Фарфоровая пыль

Кукла сидела в тени деревьев и тихонько плакала. — Почему ты плачешь? — Спросил мальчик. — Я стала не нужной и меня выкинули.— Ответила кукла. — Если ты никому не нужна, пойдем со мной. Я буду о тебе заботиться.— Мальчик протянул ей руку и доверчивая кукла пошла за ним следом. Поначалу все было хорошо. Кукла была счастлива. Ей очень нравилось стоять у мальчика на полке. Он мог подолгу смотреть на нее, отгоняя прочих мальчишек. Она была только его игрушкой, а значит никто больше был не вправе к ней подходить. Кукла на это лишь молча улыбалась, потакая маленькой прихоти мальчика. Однако со временем прихотей становилось все больше. Кукла все так же продолжала молча улыбаться. Она знала, что мальчик любит ее, а ради его любви, кукла была готова стерпеть многое. Но однажды… Мальчик уронил куклу. Она и сама не поняла как это случилось. Вот она прекрасная стояла на полке, а через секунду уже лежит на полу, прижимая к груди треснувшую фарфоровую ручку. В глазах мальчика мелькнул страх. — Я починю тебя.— Тихо шепнул он. Вот только… Вместе с рукой, трещинами пошло и маленькое кукольное сердечко. Кукла молча кивнула. В стеклянных глазах застыли хрустальные слезы. Мальчик и впрямь починил ее. Они стали жить как раньше. Но с того раза мальчик стал ронять ее все чаще. Кукла уже не была столь счастлива. Она начала бояться мальчика. Ей больше не хотелось стоять у него на полке. И после того, как мальчик уронил ее в очередной раз, кукла заплакала и грустно сказала: — Отпусти меня. Я все равно сломана. В мире ещё много кукол, тебе будет с кем поиграть. — Мальчика разозлили ее слова. — Мне не нужна другая кукла! Я хочу играть лишь с тобой! Я обязательно тебя починю! Вот увидишь! — Гневно ответил он. Кукла на это лишь вздохнула. Ей было слишком страшно, чтобы уйти от него самой. Время шло, а мальчик не менялся. Он все так же продолжал ронять свою игрушку. Кукла ломалась, покрывалась новыми трещинами, но каждый раз мальчик восклицал: «Я починю тебя!» —и собирал ее по кусочкам. Сколько кукла не плакала, сколько не просила отпустить ее, мальчик словно и не слышал кукольных слов, упрямо повторяя: — я починю тебя! Закончив ремонт, он подолгу смотрел на куклу, нашептывая ей ласковые слова. — Теперь уж я буду играть с тобой бережно. — Обещал он. И кукла, позабыв о страхе, верила ему, засыпая под его голос. Она надеялась, что рано или поздно, мальчик выполнит свое обещание и они станут играть, как прежде. Но каждый раз на её фарфоровом теле появлялись новые трещинки. Сначала маленькие, едва заметные, но потом они становились все больше и больше и так до тех пор, пока этот болезненный узор не покрывал ее всю. Несмотря на боль, кукла все также продолжала стояла на полке. Молчаливая и уже не такая прекрасная, она все больше напоминала пустую фарфоровую оболочку. И только кукольные глаза оставались похожи на живые. Стеклянные глаза, из которых все чаще текли слезы. Вскоре кукла сломалась окончательно. Сломалось так, что у мальчика не вышло бы ее починить. Валяясь на полу она начала медленно распадаться на части. Кукла знала, что это конец, однако вопреки всему, она не испытывала страха. Скорее….её охватило чувство облегчения. Наконец она будет свободна. Свободна от боли и ужаса, что принесла ей когда-то любовь. Свободна от того, кто принес ей эти страдания. Но мальчик не готов был с этим мириться. — Я починю тебя. Починю! Починю!!! —Без Конца повторял он, в панике подбирая осколки фарфора. Кукла лишь грустно улыбнулась. — Меня уже не починить. —Мальчик опустил руки и посмотрел на куклу с мольбой. — Останься со мной, — Голос его был тих. — Я… Я буду играть с тобой бережно… —Прости, но я больше тебе не верю.— Сказала кукла и рассыпалась в пыль.