Любовь по французки

***

Гарри устало потирал переносицу собственного носа. Прошло уже более получаса как он оказался в кабинете Министра и всё ещё не получил внятного ответа на интересующий его вопрос. А, казалось бы, ответ должен быть максимально прост. Но Кингсли Шеклболт по-прежнему устойчиво стоял на версии «так нужно, больше некому» и прочее. — При всём уважении, но я не на мгновение не поверю, что во всём Аврорате нет кандидатуры лучше меня. У вас огромная куча людей куда более опытных и специализированных на подобных вылазках, — в который раз сказал парень, откидываясь назад на стуле, предназначенном для посетителей главы Британского Магического Общества. С одной стороны, задание, ради которого его вызвали, не являлось чем-то сверхсложным и в какой-то степени даже интересным. Если бы не другая личность, которая в нём фигурировала. — В том то и дело, что мы не можем послать просто кого-то из корпуса. — Кингсли вскину руку прежде, чем его успели перебить. — Нет Гарри, дай мне договорить. Ты прекрасно знаешь в чём заключается твоя цель — сопровождать и охранять Люциуса Малфоя, во время его короткого дипломатического визита во Францию. И ты прекрасно осведомлен о том, что на него уже дважды покушались за последние три месяца и, если бы не охранные чары Министерства, и его собственная защита — всё закончилось бы куда печальнее. А значит рисковать и отпускать Лорда Малфоя одного в другую страну мы не можем. Но в то же время французское правительство знать не знает о происходящем и в идеале узнать и не должно, ведь это может существенно повлиять на решение переговоров. Что приводит к тому, что мы не можем предоставить Люциусу сопровождение из отряда или высокопоставленных авроров, не вызвав при этом подозрений. Но зато можем отправить с ним сопровождающего, который будет достаточно классифицирован, чтобы принять меры в случае необходимости и который также будет достаточно известной личностью, чтобы со стороны всё действительно выглядело как метод привлечения внимания и симпатии к другому государству. И вот тут подходишь только ты, как публичная персона и как прекрасно показавший себя страж правопорядка. Сделав паузу, Шеклболт потянулся к стоящему рядом стакану с водой и сделав глоток продолжил, но куда более спокойнее: — Я прекрасно понимаю, что ваши отношения с мистером Малфоем в прошлом были, мягко говоря, не простыми. Но нам действительно нужно, чтобы поехал ты. Помимо сказанного, твоя кандидатура ещё идеальна тем, что я тебе доверяю. В аврорате, к сожалению, есть достаточно людей, которые Люциуса терпеть не могут и не прибегнут воспользоваться случаем. И я не могу их винить. После всего то. С последним Поттер был более чем согласен. Хоть з Битвы за Хогвартс прошло уже больше шести лет, отголоски событий всё ещё оставались. Слишком многие тогда потеряли своих родных или близких по вине Темного Лорда и его приспешников. И решение Министерства оправдать чету Малфой было встречено весьма негативно, пускай даже он сам принимал участие в том, чтобы всё так вышло. Но тогда им руководствовался Долг Жизни перед женой Люциуса и защищать его вновь он не имел совершенно никакого желания. Тем ним менее весомы аргументов против Кингсли у него не было. Оставалось надеяться, что за неделю, что им предстоит провести во Франции, они не убьют друг друга.

