Отрицание чувств

Сашка впервые заселялся в студенческое общежитие. Он вообще еще должен был учиться в одиннадцатом классе, но ему так все надоело, что сдал экзамены экстерном за одиннадцатый класс и на «отлично». И это в их-то деревне. Где местный председатель не мог сложить два и два, поэтому таскал с собой везде главного бухгалтера. Хотя, может, они были просто хорошими друзьями. Дружба — это хорошо! Такому дарованию как Саша Михайлов все были очень рады. Учителя и директор школы подсуетились и выбили для Саши разрешение еще этим летом сдать ЕГЭ индивидуально. Сашка не посрамил их, сдал в один день всё сразу. Набрал свои где девяносто девять, где сто баллов. И был принят на математический факультет городского университета. И вот он теперь с двумя чемоданами, больше похожими на сундуки с приданным, прибыл в общежитие. Вахтерша не хотела сначала пускать Сашку. Ругалась, что «дитёв нагнали». А сам оболдуй, «чьи энтот чемоданы держит, небось уже с остальными за углом пиво гоняють». Саша чинно показал свои документы, и удивленная женщина отвела Сашу в его комнату. — Внучок, выбирай кровать, пока один. Сегодня к тебе еще подселят. И хорошо, что раньше прибыл. А то бы пришлось тебя в трехкоечную заселять. А раз ты такой умный, то хоть будет где готовиться к урокам. А то эти балбесы пиво да пиво целыми днями проносят в комнаты. Думают, что я не вижу. Мешать тебе будут. Ну а с одним как-нибудь уживешься, — сказала она и перекрестила парня. Что не уживется, Сашка понял сразу. Это был огромный южный парень. Весь черный. Борода покрывала даже щеки. Брови срослись с бакенбардами. Сашка так и сидел на своей кровати, открыв рот. — Тю, ты малчик? — спросил тот. — Я думал, что вдруг повезет и дэвочка будет. Сашка не мог даже двинуться. Он никогда не видел таких огромных и бородатых мужчин. Не было таких в деревне. Никогда не было. Был один конечно местный, но тот был рыжий и добрый. А этот зло глазами тыкал. — Эй, тебя как зовут? — спросил он. — Чего молчишь? Не нравлюсь? — Нравитесь, — кивнул Саша. — Я Саша Михайлов. Я студент первого курса. А вы? — Не выкай, можно на ты. Я — Зураб. Я тоже студент из южной республики. Ну привет. Зураб протянул руку. Саша аккуратно вложил свою ладошку и после сжатия ручищей Зураба тонко пискнул. — Больно? Извини, не рассчитал. Сашка, уступи эту кровать, — вдруг попросил Зураб. Сашка не знал, что делать. Он уже обжился на этой кровати. И отсюда видно дерево в окно. А значит, будет видно и Луну. — Саш, понимаешь. Я — самбист. У меня плечо травмировано. Я не могу спать на этом боку. А на других боках и на спине я храплю сильно. У меня и нос сломан. Тебе же лучше будет, не будешь слышать храпа. — Конечно, я Вам уступлю, — пискнул Саша и стал перекладывать вещи. Ему было все равно по большому счету на какой кровати спать. А если у человека болит плечо, почему б не пойти на встречу? Ведь он — самбист. Это же о-го-го. Самбистов у них в деревне не было. Сашка по новой разложил вещи. В шкафу оставил ровно половину полок. Зураб тоже пихал свои вещи. Сашка не мог такого стерпеть. Везде должен быть порядок. У него в голове все параллельно и перпендикулярно. Поэтому он красиво разложил вещи Зураба по полкам, повернулся и уперся носом ему в грудь. — Это что сейчас было? — спросил тот грозно. — Извините, я просто привык так дома делать. Но больше я не буду трогать ваши вещи. Я могу распихать все обратно, если не понравилось. Просто я скучаю по дому. И вдруг Зураб погладил его по голове. — Вот же ты дитё-дитём. Мне очень понравилось. Пусть остается. Если будут обижать, говори мне сразу. Я их поубиваю. — Я не хочу, чтобы вы убивали кого-нибудь. Я буду просто учиться. В быту я не прихотлив, — сказал Саша. — Вот же птенчика послал аллах, — сказал Зураб. — Ладно, живи как можешь. Я водить никого сюда не буду. И ты не води. Мы тут только живем и учимся. Понятно? Уживемся как-нибудь. — Спасибо, — кивнул Сашка. — А стол как будем делить? Пополам? — тоненько спросил Саша. — Стол тебе, я могу и в кровати учить, — рыкнул Зураб. — Ну вроде со всем разобрались. Сашка с удовольствием уселся за стол. Расставил и все разложил. В комнате был маленький холодильник. Кто-то из выезжавших не стал его забирать. Саша решил положить туда сало из деревни. Открыл, и такая вонь разнеслась по комнате, что стоявший спиной