Мой

— Тянь… — голос Чэна перебивала громкая музыка. Би нахмурился и перехватил юркую ручку омеги, которая нашарила пряжку его ремня. Качнул головой и начал продираться сквозь беснующуюся толпу в зале. — Тянь, подавители! — хриплый голос мало походил на голос Чэна, слишком слабый, глухой. — Привези скорее. Разговор оборвался, Чэн сбросил даже не дождавшись ответа. Би непонимающе покосился на экран. Что происходит? У Чэна появился омега? От такого предположения резануло по нервам и сжалось в животе неприятным комком. Хотя на что он рассчитывал? Чэн настоящий Альфа, и любые омеги, что попадались на его пути, были бессильны сопротивляться тяжёлой ауре сильного самца. Выйдя из клуба он прислонился к стене, закурил и набрал Тяня. Придется самому доставлять таблетки. Тянь усвистал со своей пассией за город и вернется только завтра. Он звонил ему очень редко и всегда только в экстренном случае. Последний раз было год назад, когда Чэн за каким то чертом надрался в баре и вызвонил его. С этой пьяной тушей Би в одиночку бы не справился, пришлось звать на помощь Тяня. Фонило от него феромоном убийственно. Би в тот раз еле сдержал себя, пока тащил невменяемого Чэна к тачке. Хотелось зажать его и присосаться, пометить всего, сделать своим. Давнее притяжение, желание, будто умножились из-за чертового странного омежьего феромона. И это разозлило. Потеря контроля грозила если не смертью от руки протрезвевшего Чэна, то уж точно изгнанию из клана. А это конец всему. Выкинуть несколько лет в мусорку только потому, что не смог удержать желания? И вообще, чего его так вштырило. Сколько раз на них обоих вешались омеги, источая нежный аромат, но такого мощного отклика его тело еще не выдавало. Мельком подумав о возможной истинности обладателя феромона, выкинул эту мысль за ненадобностью. Би знал о том, что всякие там феромоны фигня по сравнению с тем, что его душа и тело полностью принадлежали Чэну. И тот распоряжался. Даже в резиденции Хэ для него был организован уютный небольшой дом. Тянь еще чуть ли не кудахтать над братом начал. Конечно, братья и все такое… Но как-то уж слишком это было… Слишком мягко. Би на месте Тяня врезал бы Чэну, чтоб мозги вправить. Ну какой идиот потащится туда, где омеги, накануне гона? Вон, горит весь. Видимо, успел кого-то течного трахнуть в баре, разит от него омегой так, что собственный феромон перебивает. — Би? — удивленный голос Тяня прервал его тяжёлые мысли, — Что случилось? — Подавители, Тянь. Какие нужны Чэну? Повисшая тишина на том конце провода начинала бесить. — Тянь, ты там уснул, что ли. — Нет, Би… Слушай, а ты знаешь, значит? Чэн тебе рассказал? Би хмыкнул, покачав головой. Однако. Даже брат уже в курсе его отношений с омегой, а лучшему другу, правой руке, тому, кто вытаскивал из-под пуль и дрался плечом к плечу, даже словом не обмолвился. Было досадно. Думал, что заслужил доверие, а оказалось что недостаточно. А может, дело в другом — ревность? Если Чэн встретил истинного, то можно понять… Наверное. Разве Би давал повод? Он нервно отбросил дотлевшую сигарету и направился к стоянке, попутно вылавливая из кармана ключи. — Знаю. Догадался. Таблетки, Тянь. Говори скорее, мне надо ехать. Скорость успокаивала. Кажется, это будет последней каплей, если Чэн встретил своего омегу. Дальше терпеть, носить вечную маску друга, лишь изредка позволяя себе залипнуть на шикарной заднице, не получится. Ведь когда встречаешь свою половинку, жаждешь проводить с ней как можно больше времени. Би для этого даже перебрался в соседний дом, лишь бы поближе к предмету своих тайных воздыханий. Пффф — Би хмыкнул и тряхнул головой. Розовые сопли, блядь. Пока он зарабатывал косоглазие, стараясь как можно более незаметно разглядывать свое совершенство, это совершенство спокойно устроило свою жизнь. А значит, для Би там место уже не половина, а максимум треть, а то и меньше. И это решало все. Не сможет он делить Чэна с его парой. Не те весовые категории. Он уже в проигрыше, хотя и не видел этого омегу. Би и раньше то не рассчитывал на взаимность, куда уж отношения. Первым бы прибил Чэн, а добил бы мистер Хэ. С особой жестокостью. Если бы узнал. Для отца братьев один удар уже преподнес младшенький. Тянь берегов не ведал, отыскал себе злющего пацана, которому вообще было плевать на статус семьи Хэ и на Тяня в частности. Таскался за ним, смотрел так, будто нашел не что иное, как драгоценность. Планомерно приручая к себе, день за днем проникая в личные границы Рыжего. И затащил-таки того упорным старанием в койку. Би