Питер Паркер в здании

      В своей жизни Тони Старк повидал немало. Был практически в каждом уголке земного шара, пробовал любые экзотические блюда (тот эксперимент с рыбой фугу до сих пор считался самым смертельно опасным в его жизни), общался с королями в настоящих дворцах и нищими рыбаками на одном из побережий Вьетнама. Видел Богов и инопланетян, каждое утро здоровался с искусственным интеллектом, перетрахал всех, кого хотел добавить в свою коллекцию побед, пробовал наркотики… В общем, к тридцати семи годам он считал, что полностью утратил способность удивляться.       И понял, как ошибался, едва встретив простого мальчишку из Куинса — Питера Паркера, который умудрялся непринужденно удивлять, поражать и ставить в тупик самого великого Тони Старка по пять раз на дню. Это было настолько свежо и невероятно, что зацепило с самой первой встречи.       Питер будто сам насквозь состоял из противоречий.       Юношеская наглость в нем удивительным образом сочеталась с невероятной скромностью, сила — с наивностью, а гениальный ум — с комплексом неполноценности.       Тони никогда не забудет, как выпал в осадок в собственной мастерской, когда Питер, продолжая что-то рассказывать, практически машинально вытянул у него из пальцев карандаш, легко набрасывая изящное решение, над которым Тони бился уже четвертый час, а когда понял, что его предложение не только принимают на «ура», но и вполне серьезно предлагают запатентовать — испугался до трясучки. Потому что «не надо, мистер Старк, это же я просто так — дурачился» и «вы должны хотя бы проверить, ведь я наверняка налажал с плотностью», а ещё «простите, я не могу, кто я такой, чтобы что-то патентовать».       Тони тогда едва головой о стол не бился.       Для того, чтобы оценить весь спектр противоречий, граней и оттенков Питера Паркера жизни не хватит. Тони и не торопился. Окончательно для себя решив, что будет изучать его весь отпущенный ему земной срок, в независимости от того, какое отношение к нему будет у самого Питера. Он готов быть для пацана кем угодно: отцом, наставником, кумиром, другом, любовником, возлюбленным, мужем… чужим.       Совершенно не важно.       Важно, что, определившись для себя, Тони окончательно успокоился, словно познал одновременно дзен и смысл жизни.

***

      — Ты только посмотри какая красота! — Тони хлопнул Питера по плечу, ненавязчиво подталкивая ближе к пьедесталу, на котором поблескивал во всей красе новенький, буквально только после сборки, костюм железного Человека-паука. — Каково, а? Над цветом ещё можно поработать, но его качества изумительны. Больше никаких проблем с пулями, под которые ты вечно подставляешься, Карапуз.       Питер смотрел на костюм так, как смотрят на величайшее чудо, его глаза светились таким неподдельным восторгом, что Тони мысленно потирал руки. Ещё одна причина для парня вступить сегодня в ряды Мстителей, а там уж можно попробовать добиться разрешения от Мэй на его постоянное проживание в Башне. Так будет гораздо проще контролировать безумные геройства Питера, направлять его энергию в нужное русло. Учить всему, что должен знать Мститель, и что знает он.       Любить его.       Быть рядом почти круглосуточно.       — Извините, мистер Старк, я должен отказаться.       Простые слова никак не могли уложиться у Тони в голове. Он тупо смотрел на светящуюся обожанием мордашку и впервые на своей памяти не знал, что сказать, пока Питер вдохновенно что-то лепетал о том, что ещё не готов к таким переменам. Только стоящий рядом верный Хеппи мог оценить всю глубину провала Тони, и сейчас тревожно переводил взгляд с одного на второго.       — Это же была просто проверка, я прав?       Тони моргнул.       