***

Портключ доставил их на огромное просторное поле, что аж искрило количеством фиолетовых оттенков. Они оказались на местности, что была полностью усеяна лавандовыми цветами и в воздухе стоял душистый аромат, от которого спустя некоторое время Гарри стало практически тошно. По словам Министра, французы очень хотели похвастаться своей живописностью в это время года, поэтому и организовали встречу именно в таком месте. — Свежий воздух вам не по душе? — послышался насмешливый голос со стороны, и парень повернулся к человеку, из-за которого всё и происходило. В глазах Люциуса Малфоя, одетого как всегда и с иголочки в дорогую черную мантию с серебряными запонками и упирающегося об длинную трость с искусно вырезанной змеи, читалось снисходительство и веселье. Казалось всё эта поездка должна была бы быть ему также неприятна, как и Поттеру, но в отличии от аврора, мужчина был тут в своей стихии. Политика, ведение переговоров и бесед с иностранными гостями — это то на чём Малфой специализировался и с чем постоянно помогал Министру. За это его тоже не любили, ведь столь высокопоставленное место досталось в итоге бывшему Пожирателю и при этом, в профессиональном плане, с ним мало кто мог сравниться. Гарри же до политики было совершенно никакого дела. Белокурое семейство его раздражало само по себе ещё со школы, начиная от сына, кичившегося своим статусом везде где не попадя, заканчивая отцом, ведущим себя как напыщенный павлин, в то время как оба были абсолютными трусами, прятавшимися сначала за Лордом, потом за Министром. — Скорее нечто другое, но с этим ничего не поделаешь. — проворчал в ответ парень, слегка отряхивая свою одежду. Сам он, вместо привычной красной аврорской мантии, был одет в такую же черную, которую раньше доставал лишь по поводу приемов или мероприятий. Она была весьма удобна тем, что прекрасно скрывала всё что под ней и со стороны никто бы и не подумал, что у него с собой почти всё экипированные, включая даже зелья. Спасибо Гермионе за её идею сделать карманы в мантии такими же бездонными, как она однажды сделала свою сумочку. Мужчина рядом слегка прищурился и наверняка собирался сказать что-то в ответ, но по полю к ним уже направляясь и пришлось оставь обменивание любезностями на потом.

