Песнь Семи Плеяд

      Нацуки Наоко и её муж до сих по не отошли от шока. Их гордость, их первенец, их единственный сын пропал. Конечно же, полиция начала расследование, но спустя несколько недель они заклеймили Субару как без вести пропавшим.              Когда пара всё-таки добралась до камер видеонаблюдения магазина они испытали новую волну депрессии и стресса. На видеопленке был запечатлен момент исчезновения их сына, но полиция пометила эти материалы «подделкой». Нацуки понимали, почему они так сделали, но всё равно не могли принять такого решения со стороны следователей, ведь пленка была довольно реалистичной и мотивы для вранья сотрудников магазина не совсем прозрачны. Субару пропал практически за несколько секунд, будучи покрытый странными теневыми руками. Они четко видели, как перед своей пропажей он набирал сообщение и отбросил пакет, которая пара забрала себе, так как полицейские по итогу отказались считать этот предмет вещественным доказательством.              Кеничи перенес события на пленке тяжелее, чем его супруга. С момента исчезновения их сына он испытал некоторые проблемы с психическим здоровьем, но Наоко оставалась его столбом стабильности и здравомыслия. Через несколько часов пара относительно успокоилась и в дело пошли возможные догадки и теории относительно ситуации на пленке и последующих событий. Они знали, что Субару был очень большим фанатом аниме-культуры и видеоигр. Наоко, пытаясь сблизиться с сыном ещё больше, даже прочитала несколько произведений из его коллекции. От неё также не скрылись предпочтения её сына – девушка его возраста, с длинными волосами бело-серебристого цвета, такие выводы прекрасно исходили из фигурок и постеров в его комнате.              По итогу предположений и разговоров пара пришла к выводу, что пленка, возможно, является действительной подделкой. Но на самом деле они считали, что их мальчик был насильно перемещен в другое место. Кеничи считал, что скорее всего разыгрывается сценарий стандартного исекая и то, что Субару повторит стандартный набор протагониста подобной истории. Наоко же, углубляясь в подобные истории находила не самые приятные варианты следующих событий, находила вариант не самого приятного перехода их мира в альтернативный мир.              Супружеская пара отказывалась терять надежду, поэтому старалась убедить себя во все возможные теории, которые позволили бы им увидеть своего сына.              Они не хотели впадать в тяжелую депрессию так рано, ведь последнее сообщение Субару теперь не казалось обычной предсмертной запиской, а чем-то гораздо большим.              ***       Храм Камня Подавления Магии              Пространство внутренней печати Сателлы несколько напряглось после очередного выброса миазм Ведьмы Зависти, но в этот раз они были несколько сильнее, чем обычно. Со стороны могло бы сложиться мнение, что Ведьма усердно старается вырываться на свободу, но такое предположение оказалось бы ошибочным. После нескольких минут изначально буйства ситуация стабилизировалась и Камень остался нетронутым.              Через несколько минут после потери сознания веки Сателлы медленно открылись. Она вздрогнула, когда быстро приняла сидячее положение. Её Теневой Сад оставался таким же, как и всегда. Девушка медленно ощупала место, в котором должна была находиться рана от двойного кинжала, но она её не находила. Вместо этого, она испытала чувство головной боли – её альтер эго, Завистливая Ведьма также проснулась и вновь попыталась захватить контроль над телом. Обычно, Сателла бы проиграла, но в этот раз она почувствовала то, что Зависть находится в состоянии шока и нестабильности. Это являлось шансом, которым полу-эльфийка сразу же воспользовалась, закрывая Зависть в дальних уголках своего разума. Конечно, это не сработает на долго и Зависть вновь попытается дать бой, но и в следующие разы Сателла будет готова. По крайней мере она полагала на это надежду.              В прошлом она находила силы противостоять Зависти по средствам её связи со своим любимым, он был её стержнем здравого рассудка и тихой гаванью разума. Но когда он пытался раскрыть секрет своего полномочия, Ведьма всегда пробивалась наверх, сметая полу-эльфийку от контроля телом. Она никогда бы не навредила своему любимому, но соглашалась с Завистью в её причинах – если бы кто-то узнал о его способности, то они бы воспользовались им. Ей едва хватило контроля снова не упасть в состояние эмоциональной ярости, когда она вспомнила о одном клоуне. Розваалль уже пытался воспользоваться её любимым и был причиной многих психологических травм Субару, но в итоге черноволосый юноша смог его побороть и заставить принять клятву-контракт, который ограничивал его действия и возможность предательства.              