Проверка? Какая нахрен проверка, если он ни разу в жизни ещё не был так серьёзен? Если он не спал нормально две недели подряд, доводя костюм до идеального состояния, впихивая в него все возможные и невозможные примочки?       Если он собрал самую настоящую пресс-конференцию, практически на сто процентов уверенный в положительном ответе?       А ведь Хеппи предупреждал. До конца не понимающий степени вовлечённости босса в ситуацию, он советовал не торопиться. Как и Пеппер, до последнего тянувшая с пресс-конференцией.       Питер не захотел. Его не привлекло ни почетное место среди самых крутых супергероев Земли, ни навороченные игрушки Тони, ни сам он, вместе со своими миллионами, гениальностью и внешним блеском. Что ж. Больно, но справедливо.       Молодым место рядом с молодыми. Значит, не судьба.       — Конечно проверка, — вымученно улыбнулся Тони, пожимая протянутую теплую ладонь. — Ты только будь аккуратнее со своими котятами, о’кей? Связь, как всегда, через Хеппи.       Глядя вслед удаляющемуся вприпрыжку пацану, Тони ощущал, как остро хочется выпить.       — Там папарацци уже собрались и вот-вот начнут раздувать скандал из-за вашего отсутствия, — как всегда эффектная Пеппер вышла из боковой двери конференц-зала. — Где парнишка?       — Он отказался. — Тони как-то растерянно перевел на нее взгляд. — Сказал, что хочет остаться дружелюбным Человеком-пауком.       — Тони, я тебя предупреждала, — нахмурились Пеппер. — Что мне теперь делать с толпой журналистов, которую ты собрал? Они пришли сюда за сенсацией и не уйдут без нее! Я не могу вечно разруливать такие косяки, придумай что-нибудь!       Глядя на взволнованную Пеппер и грустного Хеппи, решение пришло как-то само собой.       Что ж. Так тому и быть.       — Хеппи, то кольцо все ещё у тебя?       — Да. Ношу его уже несколько лет.       — Что? Тони, нет!       — Пойдем, дорогая, нас уже ждут!       Подхватив упирающуюся Пеппер под локоть, Тони направился в зал, по пути поймав брошенное ему кольцо. Чтобы через пятнадцать минут получить отказ в прямом эфире всех мало-мальски значимых государственных телеканалов.

***

      — Поверить не могу, Тони! Ты решил сделать мне предложение на собранной мною же пресс-конференции! — Пеппер бушевала уже полчаса. Тони терпел, понимая, что сегодня облажался везде, где только мог.       — Ты хоть понимаешь как оскорбительно получить предложение только потому, что какой-то пацан отказался общаться с журналистами? Я потратила на тебя и наши отношения больше десяти лет, Тони Старк, и надеялась хотя бы на каплю уважения. Сколько лет Хеппи носил в кармане это блядское кольцо? Почему? Потому что не было желания, или не представился подходящий повод?!       — Пеппс, только не думай, что я…       — Я имею право думать все, что захочу, — отрезала она. — Я имею право знать, почему я твой вечный запасной аэродром, Тони? Я терпела, когда вокруг тебя кружил хоровод из самых прекрасных женщин и мужчин планеты, когда ты легко менял меня на алкоголь и своих чертовых роботов. Я мирилась с тем, что первая женщина в твоей жизни — твоя мастерская. Но сделать меня второй после какого-то пацана, вчерашнего школьника? Это уже слишком, ты не находишь?       Тони вздрогнул, как от удара, и отвел взгляд. Пеппер никогда не материлась, никогда не повышала голоса. Всегда оставалась собранной, деловитой и уверенной в себе. И то, что сейчас она выкрикивала ему в лицо, было правдой. Кто бы только знал, насколько.       — Да твою ж мать… — Пеппер внезапно осела на стул, глядя ему в лицо. — Поверить не могу. Ты серьезно, Старк? Ты сейчас серьезно?!       Тони и не сомневался, что она рано или поздно поймет. Слишком давно они были знакомы. Слишком хорошо знали друг друга.       — Он ребенок, Тони, — выдохнула. — Ты хоть понимаешь, что это почти преступно?       — Ему восемнадцать, и я все понимаю, — скрывать дальше смысла не имело. Более того, признавшись хоть кому-то, пусть даже Пеппер, Тони отчего-то стало намного легче.       — Ну знаешь! — Она встала, дрожащими руками оправляя юбку. — Я мирилась со многими твоими закидонами. Некоторые причуды казались мне той самой загадочной эксцентричностью. Но это… Это… Это мерзко, Старк!       Тони изумленно смотрел на побелевшие лицо и сжатые в тонкую полоску губы. Красивая женщина. В которую он когда-то был влюблен, сейчас смотрела на него со смесью отвращения и презрения. Тони понимал, что очень ее обидел, и его чувства к Питеру нельзя назвать правильными. Но уж под определение «мерзко» они тоже никак не подпадали. Что может быть мерзкого в любви? В желании защищать и заботиться? Даже если чувства никогда не будут озвучены.       — Я ухожу, — Пеппер отцепила от пиджака все ещё болтающийся там бейдж. — Тони молчал, глядя в стену позади нее.       — Я совсем ухожу, и из компании тоже. Не желаю больше иметь с тобой ничего общего.       Вероятно, не дождавшись от него той реакции, на которую рассчитывала, она метнулась за стол, вытаскивая из принтера чистый лист бумаги, а из дорогой подставки красного дерева ручку, стоимостью в пару тысяч баксов. Пафосное пресс-папье подарил Тони на какой-то праздник, когда они ещё не были в отношениях.       Уже догадываясь, что она делает, он почему-то не испытывал ни капли сожаления. Только какую-то звенящую пустоту.       В конечном итоге, все уходят. Пора бы к этому привыкнуть.       — Я надеюсь, эта малолетка быстро раскромсает твое сердце. Ты действительно этого заслуживаешь, — швырнув лист ему в лицо, Пеппер громко хлопнула дверью. В кабинете стало благословенно тихо.       — Возможно, оно уже в лоскуты, — пробормотал Тони, стягивая с шеи галстук.       Он поднялся на свой этаж, принял душ, переоделся в домашние спортивные штаны и футболку, выпил кофе и отдал приказ Пятнице не пропускать никакие телефонные звонки. Можно было только представить, сколько шуму наделала их скандальная пресс-конференция. А теперь ещё и громкий уход Пеппер. Стоило ей позвонить через пару недель, когда уляжется буря. Тони даже не помышлял о возобновлении отношений, но специалистом та была прекрасным. Хотя, по-большему счету, сейчас ему было абсолютно все равно, вернётся она в кресло директора или нет.       Признаться, на Старк-Индастриз ему тоже было откровенно плевать. Кому и что он обязан доказывать? Родители давно в могиле. Потомков он не завел. Так ради чего эта бесконечная гонка за престижем и обогащением? Средств на личных счетах и патентов хватит, чтобы обеспечить десять жизней.       У Тони была только одна.       — Питер Паркер в здании. Просит доступ к вашему личному лифту, — негромко проговорила Пятница. Тони вынырнул из раздумий, удивлённо взглянув на часы. С момента их расставания прошло всего четыре часа.       — Пропусти, Ница, — махнул рукой. — Всегда пропускай. У пацана высший уровень доступа.       — Как прикажете, Босс.       Питер появился в его гостиной спустя пару минут и выглядел таким несчастным, что Тони даже на мгновение забыл о собственных печалях.       — Мистер Старк… — его вид был подозрительно взъерошенным, а глаза красными. — Почему вы мне сразу не сказали, мистер Старк?       Тони вздохнул и простился с идеей налить себе чего-то высокоградусного и провести остаток вечера в самокопаниях.       — Что именно не сказал, Питер?       Тот шмыгнул носом, не поднимая глаз выше его ключиц.       — Что это вы всерьез тогда… Насчёт Мстителей. Понимаете, я же видел трансляцию, а там… — он неловко замолчал. Тони примерно представлял, что увидел пацан и, главное, какие комментарии прочитал под видео.       — А что бы это изменило? — пожал плечами. — Ты совершенно точно сказал, что не собираешься раскрывать личность и становиться Мстителем. В этом было твое желание.       — Ну что вы! Я бы тогда не стал отказываться!       — В угоду мне? Фьюри? Кому? Да и зачем, если ты этого не хочешь. Моя вина. Я слишком поторопился с пресс-конференцией и не спросил заранее. Мне совершенно точно не нужны такие жертвы. И тебе, поверь, тоже.       Питер слушал внимательно, но его мордашка становилась все более отчаянной.       — Я не знаю, что бы я говорил или делал, но я совершенно точно не бросил бы вас там одного, мистер Старк. Только не так. Простите меня, если бы не я, вам бы не пришлось… — и не дожидаясь ответа, он, внезапно, шагнул вперёд, обхватывая Тони руками поначалу излишне крепко, что аж воздух из груди выбил, но тут же выправился, ослабляя хватку, утыкаясь ледяным носом чуть выше правой ключицы. Сердце Тони дрогнуло, руки поднялись, будто сами, возвращая объятие.       — Хей, Паучишка. А ну перестань мне тут… убиваться. Запомни, я никогда не делаю того, чего не хочу. Небольшая встряска даже полезна для моей репутации, — безбожно врал он, мягкими круговыми движениями поглаживая острые лопатки. — Напомнить о себе, так сказать. Про меня не писали в жёлтой прессе целых две недели.       Питер тихонечко хлюпнул носом и только прижался плотнее. Тони же неожиданно обнаружил, что, пока держит его в своих руках, сам начинает верить в ту ахинею, которую несёт. Несмотря на полное отсутствие алкоголя в крови, дышать стало почему-то легче. Огромные безликие личные аппартаменты больше не казались пустыми и стерильными, словно операционная, в которой только что резали его сердце.       — А давай пиццу закажем, покопаемся в машинах? Давно хотел перебрать движок у Бугатти, да сам, боюсь, не подниму, твоя сила пригодится. Потом можем кино посмотреть. Что там нового вышло за последние… лет пять?       Питер тихонечко фыркнул, показывая, что раскусил его, как облупленного, но принял правила игры, безмолвно поддерживая самообман Тони о тотальном контроле над ситуацией.       Контроле, который с треском провалился.       Наутро выяснилось, что его крови жаждет не только совет директоров в полном составе, но и все акционеры, внезапно обнаружившие, что акции Старк-Индастриз за ночь прилично потеряли в цене. А ещё перед главным офисом с утра дежурят толпы журналистов, которые тоже с удовольствием урвали бы кусочек.       Пеппер, громко хлопнувшая накануне дверью, не удосужились никому передать дела, и Тони не стал бы ей звонить и под страхом смертной казни. Пришлось хотя бы попытаться вникнуть в текущую волокиту, поднять бухгалтерию, отменить и назначить кучу встреч, послать нахрен совет директоров и поцеловать в задницу акционеров. Или наоборот. К семи часам вечера Тони уже не вспомнил бы такие подробности.       — Питер Паркер в здании. Спрашивает дорогу в ваш кабинет, — мягко прожужжала Пятница. Тони вскинул гудящую голову от кипы бумажек и взлохматил окончательно загубленную прическу.       — Проведи, Ница.       Он с удивлением отметил, что уже стемнело, а работы ничуть не убавилось. Придется отказать Питеру, если он снова рассчитывает покопаться в мастерской. Ну или пусть идёт один. Скорее всего, он там и рассчитывал застать Тони, но Пятница подсказала, что босс не на том этаже.       Питер удивил его в очередной раз, когда, стянув с плеч рюкзак, деловито убрал с угла стола Тони какие-то бумажки, размещая на их месте подставку с двумя стаканчиками кофе, пакет с выпечкой и контейнеры с китайской едой. Только учуяв запах которой, Тони понял, насколько за целый день проголодался.       — Я догадывался, что вы тут, — сбросив лёгкую куртку на ближайшее кресло, Питер поддернул рукава толстовки и деловито принялся открывать коробочки. — И догадывался, что за сегодня вам вряд ли выпал шанс поесть. Давайте перекусим? А потом, если хотите, я мог бы помочь. Говорят, я неплохо считаю.       Тони смотрел на него открыв рот, ощущая как за ребрами что-то болезненно тянет, скручивается, припаивается к пацану без сварки, да так, что уже не отдерешь. Только если вместе с органами.       — Тебя тетя не хватится? — почему-то шепотом спросил он.       — Она на дежурстве, — пожал плечами Питер. — Так что до утра я совершенно свободен.       До утра они не дотянули.       Уже в третьем часу ночи Тони начал клевать носом, а цифры, договоры и счета буквально расплывались перед глазами. Он смутно помнил, как Питер уверенно тянул его в сторону диванчика, убеждая, что прикрыть на пару минут глаза будет полезно. Открыл их Тони только в восемь, разбуженный уборщиками. Недоразобранные с вчера бумаги аккуратными стопками лежали на столе, а сверху — записка: «Ушел в колледж, не забудьте позавтракать». Ровным мальчишеским почерком.        И что ты будешь делать?       Прежде всего он позавтракал. Морщась от вкуса кофе из местной кофемашины. Тот, который приносил Питер, был намного вкуснее.       Второй день прошел уже куда более плодотворно, отчётливо забрезжил свет в конце тоннеля. Тони не только разгреб текущие дела, проверил бухгалтерию за последние месяцы и утряс вопросы с поставщиками, с которыми раньше имела дело только Пеппер, но и отыскал злоебучую печать гендиректора, оказавшуюся почему-то в ящике с чистой бумагой для принтера. А ещё присмотрел себе толкового помощника.       Дэн Стивенс был гораздо менее симпатичным, чем Пеппер, но его энтузиазм и страстное желание сделать карьеру компенсировали отсутствие стройных ног и симпатичной мордашки с лихвой.       Раздав указания, на подгибающихся от усталости ногах, Тони поднялся на свой этаж, моля всех богов, чтобы сегодня террористы, инопланетяне и недружественные элементы всех мастей дружно взяли себе выходной. Сил едва хватило на горячий душ, после которого он отрубился прямо на диване в гостиной, не дойдя до спальни.       — Питер Паркер в здании.       Тони с трудом разлепил глаза, встречая новый день.

***

      Питер стал приходить регулярно.       Тони сначала относился к этому настороженно, опасаясь банальной жалости в отношении себя, или, упаси боги, чувства вины у пацана, но со временем убедился, что тот действительно искренне предпочитает его общество разным увлекательным молодежным делам, вроде попоек с дружками или свиданиям с юными красотками. Или красавчиками. Но Питер оставался с ним рядом, помогая чем мог в любом деле.       Потом он долго ждал, когда же у парня перегорит интерес. Потому что ну… Все уходят. За свою жизнь Тони в этом не только убедился, но и успел смириться. Пока ждал, понемногу привел в порядок дела компании, запатентовав доработанные с помощью парня высокотехнологичные протезы. Пресса была в восторге, снова вознеся его имя на вершины Олимпа. А потом низвергнув вниз, когда в результате очередной миссии оказались разрушенными несколько зданий. Справедливости ради, накосячил там Халк, но Тони уже привык собирать шишки и счета за всю команду. Ничего нового, он снова взял все под контроль, наладил жизнь, бизнес и с замиранием сердца ждал только одного — когда же Питеру надоест.       — Питер Паркер в здании.       Пятница все ещё иногда сообщала ему о визитах Питера, но в последнее время все реже. Тот прочно вошёл не только в его жизнь, но и втерся в доверие его искусственного интеллекта.       — Проводи в гостиную, Ница, я иду, — Тони, изгваздавшись в мазуте по самые уши, едва успел принять душ и торопливо накидывал домашние брюки и рубашку. Зато движок у Бугатти теперь огонь. И система автономного управления в наличии. Можно будет прокатить парнишку по ночному городу или даже дать порулить. Пит будет в восторге.       