малодушно спрятался за барной стойкой, налив себе виски, пока господин Хэ набирал обороты и громыхал басом на Тяня. Рыжая бестия оказался альфой, что ни капли не смутило Тяня и то, что он сам альфа. В отличие от отца, который такое в страшном сне себе не представлял. И уж тем более, не собирался воочию убеждаться, когда без предупреждения зашел к тому в комнату. Отец был свято уверен, что это просто друг бета. В тощем парне разглядеть альфу было решительно невозможно и радовался, что Тяня еще не окрутил омега, ведь семья Хэ была известна очень хорошо и имела солидный капитал. Мистер Хэ разнос устроил знатный. Тянь в конце лишь припечатал тем, что Рыжий его пара и класть он хотел на омег и всякую истинность. Что если на то пошлó, то Рыжий и есть его истинный, потому что от него крышу срывает с петель моментально. И если отец не примет его пару, он готов вот прям сейчас встать и уйти из дома и жить в маленькой съемной квартире Рыжего, зато рядом с любимым. Мистер Хэ жестом приказал замолчать, лишь мудро отметив, что сына терять не намерен. И усмехнулся, заметив, что Тянь такой же упертый баран, как и он сам. А Би в тот момент понял, что ему точно ничего не светит. Два сына и оба геи? Даже от представления реакции отца Чэна хотелось самому закопаться в землю, чтоб мистер Хэ не утруждался. Доктор уже собирался уходить, когда появился Би. Коротко поздоровавшись, он назвал имя Чэна и попросил рецепт. Бросив на него, как показалось, осуждающий взгляд, доктор зашуршал бланками рецептов. — Молодой человек, я уже предупреждал мистера Хэ об опасности приема этого препарата на такой долгий срок. Даже учитывая бесплодие омеги, он может негативно повлиять на здоровье. — написав на рецепте неразборчивые закорючки и поставив размашистую подпись, доктор передал рецепт. — Предупредите мистера Хэ чтоб он зашел ко мне как можно быстрее, нужно скорректировать прием подавителей. До свидания. Би вывалился из клиники озадаченным. Это что же получается, омега Чэна бесплоден? Ну дела. Интересно, как их отец на это смотрит. От младшего потомства не дождешься, если только не соберутся суррогатного отца найти. И у старшего тоже проблемы. А еще донимал вопрос — где, черт подери, Чэн прятал омегу. Ведь Би чуть ли не круглосуточно таскался за ним. Разве что последний год раз в три месяца Чэн уезжал один на собственный остров, и возвращался уставший. А темные тени под глазами говорили, что он вряд ли там отдыхал. Трахался — мрачно подвел итог Би. А его не брал, потому что второй альфа там не нужен. В резиденции Хэ было как-то странно тихо. Охранники толклись только по периметру ограждения, а сам дом был погружен в темноту. Подойдя ближе стало понятно, что только в комнате Чэна горит тусклый свет. Отчего-то вспотели руки, а по телу прошел неприятный холодок, ухнув мурашками в ноги. Возможно, сейчас он встретится с избранником Чэна. Этого и хотелось и не хотелось одновременно. Потоптавшись перед домом, Би достал очередную сигарету. Нужно успокоиться. Зажечь спичку, обняв огонь ладонями, чтоб ветер не сдул пляшущий огонек, и глубоко затянуться. Би по старинке использовал спички. Чэн на это усмехался, но Би считал это неким ритуалом. Глядя на огонек, пожирающий деревянную палочку, он будто собирал себя в кучу. Эта медитация обрела еще бóльшую силу, когда у Чэна появился в кармане коробок. Специально для Би. Машинально обнимая ладонями руки Чэна, протягивающие ему огонь, его моментально сшибало просто зверской уверенностью — если даже что-то пойдет не так, Би наваляет всем. Даже если будет один против десятерых. Тянуть уже некуда. Щелчком закинув окурок в урну, вошел в дом. Куда все подевались-то? — думал, шагая в сторону лестницы. Обычно, кто-то из прислуги круглосуточно находился на дежурстве. Поднявшись, на секунду замешкался. К двери было страшно прикоснуться. Собрав всю волю в кулак, Би постучал. Вслушиваясь в тишину, которая шумела собственной кровью в ушах, ответа он так и не услышал. Аккуратно нажав на ручку толкнул дверь. Тут же Би уловил шлейф феромона, который заставил всю шерсть на его теле встать дыбом. Замерев на мгновение, Би шибануло воспоминанием годичной давности. Тот самый запах, от которого ему чуть не сорвало все гайки. Здесь. Не может этого быть! Сердце, кажется, работало через раз, а воздуха перестало хватать. Би крадучись шагнул внутрь. Пожалуй, еще более страшное для него, чем омега Хэ — это осознание, что этот омега, судя по всему, истинный Би. Не то чтобы он от этого факта умер, но этот фантастический клубок совпадений