Сателла решила перестать думать о королевском маге, вернувшись в реальность. Она попыталась сконцентрироваться на её связи с Субару и нашла нечто новое. Ранее легкое ощущение, которое связывало её с её любимым переросло в нить. Эта нить соединяла её печать, Теневой Сад, с каким-то другим пространством. Это чувство было подобно тому, которое она испытывала, когда посещала Замок Грез печати гробницы Эхидны.              С замеревшим дыханием она прикоснулась к этой нити, чтобы позже начать следовать по ней, желая вновь встретить своего любимого.              ***              Нацуки Наоко находилась во сне. Этот сон был из тех снова, когда женщина могла себя осознавать и ощущать. Она видела свой дом, во времена, когда Субару только-только исполнилось четыре года. Она улыбалась, когда видела Кеничи играющим с их сыном. Мальчик спрыгнул с его рук, начиная нарезать круги возле своего отца. Наоко находила умиротворение в этой картине, ведь всё было по-старому. Субару всё ещё был маленьким ребенком, который только изучал окружающий мир, он ещё не успел перенять линию поведения своего отца.              Улыбка ушла с её лица, когда она закончила предыдущую мысль. Была ли она виновата в том, как её сын стал воспринимать себя? Виновата ли она в том, что он закрылся в себе? Наоко точно считала, что она старалась дать ему максимум, не пытаясь возложить ожидания на его плечи. Субару всегда был интровертом, который хотел казаться другим снаружи. Может быть, он именно поэтому оставил старшую школу?              Наоко остановила свои размышления, когда увидела, что её маленький сын остановился перед ней. Что-то в его глазах напоминало ей о себе прежней, но не только то, что он унаследовал их от неё. Он протянул свою открытую ладонь ей, ярко улыбаясь. Японка на секунду засмотрелась в его глаза, которые сияли также ярко, как и его улыбка.              Но что-то в них было не так.              Его взгляд создавал ощущение тяжести и опыта, который не мог иметь ребенок такого возраста, пускай и во сне, но она не стала давать этому чувству лишить её возможности прикоснуться к своему ребенку. Она положила свою руку в его и через мгновенье её окружение полностью изменилось. Субару пропал, а она сама вместо своего дома находилась в саду, который окружал строение в японском стиле. Её дыхание остановилась, когда она увидела тень, которая последовала в строение на грани её видимости.              Наоко уверенно последовала за тенью, выходя из прекрасного сумеречного сада.              ***              Сателла добралась до своего места назначения. Её взор несколько затуманился, когда она начала осматривать своё окружение: красивый сад и храм, который практически выходил из историй её любимого. Конечно, Субару рассказывал множество вещей о своей жизни, но она никогда не надеялась, что сможет увидеть и посетить что-то подобное.              Проходя через сад, она достигла здание, в которое вошла без долгих промедлений. После того, как двери легко закрылись за ней, она нашла себя в типовой квартире современной страны восходящего солнца, но не это сконцентрировало её внимание. После прихожей, в зале на одной из полок стояло множество фотографий, но одна заинтересовала её больше всего: маленький Субару и два взрослых человека. Она сразу же узнала в них его родителей, женщина имела его глаза, а мужчина был очень похож на самого Субару, которого она запомнила ещё 400 лет назад.              Сателла не заметила, когда дверь этого дома вновь открылась и её плеча кто-то робко коснулся рукой. Это заставило её выйти из своеобразного транса, полностью перемещая внимание на того, кто побеспокоил её. Дыхание полу-эльфийки замерло, когда она увидела острые глаза, которые пронзали её душу.              Ведь эти глаза делили только три персоны, и прекрасно понимала, что это не Фортуна. Перед её взором предстала мать её возлюбленного, Нацуки Наоко.              Но через секунду они обе перестали обращать внимание друг на друга, когда дверь открылась вновь.              Теперь на пороге находился кто-то другой и для этого другого, Наоко и Сателла моментально оставили друг друга, спеша попасть в его объятия.              Черно-беловолосый юноша улыбнулся, когда поймал обеих женщин в свои руки, прижимая их к своей груди, слезы текли по их лицам, пока они проговорили его имя одновременно.              - [Субару/Бару]-кун!