Бомба и Кощей

Она уже и не помнила почему так невзлюбила своего соседа по даче. Возможно ей не нравилась его синева-худоба. Не переносила она худых, прям плеваться хотелось, когда он проходил мимо. Галина Куприна была девушкой, о которой можно сказать — фигура XL, добавляя ещё пару Х. Высокая кареглазая блондинка с большой грудью и шикарным бампером нередко привлекала внимание мужчин за сорок. К сожалению, парней своего возраста она не привлекала. Молодые любят биться об доску, нежели нежиться на мягкой перине. Галине было всего-то двадцать восемь, а желающих на её прелести не находилось. Вернее находилось, но как-то быстро заканчивалось оно. Как будто не её это счастье. А тут ещё этот дрыщ костлявый объявился на её голову, проходу не даёт прям. С самого детства Костик был каким-то худым и длинным, они всегда воевали между собой, потом его родители развелись, и он уехал с матерью в какой-то город. Ничего хорошего девушка о нём вспомнить не могла. То он в нее песком кидался, то яблоню у них на даче обнëс, а однажды кур выпустил из загородки, так они их с мамкой до ночи собирали по всей округе, пеструшек и чернушек этих. Теперь то они тоже в городе живут, да вот старый дом Галке мил и люб. Приезжая в отпуск и на выходные за город, она всё чаще находила следы чужого присутствия у себя на участке. Родители ездили сюда не так часто как раньше и заметить разницу было нетрудно. Вытоптанная грядка или сломанная ветка смородинового куста волей-неволей бросались в глаза. Но вот надпись на её же заборе «Галя бомбовоз, сядь на паровоз», довела девушку до последней точки кипения. Она прекрасно знала о том, что Костик обожает голубей, это их семейный бизнес и традиция ещё от деда Макара оставшаяся. Они с отцом выращивали их и продавали много лет. Кстати, зачем этот худосочный Кощей припёрся в родные пенаты, Галка не интересовалась. И так забот полно, к примеру забор перекрасить после этого идиота. Родным девушка ничего не говорила о таких глупостях, да и зачем маму беспокоить по пустякам с её нервами и сердцем. Отчим, хороший мужик, дядя Миша следил за здоровьем жены и не позволял ей никакой работы в огороде. Так что вопрос зачем, задать некогда было. Через день в город ехать, а тут такое непотребство во весь забор. Вечером усталая, в зелёной краске по локоть сидела хозяйка дачи на крыльце и думала, как же проучить обидчика. И вот что удумала. Посмотрев на очертания голубятни в сумерках, Галя встала, взяла в сарае пилу и поднявшись по лестнице надпилила одну из верхних ступенек. Утром этот дебил полезет проверять своих ненаглядных голубок и кубарем слетит вниз. О последствиях, типа свернутой шеи парня, Она не думала. Обиженные бабы тем и опасны, что в запале ярости творят глупости. Ночь прошла спокойно, ветер за окном качал старые яблони и груши, мышка скреблась под скрипучими половицами, да где-то у соседей выла собака, все как обычно. В отличие от отборнейшего мата утром со стороны голубятни. Кощей свалился с высоты почти третьего этажа и поливал отборными выражениями все вокруг. И тут Галка испугалась, в голову пришло отрезвление, как была в пижаме так и побежала за двор. Тут соседи подваливать стали, шоу такое разбавило их скучный быт. Девушка подбежала к парню, беспомощно лежащего на траве и заслонила его своим немалым задом от зевак. — Ну чего зенки вылупили? Ну упал человек с лестницы, лучше б помогли! На слове «помогли» зевак и след простыл. Вся натура людская в этом и заключается. Сердобольные соседки баба Глаша и баба Маша поохали, поохали и испарились. Галя присела на корточки перед Костиком и проверила всё ли цело. Парень ударился сильно и не мог от шока ничего связного сказать. — Где болит? Ну не молчи ты, черт худосочный! — А? Да жопой ударился сильно. Вроде ничего не сломано. Это ты сделала? — А чего ты заборы расписываешь? Чего грядки топчешь, когда меня нет? Я отдохнуть приехала, а ты вот че наваял! У чертяка! — Гал, прости, я это как тебя с каким-то в одноклассниках увидел так и незнаю что на меня нашло, — Костик потупил глаза и понял что всё ещё лежит на траве. — Ревнуешь что ли? — стрельнула она на него глазами и тоже поняла, что сидит в пижаме и босая даже. — А может и ревную, что, нельзя? Я тебя всю жизнь люблю. С самого детства. — Дурень ты, ой дурень! Я ж как ты уехал всё ждала тебя каждый день, места себе не находила. Батя твой пить начал тогда, не сказал куда вы уехали. А я всё ждала. Ну давай подымайся, раз всё на месте. Жопа не голова, заживёт быстро. — И все-таки бомба ты, но не в том плане, а в том что ты красивая. Галя зарделась вся от такого признания, и выдала: — Ты мне всегда нравился, а тот парень, это муж моей подруги хорошей. А ты чего вернулся то? — Так батя мой на зароботки уехал и мне написал, чтоб за домом последил. Я ж с вахты приезжаю в отпуск на всё лето, а в городе сейчас скучно, жара невыносимая. Как тебя увидел после стольких лет не мог не вспомнить старое. Не знаю, что и нашло-то на меня. Вспомнил про то как мы друг друга обзывали в детстве. — Галя шла молча, она давно перестала надеятся, что хоть кому-то нужна со своими далёкими от подиумных стандартов прелестями. Обидная кличка приклеилась к ней и не давала разглядеть чувства скрытые за этим. А оно вот как выходит. Они зашли в его дом, Костя хромал и шёл враскоряку, опираясь на крепкое плечо Гали. Ударился он не слабо все-таки. Девушка подложила подушек на старое кресло — Галка, а ты кем работаешь? Мне Ромка говорил, что вроде как на кассира училась или что-то там. — На экономиста, но сейчас работы мало, меня вот сократили недавно. — Слушай Гал, а не хочешь со мной поехать? — Куда это? — На Урал, я там новую магистраль строю, нам очень работники нужны, женщин нет совсем, одичали уже. Там места красивучие такие и река и лес. — Красиво, наверное. Мне мамка давно говорит, что засиделась я, пора двигаться дальше. А давай чай пить, у меня варенье грушевое есть в доме. Сейчас схожу, ты посиди, пятую точку свою побереги и это, штаны сними, я дырку зашью. Ты порвал их когда упал. Костик улыбнулся ей, такой он смешной, худющий, рыжий и нос весь в веснушках, уши оттопыренные, родной с детства. И чего она так его ненавидела? А может это в детстве ей так казалось, дети всё неправильно понимают, ведь скучала по нему всегда. Сбегав в дом, девушка нашла варенье и хороший чай, что с собой привезла, и тут её взгляд упал на старое фото в серванте, пожелтевшее совсем, на нём были пухленькая девочка и худенький мальчик лет трёх — четырёх. Они обнимались, и мальчик невинно чмокнул малышку в щечку. С огромным трудом сейчас она поняла что это же они. Она могла бы поклясться, что этого фото вчера не было там. Но оно было и доказывало только одно: Костя и правда её любил с самого детства. Потом они пили чай на его веранде, и Галя, сев рядом с парнем, почувствовала его несмелое прикосновение. Потом их губы встретились и чувства, настоящие и тёплые, вырвались наружу. Не было в этот момент Бомбы и Кощея, а были двое влюблённых, Галя и Костя, которые много-много лет не понимали, что очень нужны друг другу.