Навсегда вместе

      Марк прекрасно помнил как сильно удивился в тот день. Он помнил что умирал, что в него выпустил три пули родной отец. А затем он очнулся в спальне своего дома, вокруг него столпились все альтернативы, в том числе его сестра. Цезарь сжимал его ладонь, а в коридоре стоял сам Создатель. Ему хватило лишь пары секунд чтобы понять — его воскресили.       А ещё в тот день он понял, что его сестра тоже альтернатив. Она искажалась, показывая чёрную кожу и когтистые лапы, а ещё скулила когда слышала громкие звуки. Она была совсем молодой из всех созданий, ей ещё предстояло привыкнуть. Но Марк был потрясён, он рассматривал её в тот день так, словно она была экспонатом в музее. Позже, Создатель объяснил ему, что по-другому было нельзя. А Марк тогда очень обрадовался — ему было важно что Сара была рядом, а альтернатив она или живой человек было не так важно.       Он знал, Сара прекрасно всё помнила, всю свою жизнь, от рождения до смерти в тот злосчастный день, когда решила вернуться домой и упрекнуть родителей в безразличии. И девушка очень ругала себя за эту глупость, потянуло же её туда, как мёдом намазали. И она до сих пор ругает себя за это. Марк же не злится, так же как и Цезарь. Сара член их семьи, их большой дружной семьи. Как на неё злиться?       Марк лежал в кровати и вспоминал это всё. Всё это произошло месяц назад, а он помнил это так, словно было вчера. И за этот месяц он и Сара ещё ни разу не сходили на могилы родителей, даже не знали где они похоронены. Порой кто-то из них предлагал навестить почивших, после этого следовала короткая пауза и все начинали смеяться. Так никто и не отправился на кладбище искать их надгробные плиты.       Сейчас была ночь, а Марк не спал, вспоминал всё это. Цезарь и Сара лежали рядом с ним, они теперь жили в одной комнате. Альтернативы не могли спать, но они не хотели расставаться с Марком.       — Снова о чём-то думаешь, Марк?       Пустые глаза Цезаря светили в темноте. Марк вытянул руку вперёд и погладил его, тот заурчал, после чего поцеловал ему тыльную сторону ладони.       — Какой ты у меня романтик, вот о чём думаю.       Где-то рядом искажённо захихикала Сара, Цезарь фыркнул на неё. Их небольшие ссоры и стычки были не более чем игрой, словно котята учились охотиться и ловили друг друга. Марк обнял их двоих.       — А ещё думаю о том, как сильно люблю вас двоих.       — И я тебя тоже люблю, Марк.       — И я т.о.ж.е.       За окном уже выпал снег, на улице белели сугробы. В доме было тепло, Марк обнимал двух холодных альтернативов, и ему было тепло, очень тепло. Где-то в коридоре зашелестела мантия, проповедник зачем-то зашёл в соседнюю спальню. С нижнего этажа слышалось недовольное ворчание Сэма, на кухне гремели посудой, значит за готовку сегодня ответственный Эйджей. Значит, снова что-нибудь немного подгорит.       Марк прикрыл глаза и поблагодарил Создателя за то, что его жизнь сложилась так. Что он нашёл свою любовь, любящую и дружную семью, а ещё за то, что тот подарил ему жизнь. В голове мужчины раздался хриплый смешок, а также немного искажённая фраза.       — Не с.т.о.и.т благодарности.       Его слушали, его слышали, к нему прислушивались. И это было самое главное для Марка, большего для счастья ему было и не надо. Разве что, немного сладостей. Но для этого нужно забраться в чужой дом.       — Я так рад, что у меня есть вы. И что я могу каждого из вас обнять.       — Я тоже рад, Марк.       — Я т.о.ж.е.       Сон ушёл окончательно, но одну ночь можно было и не поспать. Марк обнял Сару и Цезаря очень крепко, после чего повернулся к своему любимому и сказал.       — Вот мы с тобой и вместе, как ты и хотел. Навсегда вместе.       — Навсегда вместе.       — Н.а.в.с.е.г.д.а в.м.е.с.т.е.       Марк был счастлив. С ним была его семья, его любовь. И никто не мог забрать это у него. Никто и никогда.