уже слишком для восприятия. Как и Тяню, Би было абсолютно плевать на истинность, потому что давно понял, что принадлежит со всеми потрохами только одному человеку. Пусть даже без взаимности. Но то, что у Чэна появился омега, да еще и истинный для Би. Бляя. Это конец. Мягкий приглушенный свет освещал комнату и огромную кровать. — Твоего ж папу! — это было единственное, что смог просипеть Би, пытаясь поверить в реальность и отодрать челюсть от пола. Взгляд ошалело метался по разворошенной кровати, в попытке осознания увиденного. Собственные ноги не слушались, и будто сами направились ближе. Шаг за шагом приближая его к тому, кто бесстыдно раскинулся на простынях, предоставляя шикарный вид на безупречное молочно-белое тело. Хотелось не просто дотронуться. Хотелось содрать с себя все разом и завладеть, присвоить себе, вжать в себя и не отпускать никогда. Из-за того, что комната была плотно закрыта, феромон сгустился и забивался в нос до цветных кругов перед глазами. Чистый омежий феромон, без каких либо примесей альфы. Дрожащей рукой Би будто огладил все тело, не прикасаясь к коже. Порочное совершенство, господи. — Мой. Ты мой! — почти беззвучно прошептал Би, опустившись на колени рядом и всматриваясь в безмятежно спящее лицо. Аккуратно подцепив пальцами упавшие на глаза прядки волос, он невесомо откинул их за уши Чэна и уставился на еле заметную родинку, выглядывающую из-под ресниц. Туда хотелось поцеловать. Поддавшись соблазну, Би провел пальцем по ней, зацепив пушистые реснички. Чэн коротко вздохнул и открыл глаза. Поначалу бездумный взор быстро наполнился осознанием, и Чэн рывком накинул на себя одеяло, смотря на Би непривычно испуганно, осознавая что тайна раскрыта. Би лишь коротко усмехнулся, встал и положил пакет с подавителями на кровать. — Позже поговорим, Чэн. Чтобы выйти и закрыть за собой дверь, понадобились поистине титанические усилия. Стоя в прохладном коридоре, куда не просачивался крышесносный феромон, мозги было собрать чуточку легче. Факт того, что Чэн оказался омегой, не укладывался в голове. Как же так вышло, что при внешних признаках альфы, он омега? Так значит доктор о Чэне говорил, и он бесплоден? Нужно с ним поговорить, когда он придет в себя — рассуждал Би, выходя из дома. Вряд ли Чэн оценит порыв Би, если бы тот набросился на него в такой период. Сначала разговор, а потом… А потом, либо Чэн примет его, либо он навсегда останется подле него верным псом, который будет защищать пока не помрет. Однако, планы Би провалились на следующий день. К вечеру дом заполонили охранники, а мистер Хэ приказал хватать Тяня и его зазнобу и сваливать в убежище. Интернета там не предполагалось, а из развлечений только речка, книги и с пяток кабельных каналов. Да и телефон только для экстренных случаев. Впору было повыть на луну. Прошло всего полмесяца, а эта парочка его достала до самых печенок. Сначала было даже забавно. Тянь, лишившись надзирателя в доме в виде отца, попросту не обращал внимание на то, что кто-то еще находится рядом. Би забавляло смотреть за тем, как Тянь пушил свои перья и по-серьезному обхаживал Рыжего. Вот еще недавно это чудило было угловатым подростком, а сейчас молодой альфа буквально гипнотизировал собой… другого альфу. Бляя. Би обреченно вздохнул. Надо признать, это довольно возбуждающе. Но Би видел другого перед своими глазами. Так похожего на Тяня. Гены, чтоль, что даже омега имеет альфовую сексуальность. Угроза покушения на кого-то из сыновей мистера Хэ заставила в срочном порядке рассредоточиться до момента поимки заказчика. Би страдал. Он понятия не имел куда увезли Чэна, все ли с ним в порядке. Теперь, когда выяснилось что Чэн омега, да еще и истинный, режим берсерка включился на максимум. Хотелось рвать и метать, но защищать. А его, как назло, приставили к этим двум оболтусам. Короткие доклады, которые он получал в специально отведенное время по телефону, не проливали ни капли информации. Все в порядке. Поймали посредника. Выбивают имя заказчика. Про Чэна неизвестно. В очередной раз окончив разговор, Би чуть не впечатал телефон в стенку. Еще минимум полмесяца куковать тут. Что ж, тогда нужно занять двух местных кроликов так, чтобы они не мешали вечернему чтению книг. Невозможно слышать ежедневные доказательства любви в виде стонов за стенкой. Тогда как самому Би оставалось лишь врукопашную бороться со своей проблемой. Под предлогом того, что нужно обязательно быть готовым ко всему, гонял парней в хвост и гриву. И довольно скалился, когда слышал отнюдь не любовные стоны. Шань