More // Еще

Прошло лето. Гермиона не знает, как это произошло. Такое ощущение, что она только вчера покинула Хогвартс. Сегодня первое сентября, и она не может не испытывать ностальгию по всем предыдущим годам. Гермиона до сих пор помнит тот день, когда письмо застало ее сидящей на кровати. Она улыбается воспоминаниям. Такое ощущение, что ей нужно идти на вокзал, где она встретит своих друзей. Где она увидит Драко. Когда она была младше, она всегда с нетерпением ждала этого дня — не только потому, что вернется в Хогвартс, но и потому, что увидит его. И не то чтобы она редко его видела. Каждый раз, когда она и Скорп встречались, он был там. Он или Астория. Это было не так давно, но кажется, что многое изменилось. Солнечный свет проникает в ее спальню, и Гермиона щурится. Она должна встать. Она лежит в своей постели еще несколько минут, прежде чем, наконец, решает подняться и начать свое утро. Она не видела Драко больше двух недель. Он сказал ей и сотрудникам, что собирается куда-то по работе. Но почему так долго? Гермиона начала скучать по нему. По его глазам, голосу, прикосновениям, присутствию. Без него офис кажется другим. Она задается вопросом, когда он вернется. Когда она спросила Скорпиуса, то выяснилось, что он тоже не знает. Для Драко нетипично исчезать так надолго. Он никогда не отсутствовал больше недели, максимум полторы. Он в порядке? С ним что-то случилось? Если это так, Скорп должен знать, верно?

___________________________

Покинув лифт и войдя на этаж, Гермиона видит, что дверь в его кабинет закрыта. Она не бывает закрытой, когда его здесь нет. Живот скрутило. Он вернулся. Кричит голос в ее голове. Она идет в свой кабинет и закрывает дверь. Сев за стол, она начинает доставать файлы, перья и чернильницы. Краем глаза Гермиона замечает лежащую рядом с сумкой записку. Она осторожно разворачивает листок бумаги, словно он порвется от малейшего прикосновения, и осторожно читает его. Извини, что так долго отсутствовал. Приходи в поместье после работы. Поужинаем. ДМ

___________________________

— Скорп! — Зовет она после того, как вошла в спальню и не нашла его там. — Скорп! — Ничего. — Скорпиус! — Гермиона начинает заглядывать во все возможные места, где он может быть. Она выходит из его комнаты и начинает искать в коридорах, где натыкается на удивленного Альбуса. — О, привет, я не ожидала тебя здесь увидеть. Ты не видел Скорпиуса? — Она взмахивает руками, окидывая взглядом окружающее их пространство. Он выглядит растерянным, видимо тоже ищет Скорпа. — Нет, вообще-то я надеялся, что ты его видела, — Альбус пожимает плечами. Она тихонько выдыхает и задается вопросом, где, черт возьми, он прячется. — Я почти на сто процентов уверен, что он где-то прячется, как маленький ребенок, ожидающий возможности напугать нас обоих до смерти. На лице Гермионы появляется ухмылка, и Ал это замечает.  — А если мы его напугаем? — Она тихо шепчет так, чтобы услышал только Альбус — на случай, если блондин окажется рядом, — и приподнимает бровь, глядя на друга. Улыбка расплывается на губах Ала, и она знает, что он не против этой идеи. — Нам понадобится небольшая помощь. Иди за мной. Альбус вопросительно смотрит на девушку, но она игнорируя это, хватает его за руку и делает шаг прямо к кабинету Драко. У нее есть план, в котором участвует его отец и который напугает его до смерти. Она уверена, что Драко согласится на ее просьбу. Она не знает, почему так уверена в этом, но есть что-то в том, как он смотрит на нее, когда они остаются наедине, что говорит ей о многом. И, во–первых, она уверена — Малфои никогда ничего не делают случайно. Особенно тот, что постарше. — Ты не будешь просить мистера Малфоя! — Расслабься, Ал. Это я попрошу, а не ты. Он оставляет ее в покое, и