***

К счастью его работа не предполагала большое количество общения с кем-либо и всё что не касалось представлений и вежливых нейтральных диалогов, было полностью в руках Люциуса. Первый день предполагал начать старт переговорам о более тесном сотрудничестве министерств двух стран и к тому моменту как они должны будут вернуться, ответ уже будет известен. Покончив с основными формальностями, они отправились в снятые для них апартаменты, где они будут жить всю неделю, пока перебывают во Франции. Они оказались расположены в одном из старых домов, в центре Парижа и от них было как раз недалеко к их министерству. Внутри же, выделенное им помещение, выглядело как трёхкомнатная квартира в современном стиле с гостиной, кухней и двумя спальнями. — До завтрашнего обеда мы свободны. Так что если у вас нет других планов, то предлагаю пойти отужинать. — раздался голос позади него, пока сам Поттер занимался рассматриванием вида из окон, что выходили прямиком на главную улицу, по которой спешило по своим делам множество людей. — Никогда не думал, что мне посчастливиться услышать от вас приглашение на ужин. — вырвалось у аврора прежде, чем он успел себя остановить. Это могло стать очень нехорошей привычкой. — Это была элементарная вежливость и наблюдательность, мистер Поттер. Как вижу вам она незнакома. — усмехнулся аристократ, складывая руки на своей трости. — Я не могу куда-либо выйти без вас, но и морить нас обоих голодом не собираюсь. Это повлияет на работоспособность и внимательность к деталям, которая весьма необходима нам обоим. — Боюсь только у нас разное понятие деталей. — Гарри со вздохом повернулся, понимая, что отвертеться ему походу не удастся. Да и поесть, после столь долгого дня, действительно стоило. Благо особо далеко идти не пришлось. Ну или такому человеку как Люциус Малфой всё же была тоже знакома усталость, и он не имел ничего против небольшого заведения через дорогу от их дома, встретившее их тихими переговорами людей, тоже заскочивших для неспешной трапезы вечером. — Почему именно здесь? Мне казалось нам нужно меньше внимания. — спросил аврор у мужчины, когда тот целенаправленно двинулся к столу возле окна, что был чуть ли не одним и центральных в зале. — Предпочитаю возможность наблюдения за происходящем, в незнакомой обстановке. — невозмутимо ответили ему, снимая черную мантию и вешая её на ближайший крючок. — Или принцип контроля. Что многое говорит о вас. — решив не спорить с выбором места, ведь по счёту ему было всё равно, главное видеть входные двери, Поттер присел, напротив. — Из каждого принципа можно извлечь мораль, а не только характер человека. — О да, в ваших же принципах столько морали. Аж на целый Азкабан хватит. Малфой выгнул бровь, потянувшись было за меню, и парень понял, что попал по болезненному месту. Несмотря на полную амнистию после войны, до этого блондину всё же удалось отсидеть один год в тюрьме и это явно было худшее время в его жизни. Что ж, он его нисколечко не жалел. — Каждое действие содержит какой-то смысл, если действовать без него, то есть ли вовсе смысл вообще делать что-либо? — спустя пару минут произнес Люциус, опуская взгляд на список предлагаемых заведением блюд. — Уж лучше ничего не делать, чем поддаваться собственной трусости. — с нескрываемой желчью произнес в ответ Гарри. В часть его работы не входило быть с кем-то вежливым или прятать своё настоящее отношение ко всему. Он не должен лгать. — Не все поступки кажущиеся с одной стороны такими, действительно являются показателем трусости. К примеру самоубийцей может быть крайне сильный духом человек, ведь нужно иметь твердый стержень дабы лишить себя жизни. — вскинув на мгновение глаза на собеседника, Малфой вернулся как ни бывало к прерванному, демонстрируя полное внешнее игнорирование шпилек в свой адрес. — Вот только этот стержень отличается от того, что есть у обычных людей. И самоубийцы стремятся убежать от собственных страданий, а не доставить их другим. Их диалог был прерван подошедшим, чтобы принять заказ официантом. Поттер. Не особо разбираясь во французских названиях блюд, ткнул практически наугад, надеясь, что это будет хотя бы съедобно. — Иногда приходиться чем-то пожертвовать, дабы в последствии иметь возможность жить спокойно. — заговорил вновь мужчина, стоило им вновь остаться вдвоём. — Последствия этой жертвы не всегда могут дать вам этой жизни. — Каждый искупает свои грехи по-своему. — Кажется некоторые люди их не искупят никогда. — За них искупают их родные и близкие, и это не менее жесткое наказание чем заключение или смерть. — от тона голоса и взгляда, которым это было произнесено, Гарри стало не по себе. Он помнил, что после того как Лорда Малфоя поймали, именно его сыну Драко пришлось расплачиваться за провал перед Темным Лордом. И дом Люциуса был постоянным местом обитания других Пожирателей и их руководителя. Да и после того как всё закончилось, как прошёл суд, на семью Малфой всё равно обрушилось огромное количество яда со всех сторон. И не сказать, что он был не заслужен. Но как высказался один из журналистов «а может быть, будь вы на их месте то поступили также, делая всё чтобы защитить свою семью». — Вряд ли многих это беспокоит. — неловко откашлявшись, произнес аврор. — Действительно вряд ли. Поэтому они и не видят общей картины, предпочитая на всё смотреть исключительно через призму чужих слов и собственного легкомыслия. — аристократ повернул голову к окну, складывая руки перед собой в замок. — А может им просто нужно услышать об этом, а не выискивать то чего нет сквозь стену лжи? — чуть было не шепотом просил парень, внезапно ощущая, как изменилась атмосфера за столом. Словно они только ступили на куда более интимный уровень и продолжительные взгляды лишь усиливали ощущение. — Тогда они могут спросить, проявить хоть толику уважения и возможно их труды не будут забыты. — Слишком большая вероятность получить отказ. — Сначала стоит попробовать.