смотрел волком на Би, а тот лишь специально играл мышцами, показывая кто тут сильнее. И удовлетворенно видел в глазах восхищение вперемешку с упрямством. Как же легко поводить за нос альфу, усмехался Би. Поиграть на его жажде силы. Однако, с удовольствием был готов реально тренировать Шаня, даже после этого заточения. Пацан через «не могу» тренировался, к удовольствию Би. Он любил упертых. Ну а еще не мог отказать себе в коварстве поразмыслить над взаимоотношениями этих двоих после того, как Би раскачает рыжего. Не все же Тяню перья пушить. Веселуха будет когда начнется все наоборот. Би закатил глаза и рассмеялся сам над собой. «Глупость какая, — подумал он, помотав головой. — скоро свихнусь от этой ссылки». Невозможность объясниться, увидеться — угнетала. Он буквально заставлял себя не вспоминать тот вечер. Сводящий с ума феромон и совершенное тело, которое теперь запечатлелось навеки в памяти. Отпускал себя только ночью, сжимая раскаленный желанием член. Закрывая глаза и мысленно лаская белоснежную кожу и стальные мышцы под ней. Кончал неизменно на то, как Чэн открывал глаза и смотрел прямо на него, своим колдовским задумчивым взглядом. После засыпал как убитый, успев только обтереться заранее подготовленным полотенцем. Еще через неделю звонок, наконец, ознаменовал конец заточению, Би аж не поверил своим ушам. Будь он один, рванул бы без завтрака и обеда обратно. Но нужно было присмотреть за подрастающим поколением. Поколение вело себя вальяжно, ело заказанную пиццу не торопясь и постоянно перекидывалось только им понятными шутейками. На предложение жрать резче, Тянь оскалился. — Что, Би, так не терпится с моим братом увидеться, что аж из штанов выпрыгиваешь? Шань подавился куском пиццы, а Би, постучав ему по спине, мрачно ответил: — Осторожней глотай, рыжик, у Тяня вечно какие-то странные фантазии на уме. Тянь, нисколько не обидевшись, откинулся на стуле и усмехнулся. — Да ладно тебе, видел я как ты на него смотришь. И Чэн стопудов замечал тоже. Не думал ли ты, что если Чэн был бы против, он не нашел бы себе другую… правую руку? Би готов был поклясться, что Тянь нарочно так двусмысленно сказал. Это что получается, Чэн все понял? Шань дожевывал кусок пиццы, переводя глаза с Тяня на Би, мудро решив помолчать, а то тут явно какая то фигня творится. — Ну и когда вы двое решитесь поговорить? — Тянь заботливо налил рыжику стакан сока. — Я то думал что вы уже вместе, раз ты знаешь что Чэн омега. А у него феромон так и не изменился. Шань, глотнув сок, выплюнул его обратно в стакан. — Как, омега? — голос Шаня дал петуха и он закашлялся. Би вновь постучал по спине рыжика и волком уставился на Тяня. — Я не знал. Он перепутал твой номер с моим и попросил привезти подавители. Я думал у него дома омега. — То есть как, ты узнал только в ту ночь? — Тянь ошарашенно уставился на Би. — И ты смог удержаться и не кинуться на Чэна как голодный пес? Шань шикнул на него и пнул под столом ногой. — Ай, солнце мое, за что ты так! — Тянь картинно сморщил страдающую мину. — Да как на них двоих смотреть то. Я уж обрадовался, когда Би у меня про подавители для Чэна спросил. А он оказался бесчувственным чурбаном и не помог брату. Тянь глумливо подвигал бровями, за что схлопотал очередной пинок под столом. — Я тебе больше скажу, мелочь. Чэн мой истинный, а я не люблю делать серьезные шаги до того, как прояснятся некоторые вопросы. Через пять минут выезжаем. Задержитесь тут хоть на секунду, поедете автостопом. Тянь так и остался сидеть с открытым ртом, переваривая услышанное, а Би направился к машине. Оставшийся отрезок пути прошел в тишине. Тянь задумчиво пялился в окно, пропуская сквозь пальцы волосы Шаня, задремавшего у на его плече. К ужину измотавшаяся троица прибыла в резиденцию Хэ. Отец семейства нашелся в гостиной, он что-то нервно обсуждал по телефону. Увидев троицу, господин Хэ скомкано попрощался и нетерпеливо обнял Тяня. — Мне нужно поговорить с тобой о Чэне. — Мистер Хэ явно нервничал, поглядывая на Би и Шаня. — Наедине, ты понимаешь. Тянь махнул устало рукой и упал на кожаный диван, поманив к себе Шаня. — Ты можешь говорить, отец, они все знают. Мистер Хэ нахмурился и пытливо уставился на Би. Что он там хотел найти, неизвестно, однако странный разговор о Чэне заставил напрячься. Явно что-то случилось. — Мой давний враг прознал о статусе Чэна. Один из моих людей разнюхал и донес ему за очень неплохое вознаграждение. — Мистер Хэ уселся в кресло напротив Тяня. — Однако не учел, что у меня есть информатор на той стороне. Вы