — Может все же просвятите меня в чем дело? — прохладно спросил Драко. — Джереми, — свистяще выдохнул Люциус. — Грейнджер, — одновременно с лордом отозвался зельевар. — Ну, конечно, — закатил глаза Драко. — И где он прячется? — Он… Он свел ему метку! — снова, как в первый раз, взъярился Люциус, кипящими от ярости глазами смотря на своего друга. Драко тут же подобрался, теряя сколько-нибудь шутливый настрой и поворачиваясь к крестному. — Это правда? — сурово спросил Драко, боясь услышать о предательстве крестного. — Я сводил метку себе. Он просто оказался не в то время и не в том месте. Это случайность, — честно ответил Северус. — Но ты молчал об этом! — снова выкрикнул Люциус. Скольких седых волос на голове у него прибавилось, когда его метка начала колоться? А сколько нервов он убил, смотря на свою серую метку? — Потому что я говорил тебе быть осторожным! А ты не просто спугнул ее, ты выставил себя сталкером и маньяком! — разъярился в отвел Северус. — О чем вы говорите? «Ее»? — переспросил Драко. — О, это еще одна маленькая новость, о которой наш друг Северус решил нас не ставить в известность, — изошелся ядом Люциус. — Джереми теперь девушка. Стирание метки дало такой неожиданный побочный эффект. Именно та девушка, которую ты обнаружил с утра в квартире Грейнджера и принял за его любовницу! Именно та, что сидела за столом у этого предателя, который травил меня мозгошмыгами, что Грейнджер убежал в Австралию! Малфой-старший снова попытался дотянуться до зельевара. И пусть Драко отобрал у обоих палочки, пусть некоторые из костей были сломаны, а синяков было не сосчитать, сиятельный лорд все еще не удовлетворил свою жажду крови. — И благодаря кому ты все это узнал, мой друг? — прошипел Северус. — Возьми себя в руки, Люци. Третьего шанса у тебя не будет. Грейнджер изобретательна, а ты потрясающе однообразен в своих бесплотных попытках завоевать чужое сердце. — Так все! Хватит! Вы взрослые маги, а ведете себя хуже детей, — сказал Драко, узнав все, что хотел, более не желая слушать ругань. — Он украл у меня соулмейта, — отчаканил по словам Люциус. — Я приподнес на блюдечке тебе под сиятельный нос девушку, которая может родить еще одного Малфоя. Или я что-то пропустил и твое семейное проклятие само собой развеялось? — язвительно осведомился зельевар, заставив и Драко, и Люциуса задуматься.