кажется, что бьётся сердце

      Скарамучча ненавидел эту гору.       Она была безумно холодной, пробирающей до костей, и безумно напоминала о том месте, что в особенности было ему противно. Драконий хребет славился своей загадочностью и бессчётными опасностями. Самые свирепые монстры встречались на пути немногих путешественников, прогоняя их с этого забытого даже Архонтом региона.       Снег никогда не таял на этой горе, яд погребенного здесь дракона распространился по всей местности, а суровые условия делали Драконий хребет самым опасным местом в королевстве ветров.       Но Скарамучче было всё равно на яд, лютый мороз и опаснейших монстров.       Яд на него не действовал, холода он просто не чувствовал, будучи куклой, у которой к этому имелся своего рода иммунитет. С любым монстром он расправлялся как по щелчку пальцев, буквально сжигая внутренности любой нечисти током.       Он не ненавидел это, убивать он даже любил, наблюдая, как очередной хилличурл громко кричит, валясь на колени и сгорая.       И так же было, что очень нравилось Скарамучче, с людьми, к нему не прислушивающимся или вовсе им пренебрегавшими. Он ненавидел тех, кто стоял выше него, кто смотрел на него свысока.       Он ненавидел зиму, снег, хребет и Снежную.       Всё, что связано с этим белым холодом, было кошмаром для марионетки.       И всё же даже на Драконьем хребте он смог отыскать по-настоящему прекрасное чудо.       Шестому Предвестнику Фатуи, лорду Скарамушу, поручили дело в регионе ветров.       Прежде ему уже довелось посетить Мондштадт, даже больше, там он выполнял своё задание, но так и не побывал на холодной горе. Сначала он был даже рад.       Но в этот раз, когда его отправили искать останки дракона и яд, которые позарез понадобились Доктору, он смог заметить юношу, беспечно гуляющего по окрестностям такого небезопасного места.       Как бы Скарамучча не хотел поиграться с глупыми людьми, но этот странный парень заинтересовал Предвестника, заставив следить за ним весь день.       Светлые волосы, убранные в две косички по бокам и завязанные сзади в хвостик, были на вид такими мягкими, что марионетка неожиданно для себя пожелала зарыться в них. Но нет, не для того, чтобы оттянуть, грубо поднять и отшвырнуть от себя, причиняя боль. Наоборот… хотелось их… пригладить?       Ну и бред, не так ли?       И Предвестник так думал, разглядывая, как юноша садится на небольшой холодный камень, достаёт свой блокнот и, глядя на цветок, выглядывающий из-под толщи снега, что-то начинает чертить на бумаге. Скарамушу было не видно, и это почему-то расстраивало.       Странные одеяния, по мнению Скарамуччи никак не подходящие для лютого мороза, скрывали совсем тощую фигуру. Предвестник даже не был уверен, что этот парнишка сможет взять в руки оружие и сражаться. Так что он вообще делал здесь?       Плащ с короткими рукавами, на вид никак не помогающий сохранить тепло; длинные перчатки, вероятно, одни лишь спасавшие руки светловолосого от обморожения; короткие шорты, что только ещё больше шокировали Скарамуша; длинные сапоги — наконец, хоть что-то более-менее соответствующее… и, если Предвестник правильно понимает, то колготки. Наверное, в этом нет ничего такого, ведь парень так утеплял свои полностью голые ноги, но это выглядело так странно. Пытаешься быть красивым, но о том, чтобы нормально согреться, не думаешь?       Да и кто тебя на горе увидит?       Разве что монстры, какие-нибудь животные, да и редкие агенты Фатуи, что скрываются пока подальше от самой горы.       Ах, ну и Предвестник. Да, шестой Предвестник, да и всё.       Больше на горе никого не было, чтобы так для кого-то выряжаться.       Проклиная ещё долгое время юношу, он не замечает, как доходит с ним до небольшой пещеры. Она выглядела тёплой и оборудованной под какие-то исследования, уж Скарамуш понимал в этом хоть что-то.       Конечно, в этом богом забытом месте всё было разбросано и свалено, будто бы прямо здесь прошёлся какой-то ураган и перевернул всё вверх дном.       Но светловолосый парень не испытывал никакого дискомфорта, уходя к столу и начиная чем-то заниматься, и наблюдение через пару минут наскучило Скарамучче.       Он ушёл.       В следующий раз Предвестник видит юношу, когда полностью смог узнать о нём всю информацию, что только сумел раздобыть.       Принц мела.       Главный алхимик Ордо Фавониуса.       Мх, смешно, что такой хлюпик умудрился пройти в рыцари и даже стать капитаном следственной группы. Впрочем, раз он правда смог, то, по-видимому, несмотря на такой вид, этот Принц мог оказаться весьма силён.       Но не настолько, насколько шестой Предвестник, конечно же.       За всё время слежки за алхимиком Скарамуш замечал за ним много милых (боги, он никогда не признает, что правда об этом подумал) и порой интересных привычек.       