Фантом грязного прошлого

Небо обволакивала пелена черно-серых туч, похожих на акварельные разводы. Холодный ветер обвивал удушающими объятьями стволы деревьев, ломая ветки и разнося их во все стороны… Туман был настолько сильным, что снежные вершины гор по-за лесом разглядеть было невозможно… Дождь лил, как из ведра, образовывая все новые круги на воде глубоких луж в трещинах асфальта. «Пантера» месила грязь, увязая и снова буксуя назад. Не удивительно, ведь за рулём сидел Чес, в то время, как Боб и Лорди уже храпели на задних сидениях. У «Уродов» был договор: днем за рулём сидит Боб, а Лорди возле него на стажировке, а ночью они спят, и наоборот, ночью Чес за рулём, а Глэм на стажировке рядышком, после чего они меняются местами. Глэм сидел, обхвативши руками коленки, охраняя чемоданы, чтобы такие взрызоватые, как Чес, не отведали заветными бутербродами раньше завтрака. Чес резко поворачивал руль, что-то бормоча себе под нос, а Глэм все смотрел в окно, залипнув на стекающих по шибке ручьями, каплях дождя. Они убаюкивающе стучали по запотевшему от холода стеклу, заставляя веки Глэма тяжелеть. В полудрёме он приоткрыл глаза, подняв голову- во все том же окне начал проявляться чей-то силуэт: Глэм окончательно открыл глаза и присмотрелся: Заглаженные назад волосы, очертания острого подбородка и треугольных усов… Отец.? Тёмное начертание начало злостно хохотать и бросило быструю, мерзкую, будто скрип двери, не смазанной маслом, фразу -Ты думал, просто так сбежишь от меня.?! Густав хмыкнул: -НЕ ТУТ ТО БЫЛО!!! Крик был настолько громким, что у Глэма зазвенело в ушах: силуэты стали двоится, троиться… Голоса их звучали не синхронно, будто сейчас они находились в очень высокой арке, где каждый звук отзывался сильным эхом. Смех… Это смех жжег душу… В горле стал ком, а на лбу выступил холодный пот. Все стало рябить, а в глазах плавать желто-зеленые пятна… Голоса будто прерывались помехами, шум в ушах перебивал их… Сердцебиение участилось, было такое ощущение, что Густав протянет свою длинную руку и вырвет сердце из груди… Тут один из силуэтов прояснился- НИКОГДА ещё в глазах Густава не было столько ярости, как сейчас… Он потянул в сторону бедолаги длинную костлявую руку… Глэм пытался выдавить что-то из себя, но воздуха было недостаточно… -"НЕТ!!!» — Глэм отпрянул назад, прижавшись всем телом к сиденью. Тут из другого конца туннеля подсознания послышался голос Чеса: -Глэм?! — взволнованный друг дёргал его за плечо, пытаясь привести в чувства Глэм оторвал стеклянный взгляд от окна и повернулся к Чесу -Что случилось.? — Он знал, что случилось… Но все же. -Да у тебя опять паничка, дружище… Тебе надо на свежий воздух. -Глэм осмотрелся: Дождь закончился, лишь редкие капли с веток деревьев капали в лужи. «Пантера» была припаркована в мокрой траве, возле деревянной беседки, обросшей мхом. По видимому, было около 4 утра. Из-за все ещё сильного тумана нельзя было точно понять. -Давай, одевайся- Чес накинул косуху и стал рыться в карманах- вытащив оттуда пачку сигарет, с большой жирной надписью в самом центре: «курение убивает», он толкнул дверь и спустившись вниз, подозвал жестом Глэма Тот, вынув из одного из чемоданов потертую джинсовую курточку с нашивкой группы «Kiss» на грудном кармане, накинул ее и спустился вслед за Чесом. Проходя к ступенькам, он нечаянно задел Лорди, на что тот лишь сонно что-то промямлил. Глэм вдохнул свежий воздух- в нем витал запах сырости и дождевой воды. На улице видно, потеплело. Чес подпалил сигарету и протянул ещё одну Глэму, хотя это было безсмысленно, ибо он уже знал реакцию друга Тот, как и следовало ожидать, отрицательно покачал головой и повернулся спиной к Чесу. Сейчас ему главное было не зацикливать взгляд на чем-то одном, чтобы опять не словить галлюцинации. Послышался пев первых птиц. Глэм прикрыл глаза- что они будут делать, когда тур закончится? Поедут обратно в ту дыру? Но другого выхода не было… Не было, потому что его надо было найти самим.