Красный и Белая

Пожиратели смиренно ждали указаний Лорда, за плечами Волан-де- Морта лежали убитые или зачарованные волшебники. В руке лежала палочка, а второй Волан-де-Морт держал розу. Её аромат был так необходим волшебнику, чтобы забыть порыв гнева и запах крови, до тошноты железный и противный. Темного Лорда это уже мало пугало, но осознание совершённого ужаса читалась в представленном образе. Глаза Элизабет смотрели на Тома с осуждением и страхом. Он искал бы её по всему Лондону, но чтобы схватить поводья власти нужно время. Если он не сделает этого сейчас, трепет перед могущественным магом падёт. Волан-де- Морт жестом показал, чтобы все ушли. Последователи удалились. Том ... а точнее часть, что от него осталось жадно вдыхал долгожданный, забытый, родной аромат. Затем что-то человеческое проснулось в нём, маг трансгрессировал к могиле родителей. На имя матери он сразу обратил внимание, Волан-де- Морт присел около давно ровной земле и положил розу, в дань уважения своей матери. Бросилось в глаза ненавистное имя, имя человека, который легко отказался от Тома. Край надгробного камня Реддла старшего откололся. В юности Том, узнавший всю правду вынес свой гнев. Затем противоречивые чувства тревожили, голос его совесть принадлежал Элизабет: " Он же твой отец". Перебивал чистые помыслы змеиный шёпот и это притягивало больше. Волан- де- Морт положил руку на надгробный камень матери, представляя её плечо. Произнёс как и 18 лет назад: - Я обещаю тебе, что о наследнике Слизерина узнает каждый. Головная боль опять настигла Лорда, вспышки воспоминаний мелькали перед глазами. Девичий смех произносил его имя: - Том.Том! Ученик встретился с глазами Элизабет: - Ты чего задумался? Юноша осмотрелся и понял, что находится в гостиной Пуффендуй. Том смутно помнил, что Элизабет приглашала его на вечерний чай , долго хвалила кухню домашних эльфов. Реддл согласился, а благодаря тому, что он староста уйти из гостиной Слизерин было легко. Он опасался идти к гостиной, не хотел чтобы его засмеяли. Элизабет поставила чашки на стол, её рука была так близка к руке Тома. Волшебник положил свою руку на её, Элизабет смутилась: - Чего это ты? - Н-нет, ничего. - Реддл отвернул голову, почувствовал прилив крови к щекам. Разозлился, от того, что мог покраснеть. - Яблочного штруделя? - Ничего не хочу. И вообще, зря я пришел, я же староста! - Том вскочил и отошёл к окну, ему проще было оттолкнуть Элизабет, нежели признать, что она волнует его. Вдруг на его спину робко легла рука Элизабет, девушка обняла Тома со спины, юноша ощутил как она жмется щекой к его спине. Ощутил как пот пробил его тело, как оно горело от близости. И как заныло его сердце от едва уловимой тоски. Блаженная улыбка украсила лицо Реддла, Том бережно положил свои руки поверх ладоней Элизабет: - Прости. Я не подумала, что тебе может достаться от профессоров. Дело было вовсе не в этом и Том это знал. Волан-де- Морт вдруг обнаружил, что обнимает руками самого себя. Ноющая тоска зудела в груди, Лорд обернулся с какой-то надеждой, но за спиной были лишь мрачные кусты и тёмный лес.