она стучит в дверь. Когда он позволяет войти, Гермиона входит со словами: — Здравствуйте, мистер Малфой! Вы видели Скорпиуса? Она закрывает дверь и останавливается. — Могу я попросить об услуге? — Говорит она с умоляющими глазами. Альбус просто стоит, слишком застенчивый или слишком пораженный, чтобы говорить. В любом случае, он молчит, что немного облегчает ей задачу. Бросив взгляд на мальчика, стоящего позади нее, его глаза застыли на ней. — Да, Гермиона, спрашивай. — Мы знаем, что ваш сын хочет напугать нас до усрачки после того, как мы не могли найти его более получаса, — начинает она, ища что-нибудь, что могло бы отразиться на его лице. Он не двигается, поэтому она продолжает. — Поэтому мы хотим первые напугать его. Не поможете нам немного? Он скрещивает руки на груди. — Думаешь, я ребенок? — Это риторический вопрос? — Она ухмыляется. — Очень смешно. Что мне нужно сделать, мисс Грейнджер? Это был знак, что она пожалеет об этом позже. То, как он произнес ее имя, заставило поежиться. Кожа гудит, угрожая расплавиться от костей. — П-притворитесь, что вы, эм, умираете или что-то в этом роде?— Она замечает легкую улыбку, появляющуюся на его губах, прежде чем ему удается сразу же ее подавить. — Ты же знаешь, что ужин через двадцать минут, верно? — спрашивает он ее, поднимая бровь. — Да. — Она отвечает растягивая слог. Он вздыхает. — Где мне быть? — На кухне.  Где все и началось. Но она этого не скажет. Ни вслух, ни перед кем-либо. Что-то вспыхивает в его взгляде. Она знает, что он каким-то образом услышал ее мысли. Драко уходит, оставляя ребят одних в своем кабинете. Альбус поворачивается к ней. — Ты сумасшедшая. — Поверь мне, я знаю. — Говорит она со вздохом. Они идут на кухню, по дороге зовя своего друга. Он по-прежнему не появляется, и она начинает думать, что его вообще нет в доме. По идее он должен быть. Она с Альбусом здесь, а не в доме Поттеров. Он не работает. И он не может быть у Поттеров только из-за Джеймса. Или Лили. Она толкает дверь и видит Драко, кричащего от боли на полу. Оба начинают визжать от ужаса. Крича о помощи, зовя Скорпиуса. Скорпиусу требуется не больше минуты, чтобы прибежать на кухню, и выражение ужаса, отражающееся на его лице, приносит огромное удовлетворение. Она еле сдерживается, чтобы не рассмеяться, но ей нужно играть роль еще минуту или две. — Папа! Папа! Папа, что происходит? — он пытается успокоить трясущееся тело Драко, остановить дрожь, но не может. — Мы... мы должны отвезти его в больницу Святого Мунго! Гермиона и Альбус стоят и наблюдают за ним, пока тело Драко не замирает. — Папа! Они смеются. Драко не двигается. — Какого хрена вы двое смеетесь? Драко присоединяется к ним, и лицо Скорпиуса становится еще бледнее. Гермиона не может перевести дух. — Я могу признать, что это было комично, — говорит мужчина между смехом. Скорп потерял дар речи, стоя рядом со своим отцом. — Это за все те случаи, когда ты пугал меня в детстве, — говорит ему Гермиона. — И за твой маленький план на сегодня, — добавляет другой мальчик рядом с ней. — Вы двое ужасны. И я не ожидал этого от тебя, папа! — Приятно знать, что у меня есть сын, который заботится о моем благополучии, — возражает он. Скорпиус закатывает глаза и идет наливать себе стакан воды. Он осушает его и начинает выходить из комнаты. — Дети, ужин через пять минут, — напоминает Драко. — Конечно, — говорят они. Все трое направляются в комнату Скорпа. Ал целует его в лоб и шепчет извинения на ухо. Гермиона оставляет их и решает, что ей нужно кое с кем повидаться перед ужином. Кое с кем определенным. Она возвращается в его кабинет. Осталось несколько минут до ужина. Они могли бы немного потискаться, если он не против. Она так давно его не видела. Сегодня был их первый разговор