За злом скрывается добро

      

Глава 1. Место куда хочется вернуться.

      Ника так ждала этого момента, когда снова окажется здесь, что поторапливала себя каждую минуту. Это место было очень необычным, но для Николь, что была тут не впервые, оно было привычным и родным. Она называла его «Долиной Мыслей».       «Долина» имела вид огромного озера, где не было видно берегов. На небе всегда горел закат, что отражаясь в воде, создавал ощущение серо-алой воды. По всей длине озера растянулся небольшой деревянный мостик, у которого отсутствовали перила, местами мостик уходил под воду, на не большую глубину. Не далеко от него были расположены странные деревянные выступы похожие на пеньки, они находились над водой чуть выше моста и тянулись цепочкой накрест него. В «Долине Мыслей» всегда царила уютная тишина, ни ветра, ни пения птиц, ни плеска воды не было. Сразу привлекало внимание крепкая, мощная деревянная дверь, что стояла в конце мостика, по левую сторону от перекрестка.       Ника всегда приходила и уходила через эту дверь. Но спешила она не для того чтоб послушать тишину. Девушка приходила, что бы завести долгожданную беседу с единственным жителем этого места. Всегда оказываясь здесь Николь, была босиком в простом летнем голубом платьице. Она по привычки стала прыгать по пенькам, пока не дошла до самого высокого, на котором сидела босая девушка в черном платье с синей лентой, обмотанной вокруг икры.       Заслышав приближение, она чуть повернула голову.       — Ты сегодня быстро. Стряслось что? — спросила девушка, чуть нахмурив брови.       — Нет, конечно, — засверкала Ника — просто у нас сегодня переезд.       — То-то ты так счастлива, все же надеешься на старое? — выдохнула обладательница черного платья, и чуть прищурившись внимательно, но с некой тревогой глянула на Николь.       Девушка отвернулась, замолчав, показав, что разговор закончен.       Ника спешила сюда, что бы встретиться с жительницей «Долиной мыслей», девушка всегда ждала гостью на старом месте: высоком пеньке свесив босые ноги к воде, напевая прекрасную, будоражащую сердце грустную песню. Певица обладала длинными немного вьющимися черными волосами, челка всегда закрывала один глаз, при этом волосы ласкал неизвестно откуда взявшийся ветер, что затрагивал только ее волосы, не попадая на что-либо другое. Платья она носила черные, пышные с рюшками и корсетом, единственное, что отличало ее платья от платьев, что носили в средневековье так это то что они не смотря на пышную юбку длиной доходили лишь до коленей. Девушка всегда ходила босиком, ярким пятном в ее образе была синяя лента, что несколько раз обвивалась вокруг икры завязанная бантиком, так что длинные концы свисали до уровня стопы. Глаза девушки были необычные, радужка глаз была черной как бездна, а зрачок светился белым, окружен светло голубой, почти белой полосой. Звали ее Акин. Николь давно заметила что Акин, ее полная противоположность. Они были знакомы 13 лет, когда Ника случайно попала сюда и познакомилась, с Акин, что перед уходом взяла обещания с Николь, что та вернется. Теперь девушка жила этим местом и ждала скорейшего возвращения, Акин тоже ждала, но старалась не показывать этого.       — Злишься? А я ведь права, да? — голос Акин стал расстроенным, она опустила глаза, и свет в них померк, как лампочку выключили — потом перестанешь приходить и забудешь меня.       Ника резко дернулась, как током ударили. Она мгновенно развернулась так, что светлые длинные кудри взмыли в воздух, но тут же ударились о плечи.       — Как, как, ты могла такое подумать?! Я тебя не брошу ни когда! Ты слышишь Акин, я обещаю, что останусь с тобой! — голубые, как чистое небо, глаза смотрели напугано, но уверенно, бровки приняли форму домика. Вид у девушки был довольно милый, но казалась вот-вот и расплачется.       Акин взглянула и не удержавшись захохотала, так звонко и весело, что лицо Николь приняло удивленный вид.       — Ветрова, ты только не плачь, я же тебя не бью — в перерывах хохота проговорила черноволосая.       Голубоглазая набрала полную грудь воздуха, что бы высказать свое отношение к подруге, но вдруг застыла как вкопанная. Зрачки Ники расширялись и сужались быстро, будто свет моргал, а глаза отчаянно пытались привыкнуть к перепадам света.       Акин тут же перестала смеяться — «ты же говорила, что не занята? Так кто-то просто сбежал от своих обязанностей. Быстро назад, у тебя будут проблемы, если задержишься еще дольше» — она схватила за руку Нику и они быстро по скакали к мосту.       Добравшись до моста, жительница долины, со скоростью гепарда, помчалась к двери, таща за собой не поспевающую девушку в голубом платье. Все упреки и просьбы остановиться были проигнорированы. Дверь, как бы заметив гостей, сама отворилась, открывая путь в черную пустоту внутри ее. Перед самой дверью Акин резко остановилась и болезненно толкнула в черную бездну Нику, так быстро, что та и пискнуть не успела.       Девушка с лентой, тяжело вздохнула, отвернувшись от двери, которая тут же закрылась после того, как туда попала Ветрова. Черноволосая подняла голову и устремила взор к небу: «Сколько еще? Год? А может два. Она ведь даже не способна убить кого-либо. А что если я не смогу ее защитить? Ника глупая, наивная и слишком добрая, таких убивают первыми. Что же мне делать, когда они придут за ней?». Одинокая девушка обхватила себя руками, она не имеет права допустить, чтоб с Николь что-то случилось.       На бледное лицо Акин, упали первые капли дождя, небо вместо привычного заката, окрасилось в темно серый и почти черный цвет, тяжелые хмурые тучи грозились обрушить свой гнев на жительницу долины. Девушка упала на колени, крепче обхватив себя руками, все так же глядя в страшное небо, но тут же раздались звуки грома, засверкала молния, и начался сильный ледяной дождь.       «Прости, Ника, но этого ты не увидишь. Я пытаюсь быть честной, но тебе пока рано знать суровую правду. Я буду беречь тебя от этого жестокого мира так долго, как это возможно. А вернувшись сюда снова ты, как всегда очутишься в своем тихом и уютном мирке» — грустно улыбнулась обладательница необычных глаз. Она промокла на сквозь, но так и сидела, напевая затягивающую своей тоской, грустную песню:       Не будет в жизни краше дня, чем наш последний день,       Когда упала от меня на камень старый тень.       И слёзы капали на дно той чаши, что в руках.       Хмельным напитком плакал бог, мы молча шли во мрак…              Много ли, мало ли пролито кровушки,       Руки усталые рубят головушку,       Ворог мой проклятый губит неделями       Чащу, не тронуто метелями…              Там светел день, цветёт земля, но нет туда пути,       А наш безумный старый князь решил его найти.       Его мужи лежат на дне в объятьях мёртвых рук,       С тех пор встречаю я во сне их брошенных подруг…              Долго ли, коротко ль топать нам по лесу,       Не стать сырой землей, мертвыми соснами.       Синими реками время вернуть бы вспять,       Ты ближе некуда, но тебя не взять…       Ты ближе некуда, но тебя не взять…       Мне тебя не взять…                                                                                                 (Бергтора- Капище)