***

Дни пошли своим чередом. После этого разговора они практически не поднимали между собой острых тем, каждый сосредоточенный на своём. Большую часть времени они проводили во французском Министерстве, где Люциус вёл диалог по поводу характера сотрудничества и схем сближения. Аврор мало, что понимал из того что было сказано, но его задача заключалась в совершенно другом. Пару раз он ощущал смутное, почти еле ощутимое беспокойство на задворках сознания. Чем-то похожие на то, если бы за вами следили из далека, а ты оборачивался и никого не видел. Но чтобы это не было, никаких действий пока не происходило, и парень надеялся, что так будет до самого их возвращения в Лондон. Гарри не мог уснуть. Сколько бы он не проворочался в постели за последние пару часов, а сон так и не смог к нему прийти, даже спустя довольно выматывающий день. Спустя ещё несколько томительных минут, парень принял сидячее, слегка потирая своё лицо. В номере стояла тишина и лишь редкие звуки с ночной улицы её прерывали. Спустив ноги с кровати и следом поднявшись на них, Поттер, стараясь ступать как можно более бесшумно, чтобы ненароком не потревожить сон своего соседа, направился в сторону кухни, надеясь, что может быть после глотка прохладной воды ему станет лучше. Но проходя по коридору мимо гостиной, он увидел в просвете окна стоящую полу боком к нему фигуру и замер. До Академии Авроров его мало интересовали мужчины, да и по большей части отношения в целом. Он куда больше волновался о том, как остаться в живых, а ещё у него была Джинни. Когда после окончания войны их отношения так и не вернулись в привычное русло, Гарри имел возможность ощутить на себе пристально внимание обоих полов. И оказалось, что ласкать губами мужской торс, оказалось не менее увлекательно чем женскую грудь. Он даже пробовал завести нечто серьезное с одним из своих однокурсников в аврорате, но ничего хорошего из этого не вышло. Большинству людей Поттер был интересен исключительно как герой, а не как он сам, так что с поиском любви возникали проблемы. Но это совершенно не мешало парню отмечать какие люди были для него привлекательными, а какие нет. Так вот Люциус Малфой был. По крайней мере внешне уж точно. Мужчина был частично повернут к окну и мягкий лунный свет давал возможность во всех прелестях разглядеть его фигуру и несмотря на свой немалый возраст, сложен он был превосходно. В отличии от дней, в которых блондин постоянно представал в костюмах и мантиях, что по большей части скрывали его тело, сейчас на нем были лишь домашние атласные штаны и легкий халат, полы которого свисали по обе стороны туловища. Гарри имел возможность скользнуть взглядом по крепким плечам, на которые были откинуты обычно связанные черной лентой белые волосы, бледной безволосой мощной груди, подтянутому и даже слегка худощавому торсу. Проскользнула мысль о том, что если смотреть на это всё снизу-вверх, то вид бы был ещё более привлекателен. На щеках Поттера вспыхнул внезапный румянец от усилившейся было фантазии, и он мотнул головой, чем привлек внимание стоящего у окна. Люциус повернул к нему голову и по абсолютно спокойному выражению лица парень понял, что его присутствие было замечено куда раньше. Теперь уже лицо краснело от осознания того, что его буквально застукали за разглядыванием чужого тела. И более того, ему нравилось то что он видел. Тем ни менее это всё ещё был Малфой, относящийся к нему не более чем с презрением и не ставивший его не во что. Наверняка ему всё эта ситуация выглядит до боли смешно и завтра Гарри услышит гору насмешек в собственную сторону, если не прямо сейчас. Мужчина сделал шаг навстречу всё также неподвижно стоящему парню и остановился только, поравнявшись с ним в коридоре. Взгляд стальных глаз метнулся по аврору, чем напомнил ему о том, что он и сам тут стоит одетый лишь в одних штанах. Конечно и ему было чем похвастаться, многочисленные тренировки сделали своё дело, и он уже не выглядел как тощий подросток, но прикрыться от взгляда всё равно захотелось. — Пойдемте спать. Завтра тяжелый день. — вдруг произнес в вполголоса Люциус, глядя уже прямиком ему в глаза. Внезапно в памяти всплыл их недавний диалог за ужином пару дней назад. О морали и принципах. О последствиях принятых решений и о том через, что приходиться переступить дабы добиться нужного результата. Поттер вдруг на мгновение подумал, что это могло относиться и к ним. К его суждению. А затем Малфой кивнул, удаляясь в собственную спальню и наваждение пропало. Остаток ночи Гарри провел, забывшись во сне, в котором почему-то шёл снег.

