Падисары для детектива

День у Сайно не задался с самого утра. Сперва оказалось, что отключили горячую воду и пришлось принимать душ под далеко не теплыми струями, потом любимая кофемашина отказалась варить крепкий кофе, вместо стандартного капучино выдав приторно-сладкий латте, от которого сразу же заныли зубы. Лифт оказался неожиданно сломан, и парень был вынужден спускаться по лестнице с восемнадцатого этажа, перепрыгивая сразу через три ступеньки, отчего в самом конце едва не полетел кубарем вниз, наступив на столь не вовремя развязавшийся шнурок. Собака из соседнего подъезда громко облаяла, стоило только открыть дверь наружу, а хозяин лишь меланхолично глянул в сторону Сайно, да потянул поводок на себя с почти неслышной за собачьим лаем фразой «Булочка, фу». Как Сайно показалось, там была не милая булочка, а целая добротная скотина, которая так и норовила укусить за пятку. Булочная по дороге на работу оказалась обесточена, поэтому не удалось захватить на завтрак свежей выпечки. Оставались лишь вчерашние пончики, которые парень терпеть не мог, до нервно дергающегося глаза. И кто сказал, что копы живут на пончиках и кофе? И если со вторым приходилось согласится, то пончики — самое страшное зло для полицейского. И это если не брать в расчет, что мучное плохо влияет на фигуру. От такого количества сахара мозг пусть и начинал активно работать, но вместе с ним так же работала и поджелудочная, которой от большого количества сладкого могло стать херово в самый ненужный момент. И Сайно лично видел таких бедолаг, которых после погони за преступником увозили с сиренами в ближайшую больницу с болью в животе. Перед самым входом в участок, одна из машин едва не окатила грязной водой из огромной лужи, но Сайно успел в последний момент отскочить на ступеньки, с которых чуть было не навернулся, потому что кто-то додумался выложить их из ужасно скользкого керамогранита. От падения его спасла крепкая хватка на плече, от которой неприятно заныла не до конца еще зажившая рана. — Хайтам, твою мать! Осторожнее можно? — прошипел Сайно, вырываясь и растирая плечо. — В следующий раз позволю тебе повстречаться лицом с землей, — Аль-Хайтам невозмутимо стряхнул не существующую пыль с рукава кашемирового пальто и придержал дверь, пропуская коллегу внутрь. — В следующий раз покупай свою пахлаву сам. Сайно с прихода в участок сразу обратил внимание на этого вечно невозмутимого криминалиста. Даже самые жуткие сцены, полные расчленённых трупов, размазанных мозгов по стенам и вываленных кишок не выводили его из равновесия. Выражение лица у мужчины оставалось ровное, разве что между бровей залегала небольшая, почти незаметная складка. Просто у Сайно была профессиональная деформация — подмечать любые изменения в человеке, исходя из той или иной ситуации. Так он понял, что пусть Аль-Хайтам и кажется вечно отстраненным и холодным, но по факту таким не является. Просто своего рода защитная броня, позволяющая спокойно работать в участке и отмахиваться от слишком любопытных коллег, которые так и норовили узнать по какой же причине мужчина собственноручно перевелся к ним из главного департамента, чтобы занять скромную должность криминалиста. Правда глядя на брендовые шмотки, было понятно, что у него есть и сторонний заработок. Некоторые даже ставили ставки на то, что мужчина подрабатывает в эскорте, уж очень у него была красивая внешность. — Тебе ближе. Буквально на первом повороте от дома, — Хайтам перекинул пальто через руку и приложил карточку-пропуск к замку на двери ведущей в лабораторию. — Сказал человек, который приезжает на люксовой тачке, — хмыкнул в ответ Сайно и впихнул в руки мужчины коробку с пахлавой, махнул рукой и пошел к кабинету. Мало кто знал, что серьезный криминалист слишком падок на сладкое. Особенно на ужасно сладкую и жирную восточную сладость. Лично сам Сайно узнал чисто случайно, когда в свой законный выходной застукал Хайтама на выходе из пекарни с довольно объемным пакетом из которого пахло свежей выпечкой. В тот день они просто переглянулись и кивнули друг другу в знак приветствия, а вот на следующий детектива быстро скрутили и за шкирку отволокли в крыло криминалистов, где ему чётко объяснили, что с ним станет, если