Железная коляска

      Вдохновение — это непостоянный предмет. Коля знал это давно, но от этого глазеть в пустой лист на рабочем столе компьютера приятнее не становилось. И ведь где-то же наверняка есть та самая муза, которая должна, нет — обязана подарить ему то самое вдохновение, чтобы он наконец-то мог начать творить историю. Однако пока что лишь его собственный мозг дарил ему ощущение белого шума в голове. Будто кто-то разом взял и отключил весь мыслительно-фантазийный процесс, а заодно и любой контакт с творческими божествами и их подчинёнными.       — Может, ну его в баню? — задал сам себе вопрос Коля. Пальцами он растёр уставшие глаза, видимо, надеясь, что краснота и зуд станут чуть слабее. — Или самому в баню пойти. Контрастный душ тоже неплохо.       — Тут кто-то сказал про душ? — он обернулся на голос — в комнату заглянула Мариша, впустив вслед за собой запах машинного масса и прогоревшего горючего.       Не дожидаясь приглашения, Мариша смело вошла в комнату, громко стуча ногами-протезами. Следом за ней волочился большой рыбий хвост, заранее скрытый в защитный костюм вместе с остальной рыбьей половиной тела. Коля уже много раз предлагал ей купить нормальный экзоскелет и не заморачиваться с постоянным переодеванием, но проще было динозавров воскресить, чем уговорить Маришу сделать это. Возможно, именно из-за её упрямства он когда-то и влюбился в эту русалку.       — Так что насчёт душа? — Мариша уже почти вплотную прижалась к его лицу своим, но запах технических жидкостей был сильнее внезапной нежности девушки.       — Воу, ну-ка постой, моя хорошая! — Коля не смог удержаться и всё-таки поморщился. — Ты опять возилась несколько часов со своей техникой без перерыва?       — Ну ты же сидишь по несколько часов в позе старой черепашки, пока пишешь свои истории, — заметила Мариша. — Или это разные вещи?       — Что ж, замечание верное. Но душ и правда стоит принять, причём прямо сейчас!       — Ой, постой-постой, я кое-что вспомнила!       Мариша активно замахала руками, останавливая любимого, затем резко выскочила из комнаты, но тут же вернулась, держа в руках пару мотоциклетных шлемов.       — А это ещё зачем? — искренне удивился Коля. — Только не говори мне, что ты опять что-то собрала на коленке.       — Собрала и не что-то, а свой личный безумный транспорт!       — О милостивый Боже, мне уже страшно.       Упадшее состояние Коли русалка даже не заметила, лишь покрепче ухватила его за руку и потянула за собой из дома. Только на подходе к закрытому гаражу до него начала доходить мысль, что она явно не ради душа вдвоём к нему в комнату зашла.       — Можно ты мне сразу скажешь, что придумала на этот раз? — ему наконец удалось освободить руку и теперь он просто шёл за русалкой след-в-след. — В прошлый раз вроде был гвоздомёт, в позапрошлый — адский тостер. А сегодня, наверное, будет коляска Безумного Макса.       — Вот ты всё смеёшься, а сам даже не представляешь, насколько близок к истине! — Мариша резко подняла дверь гаража, вошла в скрытое темнотой помещение. — Внимание, берегите глаза!       Яркая вспышка от света фар заставила зажмуриться, руки вновь потянулись растирать многострадальные глаза страдающего от творческой пустоты писателя. Однако источник света, а вскоре и шума, заставили вспомнить практически все литературные тонкости повествования.       — Это что за чудовище? — наконец-то высказал свои мысли Коля.       Слово «чудовище» было самым уместным. Механический монстр, собранный наполовину из инвалидной коляски, наполовину из кузова малогабаритного автомобиля издавал низкий гул работающего двигателя, нахально загрязняя окружающий воздух клубами чёрного дыма. Спереди его «морда» имела округлую вытянутую форму, напоминая собой нос, как у самолёта или скоростного поезда, плавно перетекавшую в большое и бочковатое «брюхо». Судя по усилившемуся шуму оттуда, именно в «брюхе» и находился двигатель, освободив пространство впереди для двух мест.       — Что это за чудовище? — повторил свой вопрос Коля.       — Я зову его «Железная коляска», — Мариша дёрнула за ручку на переде «коляске» — верхняя половина послушно открылась, позволяя русалке усесться за руль. — Давай залезай, там сзади есть место!       — А может, лучше сперва на манекенах проверишь? — опасливо спросил Коля. Машина всё ещё не внушала ему доверия, как и её название.       — Я всё заранее проверила, не переживай об этом! Давай, залезай! Всё будет хорошо! Или ты хочешь снова вернуться и скучать за монитором, пока госпожа Муза тебя камнем по голове не ударит?       Взвесив все варианты, включая опыт Маришы и тяжесть ожидания гениальной творческой мысли, Коля сдался. Пусть это могло быть опасно, грязно и — самое безобидное — неудобно из-за конструкции гибрида, он всё же предпочёл поддаться на уговоры любимой.       — Только говорю сразу — на главную дорогу не поедем! По старой лесной — тоже не поедем, а то все внизу в кашу превратится.       — Я поняла тебя! Ремень пристегнул?       — Ремень на месте, шлем и голова тоже!       — А чувство самосохранения?       — Я его оставил, когда решил сказать своей родне, что моя девушка — русалка-механик.       — Вот этот ответ мне нравится! Газ в пол!       «Железная коляска» рванула с места, постепенно удаляясь от гаража, а вскоре и дома. Механический монстр ревел всё сильнее, из его глушителей то и дело вырывался огонь, клубы чёрного дыма безбожно вылетали сзади, оставляя любого несчастного вдыхать смрад сгоревшего топлива и прочих радостей от процесса работы двигателя.       В конце концов, машина смогла разогнаться и теперь неслась с бешеной скоростью, по пути пугая редких прохожих и автомобилистов, возвращавшихся в этот вечер домой. Кто-то возмущённо сыпал проклятиями и отборными ругательствами в адрес проезжавшей парочки, кто-то крутил пальцем у виска. Одна старушка даже перекрестилась, едва заметила фары механического чудовища.       — Ты как там? — поинтересовалась Мариша. — Не страшно? Может, мне скорость сбавить?       — Страшно, очень страшно! — заорал во все лёгкие Коля. — Я тут сижу, как бревно, которое сверху в грузовике положили поверх остальных брёвен. Но знаешь, что?       — Что?       — Мне адски весело! Я, наверное, мазохист, но мне реально весело! Я тебя обожаю просто за это, Мариша! Давай, газ в пол и побольше!       — Слушаюсь, товарищ бумагомаратель!       — Я тебе дам — бумагомаратель! Домой приедем — ты у меня ванну не раньше, чем часа через три покинешь! Все твои чешуйки до блеска выскребу от этой гадости!       — Я буду только рада! — Мариша позволила себе мельком обернуться назад и тут же вернулась к созерцанию дороги.       А сзади сидел и продолжал радостно кричать Коля. Если кто-то его бы сейчас спросил, почему же он выбрал именно эту женщину из тысячи, ответ убил бы любого: они были слишком не похожи друг на друга, но в тоже время всё равно умудрялись этим радовать свою вторую половину.       Домой парочка автомобилистов-экстремалов вернулась лишь под вечер. Грязные и вонючие от дорожной пыли и сгоревшего бензина, они вместе забежали в душ, там же и раздевшись. Мариша позволила себе немного расслабиться и вернуться к своей изначальной природе, заняв целиком всю ванну — протезы и защитный костюм благополучно остались вне зоны купания.       Коля выскочил на секунду, но тут же вернулся с надетой на голову купальной шапочкой.       — А это ещё зачем? — сдерживая смех, спросила Мариша. — Только не говори мне, что…       — И не дам говорить! Пушечное ядро!       Он с разбегу прыгнул в глубокую ванну, подняв за собой воду, и едва не потопив Маришу, затем попытался ухватить её за хвост.       — Дурак! — русалка легонько шлёпнула его по голове. — Это ты специально за всё хорошее мне так решил отплатить?       — Ну… Можно и так сказать. Но если честно, то мне правда хочется сказать тебе спасибо. Я давно так не веселился. Даже какое-то облегчение наступило что ли.       — А вдохновение?       — О, оно тоже пришло! Я даже уже знаю, про что буду писать!       — Поделишься потом со мной?       — Обязательно!       Мариша улыбнулась. Кто бы и что бы ей не говорил, а она ни разу не пожалела, что вышла замуж за этого человека. Видеть эту детскую радость в глазах всегда было приятно, как и делиться ею в ответ.