Кажется, этот человек привык решать все дела занудными словами. Ведь всех монстров он просто обходил стороной, не отрываясь от записей.       Даже когда Скарамучча завёл его в ловушку, где восседал лавачурл, то алхимик просто без труда скрылся от монстра, продолжая свой путь.       Предвестника это бесило.       И бесило, что он находит милым то, как, бывало, в раздумьях светловолосый закусывал губу или карандаш, внимательно смотря то в блокнот, то на предмет своих исследований.       А как он очаровательно поправлял пряди волос, задевая розоватые из-за холода ушки. Для Скарамуччи это был такой прекрасный вид, но…       Раздражает.       Раздражает то, что он даже отрицать не может то, что юноша ему понравился.       Но он Предвестник…       А алхимик…       В любом случае, они были врагами, здесь нельзя было думать о чём-то… большем?       Однажды Скарамучча всё же надумал выйти из тени, показав себя этому молодому алхимику.       Но тот даже не взглянул на него!       А когда заметил, то… никак не отреагировал.       Это разозлило Скарамуша, и он без колебаний прошёл в чужую лабораторию, глядя прямо в светлый затылок. — Алхимик, разве в вашем Ордо Фавониус не учили здороваться с почтенными гостями? — сорвалось с его губ, но алхимик даже так на него не смотрел, занимаясь своими делами. — Пожалуй, с гостями стоит здороваться. Прошу прощения за подобное проявление неуважения. Впрочем, вас в гости Мондштадт не ждал. Что же здесь делает Предвестник, да ещё и так яро преследует обычного алхимика? — оторвавшись лишь на секунду от своих записей, светловолосый смерил его полностью хмурым взглядом. — Преследует… так ты видел…? — про себя шептал Скарамучча, прочищая горло. И было неважно, что ему этого не обязательно делать. — Смертный, как ты смеешь так говорить со мной? Перед тобой шестой Предвестник Фатуи! Тебе следует подбирать выражения, — предупредила его кукла, но алхимик всё равно был поглощен в свои дела, забывая о стоявшей совсем рядом опасности. — Скарамуш, — вдруг произнес темноволосый, оказавшись прямо за спиной другого и протягивая руку. Тот всё же легко вздрогнул, ощущая, как в воздухе начала играть молния, создавая всё большее и большее напряжение.       Неужто, другой умеет телепортироваться? Сила электро… хм… впрочем, у Предвестника не было видно глаза бога, это уже интересно.       Заинтересованно обернувшись к Предвестнику, алхимик смерил его своим пытливым светлым взглядом, хмыкая. — Альбедо, — протянув руку в ответ, алхимик ощутил даже через перчатку, как ледяная ладонь крепко и грубо обхватила его, пожимая.       И где-то в мыслях Скарамуша проносится это мягкое и милое (как и сам алхимик) имя.       Альбедо.       После такого странного знакомства их встречи происходят всё чаще. Скарамучча задерживается на задании, но, видимо, в Фатуи никто не был против, уже позабыв о нём. Конечно, в скором времени всё вспомнится, но пока Предвестник мог наслаждаться приятной компанией алхимика, не волнуясь ни о чём.       Ведь с ним и правда перестаёшь обо всём волноваться.       Альбедо сам стал относиться к нему чуточку теплее, и Скарамуш не будет хвастаться, но от алхимика он то и дело стал получать долю заботы.       Это было приятно и хорошо, это было то, чего так давно не ощущал Скарамучча.       И узнав маленький секрет алхимика о его происхождении, внутри стало только в разы лучше.       Бессмертен, как и он, оставлен «матерью», ох, так же, как и он.       Когда их схожесть открылась, Скарамучча с каждым разом и днём начинал смотреть на другого по-особенному.       Он не знал, что за чувство разливается внутри него при взгляде этих голубых глаз.       Он не знал, что это за глупое счастье, когда алхимик испуганно хватается за его плечи, пока другой старается удержать его на руках, показывая, что на самом деле представляет из себя эта телепортация.       Он не знал, почему ощущает себя словно каким-то ребёнком, когда оказывается дома у Альбедо в Мондштадте. Тепло всё нарастает, когда он нежится на мягкой постели, а рядом с ним недовольный алхимик просит быть тише, ведь утром ему нужно идти работать.       Как и Скарамушу.       Он не знал, что это за огонь внутри, когда Альбедо доверяет ему свою сестру. Когда эта девочка обещает хранить их секрет, смеясь, когда Скарамучча играет с ней и её другом Додоко.       Скарамуш не знал, что всё это значило, и что это за чувства, ни в какую не отпускающие его.       Но то, что он прекрасно знал, так это то, что им не стоит об этом говорить никому.       Даже друг другу.       Ведь шестой Предвестник Фатуи и главный алхимик Ордо Фавониуса не могут быть вместе.       И они промолчат о своих чувствах.