Зураб вдруг грозно сказал: — В комнате пердеть не разрешаю. Только в коридоре. Сашка вжал плечи. — Я не пердел, это холодильник провонял. Я сейчас быстро помою. Сашка оттер холодильник от пропавших продуктов, но запах все равно был. Зураб достал из огромной сумки лимон. Почти разорвал его пополам. — На протри стенки. Запах уйдет. Сашка тер холодильник и улыбался. Еще одну проблему решил. Жить можно. Холодильник в комнате — это экономия на столовой. Да он забьет его деревенскими продуктами на двоих. Так и началась студенческая жизнь. Расписание занятий у парней не совпадало категорически. Если спал Сашка, то Зураб гремел кипятильником. Делал себе кофе. Громко жевал и разговаривал по телефону. Если спал Зураб, то Сашка ходил на цыпочках и боялся разбудить этого огромного мужчину. Пил кофе в автомате. Там же покупал булочки. Но в один день все изменилось. Расписание у них совпало. И теперь они оба бегали в плавках по комнате и искали свои пропавшие куда-то вещи. Сашка часто стал получать леща по заднице, если мешался Зурабу. Он взвизгивал и бежал дальше. Однажды Зураб поймал Сашку за руку, усадил на свою кровать. — Саш, давай кровати сдвинем? Мне узко. А у тебя половина кровати свободна. Давай хоть попробуем? Если будет плохо, то назад раздвинем. — Нас засмеют твои же друзья, — покраснев, сказал Саша. — Нас? Пусть только попробуют, — ответил Зураб. — Хотел бы я видеть того человека, который будет на до мной смеяться. Это было сказано так грозно, что Сашка и не думал перечить. — А если и так будет узко? — робко спросил он. — Тогда теть Валя даст еще одну кровать и будет три, — рассмеялся Зураб. — Только я беспокойней сплю. Я уже наблюдал за тобой несколько ночей. Ты даже не ворочаешься. А я встаю то попить, то в туалет. — Надо же, — удивился Сашка. — Я ни разу не слышал. — Вот и хорошо, ты будешь спать у стены, а я с краю. Ты вообще легкий. Если надо будет вылезти, то вылезай. Я ничего не почувствую. И Зураб взял и сдвинул две кровати к стене. Получалась двуспалка. На такой кровати Сашка не спал еще ни разу. Зураб переставил стол к стене. Перевесил лампу дневного света. На окошко укрепил штору-маркизу. И всю кровать застелил черным меховым покрывалом. Как будто шкурой. Сашка ничего не понимал. Он уже привык к Зурабу. И тот даже ему начал нравится. Он всегда угощал Сашку мандаринами, чебуреками. И где он их только брал? Первая ночь прошла на ура. На вторую ночь Сашка получил оплеуху по лицу вдруг упавшей на него рукой сонного Зураба. На третью ночь он проснулся от тяжести. Нога Зураба лежала на нем как на диванном валике. И все равно это было здорово. Тепло. Мягко. И Зураб совсем не храпел. Саша лежал и думал, какой же хороший Зураб. Он обустроил его быт. Научил пользоваться стиральной машиной в общей ванной. Подкармливал в столовой пюрешкой с подливкой и мясом как в школе. И ведь никого не приводил. Однажды в комнату кто-то постучался. Это оказалась вахтерша тетя Валя. — Это кто ж тут такое устроил? — оглядывалась она. — Как номер в отеле. И порядочек. И цветочки в вазочке. Это кому? — Не знаю, — ответил Сашка. — Это Зураб кому-то купил. — Сашенька, ты смотри. А то он девок наведет, а тебя ночью в коридор выкинет. Ты сразу беги ко мне жаловаться. А то он парень видный, девушки его постоянно на вахте спрашивают. Он тебя не обижает? — Нет, теть Валь. Мы мирно сосуществуем. Он никого не водит. Я уже полкурса сам прошел. А то в деревне мамке помоги, корову загони, поросятам дай, курятам дай. Учиться некогда. А тут я могу заниматься полноценно. Меня профессор вчера хвалил. — Ладно. Тогда живите. Не буду настаивать, чтобы вернули все, как было. Сашка лежал поперек кроватей и думал. Как он вообще относится к Зурабу? Просто хороший друг. Помогает, расспрашивает. Напоминает, чтобы родителям позвонил. Ну а что ночью ногу закинет или руку, так ничего страшного. Все бывает. Вон когда в сене в деревне после покоса спали всем классом, так вообще все вповалку были. Где чья рука, где нога — не разберешь. Но все же было приятно, просыпаться под тяжестью Зурабовой ноги или руки. Сашка же всю жизнь спал один. Есть с чем сравнивать. Вечером Зураб пришел после тренировки. Потом сходил в душ. От него пахлом лимонным гелем. Бедра полотенцем заверчены. Сашка такого никогда не видел. Волосы на груди кучерявились. Из-под мышек тоже