успели уехать, а вот за машиной Чэна увязались и проследили куда везут. Би нашарил стул и уселся на него. Ноги после таких сообщений отказывались держать. Если что-то сделали с его Чэнни… — Мы вычислили всех и готовились к захвату, однако они опередили нас на пару часов. Им удалось скрутить охрану и выкрасть Чэна. Не без потерь, конечно, — мистер Хэ криво ухмыльнулся, — он хоть и омега, но может навалять альфам. Однако, их было много, а рядом с ним не было его личного охранника. — Он бросил взгляд на Би, который вцепился в стул от услышанного. — Кто же знал, что можно будет обойти моих пятерых лучших бойцов. Он встал и, сложив руки за спину, зашагал по комнате. — Его план был выкрасть Чэна… — Хэ остановился и прикрыл глаза рукой. — Он собирался накачать его гормонами по уши, и записать видео, как альфы его… В общем, месть была бы идеальной. Уничтожить наш клан его давняя мечта. Никто бы не разбирался в том, откуда видео и как его снимали. Мистер Хэ обессиленно опустился в кресло, а Би с трудом встал и севшим голосом спросил: — Где он сейчас? Хэ вздохнул, и тихо ответил: — Мы увезли его на остров. Он в таком состоянии, что… В общем, тот урод успел накачать его гормонами, у Чэна сейчас очень тяжелая течка. — Мистер Хэ почесал лоб и поднял глаза на Би. — Я говорил с доктором только что, он сказал ни в коем случае не использовать подавители. Би кивнул и направился к двери. — Господин Хуа Би, сейчас не время навещать Чэна. Вы альфа, что бы там ни было, нужно подождать… Би покачал головой. — Господин Хэ, я должен быть с ним, и это не обсуждается. Вскочившего на ноги отца остановил Тянь. — Ай, отец, оставь. Он его истинный. — кинув небрежно эти слова, он уложил голову на колени рыжика. — Сейчас они с Би тебе внучат заделают, я хоть в фирме поработаю нормально. Тянь состроил брови домиком и, взяв руку Шаня, поцеловал его пальцы, страдальчески произнес: — Чэн такой злой, не дает мне развернуться и показать на что я способен. Мистер Хэ застыл на месте, пытаясь переварить услышанное, и растерянно уставился на Тяня. Би в который раз захотелось прихлопнуть не в меру болтливого пиздюка, но мысль о Чэне, который прям сейчас один на острове и жестоко страдает, перевесила. На этот раз он воспользовался водителем Чэна. Нужно было подумать не отвлекаясь на дорогу. Работая с семьей Хэ, Би так же принимал подавители для альф. Для такой серьезной работы фонить феромонами просто не допускалось. В отличие от блокаторов для омег, альфам не грозило бесплодие. — Чертовы умники, не могут придумать нормальные препараты, — ворчал Би, вглядываясь в окно. Он не знал, как Чэн относится к своему диагнозу, но даже если он никогда не сможет иметь детей, Би его будет любить несмотря ни на что. «А вдруг они бы стали похожими на Тяня, — ужаснулся Би и потряс головой. — Кошмар какой-то, о чем я думаю»! К моменту когда подъехали к пристани, уже накрапывал дождик. Би такую погоду любил. Слушать шуршание дождя успокаивало. Он всегда в такое время выходил к себе на крыльцо, затягивался сигаретой и медленно выкуривал. В голове была мягкая пустота и покой. Отправив водителя обратно, сам сел за руль катера. Лишние люди ему точно были не нужны. К острову подплыл когда село солнце и всё окутала кромешная тьма. Сердце гулко стучало где-то в животе. В суматохе событий он даже забыл, что его самого со дня на день может накрыть гон. Без подавителей, рядом с омегой, и того раньше. Он нервно взъерошил волосы, шагая по пляжу в сторону бунгало. Что ж. Пожалуй, настал момент когда и Чэн узнает его как своего истинного. Было страшно. Однако желание успокоить огонь своего Чэнни, помочь ему, гнало вперед. Да и наконец сжать его в объятиях, зацеловать, сказать ему о своих чувствах которые невозможно уже было скрывать. Би скинул ботинки. Мягко ступая по ступенькам, он поднялся наверх и огляделся. Дверь в бунгало была приоткрыта, оттуда проникал приглушенный свет, а также тонкий шлейф феромона Чэна. Би повело. Сегодня он особо остро чувствовал его. По телу тут же прошла дрожь, подняв все волоски на теле дыбом. Не успев проконтролировать себя, Би низко зарычал и тут же в бунгало что-то упало. Оторопев от своей реакции, он влетел внутрь узнать что случилось. Картина, которую он увидел, была явно не для слабонервных. Чэн, стоящий за барной стойкой в одних трусах и огромный бутерброд на полу. Обычно идеально причесанный, сейчас Чэн был умилительно взъерошенный, с испуганными глазами, который уставился на Би. Пару секунд хватило осознать, кто перед ним, и Чэн попятился