за последние две недели. Она скучала по нему, хотя на самом деле не хочет в этом признаваться ни ему, ни себе. Она обнаруживает, что стучит в эту же дверь во второй раз менее чем за пятнадцать минут. Он разрешает войти – ее шаги медленные и неуверенные. — Привет, — тихо говорит она, глядя на кафель. — Гермиона, — он ждет, пока она поднимет голову и встретится с ним взглядом. Он скучает по ее глазам. По веснушкам на щеках и носу. Она смотрит на него, он стоит так близко к ней – их разделяет всего несколько дюймов. Медь встречается с серебром, и знакомое чувство появляется в ее животе. Он давно не был так близок к ней. Она скучает по теплу, которое излучает его тело. Это так знакомо, но так далеко. Она хочет поддаться своим инстинктам и обнять его большое тело. Прижаться и позволить раствориться друг в друге.   Иногда кажется, что он читает ее мысли из-за того, как он реагирует на определенные мысли или слова. В конце концов, в их мире нет ничего невозможного. Он подходит еще ближе и заключает ее в свои объятия, и вдруг она забывает, что его долго не было, потому что в его объятиях чувствует себя в безопасности. Как будто он всегда был рядом. Как будто он никогда не покидал ее. Безопасно. Дом. Неправильно. Почему? Неправильно! Ее разум кричит, чтобы она ушла, но тело не позволяет это сделать. Она не хочет. Совершенно. — Без тебя было... по-другому, — говорит Гермиона. Она убеждает себя, что это лучше, чем «Я скучала по тебе». Она будет рядом, пока он хочет. — Я знаю. — Он делает паузу на секунду, вдыхает. — Поездка не должна была быть такой долгой. Она кивает ему в грудь. Ее маленькие ручки крепче вцепляются в рубашку, и она прижимает голову ближе. — Ты можешь остаться после ужина? — спрашивает ее Драко. — Ага, где мы встретимся? — отвечает ведьма через некоторое время. — Здесь.  Он целует ее в макушку, и они знают, что должны идти на ужин. Если мальчишки спросят, она просто скажет, что ходила за водой.

___________________________

— Драко. Он ничего не говорит, вместо этого его губы врезаются в нее, как только дверь закрывается. Руки обвивают вокруг талии. Она чувствует себя маленькой, уязвимой. На мгновение она удивляется, но затем ее губы начинают двигаться в унисон с его. Он вырывает у нее легкие вздохи, когда зубами впивается в нижнюю губу, оттягивая. Ее челюсть открывается, когда он движется ниже, к шее, и посасывает любимое из своих мест до тех пор, пока не появляется любовная метка. — Скучал по тебе. Поцелуй. — Не могу далеко находиться от тебя... Драко прижимает ее к стене. Она молчит, не знает, что ответить. Почему он хочет держаться от нее подальше? — Тогда не надо. — Она тихо шепчет ему на ухо, а после проводит языком по его мочке уха. Он удерживает ее так, что пальцы ног едва касаются земли. — Должен, — говорит он сквозь зубы. — Пожалуйста, Драко... не надо. Вскоре после этого он стягивает ее блузку через голову и бросает на пол. Мужчина на мгновение смотрит на нее. Оценивает представленный ему вид. Его глаза устремляются на нее, он медленно целует, отстраняется и движется к ее прикрытым грудям. Розовое кружево такое тонкое, что Гермиона все чувствует. Его язык скользит по ее соску, в то время как другая рука оттягивает лифчик и обхватывает грудь, слегка сжимая. Ее спина отрывается от стены и выгибается под прикосновениями. Слабый стон вырывается из нее, когда он свободной рукой расстегивает крючок и оставляет лифчик болтаться на теле. Рука скользит по позвоночнику, оставляя мурашки, и обхватывает задницу. Она пытается сбросить нижнее белье, но он останавливает ее. — Позволь мне, — требует он, зубами стягивая резинку, его серебряные глаза темные от желания, которое никогда не покидают ее. Она очарована. Зрелище того, как он это делает, ей