хоть одна живая душонка на этой бренной земле узнает секрет Хайтама. В итоге договорились на молчание в обмен на каждодневный обед за счет криминалиста. Одного Сайно не учел. У его пепельноволосого коллеги оказалась хорошая память и, запрятанная в самые недры души, пассивная агрессия, которая выплескивалась в просто отвратительном выборе блюд. Чего только стоила его попытка подложить в обед парня какой-то до ужаса дорогой сыр, который изготавливался только в одной точке мира и пах заплесневелыми носками столетней давности. Про цвет и консистенцию можно было вообще не рассказывать. На недоумевающий взгляд коллеги Хайтам тогда лишь пожал плечами и отправил кусочек сыра себе в рот, чем вызвал рвотный рефлекс у большей половины людей, которые находились в тот момент в столовой. С тех пор Сайно четко озвучивает, что он хочет съесть на обед, дабы не повторять ошибок прошлого. — Как тут без меня было эти две недели? — поинтересовался детектив, стягивая с себя черную кожанку и вешая её на спинку стула. — Тихо. Обычно. Без происшествий, — подала голос Кандакия, пролистывая отчеты и сортируя их по какому-то своему порядку. — Скучно. Нудно. Без твоих шикарных шуток, — хохотнула Дэхья и кинула в Сайно скомканную бумажку, которую он ловко поймал под одобрительный свист. Девушки работали в паре и были полной противоположностью друг друга, что не мешало им быть слаженным дуэтом. Кандакия чаще всего была спокойной и рассудительной, действовала четко по инструкции, с начальством не препиралась, с охотой брала дополнительные смены, чем периодически выручала других коллег. Цепкий острый ум позволял ей четко оценивать ситуацию в критических моментах и находить наилучший вариант разрешения проблемы. Дэхья была полной противоположностью. Шумная, действующая на эмоциях и адреналине, способная нахамить вышестоящим чинам. Но при этом смелая, всегда прикрывающая коллег на опасных миссиях, ловкая и точная в бою, способная выстоять против нескольких человек сразу. Две полярности, но в тоже время — две половинки одного целого, как инь и ян. От их четкой командной работы у Сайно кололо где-то под левой лопаткой и неприятно сжимало в области желудка. Он не завидовал, но в тоже время горький осадок от травмы давал о себе знать. Может быть, если бы так печально не сложились обстоятельства, то и детектив со своей напарницей успел бы сработаться. Пустующий стол по левую руку от рабочего места Сайно угнетал всех. Нилу была лучиком света в участке, их личным добрым и ласковым солнышком, что охотно делилось со всеми теплом. Девушка никогда не унывала, всегда улыбалась и была дружелюбна. Её место было где угодно, но только не в кресле полицейского. Коллеги всячески уберегали Нилу от полевой работы, отдавали только самые безопасные дела, а когда она все же вырывалась на патрули — следили чтобы никто не обидел их малышку. Как-то даже в камере допроса был избит один из преступников, который попытался прикрыться Нилу как живым щитом во время его задержания. Сайно прикрыл глаза и медленно досчитал до десяти. Психолог говорил, что такой простой прием позволит ему быстрее собраться с мыслями, чтобы эмоции не смогли захлестнуть с головой и не начали управлять действиями. Парень особо в это не верил, но честно пытался выполнять все рекомендации специалиста. Со дня смерти Нилу прошло уже почти полгода, а Сайно так и не смог смириться. Девушка была счастлива, когда узнала, что теперь у нее будет напарник, да ещё и в лице самого крутого детектива во всем участке. Остальные лишь завидовали по белому, похлопывали парня по плечу, кто-то даже прочитал целую лекцию о том, как именно надо заботиться о прекрасной падисаре всея участка. Нилу тогда краснела и закрывала лицо руками, а Дэхья в шуточной манере трепала её по волосам. От воспоминаний Сайно едва заметно улыбнулся, что не ускользнуло от внимательного взгляда Кандакии. — Нам тоже её не хватает, — тихо проговорила девушка. — Но тебе стоит идти дальше. Она не хотела бы… — Она мертва, — жестко прервал коллегу детектив. — Мертва по моей вине. Теперь уже не важно, что она хотела или не хотела. Дэхья неодобрительно глянула, но промолчала. Никто в участке не считал Сайно виноватым в том случае, но он сам съедал