назад. — Би, уходи, зачем ты приехал… — Чэнни… — он медленно двинулся в его сторону. — Я не уйду. Больше не могу притворяться, понимаешь? Чэн уперся спиной в стену, а Би подошел вплотную, заперев того по бокам руками. — Не могу без тебя. Я ведь подумал, что у тебя появился омега. — Он наклонился и оставил невесомый поцелуй на шее. — После этого я думал, что умру. Не смогу находиться рядом. Но и жить без тебя — пытка. Би втягивал одуряющий феромон носом и водил губами по шее и плечу, целуя нежную белоснежную кожу. Чэн ничего не говорил, только мелко дрожал, вздрагивая на каждый поцелуй. — Как же ты умудрился скрывать от меня себя, Чэнни? — Би вжался лбом в его висок и стиснул одной рукой, крепко прижав к себе. Другой рукой зарылся в шелковые волосы, слегка помассировав шею и уставился ему в глаза. — А теперь я могу сказать лишь одно, Хэ Чэн. Ты моя пара, я люблю тебя и буду всегда рядом с тобой. Целовал жестко и жадно. Потому что давно мечтал. Потому что опять учуяв его феромон, слетел с катушек. Но больше не было нужды держать себя. Потому что точно знал, что именно так Чэну нравится. Рычать ему в поцелуй, стискивая в кольце рук до хруста костей. Своих или его — неважно. Эта боль сейчас только распаляла, вытаскивая из Би самую темную его сторону, которая долгие годы была подавлена таблетками — чтобы всегда была трезвая голова. Забытое чувство дурмана, жуткого голода, накатывало волнами. Держать себя в руках рядом с омегой — задача не легкая, а с готовым принять альфу истинным просто невозможная. Би смаргивал наваливающуюся пелену агрессивного желания подмять и взять сейчас же, и не мог поверить, что течка истинного подтолкнет и его организм. Его накрывал гон, и Би чувствовал, что он будет отличаться от того, что у него когда-то был. Оторвавшись от истерзанных губ Чэна, взглянул в его глаза. Тот все понял. Почувствовал. Неверяще втягивал воздух наполненный феромоном Би и смотрел удивленно. — Чэнни… — держаться было решительно невозможно, член звенел от напряжения и желания, но важно было спросить, иначе никак. — У тебя сейчас пара секунд, чтобы сказать «нет». Если согласишься, ты будешь моим навсегда, ты понимаешь? Чэн едва стоял на ногах, мелко дрожа всем телом. Он только прикрыл глаза, глубоко вдохнул и, не сказав ни слова, вплел свои пальцы в пальцы Би. Звериный рык явно был слышен во всех уголках острова. Би просто сгреб Чэна в охапку, перехватив под ягодицами, и направился в спальню. Пинком открыв дверь, вошел и поставил на пол, не отрываясь от него, выцеловывая шею и плечи. Сорвал с себя одежду и, притянув Чэна, прижал того к своему обнаженному телу. Трусы были явно лишними, но был особый кайф тереться о них и ловить глухие стоны. Чэн не говорил ни слова, только подставлялся и прижимался, шумно и часто дышал, закатывая глаза. Би от этого вида трясло. Желание сожрать любимого полностью, глухо ворочалось в груди, вырываясь наружу низким рыком. Би медленно опустился на колени, прикусывая все, что попадалось на пути и стянул с него трусы. Чэн был нестандартным омегой во всем. Под стать своей фигуре, его член был почти такого же размера как у альф. Воспаленное воображение Би тут же подсунуло картинку как не он, а Чэн берет его. Яростно и жестко. Как альфа. И как он, Би, подставляется. Остатки разума снесло этой пошлой картинкой. А осознание того, что это в обществе не принято, цапнуло по нервам таким диким возбуждением, что в тот же момент, когда он насадился ртом на ствол Чэна, тут же кончил. Би вцепился в бедра Чэна и яростно насаживался, пропуская член глубоко в горло, ловя отголоски оргазма, раздирающие его. Чэн, вцепившись в волосы Би, уже в голос стонал. Закаменевший член был готов излиться, но у Би были другие планы. Пережав основание, он с пошлым чпоком вынул его изо рта и опрокинул Чэна на кровать. Тот распластался, раздвинув свои нереально длинные крепкие ноги в стороны, открывая вид на свою готовую дырочку. И Би навалился сверху, подминая под себя, фиксируя, медленно вошел до упора, сдавив Чэна в объятиях как в тисках. Впился ему в губы, давая привыкнуть к себе — не двигался. Уловил нетерпеливое движение бедрами. Всмотрелся в совершенно пьяные от экстаза глаза и двинулся на пробу. Протяжный стон дал понять что все правильно. Уткнулся Чэну в шею и начал сначала размеренно, потом ускорился, стискивая извивающееся под собой тело. Затыкал поцелуями, слизывая стоны. Кусал уши, рыча от кайфа. А Чэн подставлялся, прогибался, отдавался с таким яростным жаром, что в глазах темнело. Приближающаяся лавина разрядки