Тони уже привык, что все его мысли так или иначе, касались Питера или их совместных дел. Скорее всего, это было неправильно, но когда он поступал правильно?       — Привет, Карапуз, — едва войдя в гостиную, Тони понял, что что-то не так. Парень был напряжен, взвинчен и выглядел как человек, готовый взорваться в любую минуту.       — Мистер Старк, это правда, что вам звонила мисс Поттс, и что она хотела бы вернуться на место генерального директора? — начал он, проигнорировав приветствие.       — Звонила, — не стал отпираться Тони. Он понятия не имел, откуда Питер узнал об этом, не иначе как Пятница сдала, но скрывать и не собирался. Всё-таки он заслуживал знать такие детали хотя бы тем, что помог Тони в самую трудную минуту.       — Только не говорите, что согласились, — подлетел к нему Питер. — Вы же не можете… После всего.       — После чего? Напомню, в той ситуации с предложением виноват был я. Любая на ее месте обиделась бы, — Тони удивлённо приподнял брови. — Кроме того, Пеппер отличный профессионал.       — Оставить дела компании за одну секунду, даже не сказав где хранится печать — очень профессионально, — сузил глаза Питер. — Что бы между вами не произошло, даже отказавшись от предложения, о котором можно только мечтать, она бросила людей, которые ей доверяли!       — Что?       — Что бы вы там не говорили, но профессионал из нее такой же, как и невеста!       — Питер!       — Вы можете выгнать меня сейчас и никогда не впускать больше, но я считаю, что тогда мисс Поттс поступила нечестно! Если она не любила вас, могла дать понять это до злополучной конференции, а не во время неё! Да ещё потом хлопнула дверью, словно вы своим предложением нанесли ей страшное оскорбление!       — Да потому что я и нанес ей своим предложением страшное оскорбление! Променяв ее на одного неугомонного пацана, который выносит мозг так же профессионально, как и опекает престарелых миллиардеров!       — Вы не старый!       — Что?       — Что?       Они сказали это одновременно, уставившись друг на друга. Тони совсем не имел ввиду ничего такого, просто подчеркнув в очередной раз, что не стоило использовать для предложения пресс-конференцию, собранную для другого человека, но Питер понял все совершенно по-своему. И понял абсолютно правильно.       На его открытом, честном лице промелькнули подряд эмоции: шок, неверие, страх, сменившись робкой надеждой и восторгом. Он смело шагнул в личное пространство Тони, не делая, впрочем, попыток прикоснуться.       — Я же все правильно понял, мистер Старк? Скажите пожалуйста, что я не брежу от радости?       — Да было бы чему радоваться, — выдохнул Тони, не сводя с него глаз. — Подумаешь, престарелый миллиардер…       Договорить ему не дали абсолютно неумелые, но такие сладкие губы Питера, что стало совершенно плевать на любые возражения. Ну не сможет он ему соврать. Даже понимая, что так было бы лучше. А может быть, и нет.       — Вы. Совершенно. Не. Старый, — оторвавшись от его губ, Питер лёгкими поцелуями клевал его в щеки, лоб, скулы — куда попадал. — Вам. Всего. Тридцать. Семь.       — А тебе восемнадцать.       — Почти девятнадцать!       — Через полгода. — Тони сгреб его наконец-то в охапку, вжимая в себя, зарываясь носом в непослушную шевелюру. — Я отказал Пеппер. Дэн отлично справляется, было бы некрасиво по отношению к нему.       — Только поэтому?       — Не только. Просто нам пора идти разными дорогами. Ей — своей. А мне…       — А вам?       — А мне — нашей.       Тони глубоко вдохнул кондиционированный воздух своих светлых просторных аппартаментов, как никогда ощущая, насколько они стали уютными.