никогда не захочется забыть. Он проникает в ее организм, как наркотик, от которого она никогда не захочет избавиться. — Драко... я... Гермиона задыхается. Он крадет ее дыхание, ее способность говорить, ее мысли и сознание. И она даже не может злиться на это. Он расстегивает пуговицу на ее джинсах и тянет молнию вниз. — Гермиона, могу я? Она находит милым то, что он все еще чувствует необходимость спросить, но также он единственный, кто заставил чувствовать себя такой защищенной в самый уязвимый момент. Она кивает. — Словами, любовь моя, или я приму это как нет.  — Да. — Говорит она ему. Он стягивает джинсы с бедер, обнажая кружевные розовые трусики на ней. Она видит это на его лице — Драко пытается подавить стон — она смотрит на свой лифчик, лежащий возле стола, в четырех футах от того места, где они стоят. Драко швыряет ее джинсы куда-то в комнату и снова поднимается, прижимаясь поцелуями к ее губам. Она почти голая, стоит в одних трусиках в его кабинете, а он все еще в своей одежде. — Мне нужно, чтобы ты была на моей кровати. Прошло столько времени, Гермиона. — говорит Драко, и это звучит болезненно.  Ее ноги обвивают его талию, и она чувствует, как его болезненно твердый член трется о ее сердцевину. Ее губы приоткрываются, и он пользуется возможностью, чтобы поцеловать ее, мягко скользя языком по губам. — Да, это так, — возражает она.  Воздух вокруг нее засасывается. Она ошеломлена, хотя этого и следовало ожидать. Он аппарирует в свою комнату. Она здесь второй раз. Он кладет ее на свою кровать, простыни под ней холодные, и она дрожит, но ведьма игнорирует этот факт, когда его тело накрывает ее, а губы снова касаются ключиц. Она чувствует, как между ног накапливается влага, портящая нижнее белье. Его рука скользит по груди вниз к пупку и, наконец, туда, где она больше всего нуждается в его прикосновениях. Он разрывает кружево, вырывая ее громкий вздох. Глаза распахиваются. Этот человек станет ее смертью. Или ты станешь моей смертью, любовь моя. Это его голос в ее голове. Как? Почему? У Гермионы не так много времени, чтобы подумать об этом, потому что его палец кружит вокруг клитора, ее бедра двигаются вместе с ним, и он позволяет ей это делать. — Я скучал по тебе. Он скучал по ней. Он уже говорил это несколько раз. Я тоже скучала по тебе. Но она недостаточно храбрая, чтобы произнести эти слова, поэтому пока они остаются в ее голове. Два пальца входят в ее жаркое лоно, и она стонет ему в рот. — Такая сладкая.  Мужчина шепчет ей в губы. Сладкая. Сладкая. Сладкая. Это слово эхом отзывается в ее сознании. Драко проглатывает звук и судорожно выдыхает ей в рот. Он сдерживается. Гермиона этого не хочет. — Не сдерживайся, пожалуйста. Она умоляет, его пальцы двигаются в устойчивом ритме. Гермиона быстро расстегивает пуговицы на его рубашке. Она стягивает ее с плеч и, наконец, может взглянуть на его грудь, хотя бы на мгновение. — Пожалуйста, Драко! Мне нужно, чтобы ты трахнул меня. Она чувствует приближение оргазма, и он тоже. Ее стенки трепещут вокруг пальцев. Мужчина отводит руку. — Первый раз, когда ты кончишь сегодня вечером, будет на моем члене, Гермиона. Мне нужно чувствовать тебя, малышка. Он стягивает штаны. Ее ноги раздвигаются, и он поднимается вверх по ее телу, покрывая поцелуями. Драко медленно входит в нее, позволяя привыкнуть к своим размерам. Гермиона смотрит на его лицо и видит блаженство. Руки Драко обвивают талию, и он притягивает ее еще ближе к себе, губами сталкиваясь с ней, и комнату наполняет приглушенный стон. Ее грудь вздымается, прижимаясь к его. Драко двигается ртом к ее шее, затем к груди, целуя верхнюю часть, а затем ее сосок. Он языком скользит по соску, вырывая тихий стон с губ. — Драко, — Гермиона задыхается. Он проникает в нее все глубже и глубже, член касается шейки матки. Немного больно, но это так сладко. Гермиона жаждет большего. Ее бедра отрываются от кровати, чтобы встретиться с ним, и его рука перемещается со спины на бедро, прижимая к кровати, пока он трахает ее, впиваясь пальцами в кожу.   — Еще, — удается ей выдавить. — Хочешь еще, Гермиона? — Тихо говорит ей на ухо. Ее голова с энтузиазмом качается, рука ложится на спину, ноги обвивают его, пытаясь притянуть ближе. Он позволяет ей. Драко позволяет ей притянуть себя ближе. Он не отталкивает ее. — Я скучала по тебе. — Нежно стонет Гермиона и чувствует, как он содрогается всем своим телом над ней. Она не думала, что слова прозвучат так, но уже сказала их. — Черт возьми, милая. Блять. Его член так хорошо скользит в ней. Он трахает ее, но это не так, как раньше. Это сладко и нежно, почти любяще. Осознание поражает. Он целует ее, языком раздвигая губы. Его левая рука все еще лежит на пояснице, притягивая ближе. Другая рука очерчивает все ее тело, оставляя после себя мурашки. Он не трахает ее, он занимается с ней любовью. Она не знает, должна ли быть в восторге или в ужасе от этой мысли. В этот момент ничто другое не имеет значения больше, чем он и она. Они. Она может подумать об этом позже. В животе завязывается узел. Они встречаются взглядами, и он сразу понимает, что она близко. Он не останавливается, продолжает в том же темпе, усиливая растущее внутри нее напряжение. — Кончи для меня, любимая. Мне нужно почувствовать тебя.  Он стонет между поцелуями, и это звучит так же, как она себя чувствует. Она изгибается под ним, ее стенки сжимаются вокруг члена, ноги крепче обхватывают спину. — Блять, блять, блять, — стонет она.  Крики эхом разносится по комнате, и она чувствует, как он изливает свое семя внутрь нее. Ее имя слетает с губ, и это звучит так удивительно и красиво. Она не хочет, чтобы ее имя произносил кто-либо, кроме него. — Извини, что меня так долго не было. — Все в порядке, Драко.  Она еле восстанавливает дыхание. Они остаются так еще несколько минут, прежде чем он скатывается с нее, чтобы дать место. Она чувствует, как их жидкости вытекают из нее. Гермиона смотрит вниз и видит чуть-чуть крови. Драко возвращается с полотенцем и принимается вытирать ее. Она смотрит на него, уже зная, как он отреагирует, увидев кровь. Он вздрагивает, как будто она ударила его, как будто обвиняет его. Страдание отражается на его красивом лице. — Драко, — она приподнимается на локтях в поисках его близости, протягивая руку, хотя понимая, что не сможет схватить его за руку. — Я в порядке. Пожалуйста, иди ко мне.  Ее глаза умоляюще смотрят. Он делает шаг к ней. И еще один. Пока он не оказывается рядом с ней, рядом с кроватью. Гермиона похлопывает по пустой части рядом, и он садится. Он вытирает скопившуюся влагу осторожными движениями. Она наблюдает за ним. — Драко, пожалуйста, ты не причинил мне боль. Он не смотрит на нее. — Сколько раз я должна сказать тебе, что если мне будет некомфортно, то сообщу? Мужчина молчит. Гермиона садится к нему на колени после того, как он так упрямо отказывается смотреть на нее. Она обхватывает его лицо, заставляя встретиться глазами — в них отражается сожаление. Она нежно целует его, пытаясь проникнуть в его разум. Почему-то она знает, что он ее услышит. Не извиняйся. Я в порядке. Мне было хорошо. Мне понравилось. Я лю- Она не позволяет себе закончить последнюю мысль. Драко обнимает ее обнаженное тело и слегка сжимает. Он кладет ее на кровать рядом с собой, натягивая одеяло. Драко накрывает ее живот рукой. Она почти исчезает в нем, прижавшись телами друг к другу. Его подбородок касается ее макушки, покоится на рассыпавшихся кудрях. Она не засыпает быстро. Она слушает его сердцебиение, его дыхание.