оглушила, отбив напрочь слух. Ворвалась ураганом, смяло внутренности. Лишь мельком помнил, как одновременно кончал и Чэн, откидывая голову назад, подставляя белоснежную шею, где яростно билась венка, разгоняя кровь. Клыки сомкнулись ровно на ней, прокусывая пряную кожу. Оглушающий феромон шарахнул по рецепторам, вырывая грозный рык самца. Мое. Навсегда. Пять дней течки и гона. Опустошенный холодильник и полностью искусанный Чэн, феромон которого уже изменился, смешался с феромоном Би. — Блядь, ну ты и зверь. — Хмурился Чэн, разглядывая в зеркале засосы и отпечатки клыков. — Нахрена ты меня за жопу то кусал? Би сыто развалился на кровати и улыбался, наблюдая за ним. — Да я тебя был готов полностью сожрать, но твой отец бы меня тогда убил. Это компромиссное решение. И заржал, уворачиваясь от летящей в него подушки. Чэн цыкнул и подошел к Би. — Когда ты понял, что мы… Би притянул его к себе и обнял за бедра, уткнувшись в живот. — Понял, когда подавители притащил. Но еще год назад, когда я забирал тебя из бара, уже почуял тебя. Но я же думал ты альфа, думал, что ты трахнул моего истинного. — глухо ответил Би. — Даже если бы это было так, я все равно выбрал бы тебя. — Он поднял глаза и посмотрел на Чэна. — Я любил тебя, и плевать мне было что ты альфа. Би сгреб его в охапку и утянул на кровать. — А ты, Чэнни? Я не поверю что ты ничего ко мне не чувствовал. — Би коротко осыпал его поцелуями, перебравшись губами ниже к шее и метке на ней. Лизнул ее и прикусил кадык, вызвав чуть слышный стон. — Я никогда не чувствовал тебя, твой феромон, — прикрыв глаза полушепотом признался Чэн, — но меня тянуло как магнитом. А потом мои подавители начали сбоить. Чэн повернулся к Би, чтоб тут же быть захваченным в плен горячим поцелуем. С трудом оторвавшись, он продолжил: — Врач мне сказал, или рядом мой истинный, или очень сильный альфа, на которого мое тело среагировало. — Чэн усмехнулся, проводя по щеке Би рукой — Я догадался, что ты можешь быть тем самым сильным альфой, кто ж знал, что ты еще и истинный. Последний год был тяжелый, рядом с тобой меня начало штормить, и я боялся. Я же видел как ты смотришь на меня, но думал что ты… ну, нетрадиционных взглядов. Не хотел тебя терять. Чэн вплел свои пальцы в пальцы Би и притянул их, поцеловав. — После случая в баре, когда меня внезапно накрыла течка, стало хуже. Таблетки не справлялись, пришлось несколько раз ехать сюда, чтоб никто не видел моего состояния. А когда ты принес подавители… — Чэн взглянул на Би. — Я думал, что Тяню позвонил. Тогда меня накрыло совсем уж неожиданно, а все разъехались. На остров один я бы не доехал. Чэн прикрыл глаза и вздохнул. — Тогда, в баре, я и засветился. Люди, которые меня похитили, раскусили меня год назад. Свои же и сдали, как потом выяснили. Нам повезло, что кто-то из них проболтался нашему информатору о дне похищения. Отец тут же попытался запутать след и развести нас с Тянем в разные стороны страны. Но им как-то удалось вычислить где я. Би стиснул челюсти, пытаясь заглушить ворочающееся чувство бешенства, что какая-то тварь дотронулась до его Чэнни. Чэн погладил его по вздыбленной на загривке шерсти. — Все в порядке, в итоге меня нашли, ничего не случилось. Хотя укол этот гад успел вколоть. Чэн нахмурился, сведя брови к переносице. Би тут же поцеловал морщинку, погладив ее пальцем. — Теперь никто не посмеет к тебе прикоснуться, иначе я порву всех голыми руками. Ты мой! И глухо зарычал, оскалился, показывая мощные клыки. Чэн усмехнулся и неожиданно погладил их пальцем, прикусив губу. Взглянул на него из-под ресниц и тихо сказал: — Только твой. Выбрались из постели только на следующий день, после того как Би яростно показывал Чэну как он его любит, а Чэн неожиданно доказал, что и омега не прочь так же показать, и что пятая точка Би тоже не осталась незамеченной. От такого неожиданного осуществления своей пошлой фантазии, Би так скрутило оргазмом, пока Чэн его мощно трахал, что он почти сразу отключился и продрых до следующего утра. Проснулся на одуряюще прекрасный запах кофе. Чэн обнаружился на кухне, ловко орудуя лопаткой, переворачивая шкворчащий бекон. Чашка с кофе стояла на столе. Би подошел и обнял его со спины, уткнувшись в шею, тихонько покачивая Чэна в объятиях. — Привет. Чэн откинул голову ему на плечо и потерся затылком. — Привет. Кофе на столе, сейчас будет завтрак. Би не отказал себе в удовольствии поставить еще один засос на шее Чэна, слушая восхитительный стон, и уселся за стол. Завтракали в молчании, лишь нежно смотря друг на