себя, повесил бирку с надписью «корень всех бед» и теперь медленно гнил изнутри. — Смотрю почти все собрались? — из раздумий всех вывел спокойный голос шефа. — Ко мне в кабинет на совещание. В темпе вальса. Переглянувшись с коллегами, Сайно неохотно поднялся и направился к начальству на ковер. С тех пор как их крупное дело о серийном маньяке забрали федеральные агенты, шеф не собирал совещания, тем более такие экстренные. Возможно, появилось что-то интересное. — Есть какие-то новые зацепки? — поинтересовалась Кандакия, когда дверь в кабинет закрылась изнутри. — Неужели федералы поймали этого ублюдка? — фыркнула Дэхья, сложив руки на груди. Больше всех была возмущена именно она, когда все бумаги были изъяты, а на папке с делом появился штамп «Секретно». — Нет. И нет, — Тадж устало потер переносицу, снимая аккуратно очки, достал из нагрудного кармана салфетку из искусственной замши и стал осторожно полировать стекла. — Тогда по какому поводу вы нас собрали? — прямо спросил Сайно, пытаясь незаметно потереть вдруг занывшее недолеченное плечо. Что, конечно, не скрылось об глаз начальника. — Напомню, что тебя здесь быть вообще не должно, — нахмурился Тадж, возвращая очки на переносицу. — У тебя больничный ещё две недели. — Прекрасно себя чувствую, — ответил Сайно и сложил руки на груди, на что шеф только неодобрительно хмыкнул. — Участились случаи нападений на мелкие магазины в нашем районе. Три заявки за одно утро — это многовато. Кандакия и Дэхья — на вас букинистический магазин в двух кварталах. Сайно — займешься флористической лавкой «Гандхарва». И передайте этому наглому мальцу, как только он соизволит появится на рабочем месте — на его совести аптечный пункт. Девушки можете идти. Сайно, останься. Дэхья хмыкнула и похлопала коллегу по плечу, намекая, что разговор предстоит явно не из легких. Как только дверь за ними закрылась, Тадж тяжело вздохнул и уставился на подопечного. — Тадж… — Помолчи, Сайно. Пятый раз. Уже в пятый раз ты попадаешь на больничный. После смерти Нилу ты как с цепи сорвался — кидаешься в самое пекло, подставляешься под пули, прикрывая собой как живым щитом остальных. Возможно кто-то скажет, что это похвально — с таким рвением выполнять свой долг, но я скажу, что ты просто чертов суицидник с более изощрённой фантазией. Тебе жить надоело? — Но я… — Это риторический вопрос был! — от злости Тадж стукнул ладонью по столу. — Я абсолютно не удивлюсь, если в свободное время ты пытаешься отыскать информацию про этого ублюдка. Сайно стойко выдержал пристальный взгляд, но про себя отметил, что начальник не просто так занял свое место — Тадж прочитал его как открытую книгу. Возможно, еще и сыграл тот факт, что мужчина и был тем самым человеком, который приютил Сайно у себя и наставил на путь полицейского. — Значит, так. Ты прекращаешь всю деятельность в отношении этого дела. Не хватало еще, чтобы федеральные агенты узнали про это. Лишишься не только значка, но и вылетишь с работы как пробка из бутылки шампанского. — Хорошо, — покладисто кивнул Сайно, в уме прикидывая куда можно будет спрятать все найденные улики в случае чего. — Сейчас у тебя простое задание — найти воришку и приволочь его в отдел. И не дай Архонты, ты снова будешь ранен, — Тадж прищурился, отчего детектив невольно сглотнул. Такой взгляд не сулил ничего хорошего. — Загремишь в больницу, и я буду вынужден собрать комиссию с целью проверки твоего психического здоровья. — Тадж! Но… — Никаких но! И прояви хоть каплю уважения, я все же твой начальник — мужчина устало прикрыл глаза и потер висок. Приступ мигрени вечером ему был гарантирован, но этот самовольный мальчишка был больше, чем просто сотрудник, — он практически стал частью семьи. Именно поэтому Тадж не мог наблюдать, как он губит себя. Роет могилу собственными руками. — Свободен. И я надеюсь, что в этот раз ты будешь более осторожен. Сайно тяжело вздохнул, выходя из кабинета и закрывая за собой дверь. Девушки уже уехали на место преступления, а четвертый детектив так и не появился на рабочем месте, хотя папка с данными чудесным образом исчезла со стола. Раз все занялись делом, то пора было и ему выдвигаться, чтобы опросить владельца флористического с таким интересным названием.