***

Напряжение достигло пика на следующий же день. Казалось бы всё было как раньше. Просто ещё один обед в компании чиновников, которые всё никак не хотели уступать в паре пунктов. Насколько Поттер знал, по этому поводу Люциус уже даже успел переговорить с Кингсли, послав ему сову. И что, если ситуация останется неизменной, придётся искать компромисс, что понизит общий результат от всех встреч. Они сидели в небольшом ресторане, предназначенном специально для деловых встреч в магическом квартале Парижа. Он чем-то напоминал Косую Аллею в Лондоне, только был куда более утончен и привержен правилам. Казалось даже все стеллажи и дома подчиняются строгой нумерации и стилю. С одной стороны, таким образом волшебникам было куда проще находить какие-то вещи или магазины, а с другой не было того ощущения полной свободы и разнообразия, что присутствовало у них. — Мистер Малфой, мы уже говори вам ранее что построение магического канала займёт слишком много ресурсов и стандартная переправка будет куда проще. — Гарри слушал происходящее в пол уха, со стороны куда больше сосредоточенный на своем стакане с содовой. Но на самом деле он пытался как можно незаметнее оценивать обстановку вокруг. Чувство тревоги, проявлявшееся последние несколько дней, возросло и многолетняя интуиция аврора подсказывала ему, что сейчас расслабляться было самым плохим вариантом. Люди приходили и уходили, мало задерживаясь больше нужного им времени. Конечно некоторые маги узнавали их, но подходить никто не подходил. Да и вряд ли у кого-то хватило бы смелости их прервать. Но когда ощущение чужого взгляда усилилось, Поттер заметил в дальнем конце зала сидящего в углу мужчину. Выражение его лица было разглядеть трудно, но было абсолютно очевидно, что его глаза были прикованы именно к длинноволосому аристократу. А затем всё пришло в движение. Стоило незнакомцу резко сунуть руку в карман своей мантии, как парень сам подскочил на ноги и только успел произнести заклинания щита, прикрывая собой Люциуса, как раздался громкий хлопок, похожий чем-то по звуку на выстрел. В ушах пронзительно зазвенело, послышались крики, а он сам отлетел назад, врезаясь в стол. Спину прошило болью, но Гарри не обратил на это внимания, притягивая к себе за рукав одежды фигуру, которая только что находилась за ним и на которую был направлен удар. Слышно по-прежнему ничего не было и в воздухе стоял светлый дым. На мгновение он пошатнулся, пытаясь прийти в себя, но чужие руки не дали ему упасть полностью и внезапно вплотную прижали к себе так, что Поттер ощутил касание губ к своему уху. — Всё в порядке. Он использовал заклинание, направленное лишь на меня и приглушенное завесой из дыма и шума, чтобы создать панику. Но не ожидал, что рядом со мной будет сидеть профессиональный аврор с огромным магическим потенциалом и его атака не сможет пройти щит. — голос Малфоя дрожал и был тих, но при этом доставлял уверенности и успокаивал. Хотя, казалось бы, должно быть наоборот. Но Гарри продолжил цепляться за стоящего рядом мужчину.