друга и слушая крики чаек и шум волн. Было так уютно, что Би готов был провести всю жизнь тут, только рядом с Чэном. Но нужно было возвращаться. — Би, ты должен знать. — перед отправлением назад, они решились пройтись по пляжу. — Я не могу иметь детей. Чэн смотрел куда угодно, только не на Би. За внешним спокойствием Би уловил явное напряжение. Он развернул Чэна к себе и обнял. — Я знал это. Неужели ты думаешь, что я откажусь от тебя из-за такого пустяка? Чэн отстранился и хмуро глянул на Би. — Это не пустяки. Если омега не может родить, то он не омега… Би не дал договорить и снова сжал его в объятиях, выдохнув в его губы: — Если любимый омега не может родить, то его нужно любить еще больше, и носить на руках. И присосался к Чэну жадно, исступленно. Дети это хорошо, конечно, но такое сокровище, как его истинный, стóит того, чтоб забить вообще на все.

***

Тянь ржал до слез. Шиканье отца и Би не помогали. В палату заглянул медбрат, грозно осмотрев собравшихся строго припечатал: — Вы в больнице, молодые люди. Если не прекратите шуметь, я вас попрошу уйти. Дверь закрылась, а Тяню прилетел подзатыльник от Шаня. — Ауч! — Тянь обиженно засопел. — Ну ты чего, котик! И правда же забавно вышло. Шань покачал головой и закатил глаза. Би готов был сам заржать, глядя на этих двоих. За два года тренировок Шань раздался в плечах и вымахал в росте. Теперь он был чуть выше Тяня и явно на пяток кило тяжелее. Своим спокойным характером он уравновешивал взбалмошного Тяня, но обращение «котик» к здоровенному рыжему альфе до сих пор веселило. Би прыснул от смеха, зажав рот рукой, и покосился на Чэна. Тот лежал на кровати, и вид имел уставший. Би кашлянул и решительно заговорил: — Вот что. Чэну надо отдохнуть, а вы тут чёрте что устроили. Давайте на выход. Мистер Хэ удивленно поднял бровь, Би лишь смущенно пожал плечами. Хэ подошел к Чэну и поцеловал нежно в лоб. — Спасибо, милый. Чэн внезапно смутился и залился румянцем. Би, лишь изредка видя такие проявления своего Чэнни, тут же залип и уже не реагировал на фырканье Тяня и улыбку мистера Хэ. Когда они остались одни, Би присел на кровать и, наклонившись, чмокнул в губы. Чэн тяжело вздохнул. — Это пипец, Би. А тот ухмылялся, гладя Чэна по голове и перебирая любимый шелк волос сквозь пальцы. А сам думал, что это ему наказание. Кто-то сверху явно решил приколоться и, подслушав мысли Би в машине два года назад, удвоил прикол. То, что у него с Би будет не один, а два ребенка, ошарашило не только их, но и доктора, который все никак не мог поверить в то, что Чэну удалось забеременеть. Доктор восхищенно цокал, елозя по еще плоскому животу Чэна датчиком ультразвука. — Феноменально! Видимо, ваш альфа настолько встряхнул ваш организм, что запустил какие-то скрытые резервы. — доктор всматривался в экран, обследуя сформировавшуюся жизнь, и что-то помечая у себя в записях. Чэн фыркнул на восторги и чуть не ляпнул пошлятину насчет того, что тряс его Би каждую ночь так, что у организма просто выбора не было. А так как у Чэна ставили бесплодие, то резинками они не пользовались, и Би не отказывал себе в удовольствии насадить Чэна на свой узел и закачать в того спермы по уши. Чуть больше чем через год, их обоих огорошил вердикт врача — беременность. Узи добило — двойня. А когда малыши появились на свет, Би и Чэн подумали что их одновременно посетил глюк. Мелкие были абсолютно одинаковыми, только вот один с черными волосами, а второй с рыжими. Мистер Хэ, который вместе с Би зашел в палату сразу после родов, обалдело смотрел на внуков, а потом вдруг глубоко вздохнул и зажмурил глаза, будто борясь с тем, чтобы не заплакать. Чэн и Би уставились на него с удивлением, а он тихо пояснил, с нежностью глядя на заснувших малышей: — Когда я был маленький, был еще жив мой прадедушка. Он был невероятно добрым, и очень любил меня. Самые счастливые воспоминания у меня связаны с ним. Он с улыбкой глянул на Чэна. — И он был рыжий, как солнце. Мистер Хэ с нежностью погладил Чэна по голове и взглянул на Би. — Спасибо, мальчики. Это больше чем подарок. Он сначала аккуратно обнял Чэна, а потом порывисто притянул к себе Би и стиснул так, что тому показалось у него даже кости затрещали. Полчаса спустя прибежали и Тянь с Шанем, которым удалось прилететь с другого конца света в рекордные сроки. Они так же истуканами застыли, увидев племянников. Появившийся медбрат деловито забрал свертки и аккуратно унес их для обследования. Тянь издал булькающий звук, пытаясь заглушить рвущийся хохот, но уже не смог остановиться. И заржал.