___________________________

Гермиона просыпается. Шторы задернуты, но она видит, что снаружи еще темно. Она чувствует руки Драко вокруг себя. Ей тепло и уютно, но ей нужен душ. Ее кожа ощущается тяжелой на ней. Она встает с постели, и холодный воздух заставляет поежиться. Она входит в ванную, белая плитка под ногами холодная, но все же в некотором роде успокаивающая. Гермиона подходит к ванне и включает кран, позволяя наполнить теплой водой. Вскоре после того, как она погрузилась в горячую воду и позволила ей окутать себя — ее разум свободен от беспокойства и страха перед раскрытием их отношений — она слышит шаги. Его шаги. Она знает, что это он. — Драко, — зовет она. Девушка видит его прекрасное лицо раньше, чем слышит голос. — Да, малышка. Они смотрят друг другу в глаза. — Можно я присоединюсь к тебе, любовь моя? Она кивает и освобождает для него место. Он садится позади нее, и сильные руки обвивают ее гораздо меньшее тело, притягивая ближе к себе. Его губы осыпают нежными поцелуями шею, голову и щеки. Драко проводит дорожки по ее коже, его нежная ласка заставляет мычать в ответ на прикосновения. Она обожает каждую секунду этого. — Почему тебя так долго не было? Ты никогда не отсутствовал так долго. — тихо говорит она, глядя на воду. Рука притрагивается к ее волосам, разглаживая их. — Я знаю. Прости, что оставил тебя. — Делая паузу, прежде чем заговорить вновь. — Я был в Италии. — Что ты делал в Италии? Он смотрит на воду. — Я пытался выкинуть тебя из головы. — Говорит он еле слышно. В голосе слышится нотка стыда. — Гермиона, то, что мы делаем, вредно для нас обоих. Я забочусь о тебе. Сильно. И я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Возможно, если бы ты была старше или я моложе, было бы лучше.  — Ты не хочешь меня из-за моего возраста? — Боль – чистая и непреодолимая боль течет по ее венам и сердцу. — Нет, — его ответ незамедлительный. Она чувствует, как мужчина позади нее напрягается. — Вот в чем проблема, детка. Я пытался, но не могу, из любви к Мерлину, выкинуть тебя из головы. Те дни, когда я был физически далеко от тебя, были ужасны. Я не хочу проходить через что-то подобное. Когда-либо вновь. Все, что я мог, это думать о тебе. Гермиона поворачивает голову, чтобы посмотреть на него. — А ты думаешь, что мир без тебя здесь был цветами и розами? Потому что позволь мне сказать, что это не так! — Она звучит злее, чем в своей голове. Но когда гнев проходит, он сменяется уважением. Девушка целует его, и у нее перехватывает дыхание, как и у него.  — Я скучал по тебе, — говорит Драко. — Я тоже. Не оставляй меня так больше никогда, пожалуйста. — Никогда, — обещает он ей в губы. Гермиона чувствует себя счастливее, чем когда-либо за всю свою жизнь, свернувшись клубочком на теле Драко посреди ночи. Она может забыть любую боль, любое горе, только если он рядом. Она так облажалась, и все же она не может ничего с собой поделать, но хочет, чтобы он был рядом с ней. Гермиона знает, что даже если он сделает что-то, что причинит ей боль, она простит его. Это неправильно. Но если она засыпает и просыпается рядом с ним, она будет довольна. Она его, чтобы усмирять. Он поднимается и накладывает на них обоих высушивающее заклинание. Драко несет ее к кровати и укладывает. Он отодвигается, но она притягивает его, прижимаясь губами, снова и снова жаждая его вкуса. Он ложится рядом, и они обнимают друг друга. Сон зовет ее, и вскоре она засыпает, чувствуя, как он бережно приглаживает ее кудри.