***

Они вернулись в номер только спустя четыре часа, когда все извинения были приняты и все вопросы уяснены. Всё это время Гарри продолжал ощущать нервозность и фантомное беспокойство. И только рука Люциуса, то и дело сжимающая его колено под столом в успокаивающем жесте, давала понять, что всё хорошо. После произошедшего нападения все оставшиеся вопросы были быстро урегулированы и французы, желая замять инцидент, быстро подписали договора. Так что крайней мере поездка имела результат. Мужчину, устроившего покушения задержали и на следующих днях его ждал допрос под руководством представителей обоих стран. Зайдя в помещение, парень тут же упал на диван в гостиной, опуская голову на свои руки и пытаясь привести все свои мысли в порядок. Но перед глазами так и стояла картина взрыва, чужая кровь на руках и осознание, что, если бы он помедлил хоть на минуту, Малфой был бы мертв. Он до сих пор ощущал его сбивчивое дыхание на своем лице и крепкие руки, помогающие подняться. Из раздумий его вывело осторожное прикосновение к плечу и подняв голову, Поттер увидел стоящего возле него мужчину, протягивающего бокал с виски. Где он его достал было абсолютно не ясно, но это мало волновало. Аккуратно приняв напиток из чужих рук, Гарри почти сразу сделал глоток, чуть кашляя от мгновенное опалившей горло жидкости. — Я должен сказать вам спасибо. — заговорил Люциус, внезапно присаживаясь рядом. — Я просто выполнял свою работу. — начал было парень, но в ответ увидел лишь покачивание головы. — Вы спасли мне жизнь. — мужчина наклонил голову, пристально глядя на него. Аврор выдохнул, поворачиваясь к нему лицом в ответ и в этот момент понял, что это было ошибкой. Стальные глаза оказались куда ближе чем он рассчитывал, глядя внимательно и проникновенно. Без привычной насмешки и презрения. В них плескался интерес и что-то ещё. Что-то что точно имело название, но что произносить вслух было почему-то страшно. — Это стоит наибольшей благодарности. Его подбородка коснулись тонкие пальцы, ласково поглаживая большим пальцем кожу и при этом крепко фиксируя в одном положении. Малфой наклонился ближе, так что Поттер мог пересчитать количество трепещущих ресниц на его глазах. А затем его губ коснулись чужие, в мягком, но требовательном поцелуе, заставляя всё внутри парня взорваться от ощущений. Целовался Люциус так же, как и выглядел — великолепно. Он уверенно касался чужих уст, не давая ни малейшего шанса на отступление, но при этом оставляя место для маневров и ответа. И Гарри был бы последним дураком, чтобы подобным не воспользоваться. Каждое соприкосновение напоминало больше бороньбу, чем чувственные ласки, но ему так даже нравилось больше. Нравилось, что можно требовательно касаться языком другого и получать такое же рвение в ответ. Нравилось, что можно оттянуть чужую губу и в ответ услышать смешок, полный затаенного удовлетворения. Но когда он ощутил чужую руку на собственной шее, притягивающую его куда ближе, он вспомнил что было в это всём кое-что неправильное. — Подожди, подожди… — мужчина нехотя отстранился, выгибая бровь в немом вопросе. — Так это всё всего лишь благодарность? — Гриффиндорец. — со вздохом закатил глаза блондин, после поднимаясь с дивана, поправляя свою одежду. Поттер еле сдержал желание схватить его за руку и вернуть в прежнее положение. Малфой вновь стоял перед ним, но в этот раз его взгляд был слегка раздражённым. — Это один из способов её проявить. Конечно я мог бы сделать это и по-другому, но мне казалось, что взаимное желание возникшее между нами определяло именно этот вариант. А что было бы после этого дальше, ответить должен ты сам. — Почему именно я? — растеряно спросил парень, пытаясь унять клокочущее сердце. — Потому что я уже давно не молод и если бы я хотел завести себе интрижку, то выбрал бы куда менее хлопотный вариант. Но ты Поттер, помимо того, что не даешь покоя, когда каждый раз появляешься в Министерстве, за эту неделю стал сущим кошмаром для выдержки. — немного устало проговорил мужчина. — А сейчас ты сам должен ответить себе на вопрос просто ли это будет благодарность или нет. Как закончишь, можешь при желании сообщить. Когда Гарри наконец-то пришел в себя, дверь в комнату Люциуса уже захлопнулась.