Sweet dreams, Will

[ Сладкие мечты сделаны из этого... Кто я такой, чтобы не соглашаться? ] Прошло много времени с тех пор, как Уилл Грэм мирно спал. Теперь его ночи поглощали кошмары, которые становились всё ужаснее и всё более реальными. Иногда Уилл не знал, действительно ли он спит или это происходит на самом деле. Граница между сном и реальностью настолько истончилась, что теперь он блуждал без компаса в воображаемом подвешенном состоянии. Черный олень гнался за ним сквозь туман, его руки были в крови, рядом спали изувеченные призраки. Были ли мертвецы действительно мертвы? Были ли жертвы действительно жертвами? И, прежде всего, боролся ли он со злом или был его молчаливой частью? Подобно жертвенному агнцу, пожирающему своих хозяев... Так чувствовал себя Уилл, ягненок среди волков. Несмотря на то, что в ту ночь он был волком, он пожирал своих врагов и пировал на своей добыче. И самое ужасное, что ему это нравилось. Он отчетливо чувствовал густой, железистый привкус крови во рту, пот струился по спине, а ледяной ветер ласкал его волосы. Внезапно он открыл глаза. Тёмная фигура прошептала его имя, когда его безымянный палец был зажат между чьими-то кроваво-красными зубами. — Привет, Уилл… — сказала тень, убрав палец и приложив его к губам. —Кто... Кто ты? — Правильный вопрос — кто Вы, Уилл?. —Я - это я. — Вы действительно так считаете? Или Вы просто маска, которую Вы используете, чтобы скрыть свою истинную сущность? Уилл был смущен, напуган. Он не знал, был ли он всё еще во сне или бодрствовал. И все же этот голос, этот глубокий, теплый голос был ему ужасно знаком. —Доктор... Ганнибал? Тень улыбнулась. — Это действительно Вы? Вы настоящий? —Только если Вы этого захотите, - ответила тень, слегка наклоняясь над ним. Луна придавала её глазам бледно-серебряный свет. — Я… я просто хочу проснуться. —Еще не время просыпаться, Уилл..., - сказав это, тень склонилась над ним, пока не достигла его лица. Ганнибал Лектор прижал палец к его нижней губе, похотливо поглаживая мягкую плоть. Затем в очередной раз медленно прикоснулся ко рту, заставляя Уилла смаковать вкус крови, его сердцебиение учащалось, а дыхание сбивалось. Был ли это действительно Ганнибал или плод его больного разума? Что бы это ни было, ему это нравилось. И там, в темноте своей комнаты, Уилл Грэм мог поддаться искушению, которое изматывало его уже несколько недель. Язык Уилла лизнул его палец, смакуя вкус. Тень снова наклонилась, опуская палец на подбородок профайлера. Указательным и большим пальцами она подняла его к себе, крепко сжимая. Затем психиатр скользнул языком в рот Уилла, со свирепостью и жадностью. Как будто это его была собственность, словно Уилл принадлежал доктору Лектеру. Уилл ахнул, застонал, не зная, бороться ему дальше или поддаться соблазну. Губы тени кусали его, сосали, облизывали, заставляя Уилла терять контроль. Её язык играл с ним, душив его, возбуждая. Как будто тень хотела завладеть им. Уилл закрыл глаза, выгнул тело, приближается к тому, кто над ним стоит. То, что он видит перед собой в данный момент дало ему все пространство, которое он хотел, всю плоть, которую он жаждет. Тот поцелуй, это была не сладость, не любовь, это была борьба, желание, огонь на ледяной коже. Что-то, чего Уилл никогда раньше не испытывал. Губы тени впились в губы Грэма до появления крови, и теперь кровь Грэма смешалась с кровью этой тёмной фигуры в экстазе вкусов. — Теперь засыпайте и приятных Вам снов, Уилл... - сказал он. Затем, оторвавшись от него, Уилл произнёс — Ганнибал? Он прошептал это в замешательстве, но не успел он опомниться, как тень исчезла.