торчало. Сашка никогда не видел таких волосатых мужчин. — Саш, ты можешь сегодня вечером уйти в кино? Мне надо одному позаниматься, — вдруг сказал Зураб. «Вот оно, началось, — понял Сашка. — Сам согласился дурак на эту двойную кровать». Конечно, Зураб молодой мужик, не то что что Сашка мальчик еще, хоть и восемнадцать лет. — Конечно я уйду, — кивнул Сашка. — А ты мне позвонишь, когда можно приходить? — Спасибо, Саш. Позвоню конечно. Иди в кино и не бойся. Я тебя потом встречу, — сказал Зураб. — Ладно. Но лучше ты свою девушку проводи, которую приведешь сюда, — сказал Сашка. Схватил куртку и выбежал из комнаты. Зураб вслед только усмехнулся. Кино оказалось фиговым. В голову лезли всякие математческие решения и формулы. Голова просто плавилась. И Сашка понял, что ему обидно. На его постели будет спать какая-то девица? А он рассчитывал на дружбу с Зурабом. Ведь бывает же дружба с мужчинами? Но Сашка врал сам себе. Так не дружат. Он просто умирал от счастья, когда Зурабова нога лежала на нем. А Зураб? Что Зураб? Он настоящий мужчина. Сашку и правда защищает. Распугивает всех в коридоре, если вместе идут на занятия. Сашка понял, что привык к Зурабу как к другу. Или не как к другу? Зураб по ночам иногда бормотал: — Нет, не может быть. Этого просто не может быть. Да что за черт? А потом все остальное на своем. Сашка решил для себя, что начнет учить язык Зураба. Ну чтобы хоть иногда понимать, что он говорит. И все-таки интересно, про что это он? Надо сегодня спросить. Звонок раздался, как только кончился фильм. Звонил Зураб. Что за фильм, Саша так и не запомнил. Зато умственно решил ту задачу, которую не мог решить уже полгода. Для себя. В фойе он увидел Зураба. Тот стоял в своих обтягивающих джинсах. Легкой ветровке как пиджак. И просто заслонял собой весь свет. На него оборачивались, но он искал глазами Сашку. — Саша, я тут, — крикнул он и махнул рукой. Сейчас Сашка был готов простить ему любую девушку. Сашка соскучился без его ужина. Без его шуток. — Саш, пошли. Уже поздно, нам завтра к первой паре обоим, — сказал Зураб. Сашка ввалился в их комнату и понял что-то изменилось. Он огляделся, но видимых изменений не увидел. — Прыгай на кровать, — скомандовал Зураб, и Саша прыгнул. И понял. Под ним был огромный двухспальный матрас. Нет больше проваленных ям. Нет разделяющей полосы между двумя матрасами, которая впивалась в бока и задницу и мешала спать обнявшись. — Нравится? — спросил сияющий Зураб. — Ты извини, что выгнал тебя. Надо было старые выбросить или раздать. Но я новый просто сверху положил. Оказалось, что так еще лучше. Теперь у нас царское ложе. Можно спать вдоль и поперек. Ну скажи хоть слово? Тебе нравится или нет? Сашка заплакал. — Ты чего? — удивился Зураб. — Тебе жалко старые матрасы? — Нет. Я думал, что ты меня выгоняешь, — признался Сашка. — Я????? Да ты что? Да ты самый классный сосед. Знаешь, как я намучился в прошлом году? И кУрят в комнате, и пьют, и пердят. Приходилось драться. А ты тихонький такой. Тебя и не видно. Я иногда ночью проснусь и щупаю тебя — здесь ты или нет? И пугаюсь. Как же мне с тобой повезло. И в шкафу такой порядок навел, что я до сих пор боюсь там все трогать. — Ты трогай, бери, я опять все разложу. Просто я порядок люблю наводить. Я только буду рад, — ответил Саша. Ему нравились вещи Зураба. Они пахли им. Сашка лежал на этом полотнище кровати и счастливо лыбился. Ну и пусть он не нравится Зурабу. Зато нравится как сосед. И так жить можно. И чего себе Сашка придумал? Не будет сюда Зураб водить никаких баб. У него есть деньги. Снимет где-нибудь жилье для одного раза. А может, эта девушка его позовет к себе, курва. Засыпали и смеялись. Они обустроили свое жилье. А вот проснулся Сашка под Зурабом. Он полностью лежал на Сашке и спал. И Сашка чувствовал все члены организма Зураба. А сам он опять что-то бормотал на своем языке в ушко Сашки. И Сашка понял, что он окончательно счастлив. Они разберутся позже. Не надо отрицать очевидное. Оно все равно прорвется. И Сашка будет ждать. И даже если это просто дружба, то она ему тоже нравится. — «Олененок» — вот что я ночью говорю, — вдруг сказал Зураб. — Это ты. — Телок что ли? — шепотом спросил Сашка. — Нет. Хрупкий, гибкий, дрожащий, с большими глазами. Сашка закрыл свои большущие глаза и улыбался. Теперь все точно будет хорошо.